Часть 5
15 марта 2015 г., 16:14
* * *
Невинные обнимашки закончились совсем не невинными поцелуями, но всё было почти спокойно, без этого всепоглощающего ужаса, что мучил их обоих ранее. И не потому, что это ничего не значило — значило, и ещё как, — а потому, что это ничего не рушило. В какой-то момент Исида чётко ощутил «Хватит!» и, чуть улыбнувшись на прощание, он ушёл к себе. А Ичиго... Ичиго рухнул спать и реально проспал аж целых два часа. Потом его втянули во внутренний мир, заставили создать лук квинси и гоняли по небоскрёбам до самого утра. Зангецу сказал, что он, конечно, очень рад, что Ичи сделал серьёзный шаг для расставания со своей девственностью, но стрелять он от этого лучше не стал. Но утром он чувствовал себя не совсем как зомби, скорее, как просто не выспавшийся человек, что пустой принял как личное оскорбление и пообещал следующей ночью устроить такое, от чего Ичиго будет в столовую мчаться исключительно ползком. Исида вёл себя как обычно, разве что подобрел чуток, что заметила только Орихимэ, но списала на то, что сегодня подавали его любимое блюдо. Полдесятка уроков различной степени скучности, Амида, безуспешно пытающийся выловить своего кумира, обед, ещё уроки, компания хулиганов, до глубины души оскорблённая, что их не бьют... Добила Ичиго бумага, возникшая прямо из воздуха и гласившая, что эксперимент с открытием гарганты разрешён капитаном двенадцатого отряда и главнокомандующим. Ладно хоть с советами по поводу личной жизни не пристают, шпионы хреновы. «И не комментируют», — со смешком добавил Зангецу. «Да пусть подавятся, вуайеристы!» Ичиго сомневался что самого Маюри волнуют тонкости половых отношений. Тот, скорее всего, давно уже отрезал себе член и прикрутил на его место что-нибудь более полезное. Однако его подчинённые до такой степени упоротости ещё не дошли и к такой информации остаться равнодушными не могли. Если, конечно, у них есть доступ. Но на выходе из комнаты Ичиго ждал сюрприз. Рыжий такой сюрприз, с большими серыми глазами, наполненными решимостью. — Куросаки-кун! — воскликнула Орихимэ будто это был некий боевой клич и повисла на его шее, впиваясь в губы поцелуем. «Что за?..» — подумал Ичиго, но тут его взгляд наткнулся на ухмыляющегося Исиду. — Я объяснил ей суть проблемы, — сообщил он и открыл дверь его комнаты, что позволило Иноэ толкнуть Ичиго внутрь. — Она оказалась непротив. «Хорошая идея была, вынести мозг Исиде, — довольно отметил Зангецу. — Всем остальным он вынесет мозг сам». «Вот тебе смешно, а меня сейчас насиловать будут!» «И правильно. Годами во френдзоне сидеть — тут и святой озвереет. Расслабься и получай удовольствие. Возможно, к ужину тебя отпустят. Если хорошо себя будешь вести, хе». Ичиго сглотнул, глядя на светящуюся золотистым Иноэ. Наверняка как-то умудрилась провести один из своих щитов вплотную к телу или даже прямо под кожу. Через прикосновение ощущалась её решимость идти до конца... Скорее всего, если Куросаки сейчас попытается сбежать, ему просто переломают ноги. «Интересно, а Рукию он так же уговорит?» — растерянно подумал он, с удивлением глядя на слишком большое количество рук, которые пытались его раздеть. «Рукию тоже надо будет предварительно связать, — со знанием дела ответил эксперт по педагогике. — Или посылать к ней Орихимэ, её бить рука не поднимется. Правда, скорее всего потом отвесят тебе по статье "Чему ребёнка учишь?!", но тут её уже можно хапать и тащить в пещеру». «Материализую... — пригрозил Ичиго. — Ий!» Недостойный возглас вырвался из него, потому что кто-то сделал ему подсечку и ловко уложил на футон. И как бы не Орихимэ... Драться ей мешает вечное «А вдруг ему будет больно?!», но навыки ей Тацки прокачала, да... «У тебя концентрации не хватит, — с сожалением заметил Зангецу. — А ты поотвечай им, подрыгайся, а то как бы реально себя насильниками не почувствовали». Ичиго вздохнул и решительно влился в реальность, а то эти неуверенные переглядывания действительно начали напрягать.* * *
