Song for three

***

Джело вышел из здания немного разочарованный, но, тем не менее, произошедшему ничуть не удивлялся: на его счету уже сотни отказов, именно по одной причине: возраст Джело никак не соответствовал его роду занятий. Впереди еще целый солнечный день, а обратная электричка прибудет только поздно вечером. Со вздохом Джело находит первую попавшуюся лавочку в парке, неуклюже садится и с потускневшим взглядом проводит пальцами по струнам гитары. Время идет, из пустого бренчания рождается гармоничное сочетание мелодии с чуть уловимым пением Джело. « Повторенные снова и снова слова постепенно теряют свой смысл, и боль, что они вызывали, исчезает...» Каждый раз, когда он повторял одну и ту же строчку, люди, что проходили мимо, вдруг останавливались возле лавочки и прислушивались к еле уловимым словам. И вот уже образовалась небольшая толпа, люди стояли, не шелохнувшись. Музыка пронизывала каждого. Все: влюбленные парочки, мамаши с детьми, обычные служащие, даже старушки, с уже поврежденным слухом, - каждый испытывал умиротворение от виртуозной игры Джело. Тот чувствовал некую ответственность за них, стараясь играть, как можно разнообразней и дольше. Незаметно наступил вечер. Солнце спустилось ниже, ближе к линии горизонта, едва полупрозрачное небо покрыло себя огненными красками. На руках Джело появились небольшие мозоли, мальчик выдохся и просто сгорбился, опрокинув голову на гитару. В ту же секунду чья-то тяжелая рука коснулась грифа. Джело изумленно посмотрел верх: солидный мужчина в черном пальто как-то странно улыбался ему, будто хочет познакомиться поближе. Он присел рядом с Дже. Толпа, что аплодировала выступлению минуту назад, разошлась. Когда музыкант рассмотрел его с ног до головы, человек заулыбался еще шире. Седой, покрытый морщинами и родимыми пятнами, левый глаз его был устремлен прямо на Джело, а второй куда-то в сторону. С виду европейской внешности. Пару золотистых зубов было невозможно не приметить сразу. После того, как парнишка смущенно нахмурился, ожидая любого негативного поведения, мужчина расхохотался. - Что смешного я сделал?- Настороженно поинтересовался Джело. - Ох, парень, знал бы ты, как я рад был повстречать тебя! Как думаешь, это судьба?- Человек легонько потерся об его плечо, как будто заигрывая. Джело отодвинулся. - Вы что-то хотели от меня? -Ах, молодой человек, виноват, не представился. - Мужчина протянул руку для рукопожатия. Тот робко пожал ее. – Кличут меня вроде как Бенджамином Олдриджом. « Бенджамин Олдридж? Англичанин что ли?»- переспросил себя Джело. Мужчина вынул из кармана пиджака визитку и протянул ее: - Я тот, кто продвигает таких, как ты, по карьерной лестнице, ввысь к звездам. Возьми, если хочешь найти себе достойную работу. Джело неохотно взял карточку, сосредоточившись на том, что было написано на ней: « Добро пожаловать в TS Еntertainment. Свяжитесь с нами для дальнейшей работы ». Через долю секунды парень изумленно приподнял голову, чтобы задать пару вопросов, но мужчины уже не было рядом. Его не было нигде. Словно видение, он растворился в вечернем закате. Лишь сквозящий в ушах ветер продолжал сопровождать Джело весь оставшийся день. По дороге домой, уже в электричке, парень с гитарой еще долго отходил от сегодняшней встречи. Сердце билось все учащенней, а руки и коленки не переставали дрожать. Чхве Чжун Хон то и дело вытирал ладонью капельки пота со лба, нервно прокручивая в голове тот разговор в парке. С прибытием домой, мысль о том, что завтра его дальнейшая судьба может колоссально перемениться, мучительно не отпускала его из когтистых лап угнетения, заставляя каждый божий час глотать успокоительные. «Неужели я, наконец, найду работу? А вдруг стану звездой? Тогда моя жизнь невероятно рационализируется! Хотя…сколько раз я надеялся на скорое счастье? И чем мне все это оборачивается? Раз, два, три, четыре раза… я уже сбился со счета. Нет, Джело, выкинь из головы детские фантазии, тебя все равно не примут. И все почему? Почему со мной так обходятся? Видите ли, сопливый мальчишка не может писать настолько искусную музыку, ха! Как же люди похожи друг на друга… тошнит. Что же делать тогда? Наплевать и не пойти? Может, когда я преодолею сотни километров, окажется, что меня снова надули? Или же… не знаю, пессимизм распыляет неуверенность в глаза. Надо пересмотреть все точки соприкосновения. Мне уже девятнадцать, я могу рассуждать логически. А как рассуждают взрослые люди? Не знаю…» До середины ночи Джело был глубоко погружен в себя. Он не мог оторваться от размышлений о грядущем, поэтому заснул лишь под утро. Около четырех часов дня, не торопясь, прогулочным шагом Джело, наконец, добрался до здания TS, все-таки решив попытать счастья, но уже в последний раз. Небоскреб