Dance to me

- Сержио, просыпайся! - Айтор ходил по комнате в поисках своих вещей, насвистывая что-то и не потрудившись даже натянуть шорты. Я прикрыл глаза согнутой в локте рукой и не подавал признаков жизни, дожидаясь, пока сосед скроется в душе. Придется сегодня идти умываться после него, в паркую маленькую комнатку, но вставать спозаранку в единственный выходной было бы полным сумасшествием. Когда, наконец, щелкнула защелка, я сел в кровати, помотал головой, пытаясь прогнать остатки сна, и покосился на лежащий на тумбочке телефон. Вчера я не стал заходить в сеть, не желая портить вечер, и сейчас разрывался между двумя одинаково сильными желаниями - зайти в фейсбук и не делать этого. Рука малодушно потянулась к мобильному, но включать интернет или нет, я пока не решил. Большой палец двигался по корпусу, скользнул на экран и нажал на кнопку. Экран тут же засветился, и на меня уставился обладатель самых красивых в мире глаз. Как же он вчера испугался, что я наделаю глупостей. Он, наверное, не поверил ни единому моему слову и догадался, почему я с ним так себя веду, но он мой друг, и потому пока терпит и ничего не говорит. Готов ли я поставить все на кон и открыться, лишившись его дружбы? Я отбросил телефон в сторону, решив не портить себе день с самого утра, ведь если там после вчерашнего пусто - это будет катастрофа, если он переживал - это жалость, а мне нужно совсем иное. Нужно взять паузу и освежить голову, терять единственного друга я не хотел. Был, конечно, еще и Айтор, но сравнивать их с Томом я не смогу никогда, потому что Том - это Том, и вам не понять, о чем я, если вы никогда его не видели и не попадали под его очарование. Денек выдался погожий, теплый и солнечный, самое то для прогулки. Я обещал Айтору, что поеду с ним на блошиный рынок, чтобы выбрать материал для своей накидки, и тянуть было уже некуда - зачет назначен на этот четверг. Поругавшись на соседа, напарившего в душе так, будто это сауна, я быстро принял контрастный душ, оделся и поторапливал копающегося приятеля. - Айтор, мы же не в клуб едем, а просто на блошиный, мать его, рынок, никто там не будет смотреть на то, как ты одет, - он в очередной раз менял куртку и ботинки, которые не шли к бейсболке, но слышать о том, что проще взять другую бейсболку, он не хотел, заявив, что я ничего не понимаю в моде. Ну а я что? Я и не понимаю, одеваюсь так, как мне нравится. Я стоял, привалившись спиной к двери, а уже с виду готовый выходить сосед снова ринулся к комоду и устроил там раскопки в поисках непонятно чего. Внезапно опора исчезла, и я, пошатнувшись, упал на кого-то. - Это всего лишь я, Сержио, сохраняй спокойствие, - родной запах окутал меня, и я поплыл. - Доброе утро, Том, - я смотрел на него и смущенно улыбался, - а мы вот тут... - Уже уходим, хорошего дня, - закончил за меня сосед и по-хозяйски обмотал мне шею каким-то шарфом, который, видимо, и искал так долго. Я опешил от его слов, но в принципе он не соврал, нам и вправду было пора, и отказаться от этой поездки я не мог. - Айтор, что это? - спросил я, чуть ослабив шарф. - Тебе подходит к пальто, и глаза оттеняет. Идем, - и он едва удержался от того, чтобы оттащить меня от Тома за руку. - Жаль, - в голубых глазах и вправду было видно сожаление, - я думал после завтрака выбраться в город, мой железный конь застоялся в стойле. Хорошего дня, Серж, - он похлопал меня по плечу и побежал по лестнице вниз, перепрыгивая через ступени, а мне от досады хотелось не просто плакать, а натурально выть, а еще лучше - послать Айтора и кинуться за Томом вдогонку, но вместо этого я поплелся