Реалити шоу

      Дни после исчезновения Мэг были наполнены страхом и тревожным ожиданием, апогеем которых стал звонок на мобильник Кэт. Из соображений конспирации этот телефон теперь носила при себе её мама и отвечала на все звонки. - Кэт, привет! Это Мэг, ты узнала?       Миссис Майерз застыла и тупо уставилась в монитор. - Э… Мэг?! – Мелоди почти выкрикнула имя племянницы. Кто-то тронул женщину за рукав: - Потише, пожалуйста…       Миссис Майерз бесстрастно посмотрела на коллегу и, ни слова больше не говоря, поднялась со своего рабочего кресла и вышла в офисный коридор. Эти несколько секунд вынужденного молчания удержали женщину от рефлекторного вопроса «Тебя уже выпустили?!» - А я, представляешь, Кэт, забыла захватить документы, и хочу тебя попросить привезти мне моё водительское удостоверение и всё остальное, там, планшетник и другие вещи… - Мэг, где ты? Что же ты не предупредила о том, что хочешь уехать?! – Мелоди лихорадочно подбирала подходящие к ситуации вопросы, одновременно пытаясь понять, действительно ли она слышит голос Мэг, ведь утром Кэт рассказывала, что та всё ещё в плену. - Кэт, ты обиделась? Это Макс меня увёз, ну, помнишь, я тебе про него рассказывала… - слова собеседницы перемежались треском и шипением на линии.       Возможность такого звонка уже рассматривалась ими совместно с Майклом, и всё равно он стал неожиданностью. - Мэг, девочка моя, а Кэт… погибла… - Мелоди постаралась придать голосу нужную трагичность.       «Придерживайтесь нашей легенды, даже если Вы на двести процентов уверены в том, что Вам позвонила именно Маргарет», - ранее инструктировал её следователь. - Как… погибла?.. А кто это?.. - Мэг, это – Мелоди... - Ой, Мелоди, простите, - шипение в трубке стало громче. – Я с…боле…ную… Как… э… слу…лось? Ой, тут …язь плох… …овит… - Мэг, где ты?! – инстинктивно попыталась докричаться до собеседника через помехи Мелоди, про себя отметив, что настоящая Мэг всегда называла её «Мэл». - Я приеду! – крикнули из трубки, и тут же прошла целая волна треска. – Ой, как же… она ж…       Связь прервалась. Миссис Майерз устало прижала трубку к груди и закрыла глаза.       Номер телефона не определился, но звонок на мобильный её дочери детективы должны были автоматически отследить. «Мистер Корти выяснит, откуда звонили», - с этой мыслью Мелоди, тяжело ступая, вернулась на рабочее место.       Однако в установлении местонахождения абонента не оказалось смысла, потому что уже через несколько часов на мобильник Кэт позвонил констебль Даннингтона и деликатно сообщил, что «на Ваш номер был совершен вызов с телефона, обнаруженного в руках погибшей девушки разбившегося автомобиля», после чего миссис Майерз была приглашена на опознание, поскольку никаких документов при девушке не нашли, а телефон и сим-карта были только что куплены и других контактов и звонков больше не имели.       Спустя ещё час супруги Майерз и миссис Бейкер были в морге Даннингтона и пытались понять, действительно ли перед ними тело Мэг, или это просто очень похожая девушка. Тело было сильно повреждено после лобового столкновения, и от лица почти ничего не осталось. Одежда была незнакомая, но это ничего не значило, ведь её верхняя одежда осталась в Вэстбридже, а всё остальное могло быть куплено ещё в Париже.       Вместе с девушкой погиб неизвестный парень, примерно её ровесник, он же был за рулём. Он пострадал меньше, и его точно никто не знал.       Чемодана в машине не было.       Констебль отказался принять заявление о пропаже чемодана, мотивируя это тем, что в последний раз данный предмет видели не на его территории.       Впрочем, мама Мэг и не собиралась искать сам чемодан, но через него надеялись как-то прояснить, где была девушка, и найти какие-то следы, чтобы выяснить точнее, а действительно ли погибшая - Маргарет, однако, констебль был неумолим. Для более точной идентификации трупа он предложил пригласить их семейного дантиста.       На следующий день дантист Эндрю Браун официально подтвердил, что погибшая – Маргарет Эбигейль Бейкер, однако разговаривать с её матерью отказался, по телефону был немногословен и суетлив, сказал, что уезжает в командировку и просил в ближайшие пару недель его не беспокоить. – Вероятно, ему заплатили, - вздохнул Николас Корти. - Хотя могли и угрожать. Впрочем, я боюсь, что Вы его больше не увидите, миссис Бейкер.       