Коробка

Мне всегда казалось: случилось, значит, случилось. Какая, к черту, разница, почему небо в очередной раз рухнуло мне на голову? Оно рухнуло, следовательно, надо выстоять. Макс Фрай

Сдаваться нельзя. Нельзя давать вещам случаться просто так. Надо бороться. Надо говорить «нет»! Надо иметь мужество, чтобы сделать то, что правильно, когда все остальные только убегают. Роза. «Доктор Кто»

Шел дождь. Шел уже несколько часов, мерно барабаня по крыше, стуча в окна, стекая тонкими струйками по стеклу. Он казался сердцебиением этой ночи — неровным, тревожным, но и успокаивающим. Дождь словно говорил: «Что изменилось? Ничего. Земля и небо по-прежнему на своих местах. Из туч льется обыкновенная вода. Все, как и прежде. Разве что-то изменилось?» Лаура забралась в кресло с ногами, вся дрожа и бездумно глядя на экран мобильного телефона, надеясь, что сеть вот-вот появится и все произошедшее сегодня окажется наваждением. Но любая попытка набрать номер обрывалась безнадежным «нет связи». Умолкло радио, телевизор показывал только серое полотно помех, об интернете девушка даже не вспоминала. Видео сегодняшних событий никогда не получат миллионы просмотров в сети по одной простой причине — некому будет его выкладывать. Тиканье часов на стене стало оглушительным, оно звучало громче дождя, и было для нее единственным напоминанием о том, что мир еще не рухнул в тартарары. А может быть и рухнул — Лаура не была в этом уверена. После того, что сегодня увидела, она до сих пор содрогалась и втягивала голову в плечи, чувствуя, как влажные после мытья волосы, холодными щупальцами обвивают шею и плечи. Только мертвенно-бледный свет мобильника выхватывал из темноты ее дрожащие руки. А перед глазами раз за разом прокручивалась пленка сегодняшнего дня. Последнего дня прежней жизни. Солнечное утро не предвещало беды. Летняя жара, наконец, отступила, дав огромному мегаполису возможность отдышаться и вспомнить о том, что за окном лето и самое время мечтать об отпуске. И многие вняли этому немому призыву, вместо работы рассеянно глядя в окно или листая журнал. В офисе царило сонное оцепенение, столь естественное для пятницы в июне. Пользуясь отсутствием клиентов, Лаура позволила себе расслаблено откинуться в кресле, краем уха слушая новостной канал — единственное развлечение на работе. — Вы только гляньте, что передают! — воскликнул Майк — худой, нескладный парень с огромными очками, в которых был похож на стрекозу-переростка. Но, как ни странно, это делало его, на взгляд Лауры, вполне милым. — Глазам своим не верю! И это всего в двух кварталах от нас. — Там большая оживленная улица, — лениво отозвался кто-то из другого края комнаты. — Там постоянно что-то происходит… — Нет! — Майк вперился взглядом в экран компьютера, слегка привстав, как будто собирался бежать. — Это нечто невероятное! Гигантские роботы в самом центре города… — Фильм снимают? — девушка подъехала на кресле ближе. — Сделай-ка звук погромче. На экране репортер, зачем-то одевший на себя бронежилет и каску, постоянно вздрагивая, быстро-быстро говорил в микрофон. Камера дрожала, отчего изображение немного скакало, выхватывая то кусочек асфальта, то неба, то и вовсе показывало неясную мешанину цветов на заднем плане. Слышался грохот, взрывы, крики, и ко всему этому примешивался странный скрежет. — …события развиваются с невероятной скоростью. Всего несколько минут назад мы впервые увидели этих гигантов, а сейчас уже есть сообщения о том, что потеряна любая связь с Китаем и Великобританией. Есть основания полагать, что это связано с появлением металлических существ, о происхождении которых мы ничего не знаем. Возможно, — журналист нервно сглотнул и покосился куда-то в сторону, — мы имеем дело с инопланетной формой жизни… — Что за чушь! — главный скептик отдела — рыжеволосая Карен, презрительно поджала губы, глядя на экран. — Гигантские роботы — это абсолютный вымысел и сюжет для кино, а вовсе не реальность. Если это происходит на самом деле, мы бы заметили. Такого просто не… — она отвернулась от компьютера и посмотрела в окно, словно ища подтверждения собственным словам, и застыла, чуть слышно закончив, — может быть… Там, за высокими стрелами небоскребов, за бесконечно длинными пестрыми рядами домов поднимался черный дым. Густые клубы заслоняли острый чуть подрагивающий шпиль телебашни, растекались по кварталам, принося с собой запах гари. Весь отдел сгрудился