Dance to me

Удивительно, но после того, как я повел себя с Томом на балу, мне немного полегчало. Не на время, а действительно меня отпустило. Я интуитивно сделал что-то правильное, и по реакции Тома было понятно, что его проняло. Стоило закрепить успех, но в голове был такой сумбур, что я не в силах был понять, что именно сработало. Стоило успокоиться до того, как ложиться. Айтор, наверное, спит, время позднее, и я решил устроиться на подоконнике. Посижу пять минут, переведу дух. Я снял удушливую бабочку и расстегнул три верхние пуговицы на рубашке. Дышать стало легче, а мысли понемногу замедляли бег. Что же мне делать? Я не хочу его терять, но после того, как он себя повел, сам я к нему не пойду, у меня тоже есть гордость. А извинениями с его стороны пока даже и не пахнет. Ну и пошел он к чёрту! Захочет - сам придет, а нет - значит не судьба. Права была Керолайн, сейчас у меня есть заботы поважней. В комнате было тихо, подушка Айтора валялась на полу, а сам он спал, положив руку под голову. Эта картина помогла мне окончательно отогнать грустные мысли. Я поднял подушку и подсунул ее под голову соседа, а после умылся и лег. Странно, телефон светится, кто-то звонил? Я бросил его в комнате, на балу он был мне ни к чему. Надеюсь, что звонок не разбудил соседа. Оказывается, я оставил включенным интернет - смотрел, как завязывать бабочку, и забыл выключить. Иконка фейсбука светилась уведомлением. Надо же, я так давно не был в соцсети, а кто-то решил мне написать. Тыкаю в синюю картинку и вижу фотографию Тома. Решил снизойти и что-то мне сказать? "Спасибо, что не подставил перед родителями" Какие формулировки! "Когда это я тебя подставлял? Не за что, я же сказал, это была ответная любезность" Я собрался спать, но телефон снова засветился. "Никогда, извини, я не то хотел сказать" И следом второе: "Зачем ты меня поцеловал?" Что, зацепило? Зачем тогда делаешь вид, что тебе до меня нет дела? Какой же ты дурак, Том. "Если хочешь что-то обсудить - давай лично, сейчас я хочу спать" Ответ пришел через минуту. "Хорошо, давай завтра после занятий, я зайду за тобой в восемь" Ну что, лед тронулся. Главное не спешить и при всех бушующих в душе эмоциях сохранять безразличный вид. Нечего ему думать, что на нем свет клином сошёлся. Я улыбнулся и уснул с радостным предвкушением завтрашнего дня. Не знаю, как я дожил до вечера, окончательно не слетев с катушек, но в восемь я уже поправлял воротник черной шелковой рубашки у зеркала в ванной. Айтор косился на меня, но ничего не говорил. Да и что бы он сказал, если все было ясно без слов? Узкие, обтягивающие ноги, словно трико, джинсы, струящаяся по груди и плечам рубашка, чуть взлохмаченная прическа, над которой я трудился с полчаса - даже идиот понял бы, что у меня свидание, а Айтор дураком не был, и потому делал вид, что увлечен чтением книги, чтобы не смотреть на меня и не разговаривать. Вот только звука перелистывания страниц я уже давно не слышал. Внезапно зазвенел мобильный, разбивая тишину, царившую в комнате. - Жду тебя за воротами, выходи, - сказал Том и отключился, а я взял кожаную куртку и вышел, не попрощавшись. Стремительно спустился по лестнице вниз и преодолел весь путь до ворот в считанные минуты - я ведь не девчонка, чтобы заставлять себя ждать, да и у самого уже от нервов сводило желудок. Том стоял в пяти метрах от калитки, облокотившись на свой мопед, и курил. Он всегда курил, и ему это дико шло. Этакий плохой парень, дерзкий, своенравный, от таких сходят с ума, и я не стал исключением. Вспомнилась картинка из старых голливудских фильмов, когда вот так же стоящий плохой парень прижимает к себе девушку из хорошей семьи, которая сбегает к нему каждый вечер. Картинка-мечта, столько протеста, любви и нежности в этих объятиях. Внезапно я четко увидел со стороны себя и Тома в подобной ситуации, и увиденное больно резануло по сердцу, до того нелепо мы выглядели. Я мотнул головой, отгоняя видение, и подошел к нему. - Куда мы поедем? - честно говоря, даже наряжаясь я не рассчитывал на поход куда-либо дальше местной пиццерии или нашего