Они действительно закончили где-то к ужину. Только вот иди куда-то, даже за едой, совершенно не хотелось. Орихимэ проигрывала парням в выносливости как боец, но выигрывала за счёт женской физиологии. Исида лежал на животе и не подавал признаков разумной деятельности. А сам Ичиго лежал на спине и пытался понять, где у него не болит. «С первой тебя расцарапанной спиной, мой мальчик», — поздравил его Зангецу-старший очень официальным тоном. «И не только спиной, — добавил младший. — А ещё с этой шикарной россыпью засосов...» «Завидуйте молча», — попросил Ичиго, пытаясь понять, как же нормальные люди, не закалённые в боях, справляются с этим выматывающим и опасным делом. Даже он пару раз едва не потянул себе связки. «Наверное, они всё же не зря разбиваются на парочки», — захихикал пустой. — Орихимэ... — слабо позвал Ичиго. — Да, Куросаки-кун? Тот запнулся, подумав, что только Иноэ может после всего этого продолжать звать его по фамилии. — Подлечи меня, пожалуйста. — Размечтался, Куросаки, — буркнул черноволосый «труп» с другой стороны. — Так ходи. А, ну не только Орихимэ... — Маюри разрешил открыть гарганту в месте прохудившегося пространства, — сообщил Ичиго. — Чтобы проверить, куда именно пропали студенты и осталось ли от них хоть что-то. Мне нужно быть в форме. — Я с тобой! — хором заявили Исида и Орихимэ. — Да запросто. Только вылечите уже. Не то, чтобы ему было так невыносимо больно, просто ленивая истома к боевой операции не располагала. Ичиго вообще лени боялся больше, чем любого любителя мир захватывать. — Так, а где вопли «Орихимэ, ты не пойдёшь, это слишком опасно»? — не понял Исида. — Что опасного-то? Просто Уэко Мундо, — отозвался Ичиго. — Впору туда на выходные ездить, сафари устраивать или в Лас Ночес с Нелл играть. Да и потом, если мы найдём пропавших, то лечить их кто будет? Ты? Исида смутился, но тут же оправился: — А что Нелл забыла в Лас Ночес? — Она теперь советница Харрибел. — Эта мелочь?! — Эта мелочь умеет вызывать большое военное подкрепление. — Тебя, что ли? — Угу. И всех, кому не посчастливилось оказаться в моей зоне доступа в момент «призыва». — Да, это мощь, — вынужден был признать Исида. — Достаточно, чтобы терпеть малявку у себя под боком. — Вот-вот. Иноэ вздохнула и молча развернула над ними исцеляющий щит. Больше всего досталось Ичиго, потому что он и был целью мстительного покусывания и не менее мстительного оцарапывания с обеих сторон. На втором месте оказался Исида, которому мстил за повреждения уже Куросаки... а вот с ней обращались нежно. И, глядя на разукрашенных, как после большой драки, парней, она об этом ничуть не жалела. — Чада позовём? — спросила Иноэ, развеяв щит. — Нет, — быстро сказал Исида и объяснил, будто оправдываясь: — На него учителя насели, особенно по хакуда. Хотят сделать его удары не только сильными но ещё и разнообразными. — И он увлёкся духовной анатомией, — вспомнила Орихимэ, приложив пальчик к губам. — Хочет научиться бить так, чтоб противник уже не вставал. — Ну ладно хоть не кидо, — проворчал Ичиго. — Кстати, про кидо. А ты-то откуда его знаешь? — задал Исида волнующий его ещё со вчера вопрос. — Ну... В книжке прочитал. Оно простое — всего лишь мгновенное усилие, это даже проще, чем создать лук квинси. — Чёрт. Если ты ещё кидо освоишь — я тебя бояться начну, — признался Урю. — Поздновато как-то, — почесал в затылке Ичиго. — Мне кидо — как третий хвост. Прикольно, конечно, но ничего принципиально не меняет. Они быстро собрались, сходили в столовую на ужин и пошли к самому толстому «шраму». Ичиго достал бумажку, ещё раз перечитывая рекомендации. Среди прочего указывалось, что ни в коем случае нельзя создавать путь — нужно падать свободно, как это сделали бы курсанты, у которых на контроль путешествия просто не хватило бы рейяцу. Если создавать путь — выкинет у желаемой точки... ну, или неподалёку от неё, в зависимости от качества пути. А если нет — вынесет к точке наиболее удобной для пространства. — Все готовы? — спросил Ичиго, доставая меч. Исида, успевший переодеться в форму квинси, решительно кивнул. Жующая лучше-не-спрашивать-что Орихимэ кивнула не менее решительно, но вышло у неё скорее умилительно. Куросаки вздохнул, направил рейяцу пустого по кромке меча, взмахнул, раздвигая тонкие и податливые нити пространства. Гарганта вышла небольшой, но очень аккуратной. — Пошли, — скомандовал Ичиго и первым шагнул внутрь. За ним Орихимэ, затем Исида... а потом с воплем «Квинси уходят в Уэко Мундо!» в зев* пространства сиганул «тренировочный материал» полным составом. — Идиоты!!! — заорал Урю, подлетая на хиренкьяку к безуспешно пытающимся найти точку опоры курсантам. — Вы что тут забыли?!! — Не уйдёшь, проклятый квинси! — пропыхтел один, умудрившись достать меч. — Зампакто убери, идиот! Своих же ранишь! Но курсант не послушался и попытался Исиду зарубить. Пришлось отбирать у него меч для вящей безопасности. — Уважаемые курсанты, — вежливо сказала Орихимэ. Что удивительно, именно её тихий и спокойный голос всех отрезвил. — Послушайте, пожалуйста. Мы не плохие. Мы действуем по приказу Готей-13, разыскиваем пропавших студентов, которые скорее всего провалились в эту же складку в