Поцелуй на снегу

В общем, я был невыносимо зол на Сасори, во-первых, я не понимал, откуда у него вообще такие деньги, ибо домик в пять звёзд почти на берегу моря, с «всё включено», уж точно обычный студент снять не может и тем более на две недели. Да что греха таить: далеко не каждый преуспевающий в жизни человек такое себе позволит. А во-вторых, объяснять что-либо он мне точно не собирался и говорил что-то невнятное, после чего лез целоваться, и я в итоге так ничего и не понял. Хотя я долго ходил недовольным, и уже тогда Сасори выдал это: — Просто наслаждайся и отдыхай, пока есть возможность. В общем, его совету я и последовал в тот же день как мы приехали. *** День прошёл как-то вяло, совсем не по планам Акасуны, но, во всяком случае, Дейдаре нравилась обстановка на улице — это уже радовало. Домик был небольшой и состоял только из четырёх комнат и прихожей. Первые две совмещённые были залом и подобием барной комнаты, третья — спальня и четвёртая — зона отдыха. Дейдара побывал только в прихожей, и с него уже хватило: теперь он предпочел сидеть возле бассейна и с грустью смотреть на своё отражение. Блондин сидел на краю бассейна и расстроено рассматривал своё отражение, когда к нему прибавилось ещё одно — рядом с ним сел Акасуна и, когда тот на него глянул, то он нежно улыбнулся, а Дейдара снова нахмурился. — Сколько ты за это заплатил? – тихо спросил мальчишка, в голове уже прикидывая, что в жизни за эти две недели расплатиться не сможет. — Неважно, — Сасори сел к нему поближе и, состроив милое личико, откровенно затребовал ласки. Блондин тихо вздохнул и разрешил любовнику положить голову на свои колени. — Важно! — Ты в любом случае сделал мне подарок, за цену которого я никогда и ничем не смогу расплатиться, — Акасуна обнял колени парня и закрыл глаза. — Хм, интересно, что я там такое уже подарить успел, а? – произнесено было с иронией и сильным укором. Дейдара провёл рукой по горячей от солнца коже любовника и начал гладить его спину. — Себя… — тихо сказал парень и уткнулся носом в ноги юноши, наслаждаясь мимолётными касаниями. После этого Дейдара притих и больше по поводу денег Сасори не говорил. Было уже около половины пятого вечера, солнце раскалилось до невозможности, и парни спасались в тени высокого дуба с прохладными напитками. Тсукури уже успел спалить себе нос и, сидя с густым слоем белой массы на ладони, втирал маслянистую жидкость в тело, в чём, естественно, Акасуна уже преуспел тому помочь. И, конечно, полностью заставил любовника раздеться. Блондин, когда с него силком стягивали нижнее бельё, долго фыркал по поводу того, что загорать обнажённым не собирается. Но Акасуна, заявив, что парню одежда вообще не идёт, вынудил того лечь, и теперь с довольно выразительным удовольствием обмазывал тело блондина. Дейдара после последней фразы выпал в осадок и решил больше не придираться — мало ли ещё что-нибудь интересное о себе узнает, но, тем не менее, он оживился и немного повеселел. Теперь он уже стал обращать внимание на окружающее его не с точки зрения оплаты, а чисто со стороны творческого человека, которого всё вокруг восхищало. Сад, в котором он пролежал уже дольше, чем полдня, был великолепен, и ничего прекраснее парень ещё в своей жизни не видел. Множество цветов с разнообразными ароматами смешивались и сладко кружили голову, слегка опьяняя тело. Но, тем не менее, эта смесь была приятна и не вызывала ни головной боли, ни ещё каких-либо портящих впечатления чувств. Домик состоял из двух корпусов: один с выходом в сад, другой с видом на лужайку перед домом, украшенную небольшим фонтаном, окруженным мелкими кустиками камелий и двумя искусственными