кафе. - Покажу тебе одно местечко, я его очень люблю. Хотел сходить туда с тобой на каникулах, - он не закончил фразу, но этого и не требовалось. Слова "пока ты все не испортил" повисли в воздухе, а он швырнул окурок в сток и оседлал мопед. Я сел сзади, не дожидаясь приглашения. Мы обходились короткими фразами, оба были заметно напряжены, и чем все это кончится - я пока не представлял. Обхватив Тома поперек талии одной рукой, второй я всё же взялся за ручку, не давая себе шанса прижаться к нему и ухватить украдкой подобие объятий. - Держись хорошо, - бросил Том через плечо, и мы покатили по темным вечерним улицам куда-то в центр, ориентироваться по городу мне все еще было сложно. Свернув в очередной переулок, Том остановился. Я увидел неподалеку длинную очередь из людей, и это несмотря на понедельник. Вывеска гласила, что мы прибыли в клуб the Queen of Hoxton. - Это то самое место? - если честно, то шумно было даже снаружи, музыка оглушала, не оставляя шансов для разговора, и это показалось мне странным. - Да, тебе понравится. Это намного круче того клуба, где мы были в Амстердаме, хотя он и не для геев, - Том схватил меня за рукав вместо ладони, а я рефлекторно сжал пальцы, поймав лишь воздух. Как быстро вырабатываются такие привычки. В очереди стоять не пришлось - поздоровавшись и сунув охраннику денег, мы просочились внутрь, в темноту, разрезаемую лишь разноцветными лучами стробоскопов. Спустившись вниз, мы оставили куртки в гардеробе и заказали в баре по шоту - Том предложил, а я не стал отказываться, нужно как-то расслабиться, иначе зачем было сюда приезжать? Неопределенность и неизвестность этого вечера пугали и будоражили, полосатый коктейль обжег горло и разлился по пищеводу, согревая и заставляя сердце биться чуть чаще. Внизу было тише, выступала какая-то группа, в наличии был даже стол для моего любимого пинг-понга, но сейчас нам обоим нужен был электрический импульс, и мы, не сговариваясь, ринулись на танцпол. Пожалуй, я бы не отказался от еще одного коктейля, потому что мышцы мои стали расслабляться, делая движения более плавными и сексуальными, и не особо понимая, что делаю, я соблазнял и провоцировал, забыв о цели нашей встречи. Но я снова вел в нашей паре, и чувство пускай и сомнительного, минутного превосходства дарило мне свободу и раскованность, и по раскрасневшемуся Тому я понимал, что мне удалось поймать нужную волну. Ну что ж, поиграем? Сейчас, понимая, что Том не сможет ко мне притронуться в этом зале, я мог заводить его по полной, заставлять хотеть себя без малейшего намека на продолжение. Я развернулся к нему спиной, чтобы не видеть его расширившиеся от возбуждения зрачки, и покачивал бедрами в такт музыке. Я понимал, что мои узкие джинсы делают все движения манящими, и сейчас на мой зад, возможно, пялится не один Том, не он один лапает меня глазами, но мне до этого нет дела. Я просто танцую, я люблю танцевать, и раз уж мы в клубе - то чем еще заняться, как не этим? Танцующая рядом девчонка обвила меня за шею, подстраиваясь под заданный мною ритм, и мы задвигались вместе. Она потиралась о меня бедрами, но судя по ее глазам делала это не осознанно, она приняла явно что-то более действенное, чем невинный коктейль, и отрывалась на всю катушку. Я вспомнил себя в Амстердаме, как мне снесло голову, и как было легко и просто в тот вечер. Как мы обжимались у всех на глазах в клубе и на набережной, я вел себя, как настоящая шлюха, набросившись на него, но ведь я этого так хотел. И если бы не отходняк поутру, я бы и сейчас, возможно, не отказался от чего-то веселящего. Господи, Серж, что ты несешь?! Очнувшись, я испугался себя и своих мыслей. Что я творю вообще? Я соглашался на разговор, а сам похотливо кручу задом на танцполе неизвестного клуба, пьяный и с упоротой девушкой на шее! Легко ее оттолкнув в объятия следующего желающего, я устремился к гардеробу, пробиваясь сквозь толпу людей к ведущей вниз лестнице. Когда я поворачивал, проходя мимо туалетов, на мое бедро легла властная мужская рука, а вторая крепко взяла за локоть, не пуская идти дальше. - Такой