Новые приключения в школе Хогвартс

Первое, что я почувствовала, было ощущение ноющей боли в висках. Я с трудом приоткрыла глаза и увидела высокий белый потолок. Двинула руками и ногами – вроде, всё цело. Скосив глаза, я увидела ширму, закрывающую от меня остальное пространство комнаты. «Наверное, я в лазарете», – догадалась я, – «Что же произошло?». И тут я вспомнила, что именно произошло несколько часов, а может быть несколько дней назад. Сколько я лежу здесь? Я села на койке и огляделась. В помещении было сумрачно, из-под плотно задёрнутых штор нельзя было понять, какое сейчас время суток. В висках застучало сильнее; охнув, я приложила руку ко лбу. Из-за ширмы донёсся шорох шагов: мадам Помфри торопливо подошла ко мне. - Слава Богу, вы очнулись! – с облегчением сказала она. – Как вы себя чувствуете? - Отвратительно, – призналась я. – Сколько времени я здесь нахожусь? - Уже почти шесть часов. Может быть, принести вам поесть? Я сделала отрицательный жест рукой. Меня мутило, и есть совершенно не хотелось. - Расскажите, что там было? Она участливо похлопала меня по руке. - Вы потеряли сознание и упали на пол. Мы испугались, что вы могли что-нибудь себе сломать, но, к счастью, обошлось. Потом мы принесли вас сюда, а я дала вам обезболивающее и зелье, восстанавливающее силы. У вас был сильный жар. Мы очень беспокоились за вас, дорогая. - Кто «мы»? – хрипло спросила я. Казалось, колдомедик замялась. - Мы – это я, профессор Флитвик и… профессор Снейп. Я в гневе сжала ткань белой простыни, отчего она жалобно затрещала. Мадам Помфри посмотрела на меня с испугом. - Ненавижу его. Я его НЕНАВИЖУ! – с присвистом выдохнула я. Глаза застилали злые слёзы, и я еле сдерживала себя, чтобы не разрыдаться. - Ну-ну, будет вам. У вас шок, он пройдёт. Это с вами было в первый раз, не так ли? – уточнила она. Я только кивнула. – На меня, конечно, такое заклинание никогда не насылали, но я знаю, что это очень больно, особенно, если не умеешь ему противостоять. Но всё пройдёт, всё будет хорошо, слышите? Время лечит лучше любого врача, – успокаивающе говорила она, ласково гладя мои руки и незаметно высвобождая края простыни. Как ни странно, её тихий, ровный тон подействовал на меня умиротворяюще, и боль в голове потихоньку успокоилась. Я хотела вернуться к себе в комнаты, но мадам Помфри настояла на том, чтобы я оставалась в лазарете до завтрашнего дня. Она сообщила, что директор МакГонагалл навещала меня, пока я была без сознания и позволила мне не являться на завтрашние занятия. *** Утром у меня был первый посетитель. Я как раз заканчивала завтрак, когда вошёл профессор Бунсер. - Дорогая профессор О`Коннор! Как вы всех нас испугали! – воскликнул он, придвигая себе стул, – Как ваше самочувствие? - Спасибо, профессор Бунсер, уже нормально, благодаря мадам Помфри, – улыбнулась я, искренне радуясь его приходу. – К сожалению, придётся сегодня оставить студентов без ЗОТИ… Но завтра я снова буду в строю. - Я рад, что вы снова бодры и полны жизни. Направляясь сюда, я боялся увидеть вас… - Какой, сэр? – спросила я. Он взял мою руку и слегка сжал. - Главное, что вы живы и здоровы, Арахна. Я зачарованно глядела ему в глаза и даже не успела отреагировать, когда он произнёс моё имя, потому что в лазарет вошли директор, мадам Помфри, профессор Флитвик и Доминика. Мне было очень приятно, что коллеги так беспокоятся обо мне. Мадам Помфри отпустила меня только к вечеру, дав с собой бутылочку восстанавливающего силы зелья «на всякий случай». С большим удовольствием я вернулась в апартаменты. Сидя у камина с чашкой горячего чая, я обдумывала создавшееся положение. От дуэльного клуба всё же отказываться не хотелось – я столько сил и времени потратила на его создание! Однако же я твёрдо решила просить директрису либо дать мне в напарники профессора Флитвика, либо оставить меня единственным руководителем. С профессором Снейпом я не только работать, но даже и встречаться не хотела. Его поступку не было ни прощения, ни тем более, оправдания. Сама мысль о том, что он против моей воли посвящён в мою тайну, приводила меня в бешенство. *** После происшествия на дуэли уровень дисциплины на моих занятиях решительно повысился. Думаю, студенты очень мне сочувствовали и не хотели лишний раз огорчать. Даже самоуверенные слизеринцы открывали рты только для того, чтобы