водопадами при входе через калитку. Сасори лёгкими массирующими движениями проводил по спине блондина, от чего тот уже впадал в нирвану от удовольствия. — У тебя руки нежные, — мурлыкнул Дейдара и глубоко вдохнул, — почему раньше массаж мне не делал? — укоризненно произнёс мальчишка и слегка прогнулся под прикосновением. Акасуна уже давно забыл, что размазывает по мальчишке крем для загара, а не массажное масло, и теперь исключительно ласкал кожу приятеля. — А ты никогда и не просил. Дейдара, уже разнежившись, медленно засыпал, слушая чириканье птиц, а Сасори всё больше ловил удовольствия от того, что делал. От крема золотистая кожа парня блестела на солнце, а красноволосый юноша уже перешёл на ноги, щедро обмазывая их данной субстанцией. Правда, ноги его внимания почти не привлекли, в отличие от бёдер и упругих ягодиц Дейдары, на которых Акасуна и остановился, уже забывая делать массаж и переходя к движениям совсем другого типа. Дей благополучно уснул, отдавая своё тело в полное распоряжение любимого. Красноволосый паренёк уже слишком увлёкся и вид уснувшего мальчика был слишком соблазнителен, так что, не думая, Сасори вылил большую часть тюбика ему на поясницу и мягкими движениями смазал кремом в районе ягодиц, пальцами сразу же раздвинув их, стал рукой ласкать горячую кожу. Дейдара ответно лишь слабо улыбнулся, ощущая знакомое приятное прикосновение, и не понимал того, что это происходит не во сне, а наяву, да ещё и на улице. Совращение Акасуны произошло слишком быстро – так, что уже через пару минут он навис над мальчишкой и губами стал ласкать излюбленное Дейдарой местечко: чуть ниже левого плеча, от чего тот всегда получал довольно приятные ощущения. Сам же Сасори хорошо смазал пространство меж ягодиц и, не церемонясь, ввёл палец в уже легко поддававшуюся узкую дырочку. Дейдара томно выдохнул и слегка повернул голову, продолжая спать, но когда Акасуна решил подразниться и начал вводить второй палец, глаза Дейдары резко распахнулись и он быстро дёрнулся, чтобы встать. Вскочил блондин очень удачно: Сасори, не успевший так быстро среагировать, весьма болезненно получил локтем в нос, от чего сразу и осел на землю. — Совсем сдурел?! – прошипел блондин, понимая чего Сасори уже удумал делать, но, увидев, что у сидящего на земле любимого из-за удара тонкой змейкой потекла кровь, сразу же притих, — ой! – парень слез с шезлонга и сел напротив любовника, — у тебя кровь! Блондин нерешительно протянул руку к разбитому носу. — Прям капитан Очевидность,— фыркнул юноша,— я уже понял, что меня всё же изуродовать решили, — съязвил Акасуна и быстро вытер вытекающую жидкость, но её поток усилился. — Сам виноват! Парень, экстренно обдумывая, что можно сделать, вспомнил, что очень удачно вчера закинул в багаж аптечку и, не говоря не слова, поднялся и быстро направился к дому всё в том же неодетом виде, чем крайне порадовал красноволосого паренька. В принципе больно было только первые пять секунд, а теперь просто текла кровь и всё, хотя текла довольно сильно, и Сасори, встав с земли, сел на край шезлонга и запрокинул голову. Дейдара быстро залетел в дом. Идти было совсем неудобно — Акасуна слишком перестарался, и теперь весь крем, используемый для смазки, потёк вниз, вызывая довольно-таки специфические ощущения. Он шмыгнул в прихожую, потому что пока ещё никуда не заходил, и чемодан лежал там. Аптечка нашлась довольно быстро, и парень, выудив оттуда вату и перекись водорода, зачем-то прихватил ещё и бинт, к которому прицепился пластырь. Юноша быстро выбежал из дома и направился к своему парню, гордо задравшему голову и созерцающему небо, в попытках прекратить поток крови. Дейдара