горячий мальчик, я глаз от тебя оторвать не мог, - чужое дыхание неприятно обжигало шею, и я дернул локтем, пытаясь освободиться. - Тут очень удобные кабинки, тебе будет со мной хорошо... Я сбросил его руку с бедра, и, заехав локтем ему куда-то в живот, буквально побежал вниз. Вот же идиот, что я творю? - Серж, да погоди ты! - запыхавшийся голос Тома послышался совсем рядом, и я остановился. - Что с тобой, тебе плохо? Не стоило тебе пить, извини. Его всерьез встревоженный вид почему-то меня рассмешил, или это было нервное? - Все нормально, Том, - я надел куртку, запахиваясь потуже, чувствуя себя голым после эпизода у туалетов. Надо же, а я совсем не плох, раз в крутом клубе пользуюсь таким успехом. - Ты хотел поговорить? Можем найти место поспокойнее? Время позднее, завтра с утра у нас занятия, так что давай к делу. - Ладно, - Том взял свою куртку тоже, но повел меня почему-то не на улицу, а по очередной лестнице наверх. Мы проходили мимо закрытых дверей непонятного назначения, хотя не трудно догадаться, для чего посетителям могут понадобиться отдельные комнаты. У одной из дверей с табличкой Том попросил меня подождать минутку, и скрылся внутри, а когда вышел, в руках у него был ключ. Неужели Том потащит меня в VIP-рум? Это было бы смешно, говорить в комнате, в которую приходят потрахаться, зная, что тебе это точно не светит. Этот вечер был таким сумбурным и абсурдным, что я уже устал думать и просто ждал, что будет дальше. Пройдя еще несколько пролетов, мы уперлись в тупик - на площадке была единственная запертая дверь, ключ от которой, как оказалось, и взял Том. Щелкнув выключателем, он распахнул дверь и пригласил меня войти первым. Я почувствовал свежий воздух, и еще до того, как разгорелись лампочки, понял, что это какая-то терраса, но все оказалось куда лучше - мы с Томом очутились на крыше. - Вау, - не удержался я, и даже, кажется, присвистнул. - Нравится? - улыбнулся Том, и вмиг посветлел лицом. - Ещё бы, не бывал раньше в таких местах, - я бродил, осматриваясь. Вид на ночной Лондон был не то, чтобы очень красивый, но то, что открывался он с крыши, придавало ему особый шарм. Забор с одной стороны был деревянным, с другой жестяным, но главное он не давал перебравшим посетителям свалиться вниз или отправиться гулять по крышам близлежащих домов. Вся атмосфера была похожа на внутренний дворик с лужайкой, яркими столиками и лавками. Роль некоторых столов выполняли бочки со столешницами, эффектный ход. Под навесом обнаружился бар, правда, закрытый, как и вся площадка, и несколько цветных мешков-кресел. Пока я бродил по периметру, Том перетянул их на открытое пространство, чтобы ткань навеса не мешала смотреть на звезды. - Как тебе удалось получить ключ? - я подошел к нему вплотную, втягивая дым от его сигареты. - Личные связи, - подмигнул он, - хозяин - приятель отца, я тут часто бываю. Курить хочешь? - Странно услышать такое предложение от тебя, - я вспомнил, как раньше он отбирал у меня курево и ругался, хотя сам дымит, как паровоз. - И часто ты приводишь сюда кого-то? - ревность сквозила в вопросе, но тон удалось удержать легкий и шутливый, будто мне всё равно. - В клуб? Бывало. На крышу - никого, - он затянулся и отправил сигарету вниз, наблюдая за полетом угасающего огонька. - Вообще еще не сезон, но мне тут очень нравится, тем более, когда больше никого нет, - Том взялся руками за борта моей куртки, и я задержал дыхание. Но вместо поцелуя или объятий он просто застегнул ее, чтобы я не замерз, видимо. - Круто, - ответил я, не понимая, к чему он клонит. - Надо было взять что-нибудь в баре сразу, теперь спускаться не хочется. Я уселся в кресло и вытянул уставшие ноги. Из-за подсветки звезды казались тусклее, чем могли бы быть, но это не мешало наслаждаться их видом. Скрип двери заставил меня опустить голову и повернуться - официант принес целый поднос чего-то непонятного, и кальян в придачу. Похоже на настоящее романтическое свидание. Интересно, Том готовился, или это экспромт? Он принес кальян поближе и подал мне мундштук. - Не знаю, какой ты любишь, заказал