Electric touch

Раннее утро стучало в окно кельи паладина голой веткой сирени. Заиндевевшее окно едва пропускало унылые холодные лучи солнца в мрачный приют раскаленного разума. Талли еще раз перевернулся, смахивая мокрую прядь с лица и уставившись в потолок. Целая ночь прошла как в тумане, отдаваясь в напряженных мышцах налетом агонии. Паладин не спал. В голове его все еще звучали жестокие слова, сказанные любимым голосом. Светлячок. Неужели он действительно так думает? Брюнет перевернулся на другой бок, натягивая на себя одеяло. Без Кэла, что всегда так доверчиво жался к нему по утрам все казалось ужасно чужим и холодным. Светлячок. "Неужели я действительно так плох в твоих глазах ?" На несколько секунд алые глаза закрылись, давая возможность злобе заменить печаль. Да что он о себе думает? Нет уж. На этот раз ответственность лежит не на нем. Тихо рыкнув и в бессильной злобе рванув одеяло, крестоносец поднялся с кровати. Теперь лицо его не выражало никаких эмоций. "Хочешь ровного отношения, Кэллай? Ты его получишь." Священник разлепил глаза, всматриваясь в темноту. Сумбурная ночь закончилась серым утром. Уснуть так и не удалось. Краткие моменты дремоты прерывались Резкими пробуждениями, не давая отдыха.Инквизитор сел и взьерошил волосы. "Неужели ты думаешь, что я буду это терпеть?" Глаза наткнулись место, что пустовало уже второй день. " Думаешь, я не смогу без твоих прикосновений?" Юноша хмыкнул и поднялся.В голове вновь прозвучал холодный голос возлюбленного, но злость и гордость вновь не позволили страху закрасться в разум. Тряхнув головой он прогнал наваждение и затянул волосы в хвост."Посмотрим, кто еще не выдержит." Стрекотание епископа над ухом только больше убавляло желание инквизитора к приему пищи, а рыжеволосый только больше распалялся. -... Нет, вот ты представляешь?? Кажется, это был новый роман, прочитанный вчерашним вечером. Джейсон, Гарри, Генриетта.. Имена, произнесенные другом путались в голове, превращаясь в ужасные детища двух. Вслушиваться уже было бесполезно, да и надобности в этом не было. Клемент был из тех людей, кому просто необходимо выплеснуть эмоции от прочитанного, не получая ничего взамен. Инквизитор кивнул и отставил тарелку, принимаясь за стакан с виноградным соком. - О! Талли! - Епископ неожиданно радостно замахал рукой, подзывая увиденного, и, видимо, расчитывая на еще одного слушателя. Крестоносец широко улыбнулся и растрепал активно пружинящие рыжие волосы, буквально сияющего от счастья Клема: - Что, Апельсинчик, новый роман прочел? Клемент быстро закивал, расплываясь в улыбке: - Да-а-а.. Ты просто не представляешь.. - Обязательно расскажешь. Только не сейчас, я спешу на.. Спешу.- Таллиесин повернулся к инквизитору и лицо его мгновенно превратилось в камень. - Здравствуй, Кэллай. Крестоносец еще раз кивнул епископу и быстро удалился, скрываясь за дверьми столовой. Глаза удивленно распахнулись, а челюсть, казалось, ударилась о стол. - Это что сейчас было? Кэл? - Клем коснулся плеча друга, обращая на себя внимание. - А? - Блондин поднял мутные глаза и качнул головой. - Да ничего особенного. - Ты серьезно ничего не заметил? По-твоему все в порядке? - Епископ нахмурился, пытаясь разглядеть разум в глазах друга. Тщетно. Кэл пожал плечами, на лице его не читалось никаких эмоций, кроме усталости: - Просто кто-то считает себя хобгоблином среди других гоблинов. Клемент непонимающе поднял брови и наклонил голову на бок: - Я тебя не понимаю. Что случилось? - У него спроси. - Кэл, ну я же не могу делать все. Относи по частям. Отпросился бы совсем, если так невмоготу. - полноватый хранитель копошился на верхней полке, изымая откуда книги, нуждающиеся в реставрации. Священник тяжело выдохнул, опуская на пол очередную перевязанную стопку. - Какая у нас большая библиотека.. - Кэллай усмехнулся, оглядывая десяток стопок. - Нам бы помощника, да поздоровее. Ладно, сейчас вернусь. Юноша подхватил в каждую руку по пачке книг и покинул библиотеку. Вторая половина дня была такой же серой и морозной, как утро. Подло закравшаяся мысль щекотнула медленно оттаивающее сердце. - Да.. Талли бы в миг с этим управился.. Инквизитор встрепенулся и нахмурился, заметив объект воспоминания впереди. - Какие-то проблемы, Кэллай? - паладин остановился, выжидающе глядя на священника. Кэл сморщился от боли и поставил книги на пол. - Слишком много книг. Ты не мог бы помочь? - на миг отошедшая на задний план гордость вернула голосу священника мягкость, от которой он дернулся, как от удара током. - Конечно - голос паладина был по-прежнему сух и холоден. Крестоносец ловко перехватил поклажу священника, с легкостью умещая ее в одной руке и придерживая другой. - С..