со стеклянными стенами ярко выделялся на фоне двухэтажных магазинчиков. Через полупрозрачный вэнмэнь, на каждом этаже, то появлялись, то исчезали десятки сотрудников. Солнечные лучи ослепляли беднягу Джело; еще долгие пятнадцать минут он стоял у входа, не решаясь зайти. Вдруг из мегамолла выскочила женщина, которая тут же уставилась на Джело. Брюнетка в длинной юбке улыбчиво сказала: « Мы ждали вас, сэр, можете зайти». Она открыла дверь и одним движением руки пригласила внутрь. Музыкант не показал свое ошеломление, а лишь сухо отряхнулся, поправил прическу и зашел. Девушка сию секунду сообщила, что его ждут на прослушивание. Она повела Джело по длинному коридору, словно не имевшего конца. Чжун Хон как-то по-детски стал рассматривать стены, увешанные эксклюзивными картинами, плакатами с местными звездами. Знаменитости с обложки казались ему такими ненастоящими, будто нарисованными. Мимо них проходили очень солидные люди, в дорогих одеяниях, с взглядом, полным высокомерия и жадности к деньгам. Они, все, как один, непрестанно таращились на парнишку, оценивая его с ног до головы, будто хотят поинтересоваться, что такой, как он, делает в TS, в месте, куда попадают избранные. Подходя ближе к широким дверям студии, где Джело ожидали достопочтенные управляющие, мимо прошли двое парней, видно, начинающие айдолы. Трое проводили друг друга взглядом. Джело быстро изучил имидж двух молодых людей: цветные волосы, челка, приподнятая вверх, кожаные брюки и повсюду цепи. Мускулистые руки покрывали татуировки в виде драконов и надписей. Странные для мужчин густо подведенные глаза и блистающие соблазнительные губы. Две звезды надменно усмехнулись ему, ясно дав понять, что Чжун Хон - пустое место. Смущенно отводя взгляд, Джело снова не поддался эмоциям, поправляя чуть запачканную клетчатую рубашку. Когда двое скрылись в неизвестность, он усмехнулся, не дав самооценке упасть ниже плинтуса, и шепотом огрызнулся: « Пф, клоуны…» В конечном счете, двери студии широко распахнулись. Джело скромно зашел, скрепив руки за спиной. Перед ним сидела у круглого стола целая конференция из уважаемых в шоу-бизнесе лиц, в том числе и сам Бенджамин. Семь мужчин поздоровались с музыкантом в один голос, приветливо пожали руку, и когда все уже окончательно познакомились между собой, никто не чувствовал себя не в своей тарелке. Наконец стали обсуждать приход Джело. Один из них, пузатый, лысый, серьезный дядька, немного нахмурившись, взглянул на музыканта: -Итак, уважаемый, для начала поведайте нам о том, в каком жанре вы пишете музыку, исполняете ли, да и вообще, с чего все начиналось. Чжун Хон сидел посередине круглого стола, на широком кресле с откидной спинкой. Немного помявшись, он еле сформулировал ответ: - Еще раз здравствуйте. - Джело робко кивнул. - Я пишу музыку с раннего детства. Жанры перепробовал самые разные: от детских песен до баллад. Однако предпочтение отдаю современной музыке- попу. Увлекаюсь написанием кей-попа только для себя, заказов по этой тематике не получал… Его перебил третий, более моложавый мужчина: - Вы принесли нам тексты? Мы хотели бы ознакомиться. - Д-да… - Чжун Хон поспешил достать из рюкзака две толстые папки с файлами. Получив тексты, дяденьки подробно изучали каждый лист, то грозно хмурясь, то, наоборот, чуть заметно усмехаясь. Каждая минута для Джело будто длилась вечность, глаз стал поддергиваться на каждую эмоцию руководства. Медленно и утомительно проходили десять минут. Начальство не вымолвило ни слова. В конечном итоге, двое из них лишь тяжело вздохнули. Обстановка для Джело стала предельно ясна, он вдруг осознал, что все это время переоценивал свои возможности. Поймав на себе хитрые переглядки наставников, ему стало внезапно все равно на происходящее. В голове строились планы о предстоящей поездке домой, о будущем письме возлюбленному, где он рассказывает, как уже навсегда завязывает с музыкой. Джело сидел нога на ногу, полностью сбросив с себя оковы беспокойства. Подперев рукой пухлую щеку, взгляд полностью устремился в одну точку. Бенджамин вдруг поперхнулся для виду: - Ну, что ж, мистер Чжун Хон, посоветовавшись с коллегами, мы пришли к единогласному решению: дать вам шанс выступить на школьном вечере. (Джело встрепенулся.) - Понимаете ли, для начинающего певца, да и вообще, для человека, занимающегося музыкальной деятельностью, симпатия публики более чем важна. Если сумеете покорить молодые сердца, мы займемся вами. Джело таращился на них, как на сверхъестественное. Не сумев перебороть нахлынувшие потоки мыслей, переполненный чувствами и эмоциями, он молча кивнул. Бенджамин, полный энергии, встал, а за ним и все остальные, показал движением руки на дверь и воскликнул, с полной уверенностью: -Тогда начнем сию же минуту!