возле окна, пытаясь разглядеть хоть что-то в надвигающейся серой пелене. Вспышки света, словно иглы, пронизывали дым, а над головой потрясенных зрителей промчалось несколько истребителей, раскрашенных, почему-то, в ало-черный цвет. За спиной из колонок компьютера что-то быстро тараторил репортер, звучали отчаянные вопли, но никто из людей в офисе не обернулся. Теперь они видели все это воочию. До них донесся звук далекой канонады, жуткий треск рушащихся домов. Вверх взметнулись столпы пыли и мелкой крошки, и сквозь мутное марево они увидели цветные движущие пятна. Гигантские роботы… Да, так и было. Неведомые существа действительно напоминали огромных человекоподобных металлических созданий, словно пришедших из фантастического кинофильма. Или на ужасных демонов с алыми глазами, явившихся на Землю из преисподней. Вокруг них плясали языки пламени, и даже дым, подсвеченный сполохами огня, казался нездешним, внушающим ужас. Из компьютера послышался странный набор лязгающих, скрипящих, скрежещущих звуков, заставивших людей обернуться. — Что это? — шепотом спросила Лаура. Вместо ответа снова заговорил репортер: — Они разрушают дома! Убивают бегущих людей! Они… они приближаются! — человек не сдвигался с места, отчаянно пытаясь донести до всех тех, кто его слышал, важную информацию. — Этот странный звук, который мы сейчас слышим, по всей видимости, их речь. Всем, кто меня слышит — уходите! Уходите как можно дальше от этого места! Экран пошел серыми помехами так неожиданно, что Лаура еще минуту ошарашенно смотрела на них. Мозг отказывался воспринимать новую реальность, а она врывалась в жизнь, круша все на своем пути. Внезапно помехи исчезли, и картинка снова стала четкой и ясной, показывая металлическое чудовище совсем близко. Алая вспышка взгляда из-под мощного шлема и все оцепенели, со страхом глядя на робота. Никто не пытался шевельнуться, только Лаура медленно-медленно начала пятиться назад. Ей хотелось оказаться как можно дальше отсюда, не слышать этого страшного скрежета и лязга, но слова пришельца, казалось, преследовали всюду. — Спешу сообщить вам, что мы являемся автоботами — главенствующей формой жизни планеты Кибертрон, и что сейчас мы контролируем более трех четвертей этой планеты. Ваше оружие не может нам повредить, все виды связи полностью ликвидированы. Сопротивление бесполезно, белковые. Теперь вы полностью в нашей власти, и мы имеем полное право распоряжаться всеми ресурсами, находящимися на данной планете. Любой, кто осмелится выступить против воли нашего лидера — Оптимуса Прайма будет уничтожен. Так же как и ваш город сейчас, чтобы никто не посмел сопротивляться нашей власти. А те же, кто примет ее и будет способствовать укреплению величия автоботов — получат вправо на жизнь. Пронзительно закричала Карен, прижимая руки к губам. Лаура просто молча отшатнулась — голос окончательно перестал ей повиноваться. Где-то внизу завыла полицейская сирена, вселив в людей относительное чувство покоя. — Всем немедленно покинуть здания! Всем немедленно покинуть здания и двигаться в северо-западном направлении к ближайшей станции метро. Без паники! Повторяю — без паники! — У нас же есть армия, — растерянно произнес Майк, заглядывая в глаза коллегам. — Они нам помогут. Не может быть такого, чтобы наша армия не могла справиться… Никто ничего не ответил. Отчаяние затапливало душу, лишало последних сил. Мало кто понимал, что происходит, и вопросы сыпались отовсюду. А грохот все приближался, воздух был наполнен натужным гулом. Ветер доносил хлопья пепла, тошнотворный запах паленой резины и плоти. На улицах царила невообразимая паника. Люди метались между домов, кричали, кто-то плакал и безуспешно кого-то звал. Страшные новости и ужас распространялись, как лесной пожар. О том, что было дальше, Лаура старалась не вспоминать, и память, словно сжалившись над ней, прокручивала только обрывки воспоминаний. Вот толпа ринулась к разверстой пасти входа в метрополитен, там, в полумраке и прохладе подземных линий, обезумевшие от страха люди надеялись найти безопасное укрытие. Но девушка никак не могла заставить себя спуститься вниз. Словно парализованная, она смотрела на бегущих людей, не зная как поступить. Отчего-то захотелось домой, как будто тонкие стены маленькой квартиры могли ее защитить. И только спустя несколько часов она узнала, что это безрассудное решение спасло ей жизнь. Дороги — артерии и вены