Однажды в Будапеште

Глава 9       Через несколько месяцев.       Германия. Маленький городок без названия под Берлином. Подвал небольшого двухэтажного домика.       - Клинт, вот он, - Наташа толкнула человека бандитского вида, с оскаленными зубами и беспорядочно вертящимися глазами по направлению к напарнику, который с отвращением смотрел на пойманного.       У них было совершенно дикое задание на уничтожение: они должны были отловить сумасшедшего убийцу и ликвидировать его.       Поставив пленного у стены, Клинт вынул из колчана стрелу и судорожно сглотнул. Ох, как он ненавидел такие миссии! Одно дело убить преступника в честном бою и совсем другое вот так, когда он смотрит тебе в глаза и, нагло ухмыляясь, облизывается с совершенно диким видом.       - Блин, таких лечить, а не убивать надо, - Наташа старательно пилила взглядом стенку, не отзываясь на внешние раздражители. Она ненавидела такие миссии не хуже Бартона.       - Ты не хочешь... - бандит поднял голову и говорил придыхающим голосом, брызгая слюной и вращая сумасшедшими глазами. - Ты не хочешь, верно? У тебя не хватает смелости раскроить мне черепушку, так ведь?       Клинт повернулся в его сторону с совершенно не выдающим никаких чувств взглядом.       -Ты не можешь смотреть, как пуля пронзает кость, ввинчивается в мозг, - говорящий с безумным видом закатил глаза. - Ты не можешь смотреть, как мозги вываливаются из черепа, вытекают, разлетаются по стене маленькими комочками.       Неожиданное чувство, родившееся где-то в глубине у Наташи, заставило ее согнуться пополам и содрогнуться в приступе тошноты. На секунду задохнувшись от непривычного чувства, она оперлась на стенку, но, следующий позыв заставил ее снова задержать дыхание.       - Господи, Наташа, с тобой все в порядке? - Клинт подскочил к ней и аккуратно поддержал за талию и локоть.       - Не выдерживает, - пленный хрипло засмеялся. - Никто не выдержит такой работки. Вам просто слабо нажать на курооок... - он облизнул сухие губы и оскалился.       Наташа снова согнулась пополам, теперешнее состояние ее очень напрягало, вроде бы завтрак вышел еще при первом позыве, но спазмы продолжались и теперь только душили ее.       - Заткнись, - Клинт заклеил рот маньяку и потянул Наташу за собой на улицу.       Вытащив повисшую на нем шпионку, он усадил ее у стены дома и присел рядом на корточки.       -Эй, - он взял Наташу за подбородок и заставил ее посмотреть на него. - Ты в порядке? Что случилось?       - Я... Я не знаю... - Наташа глубокими вздохами глотала свежий воздух. - Такого раньше никогда не было.       Вместе с неожиданной реакцией на слова идиота, которого они должны были ликвидировать, в ней проснулся страх. Девушка поморщилась и сделала попытку встать. Но наткнулась на твердую руку Бартона.       - Нет, посиди здесь, тебе лучше не видеть этого, судя по всему. Дай мне пистолет, - Клинт решительным жестом протянул руку.       Немного помедлив, Наташа вынула из-за пояса один из пистолетов и, передавая его Клинту, слегка сжала протянутую руку. Как она жила без его поддержки все эти годы...       - Спасибо.       - Никуда не уходи, - Клинт наклонился и, поцеловав напарницу в лоб, вернулся в подвал.       Помедлив, он отклеил скотч, дав бандиту возможность говорить и, положив лук и стрелу в колчан, глубоко вздохнул и нацедил пистолет на пленного.       По идее, он не должен был их видеть, не должен был знать, что его "убирают". Но они с Наташей прокололись, и теперь ему надо выстрелить, смотря в глаза этому безумцу. Обычно такое у Наташи получалось лучше, но сегодня она явно не в форме.       Хорошо прицелившись, Клинт отвернулся и нажал на курок.       Услышав выстрел, Наташа, было успокоившая свой организм, снова была вынуждена задержать дыхание. Впервые за долгое время ее охватила паника: она обычно всегда знала причину недомогания, и почти всегда это было ранение. А сейчас она чувствовала себя бесполезной мошкой, которую по неизвестным причинам замучила тошнота.       