В поисках прошлого

— Тебе нужно как следует обработать раны, — в двадцатый раз напомнила шедшему впереди Элеасу, который упорно отмахивался от меня. — Одной первой помощи явно не достаточно. А у меня с собой спирт, бинты - все, что нужно! — не унималась я. — Neen, — отрицательно покачал головой. — Сначала найдем место для ночлега, — он посмотрел на ясное голубо-желтое небо, на котором уже начали появляться бледные звезды. — Скоро стемнеет. — Согласна, — произнесла, переступая через поваленное прямо на дорогу худенькое деревце, — но все же их нельзя запускать, — взгляд против воли опустился на разорванный камзол скоя'таэля. Под ним находились три неровные борозды, тянувшиеся от шеи до плеча, заботливо скрытые сделанной на скорую руку повязкой, которая уже немного пропиталась кровью. — Мало ли какая грязь на когтях этих тварей. Вдруг начнется заражение? — продолжила причитать, как старая бабка. — И ты сляжешь с лихорадкой? Что мне тогда с тобой делать прикажешь? Парень громко выдохнул сквозь зубы. Больше было похоже на змеиное шипение. — Иланэль, — грозно произнес эльф, — если я и слягу, то только от твоей болтовни! Помолчи хоть минуту! — прикрикнул на меня парень, поправляя спадающие с плеча лук и полупустой колчан стрел. — Тем более, царапины не глубокие, иначе давно бы умер от потери крови, — продолжил он уже спокойнее. — Яд гарпий гораздо смертоноснее, чем их когти. А я уже принял противоядие, так что, будь добра, успокойся, — последнее слово было произнесено таким приказным тоном, что я поспешила заткнуться. В самом деле, что-то я разошлась. Надоедать вредному скоя'таэлю — смерти подобно. Возьмет и бросит меня здесь одну. Потом прилетят подружки-гарпии, устроят пир. А в качестве главного блюда — Иланэль собственной персоной. Перед глазами всплыла картинка. Я кручусь на вертеле над костром с яблоком во рту, языки пламени касаются оголенной кожи, опаляя маленькие беленькие волоски. А вокруг в причудливом танце кружат страшилища. — Жуть какая, — тихо-тихо прошептала, содрогнувшись от собственного разыгравшегося воображения. Остальную часть пути мы провели в долгожданной для Элеаса тишине. В конце концов, каждый из нас выполнял в этом путешествии свою роль. Я — глупенькая ведомая, он — могучий сердитый лидер. Обычно так начинаются большая часть книг о любви, но это, определенно, не наш случай. Когда светило медленно приближалось к линии горизонта, а небо окрасилось в яркие кроваво-красные оттенки, поднялся холодный ветер, что так и норовил забраться под рубашку и пройтись по оголенным участкам кожи, вызывая волну мурашек. — Так, кхм, — неуверенно начала я, копошась в сумке, — ты уже нашел подходящее место для ночлега? Элеас остановился. Выудив бурдюк и подойдя чуть ближе, поравнялась с ним, посмотрела на его сосредоточенное лицо. Вечернее солнце заставляло парня щуриться, из-за чего у уголков глаз появлялись забавные морщинки, которые иногда называют «гусиными лапками». Оглядевшись по сторонам, скоя'таэль приметил крутой спуск, ведущий к небольшому водоему, и указал мне на него кивком. Смочив горло прохладной водой, повернулась в указанном направление. — Если мне не изменяет память, то у озера есть крохотная пещера, — парень перевел свое внимание на меня, когда я обернулась. — Там, конечно, очень тесно, сыро и холодно, но, — он лукаво улыбнулся, сверкнув зубами, — нам ведь это не помешает? — На что это ты наме… — заподозрив неладное, попыталась спросить. — Просто шутка. Пошли, — небрежно бросил мне проводник, нагло перебивая меня и проходя мимо. Ничего не оставалось, как молча последовать за ним. Странный он все-таки. Издали склон казался намного меньше и более пологим, нежели он есть на самом деле. С моей природной ловкостью я грозилась пролететь кубарем весь путь, чего мне совсем не хотелось. Замявшись и не решаясь сделать первый шаг, вновь посмотрела на Элеаса «тем самым взглядом», полным мольбы и страданий, нервно закусывая нижнюю губу. — Ты хоть на что-нибудь способна? — последовал вопрос от парня, который для большего эффекта закатил глаза, но здоровую руку подал. Как тогда, в ущелье с