Скуби-Ду и 39 ключей

Велма лихорадочно приближалась к большому холму. Остальные едва поспевали за ней. После разговора с Шэгги в катакомбах слово «резолюция» казалось ей странным и другим. Но она никак не могла понять, что всё это значит. Велма досадливо пнула мелкий камушек. Она ненавидела саму себя, когда чего-то не понимала. Впрочем, они должны найти все ответы в той маленькой церквушке. Ну, или зацепки, которые приблизят их к ответам. Церквушка была не маленькой, но на фоне базилики Сен-Пьер выглядела совсем незначительно. — Могила! — прокричала Дафна. — Тут какие-то две переплетенные змеи и стрелка, указывающая вниз! Насколько знала Велма, две переплетенные змеи означали Люциан. Значит, Франклин люцианин. Постойте-ка! Если Шэгги люцианин, значит и его дядя тоже! Велма достала из рюкзака книгу Марианны, закладкой в которой служила их первая подсказка. Солнце лениво освещало холм. Велме показалось, что на секунду она забыла, как дышать. Им нужно было переставить буквы. И резолюция Бенджамина Франклина превращается в вещество Айрон Солют, которое он использовал в типографии. И которое дядюшка Шэгги наверняка добавлял в свою наноформулу. А вдруг весь секрет ключей и заключается в создании некой наноформулы? Но тогда почему победителем не объявили дядюшку Шэгги? Или… у него только часть наноформулы? Показав ключ ребятам, Велма довольно улыбнулась. — Ну, может мы и нашли первый ключ… — задумчиво протянул Фредди. — Но никогда не помешает разрыть странную могилу. — Тем более — люцианскую могилу, — Велма кивнула. Пусть они и нашли первый ключ, они понятия не имели, куда двигаться дальше. — Люци… типа, этого Лукаса Кэхилла? — недоумённо спросил Шэгги. — Не думаю, что мы вообще найдём там кого-то. Но Франклин был люцианин, насколько я поняла. Именно поэтому я подумала о Айрон Солют. Ведь ты, Шэгги, тоже люцианин, и дядя твой наверняка. — Думаешь, секрет этих ключей заключается в формуле? Как бы, которая может дать кучу сил и вообще? — Может быть. Но нельзя судить наверняка. Мы нашли только один ключ. Надо ещё тридцать восемь. Велма и Шэгги говорили и говорили о ключе, пока Скуби раскапывал могилу. Дафна то и дело поощряла его Скуби Снэками. Скуби заскулил, ударившись лапой о твёрдый камень, и тут же выскочил из ямы. Мистическая Корпорация разгребла сухую землю в сторону и увидела плиту размером три на четыре фута. Фредди нашел щель и сдвинул камень в сторону. Как Велма и ожидала, трупов они там не нашли. Но зато обнаружились ступеньки, ведущие вниз. На взгляд Велмы, это было лучше трупов. — Типа, мы со Скубом останемся здесь. Хватит с нас ужасных подземелий! — категорично заявил Шэгги и демонстративно уселся прямо на землю. — Именно! — поддакнул датский дог. Велма закатила глаза. — Как знаете. И вместе с Фредом и Дафни начала спускаться вниз. Совсем скоро они оказались в квадратном помещении, с туннелями слева и справа. Стены были покрыты выцветшими фресками. Велма вполне могла разобрать лицо Эбигейл Глюк на одной из них. И своё собственное лицо. Боги, она даже видела лицо той майанской девочки! — Пусть это и не катакомбы, — начал Фредди, разглядывая стены. — Но думаю, мы обнаружили парочку запрятанных скелетов в этом шкафу… ой, то есть, в этой… эээ… комнате. — И не говори, — Велма могла разглядеть и лица других членов Охотников за Секретами. – Тот, кто расписывал эти стены фресками, явно был двинут на Нибиру. — Нибиру приближается! — замогильным голосом вскричала Дафна и стала делать необъяснимые пассы руками. — Верно, Даф. Об этом я и говорю. — Я хорошая актриса, что тут ещё сказать? — Блейк усмехнулась. — А вот и Кэхиллы! — вскричал Фредди. И действительно, они опять увидели фреску с изображением основателей кланов. Джейн выглядела уже взрослой. На фреске Марианны Джейн же выглядела как маленькая девочка. Странно, учитывая, что позади них горел тот же дом, что и на той, другой фреске. Впрочем, все эти фрески не приблизят их пониманию, куда им идти дальше. Пора осмотреть другую часть этого помещения. В центре комнаты стоял каменный пьедестал высотой около трех футов с вырезанным на нем орнаментом. На пьедестале стояла фарфоровая ваза с крышкой. — Фред, здесь есть ловушки? — спросила Велма, подходя к вазе. Джонс на секунду призадумался, лизнул одну из фресок, а затем поднял вверх большой палец. Ловушек не было. Прекрасно. Тогда наверняка это что-то совсем не важное. Подойдя ближе к вазе, Велма увидела на ней кучу нарисованных Бенджаминов Франклинов. Достаточно забавно. Когда Велма сняла вазу с пьедестала, то заметила орнамент. Это были ноты. — Даф! Смотри, это по твоей части. Дафни тут же к ней подбежала. — Так… это Моцарт, KV-617, кроме середины. Середина — австрийская народная песенка. Называется «Край, в котором я родился». Значит, Зальцбург — наша следующая остановка? — Уверена в нотах? — спросила Велма. — Да. — Тогда едем в Зальцбург. Велма всё же сняла крышку с вазы и достала оттуда пузырёк с мутноватой зелёной жидкостью, завернутый в бумажку. Велма засунула бумажку в карман и стала читать надпись на пузырьке. Тоэ вишьарпан ыт акк Бяте юлварпан я атк Еньеум восе льзуйиспо Бясе роетокр вдапра Вот несуразица! Буквы врассыпную просто. Или…анаграмма? Как «резолюция — Айрон Солют»? Достав карандаш, Велма слегка пожевала ту часть, где находился ластик, и с легкостью переставила буквы. Как ты направишь это Так я направлю тебя Используй свое уменье Правда откроет себя — Похоже на то, что эту жидкость надо хорошенько ударить током, — заметила Велма. — Думаешь, это наноформула? Целиком? — Дафни удивленно приподняла брови. — Да. И подобные жидкости… Я видела такие в научных лабораториях. Они инертны. И надо направлять их. Обычно это делают током. В Париже есть научная лаборатория? Там мы сможем создать заряд на специальной машине и направить эту жидкость. — Да, Даника что-то говорила мне об этом. — Отлично! — Велма крепко сжала жидкость в руке. — Вперёд, на свободу. Эти стены со странными фресками начинают раздражать меня. Весело переговариваясь, они поднимались по ступенькам. Но то, что происходило на поверхности, заставило их улыбки исчезнуть.