на свой вкус, - я затянулся и почувствовал аромат дыни и легкий холодок, мята, что ли? Пока он возился с подносом, я сделал еще несколько затяжек, чтобы уголек не погас, и в голове у меня все закружилось, а руки и ноги стали легкими и будто немного ватными. Я передал Тому кальян, едва он уселся рядом. - Потяни пока ты, мне надо отдышаться, - я потянулся к чашке, в которую Том успел налить чай. Рядом нашлись пирожные, очень кстати, и кое-что покрепче. Ликер какой-то, что ли? - Слабые легкие, Сержио, - подколол он, выпуская колечками густой белый дым. - Ну не все же курят каждый день по пачке, я берегу свое здоровье, - вернул я ему подколку. - Да, нечего и начинать, хорошие парни не курят. - А с чего ты взял, что я хороший? - я затянулся, снова наполняя свое тело ощущением легкости. - А почему я должен думать иначе? - Том потягивал густой кофейный ликер, повернувшись ко мне вполоборота. - Потому что, в сущности, ты ничего обо мне не знаешь. Как и я о тебе, - он очень красиво курил, а после его губ я ощущал липкую сладость на пластиковом колпачке. - Вкусный ликер. Я взял и свою стопку, делая маленький глоток. Не очень крепкий и очень вкусный. Да, Том понял, как меня можно подсадить на выпивку. Почему-то пить с ним вдвоем было для меня нормальным, хотя еще недавно я совсем не пил, мне это было не нужно. - А что ты хочешь знать? Спрашивай, я расскажу, - и он вправду бы рассказал, я это видел по нему, вот только спрашивать что-либо мне расхотелось. Не имело смысла уже его прошлое, о планах на будущее я знал и так, а настоящее происходило сейчас, и оно было целиком в моих руках. - Хочу знать, зачем мы здесь? - ответ был уже настолько очевиден, что прозвучавший вопрос сбил Тома с толку. - Серж... - он теребил пальцами пуговицу на своей куртке. - У меня не идет из головы тот поцелуй. Я не понимаю, чего ты хочешь. Он поднял на меня ставшие серьезными глаза, и я всматривался в них, пытаясь понять, что чувствует он, не спрашивая этого прямо. - Ты знаешь, чего я хочу. Хотел, - поправился я, учитывая события последних недель. - Но это уже не важно, мы ведь даже не друзья уже, ты и твои приятели дали мне это понять. Похоже, что такого ответа Том не ожидал, хотя ничего для него нового в моих словах не было. Отложенный в сторону кальян давно потух, а чай остыл, романтическая картинка меркла на глазах, а в голове прояснялось. - Извини, - начал он, но раскаяния в его голосе не было, - но чего ты хотел после того, как сам меня послал? Кровь ударила мне в голову, но, поборов возмущение и обиду, я ответил ему с улыбкой. - Все дело в сексе, Том? Для тебя это главное? Я не дал - значит, не стоило и пробовать понять меня и попытаться вернуть? Овчинка выделки не стоит? - он открыл было рот, чтобы мне возразить, но я жестом попросил его замолчать и расстегнул куртку и пару пуговиц на рубашке, обнажая ключицы и грудь. - Мы оба понимаем, зачем пришли сюда сегодня, и скажу прямо - если бы я не хотел, то давно бы отсюда уехал. Так что давай приступим к делу, пока я окончательно не замерз. Сказать, что я сам не был в шоке от своих слов, значит не сказать ничего, но слова сыпались с моего языка и никак не согласовывались с мыслями. Меня несло, но я не хотел останавливаться, понимая, что если и дальше буду молчать и ничего не делать со сложившейся ситуацией, то этот нарыв и будет все больше воспаляться и болеть, так что лучше раньше, чем позже. Я отбросил куртку в сторону, отодвинул поднос ногой, отчего чашки жалобно зазвенели, и опустился на колени перед часто моргающим Томом. Вся его крутость и самоуверенность испарилась, и я видел перед собой обычного мальчишку, ничего не понимающего и немного шокированного происходящим. - Серж, что ты делаешь? - голос его едва уловимо дрожал. - Ты же знаешь, как я к тебе отношусь! Я расстегнул пуговицы на его штанах и уже держал в ладони пока еще вялый, но уже пробуждающийся от прикосновений член. - Не знаю, Том, в том-то и дело, - я провел языком вдоль ствола, от головки к основанию, увлажняя и оттягивая кожу, а Том застонал и всхлипнул. Он пытался что-то говорить