ответить на заданные мной вопросы. Директор МакГонагалл живо откликнулась на мою просьбу, оставив меня единственным официальным руководителем клуба и назначив Флитвика моим партнёром. Филиус отличался редкой жизнерадостностью, поэтому работать с ним было легко и приятно. С профессором Снейпом мы почти не виделись, встречаясь только за столом в Большом зале. Занятия у нас проходили на разных этажах, да и в Большой зал он приходил только на обед, а иногда не появлялся там вовсе. Я была очень довольна таким резким сокращением наших встреч. Зато с остальными преподавателями, в особенности с профессором Бунсером и Доминикой, я виделась регулярно. В последние выходные сентября профессор маггловедения пригласил всех нас на большой пикник по случаю его Дня Рождения. Он собирался отпраздновать его в Торки, на побережье бухты Торбей. Осень в этом году выдалась на удивление тёплой, и Бунсер уверял, что в эту пору отдыхать на побережье «английской Ривьеры» – одно удовольствие. Конечно, всем хотелось присутствовать на празднике, но оставлять Хогвартс без взрослых было нельзя, поэтому на совещании решили, что уикэнд в Торки будут проводить профессора Флитвик, Каллидус, Вектор, Синистра, Грант (учитель древних рун), я, мадам Трюк и, конечно же, сам Бунсер. - Это будет самое грандиозное празднество, которое я когда-либо устраивал в своей жизни! – рассказывал он, сверкая глазами. Я с нетерпением ожидала пикника, как дети ждут праздника, и ломала голову над подарком. Впрочем, особо мечтать мне было некогда: занятия шли полным ходом, нужно было обеспечивать студентов необходимым «материалом» на семинары, поэтому я частенько выбиралась из замка, чтобы поймать очередное существо. За боггартом я отправилась в особняк одной старой леди, которая дала в газете объявление всем желающим поймать боггарта в её сундуке. Когда я представила его на обозрение своих учеников, они перепугались не на шутку. После этого урока мои знания относительно людских страхов заметно расширились. И вот что интересно: у многих учеников Гриффиндора страх приобретал образ профессора Снейпа. Но когда у одного первокурсника из Слизерина боггарт превратился в меня, я поняла, что урок пора заканчивать. Незаметно пролетело время, и наступили долгожданные выходные. Было решено, что мы перенесёмся в Торки все разом с помощью портала. Бунсер заранее наведался туда и выбрал местечко вдали от тех, где обычно располагались магглы. Рано утром в воскресение мы собрались на опушке Запретного леса вокруг старой жестяной банки-портала. Бунсер, взяв на себя обязанности лидера, скомандовал нам взяться за руки и на счет «три» он прикоснулся к банке. В глазах всё замелькало с удивительной скоростью. Потом последовала яркая вспышка света, и вот мы уже стоим на зелёной лужайке высокого холма. Глазам открывался прекрасный вид на бухту. Морская вода, синяя и чистая, искрилась на солнце, ослепляя множеством бликов. Привыкшие к изменчивому холодному климату Шотландии, мы как зачарованные глядели на неё. Солнце сияло над головой и казалось, что даже воздух здесь наполнен всеобъемлющей радостью жизни. Мы устроились в тени высокого дерева, разложив на земле покрывала и расставив на них еду и напитки. - Надеюсь, что никто не откажется от стаканчика чудесного сливочного пива? – улыбаясь, спросил Бунсер, откупоривая бутылку. Разумеется, все были только «за». Первый тост был провозглашён за виновника торжества. Второй – за прекрасное место, которое он выбрал. Третий – за выходные. А потом уже было неважно, за что пить. Я почувствовала, как тело наливается приятной тяжестью. Задумчиво жуя бутерброд с ветчиной, я смотрела на голубую линию горизонта, где далеко-далеко виднелся крохотный белый парус. Вдруг я почувствовала, как чья-то рука накрыла мою. - Вам здесь нравится, Арахна? – спросил профессор маггловедения. – Я надеюсь, вы позволите мне называть вас так? - О… Да, конечно. Здесь очень красиво и тепло, – ответила я, смущаясь и зачем-то убирая руку. Оказалось, под деревом остались мы вдвоём: мадам Трюк и Доминика играли в бадминтон (вернее, пытались играть – сливочное пиво из них ещё не успело выветриться), профессора Вектор и Синистра спустились к воде, а профессора Флитвик и Грант прогуливались у края холма и самозабвенно о чём-то спорили. Бунсер подсел немного ближе. - Вы знаете, я же вырос