Когда сгорает феникс

В магическом мире не принято пользоваться маггловскими устройствами даже среди волшебников, которые знают, как они работают. Поэтому Гарри и Джинни, которые пару дней назад вернулись из поездки во Францию, вместе с Роном, который приехал домой на пару дней, взяв небольшой отгул, послали Гермионе записку вместе с совой. Не дождавшись ответа, они решили прямиком пойти в ее в квартиру на окраине Лондона. - Все же не стоило нам оставлять ее одну во время отпуска, - задумчиво бормочет Гарри. Они аппарировали в безлюдном переулке за два квартала до нужного дома и теперь идут вдоль широкой шумной улицы. - Мы не могли заранее знать, что папа даст Гермионе отпуск, - говорит Джинни, пожимая плечами. – Не переживай, думаю, он просто неправильно понял ее состояние. Уверена, с ней все хорошо. - Да, это же наша Гермиона, - поддерживает Рон. - Что с таким сильным человеком может случиться в мирное время? Она и во время войны никогда не падала духом. - Абсурд, - хмурится Гарри. – С любым человеком может случиться что угодно. От душевных терзаний никто не застрахован. Наступает напряженное молчание. Все трое продолжают идти по гулкому шоссе. Впереди уже виднеется парк, от которого до дома Гермионы рукой подать. Лондон сегодня на удивление солнечный и радушный: небо чистое и светлое, ветер прохладный, но не настолько сильный, чтобы продувать до костей, редкие деревья потихоньку окрашивают листья в жёлтые и багряные цвета, еще больше утепляя и осветляя городской пейзаж. - Ладно, – вздыхает Джинни, - давайте не будем ничего загадывать. Придём и узнаем, как она. До нужного дома остается лишь один перекресток, на котором как некстати светофор горит красным светом. Троица со скучающим видом ждет зеленого. - Погодите, это Гермиона! – внезапно восклицает Рон. Гарри и Джинни поспешно переводят взгляд в сторону, куда указывает его рука. И действительно, их подруга быстрыми шагами удаляется влево, находясь на противоположной стороне дороги. Загорается зелёный свет. Все трое трусцой перебегают дорогу и вскоре нагоняют Гермиону. - Привет! – выдыхает Гарри, едва остановившись. Девушка растерянно оборачивается и тут же расплывается в улыбке. - Привет, а вы чего тут делаете? – удивленно спрашивает она. – Уже вернулись из отпуска? Как Франция? - Франция как Франция, - усмехается Джинни. – У тебя-то как дела? Но Гермиона пропускает этот вопрос мимо ушей, подходя ближе к Рону. - Так давно тебя не видела! – она чуть приобнимает его за шею. – Как твоя работа? Вижу, все конечности пока на месте. - Очень смешно, - ухмыляется парень. – Работа шикарная, вместе с Чарли сейчас пытаемся вывести новый вид! Решили скрестить Хвосторогу и Норвежского Горбатого. Представляете, какая жгучая смесь получится?.. Рон переводит взгляд на остальных членов компании. Гарри и Джинни многозначительно смотрят на него в ответ. - Ах да, - он задумчиво чешет рукой затылок, - как себя чувствуешь, Герм? Девушка непонимающе оглядывает друзей. - Эм… Да все хорошо, вроде бы. С чего вы взяли, что со мной что-то не так? - Мы вчера говорили с мистером Уизли, и он сообщил, что отправил тебя в отпуск в связи с плохим самочувствием, - заискивающе начал Гарри. – Он нас заверил, что у тебя был бледный и уставший вид. Гермиона скептически улыбается: - Он преувеличивает. Ну устала немного, да, но отпуск мне, в принципе, не был нужен. - А я что говорила, - скрещивает руки Джинни, переводя взгляд на мужа. – Папа всегда немного приукрашивает, когда речь идет о состоянии человека. Гарри качает головой, закатывая глаза. - Так ты идешь на