Эфрони

Таким потерянным он себя не чувствовал никогда. Лес, словно играя с неразумной птахой, то кружил Эфри вокруг одного и того же места, то выводил к непроходимой заросли колючего кустарника, то подсовывал топи с плотной тучей кровососущей мошкары. Жаворонок плутал уже сутки. Он устал и почти сдался. Прислонился лбом к стволу векового кряжистого дерева, тяжело вздохнул и прошептал: – Что же ты такой не приветливый-то? Пропусти меня. Пожалуйста, – он погладил теплую шершавую кору. Эфри был бы уже не прочь снова наткнуться на Канэ и эльфа – хоть какая-то компания. Он вырезал галочку на коре дерева и мысленно извинился: «Чтобы не заплутать». Передохнул и двинулся вперед, периодически обозначая свой путь свежими срезами галочек. Тогда, после схватки с волками, он видел, как Риз, взмахнув посохом, стянул тени к себе и исчез в следующее же мгновение. И сейчас Эфри по-прежнему двигался в Хальзовит, пару раз с опаской поднявшись в небо в попытке найти хоть малейший намек на Риза и поправить сбитый ориентир. То ли лес его услышал, то ли плутливая удача улыбнулась птице, но вскоре он набрел на поляну. Треснувшая белая чаша, вросшая наполовину в землю, почти рассыпавшиеся колоны, щедро затканные вьюнком, и черная плита с обкрошенным краем явно намекали на то, что лес не так уж и дремуч. Эфрони обошел полукругом поляну, не решаясь выступить из-под полога деревьев. Усевшись на край черной плиты, Эфрони вытащил стрелы, решив перебрать их и подготовиться к еще одной ночи. Руки привычно делали знакомую работу, а глаза и уши, тоже привычно, чутко фиксировали звуки и движения. – Ты кто? Любопытный голос, прозвучавший за спиной, заставил Эфрони на пару секунд окостенеть от страха. Преодолевая неповоротливость сжатых ужасом мышц, он обернулся. Поляна все так же была пуста. Кикиморы? Может, еще какая-нибудь местная нечисть? Эфри отложил стрелы и сжал рукоятку кинжала. – Кто ты? – снова насмешливо раздалось позади. Эфри обернулся вокруг. – Отвечай! – рявкнуло над самым ухом, заставляя жаворонка покрыться холодным потом. – Я… – Эфри выдохнул и вдруг успокоился. Этот вопрос звучал все время и порядком набил оскомину. – Я жаворонок. Я птица. – Птица? – на краю черной плиты сгустилась бледная тень. – Птиц я люблю. Тень густела, насыщалась красками, клубилась, скручиваясь в тугой комок. – А не врешь? – тень потемнела до черноты и рассеялась. Рядом с Эфрони сидел высокий юноша. – Пока нет, – Эфри во все глаза уставился на явление. Он уже немного привык к магии, но чтобы вот так из ничего – и вполне себе живой… эльф? Судя по острым ушам и изящной хрупкости, все-таки эльф. Только бледный совсем. – Ты эльф? – Как сказать… – существо опасливо погладило древки стрел, лежавших на плите. – Как бы да. – То есть ты не уверен? – фыркнул Эфри. Перенасыщенный пережитым за короткое время организм скатывался в тихую истерику, которая смешком пробивалась наружу. – Не очень, – согласился собеседник, поддерживая веселье. – А зовут тебя как? – надо же было хоть как-то обозначить то ли эльфа, то ли нет. – Соллали, Память Веков, – эльф начертал на плите какой-то знак. – Конечно, как же без заморочек… – пробурчал жаворонок, почему-то стыдясь обмывающих нутро приступов ненормального веселья. – Длинного титула нет? – на всякий случай уточнил он. Уж как-то не везло ему с коронованными особами. – Так чего надо? Эфри на всякий случай собрал в колчан стрелы и поднялся с теплой плиты. Ему жутко не хотелось снова плутать по лесу, выискивая место для ночлега, а эльф явно был аборигеном, уж больно органично вписывался он в остатки былого величия, осколками застрявшими посреди леса. – Мне? – Соллали в изумлении уставился на нахохлившуюся птицу. – Тебе от меня что нужно-то? – поторопил Эфри бледного эльфа. – Ничего… – эльф был явно озадачен. – Если так, то я, наверное, пойду? – Жаворонок… – с заминкой окликнул эльф. – Оставайся. Ночь сегодня будет длинная. Эфри уговаривать не пришлось. – Почему плита теплая? Магия? – Эфрони снова устроился рядом. – Она черная, – пожал плечами Соллали. – И что? – На открытом месте за день быстро нагревается, вот и… – Зашибись, – Эфрони удобнее пристроил под голову сумку. – Хоть что-то нормальное в вашем мире. Не алтарь, ничего такого? Ничего, что я тут зад грею? – Грей, – эльф мялся рядом, явно желая пообщаться еще. Эфри, наблюдая за ним сквозь ресницы, вытянулся на плите во весь рост и впитывал уходящее тепло нагретого