Rebuilt

– Он нянчил меня?! Гарри был уверен: образ Риддла, меняющего ему подгузники, будет преследовать его в кошмарах. Он шагал из угла в угол своей комнатушки, пытаясь переварить услышанное. Собственные спутанные воспоминания прорвались сквозь плотно закрытую дверь в его разуме с такой силой, что Гарри отключился на несколько минут от дикой боли. А очнувшись в своей постели через некоторое время, увидел знакомого незнакомца, который напряженно сидел за столом. Его звали Северус Снейп. И Гарри пока было сложно судить о его характере. Мужчина перед ним, казалось, утопал и задыхался от эмоций во время рассказа, что не удивительно, учитывая пережитое им. Но, завершив историю, он взял себя в руки и застыл с лишенным эмоций лицом. Его манера говорить изменялась от страстной и быстрой к спокойной и точной, с нотками сарказма. Гарри подозревал, что эмоциональную сторону Снейпа он вряд ли увидит в ближайшее время. – Ваши родители и его мать были слишком погружены в исследование. Так что да, ему приходилось присматривать за вами. Взгляд черных глаз Снейпа следил за шагами Гарри. Он быстро уловил его настроение и отношение к лорду Волдеморту и, похоже, видел что-то забавное в реакции Гарри на их общее прошлое. – Осмелюсь заметить, что вы предпочитали его компанию взрослым. Взглядом Гарри можно было убивать. Но его выражение лица смягчилось, когда он заметил слегка искривлённые в улыбке губы Снейпа. Хорошо, что он еще способен на положительные эмоции. – Так, постойте... Это Дамблдор намекнул, где меня искать? – Он не упоминал ваше имя, просто обратил внимание на ваши способности и на тот факт, что вы все еще не состоите ни в одной группе. Он как-то узнал, что я присоединился к лорду Волдеморту, и устроил все так, будто просто хотел помочь нам... и вам. Гарри вздохнул: – Похоже, Риддл был все-таки прав – Дамблдор действительно все это спланировал... Что? – спросил он, увидев, как Снейп нахмурился. – Я удивлен, что вы знаете это имя. Вы говорили, что Волдеморт не рассказывал о вашем прошлом. Но представился настоящим именем, чего не делал с момента принятия имени Волдеморт. Скажите, вы зовете его Томом Риддлом? – Эм... ну да. А что? Снейп пожал плечами: – Ничего, интересный факт и всё. – А вы не зовете его Томом? В смысле... вы же знали его ребенком. Снейп выпрямился еще больше: – И я каждый день засыпаю в удивлении, что он еще меня не убил. Увидев замешательство Гарри, он пояснил: – Риддл ненавидит меня и Дамблдора за то, что мы видели его юным и слабым. Приняв новое имя, он надеялся похоронить прошлое. Я не упоминаю его настоящее имя, надеясь, что он забудет о моем участии в его прошлой жизни. Гарри наконец остановился и медленно присел за стол. – Он почти задушил меня во время нашей первой встречи... только потому, что, по его мнению, я уронил спичку, когда мне был всего год. Выражение лица Снейпа не изменилось: – Боюсь, этого следовало ожидать. Глаза Гарри прищурились в подозрении: – Как так вышло, что вы все еще живы? Снейп как-то неловко заерзал. Если честно, все в этом в мужчине казалось Гарри неловким, неудобным. – Вы так и не сказали ему, не так ли? – спокойно спросил Гарри. – Я пытался, правда, несколько раз. Сначала я искал вас, несмотря ни на что, надеясь, что вы выжили в пожаре. После неудачи в этом, я пытался отыскать сына Меропы. К тому времени уже начался хаос, я боялся, что он не выживет в одиночку. – Снейп замолчал и повернул голову к окну. – Я хотел спасти хоть кого-то... Но мир начал разрушаться все быстрее, и мне пришлось сдаться и прекратить поиски. – Но он выжил. Как же вы встретились? – Совершенно случайно. Мы встретились около года назад. Он... изменился. Я запомнил его тихим приятным мальчиком, но тот, кто предстал передо мной тогда... – Снейп замолчал, немного покачав головой. Гарри невольно вздрогнул. «Тихий и приятный». Вот уж точно не подходит под описание