работу? – спрашивает Рон. – Могу тебя проводить, мне как раз надо в Министерство. - О, нет, мистер Уизли ведь продлил мне отпуск, он вам не говорил? – Гермиона слегка нервно поправляет сумку на плече. - Нет, - хмурится Гарри. – Забыл, наверное… Все четверо молчат некоторое время. Заметив, что подруга продолжает немного резко и порывисто поправлять волосы и одежду, Джинни спрашивает: - А куда идешь, если не секрет? Я как раз хотела пройтись по магазинам, не присоединишься? Гарри устало поднимает глаза в небо. Наверняка Джинни вдоволь наслаждалась шоппингом во Франции, и их семейный бюджет неплохо пострадал. - На самом деле я иду к подруге… - друзья смотрят на нее с пониманием и интересом. – Вы ее не знаете, она… новенькая в нашем отделе. Я пойду, если вы не против, не хочется опаздывать. Джинни все еще напрягает, как неспокойно ее подруга теребит язычок от молнии на сумочке. Но тем не менее все же чмокает ее в щеку на прощание. Когда Гермиона скрывается за ближайшим поворотом, Рон разворачивается и идет обратно к перекрестку. Гарри медлит, заметив, что его жена о чем-то глубоко задумалась. - Все в порядке? – спрашивает он. Джинни задумчиво хмурится. - Тебе не показалось, что она как-то странно себя ведет? Чем-то вроде бы взволнована… Гарри переводит взгляд на угол, за которым скрылась их подруга, словно надеясь, что еще успеет проанализировать ее поведение. - Честно говоря, я не успел заметить ничего такого… Но ты же знаешь, девушки куда проницательнее парней. Может, что-то и вправду случилось. Рон уже давно стоит около перехода и вопросительно смотрит на пару. - Теперь я не смогу перестать думать об этом, пока не узнаю, что происходит, - угрюмо говорит Джинни, вновь скрестив руки на груди, словно сама себе бросая вызов. Гарри обнимает ее за плечи. - Эй, она ведь не выглядела расстроенной? Разбитой? Нет. Может, у нее наоборот случилось что-то очень хорошее, - он отстраняется и заглядывает в лицо жене. – Не переживай, ладно? Она бы нам рассказала, если бы это было что-то плохое. А о радостных событиях можно узнать и попозже, когда Гермиона сама будет готова нас в них посвятить. Джинни вздыхает, обнимает мужа, и они вместе идут к уже заскучавшему у светофора Рону. *** <POV Гермиона> Встретить друзей было очень неожиданно. Не думала, что Гарри с Джинни вернутся из отпуска так рано. И что у Рона будет отгул. И я еще вообще не думала, что им сказать по поводу сложившейся ситуации. И как они отреагируют? Наверняка будут ошарашены. Возможно, разочарованы. Во мне. Но ведь им не объяснишь всего. Они не поймут, что Малфой сейчас совсем не такой, каким мы его знали в школе. Они не знают его настоящего. И вряд ли смогут узнать. Не пойдут же они к нему домой, чтобы «снова познакомиться». Только я начала забывать про сомнения и душевные терзания, как опять появился повод для переживаний. Ладно, я подумаю об этом потом. Они же, все-таки, мои друзья. Они должны меня понять. Малфой Мэнор встречает меня своей обыкновенной угрюмой серостью. И даже ясная погода и зеленая трава вокруг не делают его приветливее. Вздохнув, иду по щебенке к воротам. Вчера я уже все обдумала. Я действительно хочу этого, мне приятно находиться с этим человеком и общаться с ним. Ради чего я должна отказывать себе в этих встречах? Ради глупых предрассудков? Ради неприятных воспоминаний из детства? В последнее время я чувствовала себя одиноко как никогда. А сейчас все меняется. Так почему я не могу позволить себе этого? Хватит с меня правил и предубеждений. Уверенно стучу в дверь. Дверь со скрипом открывается, и на меня