После чего договорились о дате встречи для обсуждения хода расследования. - Итак, что мы имеем, - после того, как Кэт отчиталась о состоянии дел в доме «кукловода», детектив начал озвучивать первые итоги расследования.       Они сидели в доме семейства Майерз. За спиной - «похороны» Кэтрин.       Никого «лишнего» на похоронах и вокруг них детективы не обнаружили. Из этого сделали смелый вывод, что организаторы шоу ничего не заподозрили, и дополнительных проверок не будет.       Кэт, правда, сильно расстроилась, обнаружив, что Джордж, хоть и пришёл «проводить в последний путь», но был невнимателен к процессу, всё время отправлял СМС и по окончании, пробормотав стандартные слова соболезнования родителям, очень резво уехал, проигнорировав поминки.       В остальном же ей всё понравилось: люди выглядели ошарашенными, были мрачны и искренне горевали по поводу того, что «такая молодая, ей бы жить и жить».       Было очень много открыток с соболезнованиями от родственников Кэтрин и коллег её родителей, от соседей и бывших одноклассников.       Церемония проходила в тихой обстановке траурного зала при закрытых дверях и закрытом гробе*, увешанном цветами.       Священник прочитал молебен, огласил некролог.       Присутствовавшие стоя почтили память минутой молчания и спели христианскую песню. Кэтрин пела вместе со всеми.       Поскольку девушка не успела оставить завещание**, урну с «прахом» было решено в дальнейшем перевезти в дом супругов Майерз. Тело для кремации предоставил Майкл Корти, забрав из морга неопознанный труп, пролежавший там всё положенное время и готовившийся быть увезённым в общую могилу с другими такими же невостребованными и неопознанными.       Поминки организовали в пабе недалеко от крематория – шведский стол из бутербродов, чая и сока. После трапезы все разъехались по домам, и Кэтрин очень радовалась, что, благодаря услуге «виртуальные похороны»***, не приехали её многочисленные родственники из Уэльса и Ирландии.       Поэтому после поминок никто не помешал заняться обсуждением сложной ситуации, в которую всех «втянула» Кэт. - Вы были правы насчёт дантиста, - сказала Анна, с неприязнью посматривая на вазу, внутри которой скоро будет покоиться прах абсолютно незнакомого человека. – Мистер Браун на днях был найден мёртвым в номере отеля где-то на Гавайях… Вроде как, остановилось сердце… - Остановку сердца можно вызвать искусственно. Тем не менее, это ещё раз доказывает, что Мэг жива, и всё это был лишь спектакль для того, чтобы остановить её поиски. Жаль, что в этом спектакле погибли люди... Но я надеюсь, мы скоро остановим это жестокое шоу. - А Майкл не придёт? - спросил Роджер Майерз – отец Кэт. - Майкл сейчас сильно загружен, - сообщил Николас, - но он передал мне всю найденную информацию.       Николас сел поудобнее и достал блокнот: - Я и мои коллеги плотно работаем с видеозаписью, сравниваем интерьер и внутреннюю отделку помещений с фотографиями, доступными нам в интернете и различных каталогах старых особняков. Пока исходим из того, что действия происходят не просто в Англии, а в одном из близлежащих населённых пунктов. Потом, возможно, будем расширять географию поисков, но надеюсь, что до этого не дойдёт. К сожалению, приходится действовать методом исключения, и сузить поиски пока не представляется возможным.       На данный момент уже исключены два десятка особняков Северного Йоркшира, однако для проверки осталось ещё примерно столько же. Среди них наиболее близко расположены к вам особняки Баррингтонов в Холтби, Честертонов в Уилберфоссе, МакКензи в Гоуторпе, Фоллов в Вичбридже и Эмберов в Йолторпе. Я делаю ставку на последние два: в особняке Фоллов сейчас организована частная психиатрическая клиника, имеется система охраны и современная сигнализация, а дом семейства Эмбер давно пустует и находится в частично разрушенном состоянии. Там иногда в окнах видят свет и движение, но обычно списывают это на действия бездомных. - Фотографий нутра этих особняков, я так понимаю, нет? – уточнил мистер Майерз. - Совершенно верно. Завтра-послезавтра мои ребята подъедут в Йолторп, немного понаблюдают за особняком. Сегодня идёт наблюдение в Холтби. Этот тоже вызывает определённые подозрения, так как старуха Баррингтон ведёт весьма замкнутый образ жизни и не впускает в дом даже родственников.       