Риддла. От лорда прямо-таки веяло властью, высокомерием и острым умом. Мальчик вырос в мужчину, который не принимал ничего, кроме совершенства, и не терпел ошибок. Даже мысль о том, чтобы рассказать ему о своей роли в убийстве его матери... Гарри точно не мог винить Снейпа за молчание. – Я бы смог рассказать ему, если б имел дело с ожесточенным человеком, да даже с могущественным лордом, но он... он был чудовищем. Ничего не прощал, жестоко наказывал за малейшую оплошность. Год назад, по сравнению с сегодняшним днем, он был безумцем. – Сейчас ненамного лучше, – пробурчал Гарри, но в ответ получил только тяжелый взгляд. – Почему вы остались? Могли же просто... – Сбежать? – Снейп горько усмехнулся. – Я никогда бы не смог это сделать. – Но почему? Снейп молчал. Что-то подсказывало Гарри, что тот просто не хотел убегать. Он рассматривал свое служение лорду как расплату. Он не боялся жестоких наказаний Риддла, а желал их. Нет, может, он и не был любителем физической боли, но из того, что Гарри видел, становилось понятно, что Риддл – мастер психологических пыток. Скорее всего, Снейп и сам не осознавал, почему не мог уйти из группы Риддла. Бедняга, имеет такой потенциал, но самоуничижение стало у него на пути. Вздохнув, Гарри решил свернуть с этой темы. – Если ни вы, ни Риддл не видели меня двадцать лет, как же тогда узнали в итоге? Снейп невольно поморщился: – Ну, во-первых, вы безумно похожи на своего отца, хоть я никогда и не видел его настолько грязным. Гарри на это прищурился и показал язык. Проигнорировав его, Снейп продолжил уже немного мягче: – И ваши глаза... Я никогда не забуду этот цвет. – Хотелось бы мне, чтоб Риддл страдал провалами в памяти, – заметил Гарри. – К тому же, вы пользуетесь своим настоящим именем, что, кстати, не дает мне покоя... Откуда вы знаете свое имя? И что еще важнее, как же вы все-таки выжили? Гарри встал и начал рыться в одном из ящиков. Достав мятую бумажонку, он передал ее Снейпу. Тот осторожно развернул листок и, прочитав пару предложений, нахмурился. – Свидетельство о рождении? Но откуда оно у вас? Гарри пожал плечами: – Оно всегда было при мне. Я ничего не помню о том, как выжил, только мутное воспоминание об огне и крике мамы. И то, оно появилось только сегодня. Вообще, я всегда предполагал, что родители бросили меня во время хаоса и... кто-то помог мне из жалости? Честно, понятия не имею. – Вы могли выползти из лаборатории, но мы же обыскали весь город. Вы бы не смогли так быстро выбраться. Скорее всего, кто-то взял вас с собой, но кто мог решиться взять маленького ребенка в то время? Что вы помните из детства? Гарри вновь пожал плечами. Он много раз пытался проследить, вспомнить свой путь к спасению, но натыкался на черную дыру в своем разуме. – Лет в семь, помню, я оказался в какой-то маленькой деревушке. Вокруг никого не было, и я испугался, потому что там было так одиноко и тихо, как будто я – единственный человек в разрушенном мире. Затем, я помню, как жил уже в городе побольше, где воровал еду у банды детей постарше. Их так легко было обмануть, что я жил на их продуктах несколько недель. Гарри усмехнулся, вспоминая, как здорово было утащить немного еды в то время. – Помню другие группы, еще без лордов и всей этой мишуры, тогда этого еще не существовало. Просто маленькие группы людей, что путешествовали и искали еду. Одну из них я даже незаметно преследовал и воровал понемногу их продукты, но они не заметили, и мне пришлось убежать. Затем я прибился к другой группе и путешествовал с ними немного. Лет в двенадцать попал в Лондон. В то время люди уже начали устраиваться в старых домах. Я помогал им чинить вещи, а они взамен давали еду. Потом потихоньку начал собирать материалы и строить что-то свое. Ну, вы и сами сейчас видите. – Гарри показал на ряд полок за Снейпом. – У вас отличные способности к выживанию для ребенка с таким-то