пространстве. — Но вы сами открыли гар!.. гагр.. — Гарганту, курсант-сан, — подсказала Иноэ. — Это потому что условия были не подходящие, другие курсанты пропали при определённом совпадении обстоятельств, которые ждать было бы преступно. Нам пришлось немного ослабить ткань пространства, что привело к открытию гарганты. Ичиго с интересом следил, как меняются в лице бравые вояки. Он никогда раньше не замечал за Орихимэ такой способности, но она потрясающе владела голосом, разговаривая одновременно и почтительно — даже этим вспыльчивым идиотам не хотелось оскорбиться, — и твёрдо, донося до них мысль. Обычно до таких удаётся достучаться только после нескольких серьёзных ударов по голове, а тут вон оно как... И почему он раньше не замечал? «Да потому что она смущалась каждый раз завидев тебя, — цокнул языком пустой. — Аж дар речи теряла. Любуйся, вот она какая, Орихимэ!» — Мы вам не верим! — встрепенулся один. Друзья недружным хором его поддержали. Ичиго вздохнул, достал приказ и развернул его перед носом задиры. В гарганте с освещением было странно, каждый предмет сам себя освещал, но, приглядевшись, текст прочитать было можно. — Но оно же на имя Куросаки! — возмутился скептик. — Ты совсем на него не похож! Ты украл эту бумажку, чтобы оправдать свои грязные дела! Это ты студентов похищал. Ичиго немного отодвинулся от него, не давая заехать себе по лицу. Ему двигаться в гарганте было просто, даже не требовалось использовать никакую технику, ни шунпо, ни хиренкьяку... хватало просто желания. — По-моему, их проще убить, чем убедить в том, что я — это я, — вздохнул он. — Шикай активируй, — посоветовал Исида. — А что потом с восторженными фанатами делать? Мне одного Амиды более чем достаточно. Точно убить придётся. Исида от души отвесил ему затрещину. А изнутри ему вторил Зангецу. Старший. — Эй! — возмутился Ичиго. — Чего разнылся, тряпка?! — заорал Исида. — А ну подбирай сопли и активируй шикай! — Не надо так шутить, Куросаки-кун, — серьёзно попросила Орихимэ. «Бремя славы тяжело, но тебе нужно научиться его нести», — заметил квинси-Зангецу. «Ну прям все против меня...» — недовольно подумал Ичиго. «Я не против, — заверил пустой. — Давай их всех убьём, идиотов. И Амиду тоже, он никогда мне не нравился, больно наглый. И того подлизу, больно много хочет. И...» «Да-да, спасибо, я понял. Всех идиотов не перебьёшь, особенно если ты положительный герой». «Даже отрицательному это не под силу, — бодро заявил Зангецу. — Айзен вот пытался, и что в итоге? Появился какой-то рыжий идиот и всё испортил!» Ичиго вздохнул, достал катану, активировал шикай. Полюбовался на ошарашенные морды тренировочного материала — хоть какое-то удовольствие, — и вложил мечи в ножны. Ох, как он соскучился по этой форме!.. И по этой тяжести двух железяк!.. «Мы тебя тоже очень любим, но можно и по-почтительнее», — предложил пустой. «Ты меня идиотом назвал». «Заслуженно!» «А ты не железяка, что ли?» «Убедил». — М-м-м, ребят, — подал голос Исида через некоторое время. — А долго мы будем падать?.. Все начали озадаченно переглядываться. Ичиго прислушался. — Ещё часа три, не меньше, — отозвался он. — До-о-олго! — протянула Иноэ. — Ничего не поделаешь. Неконтролируемые переходы долгие. — Надо было картишки взять, — вздохнул один из вояк, хотя он-то как раз ничего знать не мог. — Может, в города поиграем? — предложил Исида. — Я собираюсь поспать, — задумчиво произнёс Куросаки. — Что?! В таком положении?! — дружно высказалась «группа выражения гражданского мнения». — Угу. Тепло, сухо, скучно. Чего бы не поспать? — зевнул Ичиго. — Ну... мы же в гарганте! А во сне души ослабляют свои защитные свойства... — Намекаешь, что мне в душу может пробраться пустой? — уточнил Куросаки. — Да... ой! — Вот именно. Ладно, развлекайтесь, я пошёл, — великий герой сложил руки на груди и закрыл глаза.* * *
Во внутреннем мире было тепло и солнечно. Невидимое солнце светило откуда-то сбоку, сотни раз отражаясь от зеркальных поверхностей небоскрёбов, прогревая стекло и бетон. Пустой обнаружился лежащим на пересечении нескольких солнечных зайчиков. — М-да... драться мы сегодня, по-ходу, не будем, — пробормотал Ичиго, глядя на беспечно подставленную под удар спину. — Не-а... Погодка слишком хорошая, — Зангецу поднял на него мутные жёлтые глаза. — Старик хотел лекцию тебе прочитать. — И где он? — уточнил Куросаки, присаживаясь рядом с зампакто. Тот кайфовал под лучами света так самозабвенно, что появлялось ощущение смутной зависти. — Не знаю, — Пустой ухватил его за край хакама, усадил под пятно света, положил свою голову на