гарпиями. Меня задели его слова, но решила не зацикливаться на неприятной колкости. Вцепившись в ладонь, а затем и в предплечье скоя'таэля, полубоком, еле успевая переставлять ноги, мы спускались по травянистому холму. Запнувшись о предательский мелкий камешек, чуть не полетела вниз, если бы не вовремя среагировавший эльф, поймавший меня сначала за мешок на спине, а затем за талию. — D'yeabl, — ругнулся он, потревожив больное плечо. Буквально волоча меня за собой, парень быстрее зашагал вниз, мямля себе под нос что-то невнятное. Скорее всего, знаменитую эльфийскую ненормативную лексику. Когда же мы достигли берега, он отпустил меня и плюхнулся прямо на песок, положив ладонь на место ранения. Боже, какая же я никчемная дура! — Прости меня, прости, прости! — рассыпалась я в извинениях, присаживаясь перед ним на корточки. — Неловкость — мое второе имя. — По-моему, первое, — резко возразил эльф, осторожно снимая лук и колчан с левого плеча. — Ну, извини меня, слышишь? — виновато заглянула ему в глаза. — Я же не специально споткнулась об тот камень. Он лишь хмыкнул в ответ. — Могу чем-то помочь? Скоя'таэль поднялся на ноги и принялся расстегивать камзол. Я встала следом, непонимающе наблюдая за ним. Когда его верхняя одежда приземлилась на песок, парень аккуратно стянул с себя порванную рубашку. Незапланированная обнаженка вогнала меня в краску, отчего я поспешно отвернулась в сторону озера, на водной глади которого отражалось неспешно заходящее солнце. Спустя минуту меня окликнул низкий глубокий голос. Нетрудно догадаться, кому он принадлежал. Прикрыв глаза ладонью, развернулась к эльфу. — Ты вроде хотела помочь? — мне кажется, или его забавляет эта неловкая ситуация? — Тогда, — голос зазвучал громче, — обработай мне раны, — готова поклясться, что при слове «раны» он показал пальцами кавычки. Медленно отлепив руку от лица, с удивлением отметила, что Элеас приблизился ко мне на достаточно близкое расстояние, которое вполне можно было трактовать как нарушение личного пространства. Задержав взгляд на голом подтянутом торсе, широких плечах и сильных руках, почувствовала, как запылали мои щеки. Ненавижу свою удивительную особенность краснеть при каждом удобном и неудобном случае. Наигранно кашлянув в кулак, перевела взгляд на его лицо. Заметив довольную произведенным на меня эффектом физиономию и хитро прищуренные ореховые глаза, я нахмурилась и скомандовала, пытаясь придать своему голосу стальную твердость: — Повернись. Скоя'таэль незамедлительно выполнил приказ. «Фух, поехали», — мысленно проговорила сама себе, аккуратно снимая пропитанную кровью повязку. Царапины, как и говорил Элеас, не были такими глубокими и ужасными, как в моих представлениях, что позволило мне облегченно выдохнуть. Три тонкие длинные борозды в точности повторяли изгибы дыр на камзоле эльфа. Видимо, летающая тварь спикировала недостаточно низко, а основная мощь ее когтей обрушилась на одежду. В общем, пронесло. Недавно потревоженные царапины вновь кровоточили. Маленькие алые капельки лениво сползали вниз, оставляя за собой влажную дорожку того же цвета. Чувство вины перед проводником терзало мою душу. — Налюбовалась? — насмешливо спросил меня парень, поворачиваясь в пол-оборота. — Во внутреннем кармане есть бурдюк с водой, — он кивнул на лежащий неподалёку камзол. — Промоешь раны. «Раскомандовался», — подумалось мне. Но на деле я утвердительно покачала головой и отправилась по указанному маршруту. Покопавшись во всех карманах, которых здесь, по моим ощущениям, было не меньше десятка, наконец нашла, что искала. «Как он мог с ним за пазухой ходить?» — задавалась вопросом, взвешивая в руках увесистый мешок. Вернувшись с «добычей», обнаружила эльфа комфортно расположившимся на гладком камне. Усевшись по-турецки, он нежился в последних лучах заката, иногда подрагивая острыми ушами. Это было довольно… мило. Да, пожалуй, мило — подходящее слово. Жаль прерывать такую картину медицинским вмешательством. Когда я приблизилась, Элеас, не сменив позы, развернулся на сто восемьдесят градусов, подставляя спину к свету. Сбросив мешок с плеч