города, оказались полностью забитыми. Машины стояли в многокилометровых пробках, непрерывно сигналя, и к запаху гари примешивался острый аромат бензина. Город погрузился в хаос. Вообразив, что наступил последний день жизни, мародеры врывались в магазины и тащили все, что представляло собой хоть малейшую ценность. Где-то слышна была стрельба — кто-то утверждал свою власть над другими. Уже никто не обращал внимания на мольбы о помощи. Люди словно сошли с ума, и некому было сдержать бушующую толпу. Полиция пыталась навести относительный порядок, но ее было слишком мало — основные силы находились в эпицентре атаки громадных пришельцев. Шум растревоженного города стал почти привычным, превращаясь в фон. Выли сирены скорой помощи, презрев все правила движения, бело-красные автомобили мчались по тротуарам, доставляя пострадавших в ближайшие госпитали. Но их катастрофически не хватало. Можно было увидеть множество раненых, которые просто прислонились к стенам домов, и так засыпали навсегда. И никому до этого не было дела, люди бежали, заботясь только о своей жизни. Лаура вздрагивала, когда видела умирающих. Липкий страх опутывал ее всю и заставлял ускорять шаг, переходя почти на бег. Но до дома было так далеко, а сама девушка не могла назвать себя ни сильной, ни выносливой. И даже когда на внезапно пустой дороге появилось несколько автомобилей, на ходу превращающихся в роботов, Лаура не закричала, как многие вокруг. Она просто подняла взгляд на пришельцев, тупо глядя, как сверкает на солнце чистое покрытие. Девушка на всю жизнь запомнила черный цвет корпуса, его блеск под лучами солнца и, почти незаметные на темном металле, бурые потеки, о происхождении которых было страшно думать. Лицо было из подвижного серебристого металла, легко передающего мимику. Но самый больший ужас после размеров пришельца, вызывали его глаза — алые прожектора, прожигающие насквозь любого. Рядом стояло еще одно металлическое создание, только черно-серо-бирюзового цвета, с огненными линзами-очками. — Стоять, хлюпики! Торопиться уже некуда, — раздался сверху нечеловеческий скрежещущий голос. — Теперь вы слушаете только нас. Толпа словно сбросила с себя оцепенение и бросилась врассыпную. Неуправляемая масса, ведомая только паникой и страхом, заметалась между домов. Отчаянные крики, мешались со страшным лязгающим звуком, отдаленно напоминающим смех. Да, эти существа смеялись. Злобным, издевательским, нечеловеческим смехом чудовищ. Воздух задрожал, словно от жара, раздался чуть слышный хлопок, от которого заложило уши, и многие люди наткнулись на невидимую стену, отделившую их от остальной толпы. Силовое поле надежно удерживало несчастных внутри полусферы, в компании с двумя пришельцами. — Милая ловушка, Трейлбрейкер, — прокомментировал черный мех, активируя оружие на руках. — Оставим остальных на потом. Первый выстрел оглушил, второй отдался дрожью во всем теле, а после третьего Лаура всхлипнула и едва не упала на асфальт. Девушка не смела обернуться, потому что мельком замеченное зрелище навсегда отпечаталось в ее памяти. Кровь, дым, искаженные мукой лица… Но этого автоботам показалось мало, и огненные лучи лазеров затанцевали смертоносное танго вокруг выживших. Падали, сраженные выстрелами люди, грохотали, разбиваясь, обломки кирпича и бетона, звенело крошащееся стекло. Казалось, мехам приносит удовольствие просто уничтожать все, что попадало им на глаза. Лаура метнулась в крохотный переулок, надеясь скрыться от вездесущего взгляда пришельцев. Но разве спрячешься от всепоглощающего страха? Земля под ногами дрожала как в припадке, горячий воздух обжигал легкие, глаза слезились от дыма и пыли. «Конец света…» — подумалось девушке. Она прислонилась к стене дома, чтобы отдышаться. Сил бежать куда-либо уже не было. И куда бежать, если весь окружающий мир стал ареной для игры этих ужасных существ. Сколько она выиграет времени, прежде чем умрет? Час? Сутки? Вряд ли больше… Звук ломающейся стены на несколько минут оглушил ее, и Лаура оцепенев, наблюдала, как медленно-медленно рассыпается часть дома, засыпая грудой мусора остаток переулка. Сквозь шум в ушах до нее донесся испуганный крик, и только спустя мгновения девушка поняла, что кричит именно она. Волна пыли и раскрошенного цемента вздыбилась всего в нескольких метрах от нее, выбивая воздух из легких и толкая в спину. А в следующий миг, Лауру швырнуло на асфальт, и свет вокруг померк.