началом жизни. И хоть это многое объясняет, все же странно, что вы не помните свои ранние годы. Вы не думали, что блокируете более ранние воспоминания, как в случае с пожаром? Если вы смогли вспомнить себя в год, то, по идее, должны вспомнить и следующие шесть лет. Гарри еще раз заставил себя вспомнить пожар и попытался пройти дальше, найти другие воспоминания. Но добился лишь легкой головной боли. – Не думаю, что это так работает. Я вспомнил о пожаре, только увидев вас. Может, если встречу того, кто помог мне выжить, воспоминания вернутся. – Хм, возможно. Тем не менее, вы ничего не вспомнили во время встречи с Волдемортом, кто знает, почему именно мое появление вызвало поток воспоминаний. – Может, потому, что в последний раз я видел Риддла ребенком? Он, должно быть, изменился сильнее, чем вы. Все-таки в то время вы уже были взрослым. Снейп склонил голову: – Но тогда вы должны были вспомнить Дамблдора. Он тоже не особо изменился с тех пор. Гарри фыркнул раздраженно: – Чёрт! Не знаю я! В моей голове полный бардак. Кстати, говоря о Дамблдоре, он никогда не подозревал, что вы знаете больше, чем должны? Снейп напряженно покачал головой: – Сначала я хотел высказать ему все, обвинить в содеянном, но понял, что меня бы тоже ожидал трагический несчастный случай. Я начал собирать информацию об этой гильдии «Возрождение», но все, что смог узнать, – это то, что Дамблдор там занимает одну из руководящих должностей. Они один раз пробовали сжечь лабораторию, поэтому Лили и решила хранить местоположение новой в секрете. Если бы только она не доверилась мне... Гарри взлохматил волосы и попытался осознать все новые сведения. – Бессмыслица какая-то! Я понимаю, что он состоял в гильдии, которая, очевидно, и начала хаос, поэтому они пытались убить моих родителей, ведь те могли предотвратить разрушения. Но что я-то им сделал? Они же не пытались убить Риддла, так? И почему именно сейчас? Я имею в виду, все это время я был у Дамблдора под самым носом, что мешало убить меня раньше? – Ну, уверен, изначально вы были просто невинным ребенком, которым можно было пожертвовать ради высшего блага. И это вполне вписывалось в их планы. Если бы он встретился с вами только сейчас, скорее всего, попытался бы закончить начатое. Но, очевидно, его годами устраивало, что вы живете рядом. Может, он боится, что в конце концов вы все вспомните? Даже не сомневаюсь, он убил бы меня, если б решил, что я знаю правду о пожаре. – Ну да, но если он так боится правды, мог бы убить меня давным-давно, так? К чему было ждать? Снейп пожал плечами: – Я могу только догадываться, почему он не хотел убивать вас до этого. А его активность сейчас, скорее всего, связана с появлением Тома Риддла. Как мы выяснили сегодня, знакомые лица могут вызвать возвращение воспоминаний. Гарри слабо ухмыльнулся: – Немного подозрительно будет, если я побегу к Риддлу и расскажу о Дамблдоре, да? Снейп приподнял брови: – Подозрительно? Гарри посмотрел на него в недоумении: – Ну, вообще-то, я не могу рассказать ему о вашем участии в его жизни, не так ли? Похоже, вы думаете, что он уже не настолько кровожаден, как раньше, но, поверьте, он может вернуться к прошлому образу в мгновение ока. Лицо Снейпа ничего не выражало, но тело было натянуто, как струна. – Каждый мой день наполнен стыдом, позором и ненавистью к себе. Я бы никогда не стал винить вас за открытие правды лорду. Конечно, мудрее было бы молчать об этом, но, увидев вас, я понял, что должен рассказать все, потому что вы, как никто, заслуживаете знать правду. Гарри смотрел на напряженного мужчину перед собой. В его глазах было полное смирение, как будто он не сомневался, что Гарри сдаст его Волдеморту. Может, он на это втайне надеялся? – Я прощаю вас, – сказал он внезапно. Слова сами вылетели у него изо рта, но чувствовались так правильно - он действительно простил измученного мужчину, сидящего за столом. – Нет, – прошептал Снейп с болью, – никогда не говорите этого. Неважно, каким добрым может быть ваше сердце, есть вещи, за которые нельзя прощать. – Вы забываете, что, в конце концов, именно я уронил ту спичку, я сжег их... Вы говорите, что не заслуживаете жизни, но разве я заслуживаю того, чтобы выжить? – горько спросил Гарри. – Вы были ребенком. Я же – взрослым человеком... – ...