смотрит пара огромных зеленых глаз. - Мисс Грейнджер! – восклицает Хорт. – Мы вас очень ждали. - Прошу, зови меня Гермиона, - говорю я. - Как скажете, мисс Гермиона, - кланяется эльф, а я лишь снисходительно усмехаюсь. – Хозяин ожидает вас наверху. Я провожу вас! По дороге на верхний этаж я невольно сжимаюсь от взглядов представителей семейства Малфой, презрительно взирающих на меня с картин. Величественные женщины в украшениях, которые мне и не снились, поджимают губы и отводят ненавидящий взгляд. - Хозяин Драко в последней комнате по левой стороне, - говорит мне эльф и со щелчком испаряется. В этом коридоре на стенах нет портретов. Хотя темные прямоугольные тени на обоях говорят о том, что они долгое время висели здесь, но были сняты. Со странной опаской прохожу по мягкому бежевому ковру. Чувствую себя неудобно, пачкая его своими старыми пыльными кедами. Чуть поколебавшись, снимаю их и дальше несу в руках. Глупо выгляжу, наверное, но воспитание не позволяет портить чужое имущество. Тем более этот чудесный светлый ковер наверняка придется чистить бедным эльфам. Останавливаюсь перед дверью. Отчего-то страшно. Быстро отгоняю ненужные мысли. И стучусь. - Хорт, я же говорил тебе, можешь входить без стука, - отвечает голос за дверью. Невольно улыбаюсь и приоткрываю дверь. Взгляд сначала падает на темный блестящий ламинат. Затем на белый пушистый ковер, лежащий посередине комнаты. На большую двуспальную кровать такого же темного цвета, как пол, покрытую темно-зеленым покрывалом. Светло-серые, почти белые, стены. И только потом я замечаю стоящего около окна Драко. На котором нет ничего, кроме черных спортивных брюк. Благо, он стоит спиной и не видит, как я, зависнув в одном состоянии, без смущения пялюсь на мощные плечи и покатый изгиб поясницы. Солнце неистово палит сквозь стекло, и волосы Малфоя словно светятся в его лучах. Сильные руки перебирают пергаменты на тумбочке у окна. А я не знаю, чего мне больше хочется – подойти ближе или провалиться сквозь землю. - Что-то случилось? – вдруг произносит парень, оборачиваясь. Я тут же застенчиво опускаю глаза, лишь бы он не подумал, что я на него пялюсь. – О, Гермиона! Я не ждал тебя так рано… - Хорт уверял меня в обратном, - бормочу я, не поднимая глаз. - Почему ты держишь кеды в руках? – с ухмылкой произносит Драко. Кручу предмет обуви в руке, не зная, что ответить. - Ну, было бы невежливо пачкать такой чистый ковер. Он усмехается. Слышу, как парень передвигается ближе к кровати. - Все в порядке? – спрашивает он. – Почему ты смотришь в одну точку? Хочу с вызовом поднять взгляд, но почему-то не получается. Переступаю с ноги на ногу и, окинув Драко очень быстрым взглядом (но при этом все равно заметив выступающие ключицы и мышцы пресса), говорю: - Ты меня мягко говоря смущаешь, знаешь ли. Малфой снова усмехается. - Прости, - говорит он, натягивая белую футболку. – Больше не буду. Я ведь на самом деле думал, что ты придешь позже. Или вообще не придешь… В последних словах явно звучала горечь, но я постаралась не обращать на это внимания. Каждый раз, когда я начинаю жалеть этого парня, он с легкостью манипулирует мной. - Если ты готов, давай пойдем уже в гостиную и начнем, - говорю я, приближаясь к двери. Драко с улыбкой смотрит на меня. - Зачем спускаться в гостиную? Думаю, здесь тоже будет весьма удобно. - Но… Это же твоя спальня… - неуверенно бормочу я. Мне, конечно, жутко хочется рассмотреть тут все поближе, и обстановка здесь намного уютнее, чем в злосчастной гостиной. Но как-то это неправильно. - И что? – спрашивает парень. – Такая