***

— Пощадите! Умоляю вас, пощадите! — женщина стояла на коленях и рыдала. — Пощадите! Я стану служить вам, только не убивайте!.. Истерика… сколько таких несчастных было в те дни по всей планете. Сколько людей купили себе существование ценой собственного унижения. Они просто пытались спастись. Убежать от пришельцев. Но, увы, судьба не была к ним благосклонна, послав вместо спасения автобота. А вместо мгновенной смерти — ужас и панику. Питер Каллахан поправил ружье на плече — многолетняя привычка держать оружие при себе в этот раз оказалась крайне полезной, и устало оглянулся вокруг. Под алым взглядом огромного черного робота люди сбились в маленькие кучки, точно испуганные мыши. Многие плакали, бились в истерике, молились бездушным небесам. А он молчал, не в состоянии произнести и слова. Слишком много смертей он видел сегодня, слишком много слез, чтобы остаться таким, каким был раньше. Но пресмыкаться перед захватчиками не позволяла гордость и чувство собственного достоинства. В ладонь ткнулась носом его верная спутница — овчарка Кайра. Темные глаза собаки смотрели доверчиво и преданно, словно он был богом, способным решить все возникшие проблемы. Питер потрепал ее по холке: — Идем отсюда, Кайра. Здесь нам больше места нет… За спиной все еще слышались рыдания женщин и презрительный смех пришельца. — Служить?! Ничтожные червячки! Да это честь — служить нам! И ее еще нужно заработать! Служить? Нет, лучше умереть человеком, чем жить рабом. Все равно не за что больше цепляться… Мужчина скользил взглядом по бьющемуся в агонии городу. Сизые крылья дыма обволакивали его, прикрывали раны. Но боль ощущалась почти физически. Кайра прижималась к ногам, настороженно прислушиваясь к любому шороху. Тела… они лежали там, где несчастных застала смерть. И некому было позаботиться о том, чтобы проводить их в последний путь. Питер уже не искал среди них выживших — бесполезно, автоботы не оставляли ни единого шанса. Только проходя мимо очередного переулка, ему показалось, что он слышит тихий стон. Тишина и снова чуть слышный звук. Овчарка сорвалась с места, нырнув в густую пелену дыма и пыли и спустя несколько секунд до мужчины донесся ее торжествующий лай. Уцелевший? Кто знает, какое чудо уберегло от смерти еще одного человека… Девушка лежала ничком, неловко подогнув под себя руку. Рыжеватые волосы рассыпались поседевшей от пыли волной. Видимо незнакомку отбросило взрывной волной от упавшей стены и только это спасло от гибели. Питер осторожно перевернул выжившую на спину, поддерживая рукой ее голову, а Кайра стала старательно вылизывать грязное от копоти лицо. Девушка застонала и, слабо дернувшись, открыла глаза. — Помогите… — шелестящим шепотом произнесла она. Безумный взгляд блуждал, потрескавшиеся губы дрожали и сочились кровью. — Все закончилось, — успокаивающе произнес Питер. — Ты жива. Видимо от обычного человеческого голоса она все больше приходила в себя. — Они ушли? Да? — вопрос был задан с такой надеждой, что мужчине стало не по себе. Он только покачал головой и девушка, поняв его без слов, снова прикрыла глаза. — А я так