о любви, но я не слушал, просто взял в рот и старательно отсасывал. Знакомый вкус, привычные движения. Меня самого это завело куда больше, чем Тома, в узких джинсах стало неимоверно тесно и даже больно. Я добавил к губам язык, выписывая узоры, а Том уже вовсю скреб ногтями по ткани кресла, кусая губы и толкаясь бедрами вперед. Рискуя подавиться, я выпустил его член изо рта с пошлым чпоком, который в ночной тишине был слышен, казалось, на пару кварталов. Интересно, есть ли тут камеры? - Потише, горловой минет делать я не умею, - я вытер слюну с губ и расстегнул свои джинсы, стоило сделать это раньше, потому что член стоял, как каменный, и подергивался от нетерпения. Я накрыл его ладонью и невольно застонал, до того стало хорошо. Прохладный ночной воздух приятно освежал, но кое-кому было по-настоящему холодно. - Серж, пожалуйста, - жалобно попросил Том, глядя на меня замутненными от возбуждения глазами. Я провел второй ладонью пару раз по холодному из-за остывшей слюны члену, обвел пальцем горячую головку и снова накрыл его ртом. Чувствуя, что долго не продержусь, я сосредоточился на его головке, вылизывая ее и трахая своими губами, не опускаясь ниже. Вперед-назад, вперед-назад. Не знаю, откуда я это взял, но моя техника работала, и едва мой член начал содрогаться в ладони, я почувствовал во рту его сперму. Разом накатила усталость, я сплюнул в пустую чашку, обтер руку о салфетку и плюхнулся в кресло почти без чувств, даже не удосужившись застегнуть штаны - хватило и того, что я их натянул. Кажется, я задремал, потому что очнулся от того, что меня накрыли колючим пледом. - Который час? - спросил я у прижимающего меня к себе Тома. Шевелиться не хотелось, мышцы затекли, а губы саднило. - Долго я спал? - С полчаса, - ответил он, целуя меня в висок, - ты вырубился, и я не смог тебя растолкать. Мой соня. Он повернул меня к себе и поцеловал прежде, чем я успел что-либо сообразить. Сонный, с гудящей головой, я все еще плохо понимал происходящее, но слово "мой" и его теплые нежные губы заставили меня забыть обо всем, и я не стал этому противиться. Пускай он гладит, прижимает, ласкает и шепчет нежные слова. Сегодня можно, это просто такая ночь, а завтра все вернется на круги своя. Я подставлялся под его горячие губы, покрывающие поцелуями мои глаза, щеки, лоб и рот, пока удар часов Биг Бена не привел меня в чувства. Всего один. - Уже час ночи?! - я выпутался из его объятий и стал озираться в поисках куртки. Тоже мне, стриптизер, вывалял любимую вещь в пыли. Я взял льняную салфетку, чтобы очистить кожу, но тут же бросил ее назад, вспомнив, что я вытирал ей в последний раз. - Где зажигалка? Ее нужно сжечь, Том! - Ну да, а сперму из чашки выплеснуть на улицу? - рассмеялся он. - Да брось ты, они тут и не такое видели, это же ночной клуб. И раз уж ты проснулся, то поехали назад, мы и так припозднились. Я застегнулся и пошел вслед за Томом. Он врал, спал я явно дольше, а он из чувства благодарности не стал будить. Хорошо хоть замерзнуть не дал, ночи в конце апреля все еще холодные, а на крыше гуляет ветер. Но все же стоило признать, что эта ночь была одной из лучших. Всю дорогу вниз Том вел меня за руку, крепко сжав пальцы, отпустив только на миг, чтобы отдать ключи, но перед этим он настойчиво гладил мою ладонь пальцами и несколько раз повторил, что он всего на миг, будто я слабоумный какой. Вообще, Том вел себя нетипично и немного смешно, и это меня забавляло, но виду я не показывал. Выйдя, наконец, на улицу, мы нашли на парковке мопед и поехали домой. Прижимаясь к томовой спине, я радовался, что Мейган закален тусовками и может уверенно вести после всего выпитого, выкуренного и сотворенного нами этой ночью. - То, что случилось на крыше, останется на крыше, - строго сказал я глупо улыбающемуся Тому, когда мы пробрались в корпус. - Ты такой серьезный стал, - он убрал за ухо прядь моих волос, походя поглаживая по щеке. - Спокойной ночи, Том, - я поцеловал его в уголок губ и скрылся за дверью, ощущая невесомость. Я был в подвешенном состоянии и не понимал, куда мне двигаться дальше.