Поцелуй на снегу

Это было где-то дня за четыре до моего дня рождения. Да и этот разговор у меня быстро вылетел из головы, ибо тогда я думал, как скорее бы поесть и больше меня ничего не интересовало. За ту неделю, в общем, много чего интересного произошло. Я, наконец, обнаружил, что нет у нас никакой кладовой, а на её месте мастерская Сасори, где я нашёл целую кучу его недоделанных кукол. *** Дейдара с интересом рассматривал красивую белокурую куклу ростом ему почти по пояс. Он улыбнулся и сел перед ней на колени, заглядывая в мёртвые глаза. Сасори с умилением следил за любовником. — Ты же их продаёшь, да? — Дейдара не решался притронуться к бледному телу куклы, будто бы боясь испортить его, и поэтому только ползал вокруг, рассматривая со всех сторон. Сасори иногда показывал ему свои работы, и тому они нравились. Но показывал он их так редко, что блондин забывал, что у того вообще есть такое хобби. Да и все те куклы были простенькие, даже страшненькие по сравнению с этими, которые находились в мастерской. Акасуна на вопрос кивнул и потянул Дейдару к себе на колени, но тот фыркнул и вывернулся: сейчас ему было не до телячьих нежностей, а интерес весь был прикован к почти готовой марионетке. — И сколько за неё платят?— кукла поистине была прекрасной, и этот вопрос вообще казался неуместным, так как смотрелась она бесценной. Юноша задумчиво посмотрел на потолок. — Смотря какая, — он указал на верхнюю полку, где стояли небольшие куклы ростом около тридцати сантиметров, — те дешёвые и на них заказы постоянны. — А сколько они? — Дейдару действительно снедало любопытство. Сасори назвал цену и блондин поперхнулся. — Кхм… — слов у парня не нашлось. А Акасуна продолжал. — Та, на которую ты сейчас смотришь средняя по цене, ну и дорогие, в полный рост делаются, — он взглядом обвел помещение, — сейчас я вряд ли тебе такую покажу, заказ недавний и я только начал её делать. Дейдара отодвинулся от ранее созерцаемой куклы и предпочёл рассматривать её на расстоянии. — Я боюсь спрашивать, сколько дорогие стоят, — это он произнес почти шепотом. Но Сасори назвал ценник, от которого можно приблизительно подсчитать их цену без учета затрат на материалы. И в комнате стало тихо. Дейдара с неописуемым восторгом посмотрел на своего парня, явно в душе им восхищаясь, но потом всё же съязвил, дабы Акасуна не вздумал возгордиться. — Прекрасно! Продай квартиру и купи себе куклу, — ёрничал он, — и часто дорогих заказывают? — Нет, — Сасори встал и всё же затянул блондина к себе на колени, — эта вторая за этот год. Дейдаре явно на нём сидеть сейчас не хотелось, и он медленно стал сползать на пол. — А дешёвенькие? — это произнесено было с явным ехидством. Сасори погладил его спину. — Ежемесячно около десяти штук — все эти уже проданы. К концу месяца их уже заберут, да и делаю я их быстро, — он приподнял лицо мальчишки, всматриваясь в его глаза, но Дейдара, откровенно проигнорировав это, вывернулся, смотря на верхнюю полку, где было около восьми кукол. — Ты когда их делать успеваешь? — в голосе слышался ничем не прикрытый шок, — и продажами занимаешься, а? — Делаю, когда тебя рядом нет, — Дейдара всё же слез на пол, поэтому Сасори смотрел на него сверху вниз. — А продажами занимаюсь не я. — Мне только говорят, что необходимо заказчику, и я уже в зависимости от количества времени говорю им срок выполнения, — он запустил руку в белые волосы, пропуская их меж пальцев. Тсукури сдавленно вздохнул. — Ты давно этим занимаешься? Сасори задумался. — Наверное, лет с шестнадцати… года три, значит. — Мм, ты, наверное, уже миллионер, — Дейдара улыбнулся и встал с пола — он и не понял, что в этой шутке доля шутки была совсем незначительная. Лицо Сасори лишь украсила своеобразная улыбка, и он, быстро словив парня, посадил к себе на колени, явно показывая, что уже не намерен его с себя спускать. Дейдара противиться передумал. *** Не знаю… я им и тогда, да и сейчас восхищаюсь, но всё же я ему завидую. Да, именно -завидую, как творец творцу, ибо в своём творчестве он стал мастером, и это правда. Когда я всё также до сих пор учусь. Но я учусь быстро — это надо отметить. Я тогда реально поразился тому, как он всё успевает, и у него ещё остаются силы на меня. После того, как я обнаружил ту комнату, я там и поселился, целыми днями наблюдая, как Сасори делает свои поделки. Да, я его буквально затянул туда и заставил их делать при мне. Он долго отнекивался, но всё же согласился. А потом уже у нас это вошло в привычку. Я и до сих пор часто прошу его при мне начать работу: меня это успокаивает. Мне нравится за ним наблюдать, как за огнём или водой, или звёздным небом... Я не люблю скучную монотонную работу, но мне безумно нравится наблюдать за ним, я не знаю почему. Может, потому что люблю, может ещё почему-то… но не в этом же суть. А потом через пару дней мы праздновали мой день рожденье. Да, праздновали блин. Сасори мне тогда подложил неописуемую подлянку, хотя и не специально, но из-за неё я уже хотел уходить из универа. Я честно его не понимаю: он настолько ненасытен и постоянно хочет меня, что это уже за все рамки выходит. Хотя говорит, что никто в нём кроме меня такого не вызывал и вряд ли вызовет. А что ещё хуже — когда я чувствую его желание, то тоже не могу сдерживаться и позволяю с собой делать всё, что ему вздумается. Но самое ужасное: пока он ко мне лезет, я с каждым разом становлюсь всё голоднее и уже не могу остановиться, и не хватает уже не ему меня, а мне его. Останавливаюсь лишь тогда, когда обессиленный вырубаюсь. Но вот, самое интересное то, что если Сасори ко мне хотя бы неделю в этом плане не лезет, изголодавшимся я себя не чувствую, да и поспокойней становлюсь. Но такое редко у нас получается разве, когда у него много заказов и он не успевает их выполнять, или вообще уезжает по делам на несколько дней. Ну так вот, в общем, справляли день рождение как обычно с друзьями сначала, а потом я думал, что отдельно с любимым отмечу, уже понятно как, но всё же. Все пришли к часам семи и подвисли до двенадцати ночи, но у меня от шума разболелась голова и я, не подумав о чём-либо, пошёл спать на свою кровать, точнее на постель Сасори для всех.