же комната, как и все. Проходи уже и устраивайся поудобнее. Обувь можешь положить на комод справа от тебя. Задумчиво кладу кеды на указанное место. С сомнением отмечаю, что кроме кровати и прикроватного пуфа сидячих мест в комнате нет. - И куда мне сесть? – осторожно спрашиваю я. - Куда хочешь, - не глядя на меня, отвечает он. Я теряюсь, стоя посередине комнаты и не зная, в какую сторону пойти. Драко продолжает перебирать какие-то пергаменты, задумчиво хмурясь и прищуривая глаза. Решив, что если сяду на кровать, то сгорю на месте от смущения, опускаюсь прямо на ковер, сложив ноги в позу лотоса. Длинный подол платья, благо, полностью прикрывает нижнюю часть моего тела. - Что читаешь? – с интересом спрашиваю я, немного волнуясь, как парень отреагирует на выбранное мной место для сидения. - Да вот нашел вчера старые письма в комоде в комнате родителей. Но не могу отыскать в них ничего стоящего. Здесь в основном всякие сделки, договора, деловые письма… - он оборачивается и с удивлением смотрит на меня. Затем, как я и ожидала, широко ухмыляется. И я понимаю, что чувствую себя ничуть не комфортнее под его лукавым взглядом, чем если бы сидела на кровати. – Интересный выбор. Ну что ж, - он опускается напротив меня и садится в ту же позу. Белая футболка, которую он надел, жутко просвечивает, и рельеф его торса словно остается неприкрытым. Наверное, я слишком долго была одна, раз сейчас не могу думать ни о чем другом, кроме как о Малфое. О Малфое! Да еще и в таком смысле… - С чего хочешь начать? – глубоко вдохнув, спрашиваю я. Парень прищуривается, склонив голову набок. - Давай потренируем то же заклинание, левитации. И Акцио тоже хотелось бы. С полчаса я просила Драко призывать к себе различные объекты со столов, комодов и тумб, тайком разглядывая его детские фотографии и маленькие статуэтки. Получаться у него стало очень быстро, быстрее, чем я ожидала. И вскоре между нами лежала приличная кучка разных безделушек. - Что ж, думаю, с этим заклинанием все, - взмахиваю палочкой, невербально заставляя предметы вернуться на свои места. – Теперь призови к себе перо. Парень послушно выполняет просьбу. - Чтобы поднять перо в воздух, нужно очень чётко проговорить: Вингардиум Левиоса, - учительским тоном говорю я. Не дожидаясь моей подсказки про «рассечь воздух и взмахнуть», Малфой без труда применяет заклинание, и перо вскоре парит у нас над головами. - Я вдруг вспомнил кое-что, - задумчиво говорит он, опуская палочку. Перо медленно спадает вниз, оседая мне на колени. – Вспомнил, что ты первая из всех учеников на уроке смогла поднять перо в воздух. И, кажется, я жутко ненавидел тебя за это, - смеется Драко. Я слегка нервно улыбаюсь и встаю, чтобы положить перо на тумбу. Не хочется мне сейчас этих разговоров о старых временах. Только-только начала о них забывать. Стою спиной к парню, прокручивая перо в пальцах. Что же я делаю… - Все в порядке? – голос Драко звучит совсем близко. Он стоит позади меня, и его дыхание чуть теребит мои волосы, накинутые на плечо. Невольно вздрагиваю. Это все неправильно, неправильно. - Да, - отвечаю я. – Просто задумалась. Не успев среагировать, глупо наблюдаю, как Малфой берет из моей руки перо, нарочно касаясь меня холодными пальцами, и кладет его на гладкую деревянную поверхность. Чуть оборачиваюсь в правую сторону и тут же жалею: боковое зрение отмечает нежелательно близкое расположение его губ по отношению к моему лицу. Испуганно дергаюсь в обратную сторону и, неестественно изогнувшись, чтобы не задеть ни одну часть великолепного тела, отхожу обратно в середину