колени и приказал: — А теперь чеши. — А не охренел ли ты, немощь бледная? — ласково спросил Ичиго, послушно запуская руки в чужие волосы. — Охренел, — с удовольствие согласился Зангецу. — И помассируй, помассируй! — Вот видишь, Ичиго, — раздался голос старшего. — Хотел бы он тебе на шею сесть, давно бы залез и ножки свесил. — Привет, старик, — улыбнулся Куросаки. — Хорошо выглядишь. — Спасибо. Твоими стараниями, — концентрат пафоса строго кивнул. И действительно, его плащ обрёл стабильную форму, стало видно ноги. Ичиго раньше думал, что развевающийся плащ — это такая фишка, но когда во время подчинения его типа форма шинигами тоже норовила разлететься на ветру, он понял, что это просто недостаток стабильности. — Старик, ты, что, умиляешься? — пустой поднял голову и посмотрел на силу квинси с вялым удивлением. — Хотя да, мы котички... Жаль, нельзя сделать снимок и послать в Женскую Ассоциацию Шинигами, мы бы произвели фурор. Ичиго, чеши! — А как же заявления о том, что самого себя трогать не прикольно? — уточнил он, послушно перебирая седые пряди. — Ага. Давай, Ичиго, делись счастьем, я тоже хочу его прочувствовать! О да!.. Зангецу-старший некоторое время пытался вернуть лицу серьёзное выражение лица, но понял тщетность своих попыток и сел рядом с Ичиго. Солнце этого мира улыбалось тихонько и грело нежно-нежно. На мгновение старик почувствовал желание стряхнуть наглого пустого с колен и улечься самому, но это выглядело бы по меньшей мере глупо. Поэтому он всего лишь прислонился к плечу и начал: — Тебе нужно научиться скрывать свою силу. — А? — Скрывать силу, — терпеливо повторил Зангецу. — Какими бы мощными техниками ты не обладал, самой мощной способностью всё равно остаётся знание. Зная твои способности, враг может подготовить ловушку специально для тебя, сделать так, что ты сам себя ранишь, и все твои способности окажутся бесполезны... — Да знаю я это, старик, — вздохнул Ичиго. — Понял ещё когда на Улькиорру с козырей попёр. Тот урок был... запоминающимся. Надо только подумать какие мои техники знает каждая собака в Сейретее, какие знают не все и придумать парочку новых приёмов на крайний случай. Старик, ты как? Выглядишь странно. Он посмотрел вдаль и ничего не сказал. Как ни парадоксально, именно он был чужаком в этом мире. Часть силы Яхве, гораздо более разумная и самостоятельная, чем тот же пустой. Если зампакто развивался одновременно с Ичиго, то он... он с самого начала всё знал и понимал. И это он обманывал, это он мешал, это из-за него их мальчик оказался в опасности!.. И до сих пор остаётся — Яхве нельзя назвать окончательно уничтоженным, если по миру гуляет хотя бы одна его частичка. — Старик, ты чего? — удивился Ичиго. От частички квинси прямо-таки веяло тоской. — Эй, наглая морда, двигай! Не успел Зангецу-старший осознать, что бы это могло означать, как его бесцеремонно дёрнули за плечо и уложили на чужие колени. — Ичи... го... — только и смог выдавить старик, растеряно хлопая глазами. — Лежи и не рыпайся, — порекомендовал пустой, стаскивая с него очки. А Ичиго... Ичиго начал гладить его по голове, перебирая пряди. Зангецу-старший напрягся, собираясь вскочить, оттолкнуть руку, отказаться, но... Но как можно вообще? Как можно?.. Куросаки перевёл дух, заметив, как старик расслабил плечи и прикрыл глаза. Угадал. Всё-таки с ним было сложнее, чем с пустым. Тот-то всегда знает, чего он хочет и как этого добиться, а вот воплощение силы квинси в последнее время стал каким-то подавленным и отчуждённым. Ичиго подозревал, что это муки совести, но не знал, что с этим делать, как убедить, что всё хорошо, если старик и так знает все его мысли. Конечно, было немного странно. Огромный мужик, внушающий уважение и трепет одним своим видом, столь похожий на недавнего врага, лежал доверчиво головой на его коленях и терпеливо сносил издевательства над причёской. Мелькнула даже мысль использовать банкай — в виде подростка Зангецу явно было бы проще тискать, но Ичиго отогнал эту мысль как недостойную. Он видел, как постепенно разглаживается горькая складка в уголках губ и вздыхал с облегчением. А старику было хорошо... Солнце этого мира гладило его по волосам, через кончики пальцев передавая обуревавшее его тихое счастье. Разрешение затяжного напряжения с Исидой и Орихимэ, настоящее задание, позволяющее защитнику наконец-то почувствовать себя нужным. Всё это заставляло наполняться внутренний мир Ичиго светом, и даже обуза в виде «тренировочного материала» не могла испортить этого. И часть этого света была предназначена именно ему. Он не заслужил, но... его