к автобусной остановке, голодный и злой. Наш путь лежал в легендарный Уайтчепел, злачное некогда место, где орудовал Джэк-потрошитель. Уже сидя в метро я немного успокоился, решив, что не всё так страшно, и даже хорошо будет все-таки остыть, потому что моя реакция на Тома была слишком острой, а ведь я решил с ним дружить, раз уж чувств он ко мне не испытывает. И все мои обещания, данные самому себе, рушились, как карточный домик, едва Том оказывался рядом. - Тебе понравится в Брик Лейн, по выходным там офигенные ярмарки, и можно накупить кучу экстравагантных вещичек. Я люблю туда ездить, и могу потратить там все до последнего пенни, так что ты смотри, чтобы меня не занесло, - тарахтел мне в ухо Айтор, которого я, по традиции, почти не слушал, думая о своем. И когда я успел отдать все свое свободное время Тому? Ведь если я не с ним - я думаю о нем, он не выходит у меня из головы, и все, что мне интересно, связано с Томом. Я перестал интересоваться чем-либо, кроме танцев и него, хотя, приехав сюда, задался целью стать лучшим выпускником курса и строить карьеру. Интересно, если бы меня поставили перед выбором: Том или танцы, что бы я сейчас выбрал? - Вставай, приехали, - Айтор потряс меня за плечо, и мы вышли на платформу метрополитена. На этот раз удалось добраться без приключений, и будь я тогда собранней, возможно, эта страсть бы и не вспыхнула. Мы купили по стаканчику кофе и какой-то восточной булочке и пошли между рядов, на которых, действительно, чего только не было - старомодная одежда, которую теперь звали винтажной, кислотной расцветки туфли на огромных каблуках, ковбойские сапоги и самбреро, индийские саронги и короткие платья в пайетках, похожие на дискошар. Мое внимание привлек стенд со шляпами, и я принялся примерять их одну за одной, пока не понял, что первая увиденная, бордовая с широкими полями, таки запала мне в сердце, и я отвалил за нее довольно приличную сумму. В этой шляпе я себе казался неотразимым, и, судя по восхищенным глазам Айтора, так оно и было. Вообще, стоило бы задуматься, отчего он так восхищается мной на ровном месте и за что так не любит Тома, но у меня были мысли поважнее, потому я отмахивался от своих догадок, как от назойливых мух, и старался убедить самого себя, что это все чепуха и меня не касается. Так мне сейчас было удобнее. - Слушай, может немного отдохнем? - в который раз спросил я, впрочем, понимая, что оттащить Айтора от всего этого великолепного хлама и вправду непосильная задача. Он с упоением рылся на раскладах, стучал плечиками на длинных штангах с вещами разных лет, ел на ходу какие-то продающиеся тут же сладости и был абсолютно счастливым, чего о себе я сказать не мог. Уже через час я был, словно выжатый лимон, еле тянул ноги и хотел поскорей свернуть в кафе и впервые за день нормально поесть. - Пока ты тут грустишь и ноешь, я нашел ткань для накидки, и вижу отличное боа вооон там, давай бегом, пока не увели! Такие вещи на дороге не валяются! - Айтор толкал меня в спину, пока мы не достигли стенда с боа и прочей мишурой, и уже через две минуты торгов я стал обладателем потрясающего по мнению доморощенного дизайнера шарфа из черных перьев. - Ну хотя бы теперь мы можем пойти отдохнуть и перекусить? - взмолился я. Моя просьба была услышана, и скоро передо мной на столе появился исходящий паром пастуший пирог, а в запотевшем стакане брызгала пузырьками вредная, но от этого не менее вкусная кола. - Знаешь, я мало бывал в Лондоне, и самое яркое впечатление было из детства, когда мы с папой и мамой пошли в музей Мадам Тюссо. Ох и напугался я тогда, передать