прямо на песок, раскрыла его в поисках какой-нибудь мягкой тряпицы. Как назло, единственной подходящей оказалась та, в которую завернут подарок для младшей сестры. Сестры… Даже не видела ее, а при одной мысли о ней на душе становится тепло. Может, это из-за того, что я всегда была единственной дочерью в семье. За неимением лучших вариантов, аккуратно освободила бабочку из плена ткани и положила ее под теплый свитер. Надеюсь, она попадет в руки законной хозяйки в целости и сохранности. Вытащив из сумки баночку со спиртом и открыв крышку, поморщилась от резкого запаха, ударившего в нос. Смочив тряпочку содержимым сосуда, встала и подошла ближе к раненному. От случайно брошенного взгляда на кровоточащие царапины засосало под ложечкой. Осознание того, что мне нужно прикоснуться к голой спине скоя'таэля, упало на меня тяжким грузом. Нужно помочь тому, кто еще совсем недавно так милостиво оставил меня в живых, ослушавшись приказа командира. Тому, кого боялась до дрожи в коленках. Тому, кто являлся во снах. Собрав всю волю в кулак, положила одну руку на здоровое плечо эльфа, который мгновенно напрягся и ссутулился, будто нес непосильную ношу. Под пальцами чувствовалась теплая бархатистая кожа, которую так и хотелось погладить. Отмахнувшись от странного желания, принялась осторожно оттирать засохшую по краям ран кровь, вытирать алые дорожки и капельки. Затем, взяв бурдюк, поднесла его к спине парня. — Сейчас будет немного больно, — предупредила я, наклоняя мешочек. Скоя'таэль успел уверенно кивнуть, прежде чем тихо зашипел сквозь зубы. Чистая вода выливалась тонкой струйкой на свежие раны. Так себе обеззараживание, но хоть что-то. Отложив бурдюк в сторону и выудив из сумки бинты, обошла Элеаса. Поняв, что я собираюсь делать, парень поднялся с камня и выжидающе посмотрел на меня сверху вниз. — Говорю сразу – я не лекарь. За перевязку не ручаюсь, — неуверенно промямлила, не поднимая глаз с носов своих сапог. — Tealt, не волнуйся. Хуже уже не будет, — заверил меня скоя'таэль. — Tealt? — попыталась повторить неизвестное слово, пробуя на вкус необычное звучание древнего языка. — Что это значит? — все же взглянула ему в глаза. — Эм, — замялся мой спутник, — это означает знахарка, — тихо ответил он, воззрившись на песок под ногами. Более не задавая вопросов и шагнув ближе к раненному, тряхнула головой, убирая с глаз надоедливые прядки волос вместе с неожиданно нахлынувшим на меня волнением. Близко, слишком близко. Воспроизведя в памяти мамины уроки первой помощи, из которых ничего толком не помню, и сосредоточившись на важном сейчас деле, два раза обернула бинт вокруг предплечья парня, затем повела его по надплечью к спине. Так как эльф был довольно широким малым, мне пришлось слегка прижаться к нему, чтобы вложить бинт в другую руку. Отстранилась, и от меня не укрылось то, с каким облегчением выдохнул Элеас. Поверь, мне тоже не особо хочется с тобой обниматься. Пропустив повязку через спину, а затем по груди к больному плечу, провела ее подмышкой и снова к предплечью. Проделав такую процедуру еще пару раз, но уже смещая ход бинта, я осмотрелась в поисках чего-нибудь острого. Вдруг из ниоткуда перед моим носом возник кинжал. — Держи. Ты же это ищешь, — уверенно заявил эльф, подавая оружие рукояткой вперед. Взяв нож в руку и покрутив в разные стороны, я не могла не отметить красоту этой вещицы. На деревянной рукояти были вырезаны узоры в эльфийском стиле. Завитушки, плавные изогнутые линии – все, как они любят. Лезвие тонкое и длинное, но на вид жутко острое. Более того, кинжал удобно ложился в руку, не доставляя никакого дискомфорта. Вдоволь насмотревшись, воспользовалась им по назначению, легко отрезав использованную часть бинта. Завязав милый бантик, на котором теперь держится вся созданная мной конструкция, отошла и удовлетворенно кивнула. — Готово, — довольно улыбнулась, возвращая кинжал хозяину. Элеас скептически оглядел дилетантскую перевязку, повел плечом и вынес вердикт: — Пойдет. Meas, Ilanel. Для меня этого короткого слова было достаточно, чтобы расслабиться и отправиться складывать вещи в сумку.