мальчик, его Ичиго плевать на это хотел. Он превращал врагов в друзей с удручающей лёгкостью... и нигде не скрыться от этой дружбы. И как он только посмел подумать, что сумеет избежать этого? — Гляди, улыбается... — послышался шёпот пустого. По технико-акустическим причинам не услышать его было невозможно. Старик открыл глаза и бросил на него недовольный взгляд. Пустой положил голову на плечо Ичиго и счастливо, по-детски улыбался сам. У Куросаки никогда не бывает такого открытого выражения лица, но старик-то знал, что между этими двумя общего гораздо больше, чем они думают. Зангецу-старший коротко, с укором вздохнул и прикрыл глаза. Где-то в глубине его сущности шевелилось предчувствие, что отвоевать свои очки обратно будет не так-то просто, но об этом он подумает позже. Всё-таки его мальчики были такими мальчишками...* * *
Что-то изменилось. Исида чувствовал, как кроваво-чёрное пространство вокруг них истончается, готовясь выбросить их в Уэко Мундо. Только Урю задумался, надо ли будить Куросаки или пусть так падает — Чего пески жалеть? — как тот проснулся сам. Оглядев всех, он проверил боевую готовность и предупредил всех быть настороже, ведь вот-вот... «Вот-вот» всё равно наступило внезапно. Раскрылось чёрным зевом посреди белых песков, отдалось звоном слабости в ушах, смутным страхом от непонимания происходящего. Исида попытался активировать лук, но крест выплюнул две искорки и замолк. Рядом разлилась знакомая тёмная рейяцу — это Куросаки снял ограничители... Но что-то было не так, его духовное давление быстро исчезло, растворялось... — Уходите отсюда, сейчас же! — послышался его голос как сквозь вату, но Исида с трудом различал стоящий за словами смысл. Что-то дёрнуло его в сторону, и он окончательно провалился в темноту.* * *
Выпав из гарганты Ичиго сразу потянулся за мечом. Он ещё не успел увидеть, как пески раздвигаются, открывая бездонную пасть, ещё не почувствовал, как пустой высасывает из него рейяцу, но уже доставал зампакто, руководствуясь одним только чутьём. Гецуга потонула в тени между песками крохотной красноватой вспышкой. Грудную клетку словно стиснуло тисками, стало почти невозможно дышать... Ичиго чувствовал, что слабеет и не придумал ничего лучше, чем скрестить руки и одним движением срезать оба ограничителя. Рейяцу выплеснулась, освобождая дыхание, возвращая зрение... Чтобы тут же оказаться поглощённой. И, самое паршивое, рейяцу его спутников почти не ощущалась. «Отступаем», — скользнула в голове мысль, озвученная сразу тремя голосами. Куросаки развернулся, перехватил за шкирку полуобморочного Исиду и со всей силы швырнул куда-то вдаль. Следом полетела Орихимэ и тренировочный материал в количестве десяти штук. Но когда Ичиго сам попытался смыться, он с ужасом осознал, что на шунпо ему элементарно не хватает сил. А сознание стремительно уплывает... «Подчинение требует в несколько сотен раз меньше энергии, чем техники шинигами», — всплыли в голове слова Исиды. Ичиго дёрнулся из последних сил вызывая зеленоватое свечение и рванул в сторону буквально в паре метров от разошедшейся пропасти, в которой и небоскрёб показался бы зубочисткой. Расчёт — или инстинкт? — оказался верен, вдали от этой пасти воздействие ощущалось гораздо меньше. Куросаки заспешил, срываясь в более быстрое хиренкьяку, и поймал друзей над самой землёй... только для того, чтобы швырнуть их ещё разок, подальше. — Ичиго-о-о-о!!! — заверещала не вовремя проснувшаяся Орихимэ. Рука Куросаки не дрогнула. Поймав всех во второй раз, Ичиго передал пострадавших Иноэ и устремился вверх, надеясь разглядеть бездну с безопасной высоты. Вид был неутешительным. Орихимэ и компания внизу казались всего лишь мелкой, едва различимой точкой, а бездна продолжала быть нереально большой, и всё так же напоминала голодную пасть. «Воздух, — понял Ичиго. — Он всасывает в себя даже воздух». «И выдыхать не думает, — добавил Зангецу. — Эй, напарничек, неплохая задачка, м?.. Эту хрень ножичком точно не убьёшь, тут надо думать». Ичиго вздохнул, сел прямо на небо и стал думать. О такой штуке он никогда не слышал, но это ни о чём не говорило. Во-первых, он генсеец неграмотный, во-вторых, шинигами сами-то о Уэко Мундо ничего особо не знали. Тварь впитывает рейяцу, это тоже ясно. Причём, рейяцу как шинигами, так пустого и квинси. Неизвестно, может ли он сожрать атаку, или она всё-таки остаётся слишком агрессивной для этого... Куросаки на пробу ударил гецугой, благо, его рейши восстанавливается практически мгновенно. Чёрный серп дёрнулся, размылся и рассыпался на духовные частицы. Ичиго сложил меч и отметил