тебе не могу! С тех пор меня и не тянет больше в такие места. А вот прогулка по местам Джэка-потрошителя привела меня в дикий восторг, было страшно, но и интересно тоже. Я бы еще раз как-нибудь сходил. Чего ты улыбаешься? Айтор смотрел на меня, бросив есть, и улыбался так, будто я шутки шутил или говорил откровенную чепуху, и меня это смущало. Я ведь ему о личном, а он смеется. Хотя, если бы на его месте был Том, все было бы для меня иначе. - Просто ты, наконец, отвлекся и посветлел, на это приятно смотреть. А еще не могу представить тебя маленьким, у тебя фоток нет? - он отпил свой молочный коктейль и откинулся на спинку диванчика. - Да, есть такое... - не стал отпираться я. - Фоток нет, все дома у мамы. Да пацан как пацан был, разве что волосы короткие. Отпустил только в танцевальной школе, хотелось эстетики во всем, а короткие волосы скучные. Но это я о себе, тебе идет стрижка. - Ну да, мне такие волосы и не снились. Хорошо, что отпустил. Ну что, ты наелся? Побродим еще по Кэмдену? - я согласно кивнул, и мы запрыгнули в отходящий от остановки автобус. Когда мы с Айтором обошли уже пару кварталов, ноги вывели нас в Риджентс-парк, и мы бродили по нему до самого вечера. Красивейший ландшафт, пока еще не работающие фонтаны, клумбы, которые вот-вот зацветут, мостики и озера, белоснежные лебеди и пеликаны, голубое небо и зеленая трава, и будь сейчас немного теплее - я бы улегся посреди лужайки, и ни одна сила в мире не смогла бы меня сдвинуть с места. Тишина и покой, единение с природой, чистый воздух и скачущие тут и там белки - филиал рая на земле. Я достал из сумки пакетик орешков, которых накупил целую кучу, вместе с шоколадками и мармеладными мишками, и протянул ладонь. Соскочившая с дерева красавица-белка подошла на расстояние метра и замерла, принюхиваясь и крутя головой по сторонам. Я затаился и не дышал, как маленький ребенок. Только бы подошла! Зверушка подскочила в один прыжок к моей ладони, схватила цепкими пальчиками орех и тут же взлетела на ветку, пощекотав мою руку пушистым хвостом на прощание. Я расхохотался от ощущения чистой неподдельной радости, мне стало так хорошо, что я впервые за день забыл о Томе и своих переживаниях. - Может вместо шляпы лучше было купить тебе шапочку с пропеллером и сладкую вату? - подколол меня очень "взрослый" товарищ. - Айтор, спасибо, что вытянул меня сюда, было действительно здорово, - он просто кивнул, взявшись за козырек, и повел меня на выход. Решив, что отдыхать - так отдыхать, я купил целый пакет еды в Макдональдсе, и, завалившись на постель, устроил себе настоящий пир. Соус, картошка фри, чизбургер и куриные наггетсы. И пускай я лопну, но умру я счастливым. - Господи, не знал, что ты такой обжора! - всплеснул руками вернувшийся от приятелей сосед. С собой он принес какие-то швейные принадлежности и устроился на полу с мелками, тканью и булавками. - Я не обжора, просто сегодня очень устал и мне нужно восстановить силы, - возразил я и решил проверить, писал ли мне Том сегодня. Приложение открывалось, а я жевал и старался убедить себя не нервничать. Выходило откровенно плохо. Входящие - два сообщения. Тапаю, чтобы прочитать, и забываю жевать, застыв с набитым ртом над телефоном. Одно от старого приятеля, второе от Тома. Хм, всего одно? "Ты как, в порядке? Если что - пиши". Вот так, сухо и кратко, и это было вчера. Не особо и переживал, значит. А сегодня то ли еще не вернулся, то ли занят чем-то более интересным, чем общение со мной. Ну да, у него же еще много друзей. Я засунул телефон под подушку, не став отвечать, и закинул еду назад в пакет. Аппетит