Большой интерес вызывает Вичбридж, но там надо действовать очень аккуратно. Если клиника настоящая, нас с вами по судам затаскают.       Теперь расскажу, чего нарыл мой дядя по поводу людей, чьи имена назывались в шоу. Скажу сразу, что поиск людей Майкл производил не только по полицейской базе, но и через сеть интернет, поэтому, возможно, со временем появятся иные данные о жителях Дома. - Первое: это братья Файрвуды и Мэг. И здесь ничего не понятно. Ещё предстоит разобраться, по какой причине туда попали Файрвуды, и, возможно, через это мы сможем выйти на организаторов. Потому как случайным их попадание в дом считать сложно, всё-таки аристократы с известной фамилией. Попадание в шоу Мэг можно пока условно считать случайным, рабочая версия – близкое местоположение вашего дома к месту событий, других вариантов пока нет. Вашу Кэтрин, уж простите, тоже проверяли по базам, поскольку изначально всё-таки планировали похитить её. - Нашли что-нибудь? – нарочито грозно спросил отец Кэт. - Нет, конечно, она ещё не успела наследить, - все рассмеялись. - Далее - некая Джейн Уоллис, - продолжил детектив. - Девушка двадцати трёх лет, страдающая амнезией после аварии, случившейся десять лет назад. По этим данным, а также по фотографии, мы выяснили, что ранее она проживала в Вичбридже, на Фиолетовой улице, 15. Была похищена двадцать девятого августа прошлого года. Машину, на которой увезли девушку из-под носа матери, обнаружили в соседнем квартале. Машина, разумеется, была угнана. Работа собак не принесла результатов, следов не оказалось.       Теперь некто Уильям Гордон – пятьдесят восемь*** лет; бывший следователь, последнее место работы – полицейский участок в Уортхилле. Отмечу, что это недалеко от Вичбриджа. Неоднократно привлекался к административным взысканиям в связи с пьянкой на рабочем месте. Его жена умерла десять лет назад от рака, детей нет. После выхода на пенсию вёл замкнутый образ жизни, временами консультировал местное детективное агентство «Контакт». Его исчезновение заметили соседи, но не придали этому значение. Пропал, вероятнее всего, в конце сентября – октябре прошлого года.       Так. Дальше. Натали Томпсон, двадцать шесть лет. Специалист компании «роллс-ройс» по бортовым компьютерам в одном из филиалов в пригороде Йорка. Не вышла на работу девятнадцатого сентября прошлого года. С родственниками отношения не поддерживала, снимала комнату недалеко от завода. В октябре хозяйка комнаты объявила её в розыск. Вещи девушки сейчас находятся в местном отделении полиции.       Один интересный момент: шесть лет назад проходила свидетелем в деле об убийстве некоей Жанны О’Стин, у сына которой снимала комнату в Бристоне. В это время сама миссис О’Стин была прикована к кровати и лежала в больнице, где за ней ухаживала - кто бы вы думали? Мисс Алиса Грин, которая, к слову сказать, тоже проходила по этому делу свидетелем, хотя сначала была среди подозреваемых. В суде мисс Томпсон не была, её показания зачитывал адвокат.       Следующий персонаж: Ланселот Донован, двадцать два года, бывший школьный библиотекарь из Эшервуда, нынешний любовник мисс Томпсон в Доме. Пропал без вести четвёртого сентября прошлого года, но его поиски прекращены в связи с тем, что из местной реки был выловлен труп похожего мужчины, которого и записали мистером Донованом. Интересен тем, что, работая в школе, был обвинён в сексуальных домогательствах к несовершеннолетней ученице, но доказательств не нашлось.       Марк Дикинсон, двадцать восемь лет. Родители живут в столице Кипра. Мать – гречанка, учительница географии, отец – англичанин, консул посольства Соединённого Королевства в Республике Кипр. Молодой человек получил экономическое образование, работал в отделении Райффазен банка в Йорке. Приводов в полицию не имел. Пропал без вести двадцать первого октября. Поиски продолжаются.       Стивен Гилмор, среди пропавших без вести не значится, в полицейских сводках Великобритании мне попалось более сотни человек с таким именем, но все не подходят либо по возрасту, либо по внешним приметам. Хотя несколько десятков «подходящих» Гилморов всё-таки проходят по дорожно-транспортным происшествиям. Поэтому пока ничего про него точно сказать нельзя.       