за день камня. Просто небольшой перерыв, он немного передохнет и расспросит этого странного Сола, как бы побыстрее добраться до Хальзовита. А вдруг повезет, и этот то ли эльф, то ли дух поможет ему? – Куда ты идешь? – эльф тронул Эфри за руку. «Пальцы-то теплые», – неизвестно зачем подметил Эфрони. Он поймал руку Сола и сжал ее. Ладонь была мягкой, аккуратные пальцы доверчиво покоились в его руке. Тепло и покой чужого тела устаканивали бардак внутри и снаружи. – Поверишь, если скажу, что не знаю? – Не знаешь? Чудная ты птица. Зачем ко мне пришел? – Случайно. Заблудился. Может, поможешь добраться до Хальзовита? Мне там одного некроманта найти нужно. – Зачем тебе некромант? – Он мне… не знаю. Я тут вообще никому не нужен. А так… хоть какое-то дело, – Эфри досадливо хмыкнул на себя за то, что так внезапно разболтался. – Неприкаянный я. – Неприкаянный, – эльф пододвинулся ближе, заглядывая в глаза. Эфри смущенно отвел взгляд, досадуя, что не может заткнуться и выплескивает пену накипевшей обиды. – Трудно быть неприкаянным, – эльф, дернув острым подбородком, отвернулся, весь подобрался и спрятал лицо. – Ты можешь остаться, если хочешь. – Я домой хочу, – выплыло вдруг потаенное. «Как птенец, чесслово», – мысленно обругал себя Эфрони. – В Хальзовите есть портал, – покивал головой эльф. – Только он закрыт. – Портал? – Эфри заинтересованно повернулся к эльфу. – Где? Я пройти через него сам смогу? Когда сюда добирались, чуть не сдохли. – Сможешь, магия твоя слабая совсем, но ее должно хватить на барьер от стража. – Сол! – Эфри радостно облапил эльфа. – Как ты мне вовремя попался! Расскажи, как эти ваши порталы работают. – Все просто, – эльф деловито набрал шишек, валявшихся под ногами. – Смотри, – он выложил сложную фигуру на темной поверхности плиты, – вся вселенная есть большее повторение малого. Вот Терра, например, имеет несколько порталов. Если их все соединить между собой, – он старательно обложил шишки тонкими веточками, замыкая сложную многоконечную звезду, – то мы получим малую карту вселенной, и в любом другом мире есть ее повторение. А порталы не что иное, как переходы. Понимаешь? – Приблизительно, – покивал Эфрони. – Но как я могу попасть домой? Я не маг. Ты ошибаешься. – Шаман, я вижу, – эльф, прищурившись, посмотрел на Эфри. – Магия твоя поддерживающая, сама по себе, конечно, не ахти что, но если ее вплести в другую, то это усилит другого мага многократно. Так вот, – продолжил Соллани, не обращая внимание на ошарашенного новостью Эфрони, – тебе нужен либо спутник-маг, либо сильнейший артефакт, чтобы стражи не сожрали. – Стражи? Кто они такие? – Не знаю, – эльф беззаботно пожал плечами. – Это мы так и не разгадали, – он грустно усмехнулся. – Не успели. – Где мне найти портал? – В Хальзовите есть цитадель. Это и есть портал. Только его открыть нужно. – Как?! – Да бессмысленно, – эльф махнул рукой. – Его все равно охраняют. Это переход не только между мирами, но и проводник в мир мертвых. – Кто охраняет? – Все порталы охраняют ракшасы. Так было всегда. Эфри задумчиво смотрел на выложенную звезду, и мысли, отталкиваясь друг от друга, постепенно прорисовывали четкий рисунок. Риз некромант, он связан с миром мертвых. Он говорил про Норила, про то, что знает, как его оживить. Он шел в Хальзовит. Он должен знать, как открыть этот портал. Точно знает! – А что, если… Что, если получится открыть портал? Если у меня получится? – Если у тебя есть хоть один шанс, – Соллани с силой обхватил себя за предплечья и весь подался вперед, – то я попрошу у тебя… возьми меня с собой. Ты же знаешь, – тихо добавил он, – что значит быть неприкаянным. «Риз Гейн, ты неудачник, – некромант с силой сжал пальцами голову. – Ты умудрился потерять по дороге того, кто был послан тебе богиней. Все прахом… Все…» Некромант кинул на стол серебряную монету, оплачивая так и не тронутый ужин. Он вышел из таверны, и ноги понесли его к серым стенам цитадели. Быть в одном шаге от цели и потерять все… Он, задрав голову, смотрел на неуступчивые стены и шептал строчки пророчества. Если жертва твоя добровольна, Если душу отдать ты готов, Сможешь вольно ты или невольно Песнь сложить из теней, слёз и слов. Если каплю утраченной крови Безвозмездно отдашь навсегда, Повинуясь твоей доброй воле, Пред тобой отворятся врата. И крылатый твой спутник беспечно Поведёт сквозь миры за собой. Помни: время, увы, быстротечно... Следуй же за своею судьбой.