безумно влюбленным в замужнюю женщину, муж которой мало того, что был подонком, так еще и повелся на манипуляции Дамблдора, – грустно улыбнулся Гарри. – Прекратите ненавидеть себя и начните винить Дамблдора, он в ответе за все случившееся, не вы. – Как вы можете так спокойно говорить о смерти своих родителей? Хм, хороший вопрос. Гарри понимал, что должен чувствовать что-то еще, но самым сильным было облегчение от того, что наконец он узнал о своем прошлом. Он ощущал грусть и вину за свою роль в их смерти, но не было той жгучей боли, которую можно представить в таких обстоятельствах. – Я их не знал. Тосковать по тому, чего никогда не имел, – это не для меня. К тому же, я столько раз видел, как родители бросают детей ради своего спасения... Мне нелегко принять их смерть, особенно, учитывая мою роль в этом, но я отказываюсь хоронить себя под камнем вины и надеюсь, что вы последуете моему примеру. Снейп напряженно смотрел на него, будто пытаясь прочесть мысли. Гарри посмотрел ему прямо в глаза: – Спасибо за то, что любили мою маму, мистер Снейп. Уверен, она бы не желала вам такой участи, вашей ненависти к самому себе... А если и желала, значит, никогда вас не заслуживала. Гарри ясно видел бурю эмоций, что бушевала внутри Снейпа. Черт побери, бедняга никогда не переставал любить ее. Он мягко улыбнулся. Должно быть, мама была удивительной женщиной и достойна такой любви. Да и Снейп сам довольно удивителен в своей непоколебимой преданности любимой. – Чего она точно не заслуживала, так этого того, что Поттер делал с ней, – пробормотал Снейп, избегая взгляда Гарри. – Ах да, мой дорогой отец, – задумчиво протянул Гарри. Он не совсем понимал, что чувствует по отношению к мужчине, который участвовал в его зачатии. Даже Снейп, который, очевидно, ненавидел Джеймса от всей души, признавал, что были времена, когда он был любящим мужем и отцом. Что же случилось с ним, откуда такая зависть к жене, что превратила его в безумца? И еще эти таблетки, которыми отец пичкал его черт знает сколько времени... – Что именно он сделал со мной? Перспектива обсудить научные факты вернула Снейпу уверенность. – Как я и сказал, таблетки должны влиять на нервные клетки тела, но я так и не выяснил, каков их эффект. Из того, что рассказал Поттер, понятно, что он пытался подтолкнуть эволюцию, перейти на следующую ступень развития человека. Скорее всего, его интересовал именно человеческий интеллект. Снейп настороженно взглянул на Гарри. – По слухам, вы невероятно умны... даже слишком. – Э-э... – бессвязно пробормотал Гарри. Нелегко принять тот факт, что своим умом он обязан таблеткам и отцу, проводившему эксперименты. Даже если он будет первым, кто скажет, что его моменты беспамятства не очень нормальны. – Я не сомневаюсь, что ваш ум большей частью от природы. В конце концов, ваши родители были очень умны, делали удивительные открытия. К тому же, до хаоса, когда у людей еще было время задумываться о разных вещах, существовала теория, что мы не используем весь потенциал нашего мозга. Может, эти таблетки просто помогли вам использовать все возможности вашего разума. – А не могут они вызывать... обмороки? – невинно спросил Гарри. – Какие обмороки? После минутного сомнения Гарри рассказал Снейпу о своих «провалах». И даже больше – об отсутствии воспоминаний после, о побочных продуктах, о том, чего не знали даже Ремус с Сириусом. По лицу Снейпа было сложно что-то понять, но в его глазах читалось беспокойство. – Интересно. Таблетки и правда могут вызывать что-то подобное. Мне нужно продолжить тесты. – У вас сохранились эти таблетки? – недоверчиво спросил Гарри. – Нет, но сохранились мои заметки по их анализу. Если я все правильно помню, некоторые из составляющих будет трудно отыскать, но не невозможно. Уверен, что смогу восстановить точный состав, когда мы вернемся в штаб. Снейп бросил на него оценивающий взгляд. – Я так понимаю, вы отправляетесь с нами? Или это еще под вопросом? – Эм...