Эдвард Крэг. Мною найден один человек, подходящий по внешнему описанию, возраст тоже подходит. Учитывая, что мистер Крэг болен сахарным диабетом, его нашли по медицинской базе. Двадцать шесть лет, работал менеджером по продаже бытовой техники в Уокинге. Взял отпуск и пропал. Заявление о его исчезновении никто не подавал, поиски не ведутся.       Ричард Гамильтон, тридцать два года, помощник повара в ресторане «Гнездо Ласточки» в вашем городе – Вэстбридже. Пропал первого октября прошлого года, однако, от него пришло электронное письмо с просьбой об увольнении. Наследил в дорожной полиции: множество неоплаченных штрафов, в основном, за неправильную парковку.       Следующий: Даниэль Винтер, двадцать шесть лет. Подрабатывал, где и как придётся. Проживая в Даннингтоне, был обвинён в изнасиловании, однако наказания сумел избежать за недостаточностью улик. - В этом доме живёт насильник?! – ужаснулась миссис Бейкер. - И не только насильник, мадам, - «успокоил» Николас. – Продолжим.       Филипп Тейлор, двадцать семь лет, лидер-гитарист группы «23», он же – автор их многих песен. Был обвинён в непредумышленном убийстве ребёнка, своего, кстати. Выпущен под залог, однако на суд одиннадцатого ноября не явился. Объявлен в розыск. - О, Боже! – Анна закрыла лицо руками. Поскольку мама похищенной явно находилась на грани нервного срыва, ей решили не рассказывать про любовную интрижку дочери с Филом, а также и про взрыв, в подготовке которого Мэг принимала активное участие, и который едва не унёс жизни людей. - Следующий Александр Хокинс, двадцать четыре года, - продолжал детектив. – В полицейских сводках отметился после драки в гей-клубе Йорка, когда при нём обнаружили незарегистрированное огнестрельное оружие. - Там ещё и вооружённый гомик есть? Полный комплект… - пробормотал Роджер. - Да, там тот ещё комплект, - согласился Николас. – Итак, следующий герой: Пол О’Коннел, бывший боцман океанского танкера «Святая Тереза». Сорок пять лет, восемь лет назад был пойман на контрабанде драгоценностей из восточных стран, отделался штрафом в сто тысяч фунтов стерлингов.       Николас Рейджинальд – двадцать лет, из Плимута. Пропал без вести двадцать второго октября. Информации в полиции о нём пока нет, молод ещё.       Теперь снова к девочкам. Молли МакКейн, двадцать пять лет, пропала без вести восемнадцатого октября прошлого года. Работала приходящей няней в Эксетере, и в розыск подали именно родители одного из её подопечных. Приводов в полицию не имела.       Марианна Хилл, двадцать два года. Мелкая торговля, распространение косметики известных фирм. Пропала без вести пятнадцатого октября прошлого года. В розыск объявили родители. Жила в Солсбери.       Джулия Стоун, двадцать три года, жила в Аттвуде. Работала помощником гримёра в цирке. Не вышла на работу шестнадцатого октября, с тех пор считается пропавшей без вести. Больше пока ничего узнать о ней не удалось.       Хелен Смит, двадцать пять лет. Актриса небольшого театра в Брутоне, не очень успешная. Пропала без вести пятнадцатого октября, заявление написал директор театра.       Амелия Чандлер, тридцать пять лет. Парикмахер из Вичбриджа – опять этот городок! Пропала, ориентировочно, в конце ноября. На работе не обратили на её исчезновение внимания, точнее, решили, что она сбежала с любовником, о котором хвасталась. Заявление написала её мать, живущая в Уэльсе, после того, как дочь не поздравила её с Рождеством.       Теперь ещё одна интересная личность: Элизабет О’Гарден, самая юная пленница в доме. Возможно, это та самая леди Элизабет, единственная дочь нефтяного магната сэра Раймонда О’Гардена, шестнадцатилетняя потомственная аристократка из Ноттингема. Более точно сказать пока невозможно, так как леди Элизабет, в силу своего юного возраста, ещё не выходила официально «в свет», и её фотографии тщательно скрывались от попадания в СМИ и интернет. У аристократов с этим строго. Но Майкл продолжает «копать».       Каких-либо «Элизабет О’Гарден» в списках разыскиваемых вообще нет.       