пропал. - Ты чего? - я и не заметил, что Айтор оторвался от своего занятия и смотрел на меня снизу вверх, всё так же сидя на полу. - Ничего. - И твое ничего написало что-то, что так тебя расстроило? - я понял, что совсем не умею скрывать эмоции, раз считал, что сосед ничего не знает о моей страсти. Отпираться было бессмысленно, а мне так хотелось кому-то рассказать о том, что меня гложет, и я решился. - Ничего не написал, в том-то и дело. Наверное, слишком занят. Ну почему мне так не везет, и тот, чьего внимания хочется мне, никогда не обращает на меня внимания? - я рухнул на подушку, лицом вниз, и накрылся бы еще одной подушкой сверху, если бы она у меня была. - Ты уверен, что тебе так нужно его внимание? - снова этот скептический тон, будто ему известно что-то, чего не знаю я. - Айтор, ты не понимаешь. Ты совсем не знаешь его... - он прервал меня, не дав договорить. - Я здесь подольше твоего, и знаю все, что мне нужно. Возможно, я хотел бы даже этого и не знать, - он вздохнул, и я сел, свесив ноги с кровати. - О чем ты говоришь? - мне не нравились его намеки. - Встань и не двигайся, - строго сказал парень и надел на меня накидку с воротником из перьев. Губы Айтора были плотно сжаты, он держал ими булавки, которыми закалывал ткань тут и там, чтобы накидка лучше сидела, и мучил меня, не давая ответа. - Понимаешь, с виду он нагловатый и задиристый, но, поверь, когда ты с ним рядом, он совсем не такой. Мы гуляли вместе по вечерам, и это было замечательно, с ним очень интересно... Ай! - булавка больно уколола меня в плечо, а Айтор, наконец, подал голос. - Серж, я не хотел вмешиваться, потому что не думал, что ты им так увлекся. - Да не увлекся я им! - уши вспыхнули от стыда, ведь я впервые был раскрыт, моя тайна перестала быть тайной. - Именно поэтому ночами ты висишь в интернете, а его физиономия украшает все, что только можно - от твоего ноутбука до телефона. И нет, я не рылся в твоем компьютере, просто ты однажды забыл закрыть крышку, когда ушел. Сержио, он смазливый, он талантливый, но ты не знаешь, каким он может быть. И лучше бы тебе этого и не знать, - его менторский тон начинал бесить, а внутри все трепетало от той правды о Томе, что еще мне не открылась. - Да ничего я не узнаю, мы просто друзья! - упрямо повторил я, стараясь убедить в этом и себя, и его. - Даже если бы я и хотел - он явно предпочитает девчонок, и этот разговор не имеет смысла, спасибо за все! - я понял, что в чувствах сболтнул лишнего, скинул накидку и хотел выйти из комнаты, но услышал вдогонку то, от чего замер, как вкопанный. - Это Том-то по девочкам? - Айтор зло рассмеялся, и я замер, а по спине скатилась липкая капелька пота. - Да он встречался здесь с парнем, с вашего курса, и ни от кого этого не скрывал. Даже его родители знают, что их мальчик любит других мальчиков, но они какие-то богемные, и их это не слишком беспокоит. Я о том парне тебе и хотел сказать. Ты можешь беситься и говорить, что угодно, но помни, что тот парень бросил танцы из-за твоего Тома, так-то. - Да не мой он! - рявкнул я, схватил пакет и выскочил в коридор, пока Айтор не увидел стоящие в моих глазах слезы. Я тер глаза ладонями и кусал губы, стараясь не заплакать, благо время было позднее, и по пути мне никто не встретился. У мусорных баков я, наконец, остановился, запыхавшийся и всхлипывающий, и дал волю своим чувствам. Все было зря, все мои мысли и надежды разбились об острые скалы слов, сказанных моим соседом. Том не потому не реагирует, что не любит парней. Он не реагирует потому, что не любит меня, и я полный идиот, раз не понял этого раньше.