для себя, что характер рейяцу не имеет совершенно никакого значения. «Я тебе больше скажу, — добавил пустой-Зангецу. — Мы выпали здесь, потому что эта штука проедает даже пространство». «Тч!..» «Будешь о стенку биться? Подушечку дать? — заботливо поинтересовался пустой. — Нет, тебя не жалко, а вот стенку — да, стенка красивая!» Ичиго отмахнулся от старающегося его приободрить зампакто и сосредоточился на деле. Если подумать, ситуация действительно аховая — тварь жрёт любую появляющуюся рядом с ней силу, впору и в самом деле биться головой об стену. Или бежать, ибо тварюшка, кажется, вполне довольна своим местом и догонять убегающие крохи силы не собирается. Однако... однако, если она прожирает пространство, то любой, попавший в слабое место на ткани реальности, окажется в его пасти. А шрамов после недавних событий у реальности было много, во всех трёх мирах. Хорошо устроилась, тварь, еда прямо в рот падает! Так ничего и не решив, Ичиго спустился проверить как идут дела. Оказалось — неплохо. Исида уже негромко ругался — чисто литературно, как и полагает гордому квинси, — Орихимэ уже лечила обморочный «тренировочный» материал. Тут особенность её силы сыграла ей на руку: без активации её рейяцу почти не фонит и монстр сумел выпить только немного жизненной силы. «Спустись с небес на землю, Ичиго», — порекомендовал Зангецу-старший. «А? Я уже тут», — не понял Куросаки. «Старик намекает, что ты слишком увлёкся сложными построениями. Все живые существа подчиняются определённым правилам, насколько бы сильны они ни были». «Надеюсь, ты не о законах физики говорил? Я только что ходил по небу!» «И чо? Думаешь, нарушил закон Ньютона? Да знал бы этот любитель яблок о духовных силах, сделал бы для них отдельные формулы! Мир, в котором отсутствуют законы, не может существовать. Как текст, у которого нет символов, как файл без названия... А теперь подтяни слюни и вспомни законы наших миров». «А конкретнее?» «Иди в жопу, лентяй». Ичиго вздохнул. Да, это была обратная сторона монеты налаженного общения со своим зампакто. Там, где нормальные зампакто высокомерно молчали, оставляя какие-то иллюзии собственной правоты, Зангецу слал прямо и подробно. Правда, старший обычно слал более ласково. И к чёрту. Но слал. Куросаки вернулся на свой наблюдательный пост и начал старательно вспоминать физику. Ну, распространение поля в трёхмерном пространстве обратно пропорционально квадрату расстояния — это понятно. Чем дальше от пасти, тем меньше воздействие. Что ещё? Энтропия? Состояний «не в порядке» всегда статистически больше, чем состояний «в порядке»... нет, не то. Третий закон Ньютона? С какой силой ты бьёшь кулаком по стене, с такой же силой стена бьёт твой кулак? Не, опять не то. Закон сохранения энергии? О, вот это уже теплее. Четвёртый закон термодинамики, точно! Любая закрытая система стремится к энтропии, и спустя время становится однородной. Такая сложная система, как живое — или мёртвое, — существо не может быть закрытой, должен быть постоянный поток энергии из вне. Пища. А для поддержания такой огромной жизни поток энергии должен быть не меньше, что он и имеет счастье наблюдать. Но... если это не живое существо, а какая-нибудь местная аномалия? Нет, бред. Куда тогда девается вся эта энергия, если не на поддержание жизни огромного организма? Копится? Бред. Кому это надо? У любого капитана рейяцу чуть ли не больше, чем он может контролировать. Используя свою душу в качестве источника, местные давно победили энергетический кризис. «Вот он тупой. Я его сейчас стукну», — пообещал пустой. «Не мешай. Он думает. Сам же отказался ему помогать», — пытался образумить его квинси. «Да, но какого хрена он так вбок ушёл?! Он бы ещё Яхве символом экономического кризиса назвал!» Ичиго обдумал эту идею и вынужден был согласиться, что это не такой уж бред. По сути, родоначальник квинси давал силу в кредит, забирая душу и прижизненные навыки в качестве процентов. Яхве забирал больше, чем отдавал, скапливая в руках огромную мощь и нарушая естественный экономи... э-э-э... обмен душ. Прямо как мировой экономический кризис. Но это ладно, это дела прошлые, ныне же... Это точно живое существо, потому что механизмы и артефакты в Обществе душ и Уэко Мундо непопулярны. Тут даже сообщения бабочками посылают, а не по телефону. Хотя компьютеры и телефоны тут известны. Если это естественное явление, то где-то должен быть фонтан мощи, а о таком он бы точно услышал. Значит... Надо просто заморить тварь голодом. И это не так уж и сложно, учитывая, что она питается растворёнными в воздухе духовными