Затем – Анна Липман, двадцати пяти лет, страховой агент из пригорода Саутгемптона. В розыск объявила подруга, они вместе снимали комнату. Известий о мисс Липман нет с тридцатого сентября. В полицейских сводках ранее не фигурировала.       Мариа Холдер. Двадцать четыре года, начинающий дизайнер обуви. С отличием закончила университет, подавала большие надежды. Заявление о пропаже подал её друг-художник, с которым они собирались открыть фирму. Жила в Эшервуде, как и мистер Донован. Пока неизвестно, были ли они знакомы до того, как очутились в доме «кукловода». Мариа не вышла на связь десятого октября прошлого года. - А в выпусках ничего не было об этом, Кэт? – спросила Мелоди. - Нет, мам, об этом ничего не было, - ответила Кэтрин. – По моему мнению – они не были знакомы. - Продолжим, - Николас замер, вчитываясь в каракули родственника. – Теперь о русских. Их обоих похитили на санитарной остановке автобуса турфирмы близ Уоллхемптона, по дороге из Лондона в Йорк. Дело было ночью, остановка была долгая – почти сорок минут. Их не сразу хватились, долго ждали, потом уехали без них, сообщив в полицию их приметы.       Оксана Алфёрова, двадцать семь лет, геолог из Москвы. Приехала в Англию по турпутёвке с подругами.       Сергей Свердлов, двадцать шесть лет, из Москвы, артист театра и кино. Прибыл в Англию по работе, договариваться о съёмках в каком-нибудь старом дворце, со-продюсер будущего фильма. Прилетел позже остальных, и попросил гида туристов, прилетевших в тот же день, взять его с собой в автобус.       Майкл сейчас пытается выяснить, кто ещё находился на этой остановке, и могли ли русских похитить по ошибке, перепутав с кем-то. - Мда, съездили в цивилизованную Европу… - прокомментировал Роджер. - Зато впечатлений будет больше, чем от стандартной экскурсионной программы, главное, чтобы живы остались, - добавил Николас. – Теперь перейдём к тем троим выжившим в первом «акте». К сожалению, их фамилии не упоминаются в выпусках, мы знаем только их имена и прозвища: Райан «Дракон», Исами «Тигрица» и некто «Обезъяна». Имя последнего ни разу не упоминалось, даже неизвестно, мужчина это или женщина. По какой-то причине «Обезъяна» не контактирует ни с жителями дома, ни с самим «кукловодом». Мы предполагаем, что этот человек был впущен в дом тайком от всех самими организаторами шоу, и, вероятно, скоро он (или она) выйдет на сцену, изменив весь ход игры.       Что касается «Дракона» и «Тигрицы», то мы пока ведём работу по установлению их личностей.       Ну, и наконец – ваша «любимая» Алиса Грин. Вот это настоящая тёмная лошадка. Полное имя: Алиса Эйприл Рэйчел Фейт Грин. Бывшая медсестра и циркачка. Родилась в Эдинбурге. Убежала из дома в двенадцать лет, попала в интернат, мать лишили родительских прав, отец погиб, когда девочке было три года. Долго работала медсестрой, а также сиделкой при тяжелобольных, потом ушла работать в цирк, выступала с огненным шоу. Многократно проходила то свидетелем, то подозреваемой в делах о смерти пациенток, за которыми она ухаживала, и даже мелькала в громком деле о серийном убийце-поджигателе… Сейчас Майкл сопоставляет факты и пытается получить доступ к доказательствам тех дел, но пока сделать это, сами понимаете, не просто. Отмечу, что география её деятельности очень широка, и, как это ни странно, она появлялась во всех перечисленных выше городах, когда работала медсестрой либо приезжала с цирком на гастроли. - Жаль, что Кэтрин не помнит имён участников первого акта… - Не то, чтобы я не помню, имена не озвучивались каждый раз перед выпуском новостей… Я не знаю, почему вдруг они стали делать это теперь… - Наверное, теперь они в большей степени уверены, что их шоу ничего не угрожает, - прокомментировала мама девушки. - Шутка ли – целый год держали людей взаперти, вывозили трупы, показывали всё в интернете и ничего… - Барни… - вдруг произнесла Кэт, невидяще глядя в окно. - Что? – переспросила Мелоди. - Барни – старик, бывший следователь. Как и мистер Гордон, только гораздо старше. Умер от инфаркта… - Фамилию не помнишь? – быстро спросил Николас. - Может быть, это и есть фамилия… - Может быть, - согласился детектив, - что ж… Спасибо за чай, Мелоди, и пирог… - Эмили… - вдруг так же задумчиво произнесла Кэт. - Где? Ты о ком… - Мелоди собирала на поднос чашки и удивлённо смотрела на дочь. - Романовская Эмили… Она последняя там умерла…