надеялась, что это всего лишь сон… — Не сон, увы, — Питер помог ей сесть. — Как ты себя чувствуешь? Переломов нет? — Кажется, нет, — прошептала дезориентированная девушка. — Кто вы? — Питер Каллахан, — представляясь, он по привычке протянул ей ладонь. — Майор… а впрочем, какая уже разница. А это Кайра, — кивнул на овчарку. — Лаура, — по губам новой знакомой скользнула слабая улыбка. — Лаура Спенсер. Спасибо, что нашли меня… Они бы не пощадили… Мужчина невольно вздрогнул — вспомнились истерики людей у ног автобота. Растоптанная гордость и достоинство. Не хотелось бы увидеть Лауру на их месте. Никого не хотелось бы… Но жизнь ставит всех перед выбором и каждый делает его сам. — Не оставляйте меня одну, пожалуйста… Кто знает, какие мысли промелькнули в ее голове за эти минуты. Наверное, испугалась, что, едва спася, ее тут же и бросят на произвол судьбы. В последние часы люди словно забыли о том, что все они едины, каждый спасал только свою жизнь. Люди забыли, что такое быть людьми. Открыли самые темные стороны своей души. Остро кольнула совесть — а сам ты как собрался поступить, не прозвучи ее просьба так робко и жалобно? — И не думал, — Питер помог ей встать. — Идем, нужно найти надежное укрытие. Опускались сумерки, окрашивая мир в синие цвета. Ветер метался среди опустевших улиц, играл мелким мусором, бросался пригоршнями пыли. Питер свернул в один из неприметных переулков и, оглянувшись, аккуратно и тихо поддел один из канализационных люков. — Спустимся и пойдем по туннелям. Так будет безопаснее. Лаура растерянно смотрела то на него, то на черный провал под ногами, то на умирающий за спиной город. Автоботы праздновали свою победу, и им не было никакого дела до пары мышей сбежавших из ловушки. Далеко не уйдут, а даже если и уйдут, то не смогут выжить в новой империи. — Кто они такие? — прошептала девушка, когда они уже спустились и вокруг сомкнулась тьма, разгоняемая только светом фонарика. — Эти огромные роботы... Откуда они взялись? — А кто их знает... — Питер лишь мельком взглянул на спутницу. — Может быть действительно пришельцы их космоса. Единственное и последнее, что я слышал о них — они напали на разные города и страны почти одновременно, чтобы никто не успел ничего предпринять. — А как же мы? Что будет с нами? — Лаура посмотрела на него полными слез глазами, чуть слышно шепча сдавленным голосом. — Мы выжили. Пока что. И это главное, — жестко ответил мужчина, упрямо глядя перед собой. — Сейчас самое важное — выбраться из города и найти себе укрытие. Будем надеяться, что их не будут интересовать отдаленные фермы. Кайра словно почувствовала боль людей, ткнулась носом в руку Лауры, лизнула, успокаивая, как своего щенка. Девушка невольно улыбнулась, и, вытерев слезы, погладила овчарку. Пальцы зарылись в густую шерсть, и стало немного легче. Уже не вернуть. Никого и ничто — Лаура прекрасно это понимала. А перед глазами по-прежнему стояли образы друзей, знакомых, коллег. Скорее всего, их она уже никогда не увидит. Как и своих родных. Оставалось только идти сквозь темноту туннелей и надеяться, что кошмар когда-нибудь закончится.