– начал Гарри, вызывая еще одну натянутую улыбку на строгом лице Снейпа. – Понятно. Увидимся послезавтра тогда? – Снейп ухмыльнулся при виде удивленного выражения Гарри. – Вызов… припоминаете? Не знаю всех деталей, но слышал, вы там играете главную роль. Гарри застонал: – Черт! Точно, надо же краску еще смешать. Э-э, увидите сами, – пробормотал он на не заданный вопрос Снейпа. Их прервал стук. Кто бы это ни был, манерами посетитель был не обделен – вряд ли те остатки стены и развороченную дверь можно считать преградой. – Ожидаете кого-то? – тихо спросил Снейп. – Нет, – прошептал Гарри. – Простите? – высокомерно прозвучало из-за прилавка. – Это Люциус Малфой, – ухмыльнулся Снейп, – удивительно, как это он еще не упал в обморок при виде вашего бардака. – Он опасен? – настороженно спросил Гарри. Хватит с него незнакомцев, похищающих его из собственного дома. – Для меня – да, если увидит здесь. У вас один выход? Гарри показал ему запасной ход, и с прощальным кивком Снейп растворился в ночи. Гарри отправился ко входу. Ему пришлось подавить улыбку при виде взрослой копии Драко. Очевидно, он не единственный, кто весь пошел в отца. И если судить по поведению сына, рядом с Люциусом нужно следить за языком. – Вы, должно быть, мистер Малфой, здравствуйте. Чем могу помочь? Малфой окинул презрительным взглядом его магазин, как будто обвиняя, что его заставляют находиться в таком неопрятном жилище. С трудом, но у него все же получилось скрыть неудовольствие на лице. – Мистер Поттер? Да, я слышал, вы... оказали помощь моему сыну. Я здесь, чтобы выразить благодарность. Боже, неужели так тяжело сказать просто «помогли» и «спасибо»? Видимо, да, ведь приперся же он ночью, чтобы «выразить благодарность». – Он не виноват, что Фадж хотел его похитить, жаль, что ребенка втягивают в конфликты взрослых. Люциус одобрительно кивнул. – Я слышал, вы поможете нам в предстоящей битве с этим отвратительным человеком. Надеюсь, все готово? – Э-э... Да, конечно, практически все, – соврал Гарри. Давно было бы, если б члены этой чертовой группы перестали его отвлекать. Между ними повисла тишина. Люциус явно пытался закончить встречу, но не хотел казаться невежливым. – Хорошо... Если вам что-нибудь понадобится – обращайтесь без колебаний. Моя семья у вас в долгу. С кем-нибудь другим Гарри бы отмахнулся от такого замечания, но было у него чувство, что услуга от Малфоев сослужит ему добрую службу. – Спасибо, мистер Малфой. И вновь молчание. Ноги Гарри начали замерзать на холодном полу рядом с раскуроченной стеной. В конце концов Люциус нарушил тишину: – Удачи с приготовлениями, мистер Поттер, доброй ночи. – Доброй ночи, мистер Малфой, передайте Драко от меня привет. Люциус кивнул и торопливо скрылся в темноте, будто боялся, что кто-то заметит его рядом с магазином Гарри. Единственное, чего хотелось сейчас Гарри, – лечь в кровать и обдумать все, что он сегодня узнал. Но до вызова оставался всего день, а ни краска, ни его щит не были готовы. Вздохнув, Гарри принялся за работу. Перемешивая краску, он думал, каково будет увидеть Риддла, зная об их общем прошлом и о Северусе Снейпе. Лучше бы Риддл не знал об этом как можно дольше. Черт, Гарри надеялся, что не будет вести себя рядом с лордом по-другому, ведь тот сразу заметит изменения. Гарри потряс головой и попытался сосредоточиться. У него впереди битва, а мысли о прошлом и о Дамблдоре придется пока отложить.