комнаты. Драко грустно улыбается, глядя в пол. Затем переводит на меня взгляд. Я, почему-то боюсь того, что он скажет. - Может, чаю? – лишь произносит он. И я, едва заметно выдохнув, соглашаюсь. *** <POV Драко> И грустно, и смешно о того, как Гермиона всеми силами пытается избежать какого-либо физического контакта со мной. Чего она так боится? Что такого ужасного произошло между нами в прошлом? Задавать эти вопросы нет никакого смысла – они только сильнее отпугнут. Лучше оставить все как есть. И просто продолжать общаться и пытаться стать ближе. Ведь она мне действительно нравится. Даже очень. Как я вообще мог ее чем-то обижать в детстве? - Слушай, можно тебя спросить? – внезапно произносит девушка, поставив чашку на блюдце. – Ты вспомнил еще кого-нибудь из своего окружения, кроме друзей по факультету? - Поименно нет, но видел некоторых личностей несколько раз в своих воспоминаниях, - отвечаю я. – Профессора с длинной седой бородой и волосами, преподавателя по зельеварению… И еще двух мальчиков, которые всегда ходили вместе с тобой. Темноволосый в очках и рыжий. Гермиона с интересом и волнением смотрит на меня. Затем опускает взгляд и произносит: - И ты, ну… Совсем их не помнишь? Как общался с ними? С подозрением прищуриваюсь. С чего ее так интересует, помню ли я ее школьных друзей. - Да нет. А ты до сих пор с ними общаешься? – как бы между прочим спрашиваю я, поднося чашку к губам. - Не так близко, как в школе, - бросает Грейнджер и поспешно отпивает из своей. – А что? - Да нет, ничего, - поднимаю брови и ставлю чашку на место. Мы словно играем в игру «кто утаит больше информации от собеседника». И я, и она отчего-то переживаем и боимся в этом признаться. Это начинает немного раздражать, и я решаю сменить тему: - Кстати о зельеварении. Я пролистал пару книг в нашей библиотеке по этому предмету… И, ты знаешь, кажется, эта наука увлекает. Как насчет потренировать меня немного и в этой сфере? Гермиона морщит нос. - Я не очень сильна в зельеварении. В школе ты был намного более продвинутым в этом предмете, чем я. И меня это раздражало, - она смеется. - Жаль, - улыбаюсь я. – Я думал, что ты поможешь мне научиться готовить любовное зелье… - Девушка с интересом и непониманием смотрит мне в глаза. – Есть тут одна особа, которая никак не поддается моим соблазняющим чарам, - складываю руки на стол и слегка наклоняюсь вперед, в упор глядя на Гермиону. Она в свою очередь быстро моргает и нервно отпивает из кружки остатки чая. Затем, стараясь глядеть куда угодно, но не на меня, отвечает: - Это на самом деле одно из самых сложных в приготовлении зелий. Наряду с Жидкой Удачей и Напитком Живой Смерти… Факты из учебников как защитная реакция на смущающие ее слова. Весьма забавно. Лишь удовлетворенно улыбаюсь в ответ, вновь наблюдая, как гриффиндорка борется со своим желанием послать меня дальше, чем в Азкабан, и продолжает вежливо вести беседу. - Мне, пожалуй, пора, - внезапно говорит она, затем встает из-за стола. Я незамедлительно поднимаюсь в ответ, как велит этикет, и молча следую за ней к входной двери. У самого порога она разворачивается, чтобы попрощаться. Быстро, чтобы она не успела среагировать, беру ее ладонь в свою и легко прикасаюсь губами к тыльной стороне. Девушка вздрагивает, и, чуть помедлив, произносит: - Обычно руку целуют при встрече… - Мой дом, мои правила, - приподняв брови, с вызовом отвечаю я, чуть сжав ее тонкие пальцы своими. Она смотрит на свою руку боязливо и недоверчиво. Но затем, выдохнув, переводит взгляд на меня и чуть улыбается. Кажется, этот раунд я выиграл.