***

Одиннадцать месяцев спустя

Дороги похожи на переплетение нервов, единое кружево, оплетающее мир. И каждая отдельная нить обязательно имеет свою точку назначения. Говорят, что и судьбы похожи на дороги. И вся история мироздания это не что иное, как сюрреалистический узор, вытканный многоцветными паутинками жизней. Дом приютился в самом конце пыльной деревенской дороги, вдали от широких трасс и оживленных магистралей. Старый и невзрачный — он оказался добротным убежищем, не привлекающим к себе ненужного внимания. Окна прятались за пышными кронами фруктовых деревьев, сплошь усыпанными плодами, и настороженно смотрели на ставший опасным мир, а подъездная дорожка утопала в густой зелени. В этом доме жили те, кому удалось спастись от вторжения автоботов. Питер и Лаура были первыми, кто наткнулся на покинутый дом, и, не встретив хозяев, решили обосноваться в новом укрытии. А всего через несколько дней в дверь вежливо постучались. Аллен Хейг — бывший школьный учитель многое рассказал о том, что происходит в городах после того, как автоботы устанавливают там свою власть. О том, как людей, подобно животным, сгоняют в одно место, каждому ставят устройство, позволяющее отследить местонахождение нового раба. Всех более-менее сильных и здоровых оставляют для работы, а больных и немощных забирают. И дальнейшая их судьба неизвестна. Он не стал дожидаться подобных итогов, и пользуясь хаосом на улицах города, ускользнул из-под бдительного взгляда конвоиров и бежал как можно дальше. Так, трое людей и овчарка поселились в покинутом загородном доме, в попытке укрыться от вездесущих стальных врагов. И именно они были теми, кто первыми встретили надежду.

***

Гроза началась поздно ночью, нарушив сон обитателей дома. Каждый вздрагивал от раскатов грома, так напоминающих звуки взрывов, и даже равномерный шелест капель в листве не мог дать успокоение. Питер Каллахан неподвижно замер у окна, глядя на буйство стихии. Прошло больше года с того момента как мир перевернулся, а душа все никак не могла смириться с происходящим. И только оставшиеся неизменными явления природы вселяли веру, что еще не все кончено, что Армагеддон не произошел. Воспоминания о вторжении стирались с каждым днем, сменяясь новыми заботами, переживаниями. Молния прочертила небо, как сияющая ветвь невиданного дерева, на секунду облив сад неземным голубоватым светом. Несколько мгновений тишины и издалека донесся гром, который догнал неясный рокот. Вдали были видны непонятные вспышки. А приглушенный вой, свист и грохот пробивались даже сквозь музыку грозы. — Что это? — Лаура зябко кутаясь в покрывало, испуганно посмотрела на мужчину, которого негласно признали лидером их маленькой компании. — Не знаю, — Питер, не отрываясь, смотрел в окно, пытаясь найти ответ в сплетениях света и тени. — Но, думаю, утром стоит посмотреть, что там происходило. — Это может оказаться опасным, — тихо, но уверенно отозвался Аллен. Он пытливо вглядывался в ночь, и в какой-то момент ему показалось, что молния высветила несколько огромных фигур. А моргнув, он уже не мог различить что-то во мраке. Но холодок, тронувший сердце, остался. — Но в любом случае, я пойду с тобой. — Я тоже! — выпалила Лаура Мужчина в ответ слегка приподнял бровь, скептически глядя на своих друзей. — Утром посмотрим, — уклончиво ответил он, искренне надеясь, что у них хватит благоразумности не рисковать собственными жизнями. Но если бы человеческая природа была такова… Благоразумности людям всегда не хватало, зато любопытства и смелости было в избытке. После буйства стихии природа обновилась, словно вобрала в себя безудержную энергию небес. Птицы славили новый день, прячась в тени деревьев и не обращая никакого внимания ни на людей, ни на пришельцев. Цветы покачивали головками, обрамленными в хрустальные короны из капель, и ничто не напоминало о вторжении. Ничто, кроме выжженной земли, обломков оплавленного металла и разбитого стекла в километре от человеческого укрытия. Жуткие следы инопланетного вмешательства тянулись, сколько хватало глаз, и даже этого было достаточно, чтобы понять, насколько страшной была битва. Битва равных. Потрясенный увиденным, Питер Каллахан опустил винтовку, чуть помедлив, Аллен последовал его примеру. — Что здесь произошло? — Лаура прижала ладони к щекам. — Такое впечатление, что эти что-то не поделили между