частицами. Ичиго раскинул руки, стараясь ощутить пространство вокруг него. Едва заметный поток воздуха сворачивался в воронку и всасывался в бездонную пасть. Куросаки потянулся мыслью по более-менее безопасной зоне, прося воздух остановиться, не заполнять эту пустоту... Слева-направо, замыкая круг, умножая кольца, создавая полусферу. Всё вышло достаточно легко — воздух и сам не горел желанием сгинуть в пасти твари. Достаточно легко, если не считать, что он удерживал полусферу окружностью в пару километров. Достаточно легко — потому что он вообще смог это сделать. Лук квинси? Три ха! Детский лепет! Куросаки не понимал, как его самого не разорвало на духовные частицы от напряжения. Как он не развеялся по этому куполу, ведь его он ощущал гораздо лучше собственного тела. Тварь вдыхала воздух, от чего давление внутри сферы уменьшалось, и воздух снаружи больше хотел попасть внутрь. Удерживать полусферу становилось всё сложнее. Кое-где появлялись трещинки, сквозь которые просачивалась рейяцу, Ичиго закрывал их, но прорехи появлялись в другом конце. «Не суетись, — порекомендовал пустой. — Контролируй сферу в целом. Будешь отвлекаться на трещины — она рухнет вся». Ичиго подавил панику и послушался. Стало действительно легче. Он даже смог подумать: «Да... иди... ты...» «Тебе на помощь? — скрипнул зампакто. — Спешу-лечу!» И тут по мозгам Куросаки будто провели влажной тряпочкой. За спиной стало по-странному легко, но и сфера больше не казалась такой отчаянно ненадёжной. Возможно, ему даже удастся продержаться некоторое время... И тут монстр начал вставать. Ичиго начал спешно поднимать границу сферы, чтобы она не попала под воздействие твари. Как выглядит тот, чья пасть запросто проглотит небоскрёб? Ну, собственно, он так и выглядит — огромный рот, шарообразное тело, куча мелких щупалец, выкапывающих его из песка. И дыра на каждом щупальце. Куросаки изо всех сил вытягивал полусферу, почти приближая её к сфере — шарообразный пустой всё-таки сидел на земле. Ичиго забывал дышать. Из носа лилась кровь. Руки дрожали. Спину сводило от напряжения. «Старик...» — толкнулась в мозгу скрипучая полумысль. «Да чтоб вас, упрямые самоубийцы!» — послышалось отчаянное. В следующее мгновение пояс полегчал. А Ичиго ощутил себя всемогущим. Он легко удерживал стабильную сияющую зелёным и голубым сферу. Он держал и чувствовал, что время для него остановилось. Он чувствовал, что может удержать сферу вечность или две, без особого труда двигая её синхронно перемещениям монстра. А для монстра время шло. Он орал, изнывая от голода. Он метался из стороны в сторону, желая пробить стену, но сфера двигалась вместе с ним и по-прежнему не пропускала ни одной духовной частицы. А песок не был по вкусу даже ему. В какой-то момент монстр начал складываться под собственной тяжестью и пожирать сам себя. Сосредоточенный Ичиго не успел подумать о том, что это могло значить. Его вместе со сферой смолотила в пыль волна рейяцу.* * *
Разбудила его боль. Она была такой, что кто-нибудь другой бы уже давно умер от шока, но только не он. Куросаки цеплялся за жизнь, цеплялся упорно, понимая, что от этого зависит не только его жизнь, но и жизнь тех, кого он пообещал защищать. И тех, кто всегда защищал его. Кстати, об этом. — Где его зампакто? — кричал взбешённый Исида. Ему в ответ мямлили что-то неразборчивое, но Ичиго и не собирался вслушиваться. Он знал, где зампакто и поэтому цеплялся за жизнь с удвоенной силой. С утроенной. — Куросаки-кун, Куросаки-кун, — твердила, как молитву, Орихимэ. — Пожалуйста, Куросаки-кун. Ей уже удавалось воскрешать из праха, но тогда она делала это только из упрямства, из желания пойти наперекор всему, наперекор всей этой жестокости сотворить что-то доброе. А сейчас она так переживала за своего пациента, что Цубаке пришлось на неё шикнуть, чтоб не истерила и не мешала лечению. В отличии от Куросаки, Исида успел среагировать и выставить щит против первого, самого мощного всплеска рейяцу. Тоненький полог бело-голубых частиц выдержал не больше секунды, но этого хватило, чтобы подключилась Орихимэ. Её хватило на целых две секунды. К счастью, следующие волны оказались слабее и им удалось остаться почти невредимыми в этом внезапно возникшем океане рейяцу. — Как он? — взволновано спросил Исида, отвлекаясь от развешивания пинков тренировочному материалу, которые продолжали показывать себя исключительно обузой. — Он будет жить, — слабо улыбнулась Иноэ. — Только что-то странно... он какой-то не такой. Словно в подтверждение её слов, Ичиго выдохнул, выпуская облачка рейяцу. Те, в свою очередь, разделились надвое — красно-чёрную и бело-голубую, — и сформировались в мечи. — Ах вот где они, — успокоился Исида. Иноэ сосредоточенно кивнула. Лечение пошло легче.* * *