в этих местах. Здесь прошли моё детство и юность. - Что вы говорите! – воскликнула я, напряжённо следя за ним краем глаза. - Да, именно так. Недалеко от этого места находится мой дом. Сейчас там всё немного неустроенно, но в следующий раз он уже будет готов к приёму гостей…или гостьи. Я сделала вид, что не заметила его взгляда и продолжала пялиться на море. Не дождавшись ответа, он продолжил. - Я воспитывался матерью, которая была чистокровной волшебницей. Отец мой – маггл – не знал, что его жена обладает такой силой вплоть до моего рождения. Он очень боялся любых проявлений магии, а когда увидел, что и я наделён этой способностью, его попросту хватил удар, – он грустно усмехнулся. - Я очень сожалею. Это очень грустно, – сочувственно сказала я, наконец посмотрев на него. Он прикрыл глаза и откинулся на ствол дерева. Луч солнца, пробившись сквозь густую листву, упал на его светлые кудри, и они полыхнули золотом. Я глядела на его высокий белый лоб, красивый нос, решительный подбородок и не могла отвести глаз. Он казался самым красивым человеком, которого я когда-либо видела. Он вдруг открыл глаза и посмотрел на меня. - А вы, Арахна, какова же ваша история? – тихо спросил он. - Моя история… Она не так вдохновенна, как ваша, профессор. - Называйте меня Лукас. - Хорошо, Лукас. Я из семьи чистокровных волшебников. Родилась в Дублине, училась в Шармбатоне…впрочем, всё это вы уже знаете. - Расскажите же то, чего я не знаю, – чуть улыбнулся он. – Например, я давно хотел спросить: Мартин Фицуильям О`Коннор – случайно не ваш родственник? - Да, он был моим предком по отцовской линии. Мой собеседник слегка подался вперёд. - Тогда вы происходите из того самого рода О`Конноров, которые пришли завоёвывать Англию с этим маггловским захватчиком Вильгельмом Завоевателем? - Да, именно эти оккупанты – и есть моя родня, – улыбнулась я, с удивлением глядя на его внезапное оживление. - Почему же вы довольствуетесь зарплатой преподавателя, когда могли бы быть чуть ли не главой Министерства? - Зачем мне такие трудности? Я люблю свою работу, мне нравится учить детей, каждого их первого Патронуса я воспринимаю, как своего собственного. А работа в Министерстве предполагает кучу бумажной волокиты, постоянное напряжение, бесконечные командировки… Он явно меня не понимал. Вдруг он снова расслабился и немного прищурившись, посмотрел на меня. - Это далеко не последний вопрос, который меня интересует. Например, я ещё не знаю, есть ли у прекрасной леди волшебник, который ревностно её охраняет? Я покраснела, как помидор, и пробормотала что-то невразумительное о том, что это очень личный вопрос. Он рассмеялся. - Дорогая Арахна, я вовсе не хотел смутить вас. Вы считаете, что я чересчур настырен, не правда ли? Просто я привык всего добиваться сам. И сейчас я хочу понять… - он мягко взял меня за руку и пристально посмотрел в глаза. – Есть ли смысл пытаться достигнуть желаемого или уже поздно? С минуту я молчала, а потом коротко ответила, сохраняя внешнее спокойствие, но внутренне дрожа от страха. - Да, Лукас, смысл попытаться есть. Тут, к моему огромному облегчению, остальные профессора вернулись к дереву. Лукас хлопнул себя по лбу. - Господа! Вы как раз вовремя. Я совсем забыл: у нас же ещё есть торт! Располагайтесь, сейчас будем пить чай. После торжественного задувания тридцати трёх свечей на торте последовало не менее торжественное вручение подарков. Лукас пришёл в восторг от моей маггловской авторучки. Он сказал, что обожает всё, что связано с магглами и ценит нужность предметов, которые они изобретают. Я улыбалась, вспоминая, как ездила в Лондон и пять часов ходила по маггловским магазинам в поисках подарка. Того стресса, что я получила в тот день, мне хватит более, чем на жизнь. Одна лондонская подземка чего стоит… Мы вернулись в Хогвартс уже поздним вечером. Все были очень довольны праздником и наперебой благодарили Бунсера за доставленное удовольствие. Я долго не могла уснуть, снова и снова прокручивая в мозгу события этого долгого дня. Перед внутренним взором стояло лицо профессора маггловедения, чей взгляд словно пронизывал насквозь. «Я ему нравлюсь, - думала я. – Мерлиновы панталоны, я определённо ему нравлюсь. Миссис Арахна Бунсер…Хм-м, звучит неплохо». В конце концов в голове всё перемешалось и я не заметила, как погрузилась в глубокий сон.