Закрыв глаза, она прислонилась лбом к холодной стене и попыталась представить себе ее любимые цветы: розы под дождем. Именно эти цветы Клинт подарил ей на их первую месячную годовщину. Тридцать три розы. Бордовых, с красивыми каплями на лепестках и листьях.       Внезапно она почувствовала руку на своей голове, но не успев испугаться, поняла, что это вернулся Клинт.       - Ты как? - она открыла глаза и посмотрела на него. Ее взгляд наткнулся на несколько маленьких красных пятнышек на его рукаве.       Мгновенно осознав причину появления этих пятнышек, Наташин организм снова заставил ее задыхаться из-за спазмов.       - Прости, прости, - Клинт подскочил и начал усиленно тереть рукав, счищая с него кровь. - Давай отвезем тебя в больницу.       - Зачем? – шепотом спросила Наташа. - Я в порядке, - она попыталась встать, но наткнувшись на укоризненный и строгий взгляд Бартона, глубоко вздохнула и кивнула в знак согласия. - Хорошо, но только так, чтобы Фьюри потом ничего не узнал.       - Хорошо, пошли, - Клинт протянул девушке руку и помог подняться.       Через несколько минут они уже добрались до оставленной неподалеку машины и ехали по направлению к шоссе на Берлин.       Спокойная езда, мерный ритм движения заставили Наташу закрыть глаза и... заснуть.       - Наташ... Нат, - Клинт съехал с дороги и тихонько попытался разбудить ее. - Нат, прости что бужу.       - Я не сплю, нет, - шпионка мгновенно распахнула глаза, но в тот же момент зевнула.       - Эй, с тобой все в порядке? - Клинт обеспокоено взял ее руку и некрепко сжал. - Я тут подумал... - он замялся. - А не может случиться так, что... ну... - он глубоко вздохнул и, отпустив Наташу, вцепился в руль. - Может случиться так... что... ты... ты... окажешься беременна? - он уставился в поле перед собой и сжал зубы, ожидая ответа.       Наташа грустно посмотрела на него и, уныло улыбнувшись, сказала:       - Не думаю, что это возможно, Клинт, - она уставилась в начинающее темнеть пространство за стеклом и сглотнула. - Я бы очень этого хотела, но... когда-то давно у меня был муж. Помнишь, я обещала тебе рассказать, почему я пошла в КГБ, а потом в киллеры? - Наташа посмотрела на Клинта, но увидев, что тот продолжает смотреть перед собой невидящим взглядом, опустила глаза и теперь смотрела на свои руки. - Я вышла замуж довольно рано. За Алексея Шестакова. Он был летчиком испытателем, но только много позже я узнала, что он был еще и секретным агентом НКВД. Я была балериной, Клинт, - шпионка утерла прокатившуюся по щеке слезу и продолжила. - Когда... когда мне сообщили о его смерти, был второй год войны. Февраль. Я репетировала сцену из Лебединого озера... - Наташа подняла глаза и снова уставилась в темноту. - Его отправили на фронт месяц назад. По крайне мере, я считала что месяц. Потом оказалось, что он просто приехал ко мне на несколько дней... - Наташа всхлипнула. - Из Германии... Он знал, что не выживет, а я тогда сообщила ему радостную новость: сказала, что у нас будет ребенок. Он тогда улыбнулся и тихо спросил: куда я хочу пойти поужинать... - Наташа вытерла градом катившиеся слезы. - Я танцевала в балете даже когда была уже на четвертом месяце. Я уже говорила, что это было Лебединое озеро? В репетиционный зал вбежала моя соседка по квартире... а я как только ее увидела, так сразу все и поняла... Я потеряла сознание и упала со сцены. На следующей неделе мне сказали, что я потеряла ребенка. А еще через два дня, что я никогда не смогу забеременеть, - Наташа перестала плакать и теперь смотрела в темноту мрачным взглядом. Ей было ужасно тяжело все это вспоминать и озвучивать вслух. Как будто прошлое снова вернулось и стоит рядом, протягивая к ней свои руки. Но Клинт должен знать, почему она делает это. - Я дала себе слово, что когда зарастет моя сломанная нога, я стану шпионом КГБ.       - Подожди, - прервал ее Клинт. - КГБ? Я только сейчас задумался... Сколько же тебе лет? - он впервые за их разговор посмотрел на Наташу, у которой слегка приподнялась уголки губ.       - Поверь мне, это неважно. Я стала секретным агентом из-за своего погибшего мужа. Меня отучили плакать, чувствовать боль, любить... – она посмотрела на Клинта и грустно улыбнулась. - Ты вернул мне все это. Теперь понимаешь, как я тебе благодарна?       - Ну а... сыворотка? С ней то, что?       - Сыворотку мне вкололи по программе "Черная Вдова". Да, нас было несколько, - ответила она на висевший в воздухе вопрос. - КГБ убило всех подопытных, заметая следы своей... деятельности. Кроме меня. Я в то время уже перебралась в Америку. Ну а дальше ты все знаешь.       Наташа чувствовала себя так, словно сбросила с себя много килограммовый груз. Теперь все зависело от Клинта.       Бартон опять смотрел в темноту перед собой.       - А всё-таки я отвезу тебя в больницу.       Наташа усмехнулась. Кто бы сомневался... Вот уже как почти три месяца прошло с их "прогулки" в парке. И за это время она открыла множество новых качеств в своем напарнике. Вот, например, упрямство во всем, что касалось ее здоровья. Будь то отдых после ранения, или элементарный чих от работы с бумагами. Что уж тут говорить о тошноте...       Клинт выбрал небольшую больницу для богатых клиентов, желающих сохранить свою анонимность, на окраине Берлина. Вся документация велась в ней без помощи электроники.       Ворвавшись в приемную и таща за собой слегка упирающуюся Наташу, Клинт рявкнул:       - Нужен доктор, сейчас же!!!       Бледная медсестра, сидящая за стойкой, вздрогнула и, испуганно захлопав длинными ресницами, схватившись за приемную книгу, быстро залистала ее.       - Простите... эээ... -она вопросительно подняла голову на Клинта.       - Энри. Энри Малькольм.       - Да, конечно, какая у вас проблема? - она снова уставилась в книгу.       - Жену тошнит безо всякой причины, - Клинт махнул в сторону своей "гипотетической" жены, которую опять начало мутить.       - Какой месяц? - осведомилась медсестра, осмотрев Наташу одним глазом.       - О нет, нет, - теперь уже Наташа поспешила ответить на вопрос женщины. - Я не беременна, уверяю вас, этого просто не может быть.       - Так вы не беременны или этого просто не может быть?       Наташа быстро повернулась и увидела олицетворение "доброго доктора" из книжки, стоящее у другого конца стойки.       Увидев ее испуганный взгляд, доктор представился:       -Карл Вельтиштицхен. Давайте, пройдем в мой кабинет и я вас осмотрю.       - Пошли, - ободряюще шепнул Клинт Наташе на ухо и, взяв ее за руку, пошел за доктором.       Бесцеремонно оставив Клинта за дверью кабинета, врач заставил того снова и снова, сидя на жестком железном стуле, погружаться в несбыточные мечты. Он представлял себе, что было бы, если б Наташа оказалась беременной. Он бы купил для них дом... где-нибудь рядом с морем. Или в горах. Потом у них бы получилась настоящая семья.       Уютный дом... камин... Наташа, превратившаяся из хладнокровной убийцы в хранительницу домашнего очага, как и положено нормальной женщине. Но потом его как будто окатили ледяной водой.       «-Какой ребенок? Клинт, ты совсем с ума сошел. Хочешь ребенка, обрекая того на постоянный риск остаться сиротой!» - Бартон вскочил и заходил по коридору.       Звук захлопнувшейся двери заставил его повернуться так резко, что в глазах на мгновение потемнело. Но уже через секунду он увидел Наташу, стоящую на пороге кабинета и смотрящую на бумажку в ее левой руке. Правая рука медленно поднялась и легла на живот.       - Наташа?       Она подняла на него глаза, искрящиеся счастьем и прошептала:       - Ребенок... ребенок...       Клинт медленно подошел и взял в руки бумажку, судя по всему результаты каких-то анализов. Но, смотря на этот документ, он видел только три слова: "наличие плода подтверждено".