***

Когда в законные права вступила ночь, ветер разбушевался не на шутку, на небо набежали грозные тучи, заслоняя собой звезды, а температура стремительно падала. Мы находились в той самой пещере, которая и вправду оказалась слишком маленькой, тесной и сырой. Здесь едва хватало места для нас двоих. Поужинав тем немногим, что взяли с собой, теперь мы просто сидели и молчали. Не то чтобы я была против непринужденной болтовни, но у нас не было точек соприкосновения, а, соответственно, и тем для разговора. Да и какие к черту разговоры в такой собачий холод? Я, нацепив свитер, а поверх него и куртку, стуча зубами, прижимала к себе колени, с каждым порывом ветра все больше сворачиваясь в позу эмбриона. А вот эльф, расположившийся справа от меня, ближе к выходу, своих чувств не выдавал, делая вид, что холод совсем его не беспокоит. Но покрасневший нос и кончики острых ушей, а также непроизвольное потирание ладоней друг о друга говорили об обратном. — Может, разведем костер? — предложила, сильнее кутаясь в куртку. — Neen, он привлечет к нам незваных гостей, — сказал – как отрезал. Как будто в поддержку Элеасу прогремел гром, небо рассекла молния, а на землю одна за другой стали падать крупные капли дождя. Ливень. Очаровательно. Утратив всякую надежду согреться, я поникла и уткнулась лицом в колени. «Ну, папа, радуйся! Твоя дочка сидит в какой-то мерзкой пещере с опасным парнем приятной наружности. А ты там, на холме, в теплом доме, возле камина. Греешься…» Наверно, я бы и дальше ругалась на отца, если бы не почувствовала на плечах непривычную тяжесть. Вскинув голову, непонимающе глянула сначала на чужую конечность, а затем на ее обладателя. — Так и будешь пялиться или уже подвинешься ближе? — раздраженно спросил парень, приветственно расстегнув камзол и придерживая одну его сторону. Потупив еще минуту, медленно придвинулась к нему вплотную, неуверенно обвив руками за талию и осторожно положив голову на грудь, готовая в любую минуту ретироваться. Спутник запахнул камзол, стараясь укутать меня посильнее, а затем вновь опустил руку на мое плечо. В тот момент я дико радовалась, что Элеас не видит моего лица, ибо цветом ничуть не отличалась от вареного рака. Совру, если скажу, что мне неприятна такая забота и близость парня, но его резкие перемены настроения иногда вводили в ступор. Вот и сейчас, сцепив руки в замок на боку скоя'таэля, периодически впивалась ногтями в собственные ладони, лишний раз убеждаясь, что не сплю. В уши отдавался громкий и быстрый стук его сердца. Завязки рубашки щекотали нос с каждым новым вздохом парня. Едва ощутимо чувствовался запах спирта, которым обрабатывала края ран. Спустя время вновь решилась заговорить. — Элеас, почему ты сопровождаешь меня? — спросила все-таки то, что мучило долгое время. — Не только же из добрых побуждений. Собеседник помолчал некоторое время, видимо раздумывая над ответом. — Йорвет поручил мне кое-что, — задумчиво произнес эльф. — И что же, если не секрет? — с опаской покосилась на него, отстранившись. Скоя'таэль прочистил горло, а затем надавил мне на плечо, возвращая обратно. — Не волнуйся, tealt. Тебя и твоей семьи это не касается, — заверил он. Облегченно выдохнув, снова прижалась к спутнику. — Тогда, во Флотзамском лесу, тебе очень повезло, знаешь ли, — тихо проговорил Элеас, вглядываясь в темноту между деревьями. — Почему? — заинтересовалась я. — Если бы на тебя наткнулся командир, а не я… — дальше он продолжать не стал. Действительно. Если бы меня обнаружил Йорвет, то убил бы на месте. Без разговоров. Без вопросов. Можно сказать, фортуна в тот момент была на моей стороне. — А ты? — Что я? — непонимающе переспросил эльф. — Почему не убил меня? — терпеливо пояснила. Пока ждала ответа, внутри, казалось, все перевернулось. Пальцы нервно сжимали и разжимали край его рубашки. Заинтриговал, так заинтриговал. Но вместо разговоров скоя'таэль выбрал действие. Аккуратно взяв меня за подбородок свободной рукой, он наклонился и легко прикоснулся к моим замерзшим губам, будто спрашивая разрешения. Сказать, что я была в шоке, — ничего не сказать. Неуверенно ответив на поцелуй, подалась вперед, обвивая руками его шею и стараясь не задеть больное плечо. В тот момент разум напрочь отключился, предоставляя лавры первенства первобытным чувствам. Углубив поцелуй, Элеас по-хозяйски схватил меня за талию, притягивая ближе, сокращая расстояние между нами до считанных миллиметров. Его руки хаотично блуждали по моей спине, непроизвольно вызывая стайки мурашек. Когда в легких уже катастрофически не хватало воздуха, мы отстранились друг от друга, тяжело дыша. — Сойдет за ответ? — улыбнулся парень впервые за долгое время и нежно убрал прядь выбившихся из хвоста волос мне за ухо. — Да, — на выдохе произнесла я, потянувшись за новым поцелуем, в котором мне не отказали. И все-таки странный он. Этот милый остроухий.