собой. — Похоже, так оно и есть… — Аллен настороженно огляделся и указал на нагромождение металла в воронке оставшейся после взрыва. — И, кажется, мы видим одного из них. — А может не стоит подходить ближе? — робко заикнулась Лаура, когда мужчины направились к останкам пришельца. — Мы ведь не знаем, убили его или нет… А если?.. Но ее слова оставили без внимания, и девушке ничего не оставалось кроме как последовать за ними. Стоило рискнуть, потому что оставлять за спиной недобитого врага было куда опаснее. Первым что бросалось в глаза — тусклый фиолетово-желтый корпус, покрытый трещинами, царапинами и, словно ожогами, пятнами копоти. Блестели под солнцем змеящиеся потеки розовой и голубой жидкости неизвестного происхождения, но отчего-то до жути напоминающей кровь. Оптика почти выбита, и только по жалким остаткам можно угадать ее цвет — ярко-золотой. Острый запах гари, озона и еще чего-то незнакомого бил в нос, но люди внимательно изучали пришельца. Что-то в нем было непривычное. Искореженный металл, словно покрытый пылью, но все еще не утративший красок, причудливо изломанные конечности, и… — Знак на груди… — Аллен нахмурился. — Я подобного еще не видел. Алая, словно кровь, инсигния, с резкими острыми углами, формой напоминающая лисью морду. Ровный гул заставил людей вздрогнуть в ужасе. Звук шел с небес, а секундой спустя раздался и на шоссе. — Бежим! — Лаура отреагировала первой, сорвавшись с места в сторону густого кустарника. Пусть это было ничтожным укрытием, но другого не имелось — на открытой местности они все стали бы мишенями. Люди, затаив дыхание, смотрели, как желто-оранжевый луч метнулся с небес на землю подобно молнии — настолько ослепительно блестели на солнце крылья истребителя. В нескольких метрах от земли самолет трансформировался в крылатого робота, на серебристом лице которого вспыхнули яркие синие глаза. Еще одна серия лязгающих звуков и рядом с ним выросла сине-серебряная фигура с такими же глазами цвета небес и алым знаком на груди. Уже знакомая трескуче-шипящая речь и пришельцы быстрым шагом направились к воронке, где находился изломанный корпус другого робота. Они склонились над поверженным, и к огромному удивлению людей принялись за его ремонт. — Как, черт побери, это понимать? — ошарашено прошептал Питер Каллахан, не сводя взгляда с пришельцев. — Обычно они так не поступают. Почему же?.. — Они отличаются от наших старых знакомых, — Аллен спокойно наблюдал за ремонтом, и по его невозмутимому лицу невозможно было понять мысли. — И я все же осмелюсь предположить, что эти роботы очень сильно отличаются от автоботов… — Чем отличаются?! — рычащим шепотом отозвался Питер. — Тем, что берегут личный состав? Так это естественно для любой армии. — У них другой знак… — Это ни о чем не говорит. — Мало ли какие группировки у них существуют. Не думаю, что это имеет какое-то значение для нас. — У всех захватчиков, которых мы видели, был совершенно иной символ, — не собирался сдаваться Аллен. — Если это и группировка, то явно отличная от них. — И что нам с того? Убьют не сразу, а чуть попозже… — А если нет? — робко предположила Лаура. — Вдруг они с ними не заодно? Питер скептически хмыкнул, сжимая в руках винтовку. Слишком много ужасных вещей случилось за прошедшие месяцы, и он уже потерял надежду в добрые силы, которые придут и окажут им помощь. Чудес не бывает. И в этой, даже не войне — обычном истреблении, они совершенно одиноки перед беспощадным противником. — Враг моего врага — мой друг? — мужчина слегка раздраженно посмотрел на своих спутников. — Только в реальной жизни это правило не всегда срабатывает. У нас нет никакой уверенности в том, что эти хоть чем-то отличаются от тех, кого мы встречали ранее. Только наши домыслы. Лаура успокаивающе коснулась ладонью его плеча, словно безмолвно уговаривая не горячиться. Их могли услышать и заметить, но Питер словно забыл об осторожности, о которой сам и говорил. Желто-оранжевый крылатый робот обернулся в сторону людей, внимательным взглядом обшаривая кустарник. Что-то коротко проскрежетал своему напарнику и сделал несколько шагов в сторону укрытия, где замерли люди. — Проклятье! — глухо рыкнул Питер, прицеливаясь из винтовки в приближающегося стального гиганта. Пусть человеческое оружие и не могло навредить им, но, если целиться в сверкающие «глаза» или едва заметные стыки брони на груди, можно