— Едрить-колотить... — с восхищением протянул Секста Эспада, выходя из сонидо прямо на бархане, под котором обосновалась компания. — Вы чё здесь устроили?! — Здравствуйте, Гриммджо-сан, — Иноэ подняла на него измученный взгляд, но вежливому тону не изменила. — Вас Харрибел-сама прислала? — Да щаз! — возмутился свободолюбивый кошак, спускаясь. — Я сам пришёл. Такая хрень твориться, а я не в курсе! Так чё здесь случилось? Кто там об Куросаки опять убился? Сказав это, Гриммджо легонько пнул валяющегося на песке Ичиго. Тот, не открывая глаз, пообещал Джагерджака расчленить и сожрать. Без соуса. Иноэ удалось восстановить его тело, но рейяцу была на таком удручающе-низком уровне, что даже шевелиться получалось с трудом. Орихимэ как раз переводила дух перед вторым заходом отрицания, когда появился арранкар. А тот, к слову, понял угрозу на свой лад и исчез в сонидо, чтобы через секунду появиться с каким-то мелким пустым в руках. — Куросаки, открывай пасть, щаз кормить тебя будем, — заявил Гриммджо, помахивая пищащим пустым. Ичиго открыл один глаз, подозрительно посмотрел на арранкара и предполагаемую пищу. Идея была дурацкой. Как, собственно, все идеи Гриммджо. Но при этом, она обладала таким же характерным практическим смыслом и даже... мудростью? Ох, сильно его по голове приложили!.. «Какой аппетитный хомячок...» — с тоской протянул Зангецу-младший. Он бы с радостью им перекусил, но понимал, что Ичиго на такое никогда не согласится. А у того тоже текли слюнки и соображалка ещё не до конца восстановилась. Куросаки открыл рот, намекая, что пустого можно положить прямо туда... Зангецу едва успел рвануться вперёд, перехватывая контроль над телом. Без маски пустого пустых внутрь лучше не употреблять. — Притащить чё-нить покрупнее? — деловито поинтересовался Гриммджо. Выхаживать больных было не в его привычке, но смотреть, как шинигами жрёт пустых было очень занимательно. Зангецу кивнул. От мелкого пустого остались только приятные воспоминания. Арранкар исчез в сонидо. Иноэ расслабилась, осознав, что хотя бы частично Ичиго сможет восстановиться и без её помощи. А вот квинси был готов в любой момент активировать лук... нет, не против Сексты. Против курсантов академии. Тренировочный материал выглядел совсем потеряно. Благие намерения, провал, провал, провал, а теперь смотреть на то, как национальный герой ест души — пусть и души пустых... Мир ребят рушился прямо на глазах, и это могло привести к совершенно непредсказуемым последствиям. — На! — от щедрот кошачьих, Гриммджо притащил с собой целого адьюкаса. — Не подавишься, надеюсь? Зангецу задумчиво посмотрел на адьюкаса. Адьюкас опасливо покосился на непонятную, но очень голодную хрень. Ичиго выглянул изнутри, одобрил выбор и порекомендовал начать с такого округлого и аппетитного бока. Орихимэ деликатно отвернулась, арранкар с одобрением смотрел на аппетит пациента, Исида следил за курсантами, а курсанты суеверно крестились. Закончив своё чёрное дело, Зангецу удовлетворённо рыгнул. «Ебать у тебя манеры», — только и смог подумать Ичиго. «Отвянь, я флиртую», — отмахнулся пустой. «С кем?! С кем можно ТАК флиртовать?! — взвился Куросаки, но тут же наткнулся на о-о-очень довольный взгляд Гриммджо. — Блядь...» «Ичиго. Зангецу. Вы напрашиваетесь на серьёзную лекцию», — возникла в голове строгая мысль старика. «Нудеть будешь? — предположил пустой. — Кучики-стайл?» «Нет, — ответ близнецов удивил. — Материться научу». «Э-э-э-э?..» — Ичиго показалось, что он ослышался. «Что, наши попытки ругаться настолько жалкие?» — понял пустой. «Вы даже не представляете...» «Перфекционист ты, старик, — вздохнул Зангецу-младший немного даже счастливо. — Но спасибо, Гриммджо наверняка оценит». «Кстати, об этом, — вспомнил Ичиго. — Как насчёт того, чтобы обсудить твой ужасный вкус?» «Ты ещё про отсутствие чувства самосохранения вспомни, — отмахнулся пустой. — Ещё скажи, что он тебе не нравится! Ты всегда любил кошек». «Йоруичи этот вид сильно дискредитировала». «Ну, а Гриммджо за всё отомстил! — бодро заверил Зангецу. — Ты посмотри какой няшка! Еды принёс! Скоро драться полезет — вообще красота будет!» «А-а-а, понятно всё с тобой...» «Эй! Я всё-таки меч!» «Хотя бы к Зараки не клейся», — закатил глаза Ичиго. «Ничего не могу обещать», — заявил пустой, с аппетитом жуя очередного адьюкаса. __________________________________________ Примечания: Garganta (исп.) – горло, глотка, зев.