опустился рядом на корточки. — Ну что? — Ну ничего, как видишь, — Сасори глянул вниз, но голову не опустил. — Ты дурак! — беззлобно произнёс Тсукури и поднёс ватку пропитанную перекисью к лицу любимого. Дейдара аккуратно провёл по кровавой дорожке, полностью от неё избавляясь. — Я знаю, — Акасуна игриво прищурился и потянул мальчишку к себе: кровь уже перестала идти. — Так! — Дейдара недовольно отпихнулся, — тебе мало было, а?! Сасори лишь обхватил его талию, с откровенным удовольствием смотрел в голубые глаза, а потом случайно крайним зрением обнаружил кинутый на шезлонг бинт с пластырем. — Ты меня всего хотел замотать? Глаза мальчика зло сузились. — Ага, а сверху бантик прицепить! — он быстро дёрнул приставший пластырь и приклеил его к переносице любимого, — вот тебе! Сасори улыбнулся и, не снимая пластыря, впился в губы любовника, но тот всю сладость прикосновения прочувствовать не собирался и стал выдергиваться. — На километр вокруг нет ни одной души! — констатировал Сасори, — нас никто увидеть даже теоретически не может, не то, что практически! Дей что-то буркнул и убрал руку, плотно прилегающую к его ягодице. — Жара, знаешь ли, меня не сильно возбуждает, — как-то отходчиво произнёс парень. Сасори уловил его ход мыслей, отклеил пластырь и встал с шезлонга. — Меня тоже, — он с огромным аппетитом осмотрел тело любовника, — но ты… — Извращенец! — перебив Акасуну, Дейдара, фыркнул и быстро обмотал вокруг талии полотенце, лежавшее на шезлонге. Стыдливым он никогда не был, но вот порой перед Акасуной стоять голым сильно смущался по вполне понятным причинам. — Слушай ты вообще когда-нибудь, о чем не будь, кроме секса думаешь? -Мм… Дай подумать…— Акасуна состроил издевательски — задумчивое лицо, — Да, например о тебе, — Сасори злорадно улыбнулся и попытался схватить парня за руку. — О боже, — парень театрально всплеснул руками, — и почему из 6 миллиардов людей меня угораздило влюбиться именно в тебя?! Сасори лишь недовольно фыркнул и потянул парня в дом. Далее была ещё пара попыток повторить прерванное, но Дейдара уже действительно начинал злиться, и юноша вынужден был временно отступить. А вот потом блондин дорвался до спальни… Вся комната была в пастельных тонах, стена за огромной круглой кроватью была завешана голубоватой лёгкой тканью, волнами спадавшей под своей тяжестью, а над самой кроватью раздвинутой в разные стороны. Возле постели, укрытой множеством шёлковых простыней стояли два чайных столика по обеим её сторонам. На каждом из них красовалась тёмная ваза в стиле хай-тек и красными, довольно крупными бутонами каких-то цветов, в комнате также присутствовал диванчик в этом стиле, стоявший возле окна, занавешенного серебряными с лёгким зеленоватым оттенком портьерами. Комната отличалась минимализмом, но всё было подобрано с безупречным вкусом, весь вид завершал угловой водопад с маленьким фонтаном у его подножья. Он был чёрным, угловатым, начинался у самого потолка и занимал большую часть комнаты, а вместо воды в нём текло нечто по цвету и запаху напоминавшее шампанское. Когда Дейдара понял это, едва не свалился рядом. — САСОРИ! — рассвирепев, крикнул парень. Тот, кого звали, явился сию же секунду с двумя майками в руках: Акасуна, пока блондин рассматривал помещение, стал распаковывать чемоданы. — Да? — Совсем голову потерял?!! Красноволосый непонимающе посмотрел на любовника, тогда он поманил его к себе пальцем, тот, естественно, сразу же подошёл. — Что это? — наигранно мягко осведомился Дейдара и ткнул пальцем в воду. — Фонтан, — пожал плечами Сасори и решил было вернуться. — Я про то, что в фонтане! — вспылил Дейдара, — что, твою мать, там делает шампанское?!!