ненадолго вывести пришельца из строя. Шаг, еще один. Огромная тень накрыла замерших людей. Но больше ничего не произошло. Палец дрожал на спусковом крючке, сердце заходилось от ужаса, и взгляд синей оптики казался невыносимым. Пришелец не шевелился, по-прежнему глядя на людей. Спокойный, чуть задумчивый, открытый взгляд. Но страх сильнее, и за миг до выстрела нервы мужчины не выдержали — дрожащий палец едва не нажал на спусковой крючок. — Не стреляйте… пожалуйста, — негромкий мягкий голос заставил Питера судорожно выдохнуть. Потому что этот голос принадлежал вовсе не человеку. Потому что подобной просьбы невозможно ожидать от существа в тысячи раз сильнее любого землянина. Почти неуязвимого существа. Пришелец слегка приподнял ладони, копируя человеческие движения, как знак своего миролюбия, и стал на колено перед опешившими людьми. — Не стоит бояться, мы не причиним вам никакого вреда, — пусть голос искажали скрипящие нотки, но он звучал тепло и доброжелательно. Только поверить в это было почти невозможно. Питер не опускал винтовки, пристально глядя на крылатого робота, а голос предательски дрогнул. — Кто вы такие? — Мы называем себя десептиконами, а автоботы — наш противник, — спокойно откликнулся робот. — Кто? — мужчина растерянно оглянулся на спутников. Они все привыкли слышать от металлических гигантов лишь угрозы и повелительные окрики, а сейчас впервые столкнулись с тем, кто разговаривал с людьми почти на равных. Он медленно опустил дуло винтовки к земле — стрелять не имело смысла, их уничтожат быстрее. Если захотят. И странно было то, что до сих пор не захотели. — Это долгая история, но если постараться коротко, то автоботы когда-то давно начали войну на нашей общей планете, и с тех пор мы остаемся врагами. А сейчас мы пришли на вашу планету, чтобы не дать им уничтожить ваш мир. Сложно было даже предположить, что робот говорит правду, что конкретно эти пришельцы явились с добрыми намерениями. Но синий взгляд пришельца был полон сочувствия. — Как... как так... — с трудом выдавил Питер, отказываясь верить тому, что слышит и видит. А робот слегка качнул головой, приложив ладонь к груди. — Меня зовут Сансторм, я офицер военно-воздушных сил. И я понимаю, как вам сложно осознать то, что вы только что узнали. Мы на Земле уже целый орн и вы — первые представители своего вида, которых мы встретили на этой территории. Полагаю, что остальные выжившие очень хорошо скрываются. — У них есть на то причины, — отозвался Питер, не сводя взгляда с пришельца и пытаясь понять насколько искренни его эмоции. Но, похоже, лжи здесь действительно не было. — Таких как вы мы тоже еще не встречали. Сансторм только усмехнулся. — Мы действительно хотим вам помочь, человек. В одиночку нам не справиться, но вместе мы сможем освободить вашу планету от автоботов. Впервые за последнее время слово "человек" прозвучало без намека на презрение. Кем бы ни были эти новые гиганты, но, похоже, что намерения у них действительно были мирными. В конце концов этот робот был прав — в одиночку людям никак не победить пришельцев и союз, возможно, лучшее решение. Вряд ли это будет хуже, чем прятаться от врагов, надеясь, что те оставят их в покое. Питер оглянулся на Лауру, которая, нервничая, прижала сложенные ладони к губам. — Я... я ему верю, — чуть слышно прошептала она. — Если они все такие, то может быть, действительно, окажутся друзьями? — Нам стоит рискнуть, — Аллен кивнул, соглашаясь с девушкой. — Раньше нам вообще не предоставляли выбора и уж тем более не предлагали сотрудничества. Да, это был риск. Риск ошибиться и потерять все то, что осталось. Но надежда на нежданное чудо оказалась сильнее. — Меня зовут Питер Каллахан, а со мной мои друзья — Лаура Спенсер и Аллен Хейг. — Мужчина снова поднял глаза на терпеливо ожидающего ответа робота. — И мы... мы согласны. На серебристых губах робота появилась мягкая улыбка, которую так сложно было представить у этих устрашающих гигантов. — Спасибо, — Сансторм протянул людям раскрытую ладонь, словно для рукопожатия. — Спасибо, что доверились нам. Питер нерешительно, кончиками пальцев коснулся теплого металла, не имеющего никакого отношения к земному. Всего несколько минут назад перед ним было существо несущее только смерть и разрушение, а теперь он хотел видеть в нем свою надежду. Это был последний день смирения. И первый день войны.