спасибо. Наверное, я провожу? Это нужно отнести к отцу Дину, он распорядится об отправке их к реставратору. - инквизитор замялся, нервно блуждая глазами по коридору и стараясь не смотреть на паладина. - Я знаю, где Дин. Не утруждайся - паладин так же не удостоил Кэллая взглядом, широким шагом направлять в сторону архива, где сидел хранитель. - Я скоро вернусь. Подготовьте лучше остальные книги. - Но..- Священник фыркнул, провожая взглядом удаляющуюся фигуру. - Ну и как хочешь. Не больно то и нужно. Кэл грустно усмехнулся тому, что решительность и гордость резко пропадали, стоило крестоносцу оказаться ближе положенного. Крестоносец сдержал обещание. Спустя несколько минут он распахнул дверь библиотеки, впуская свежий воздух коридора. Быстрыми шагами он проследовал к инквизитору, сортировавшему книги и встал за его спиной, наклонившись немного вперед и произнося у самого его уха: - Я здесь. Что еще ему отнести? - несмотря на пугающую близость паладин не касался юноши, находясь на расстоянии вздоха. Голос его не изменился, все так же отдавая льдом. Дыхание скользнуло по шее тонким лезвием, заставляя юношу быстро развернуться, почти сталкиваясь с лицом крестоносца. Сердце замерло. По телу пробежала волнительная дрожь. Перед глазами встала недавняя картина, начинающаяся теми же словами.. "я здесь.." Священник невольно начал хватать ртом воздух, вспоминая горячие прикосновения возлюбленного. - Талли.. - на щеках инквизитора вступил предательский румянец. Крестоносец восстанавливал дыхание. Мелкие капельки пота покрывали лоб испариной, иногда собираясь в крупные и под тяжестью веса скатываясь вниз по скуле на подбородок, а после по шее в вырез расстегнутой черной рубашки. Наконец решив прервать заиянувшуюся паузу, Талли вновь заговорил, расстегивая еще пару пуговиц - Вообще мне казалось, в библиотеке дежурят по двое. Где твой напарник? Крестоносец говорил абсолютно спокойно, без нажима и привычной ему яркости и экспрессии. Алые глаза были прикованы к лицу священника, так же не вмещая в себя и грамма теплоты. Казалось, ненастная погода за окном отпечаталась в самом Таллиесине. Невольно прослеживая взглядом путь блестящих капель священник облизал губы. Кровь пульсировала так громко, что мешала думать. " Почему я не могу оставаться спокойным..? Почему я хочу.." Голубые глаза вновь вернулись к ледяной стене алых, стараясь рассмотреть в них что-то знакомое. - Он..- инквизитор неопределенно махнул дрожащей рукой в сторону.- Там.. В конце. Книги снимает.. Колени подкашивались, дышать становилось все труднее, а нервно сжимающиеся пальцы тревожили только начинающую заживать рану. Даже боль не могла заставить Кэллая отвести взгляда от любимых глаз. - И ты позволил ему заниматься самой легкой работой, Кэллай? - взгляд паладина метнулся к раненой руке священника, но ни один мускул на его лице не дрогнул. Он лишь вздохнул, укладывая руку на стопку книг рядом со священником, продолжая сохранять до остроты близкую дистанцию. - Я сам тут все разберу. Займись лучше формулярами. Юноша кивнул на дверь - Дину и формулярам ты был бы куда полезнее. Алые глаза провели линию по запястью белой дрожащей руки инквизитора. Кадык крестоносца дёрнулся, и он поспешил отвести взгляд, подхватывая книги и оставляя что-то звонко ударившееся о стойку. - Иди, Кэллай. Дальше я сам. - С этими словами паладин сделал шаг назад, подхватывая книги. Кэл вынужденно оперся на стойку, окончательно теряя землю под ногами. - Талли..я.. - Голубые глаза рассеянно забегали по полумраку библиотеки. " Что я? Вот что?? " Безэмоциональный крестоносец будоражил все эмоции инквизитора, которые он так пытался держать в узде. Весь мир мерк рядом с ним. " Ты сам виноват, Кэллай." Эта фраза прозвучала в голове голосом Таллиесина, заставив инквизитора дернутся. На глаза попалась склянка и свежий бинт. - Спасибо тебе..- осторожно, будто что-то очень хрупкое, юноша взял в руки лекарство и опустил голову. Крестоносец не ответил, исчезая за дверью. Легкий хлопок заставил предметы на стойке задрожать, а один из них даже упасть к ногам священника. На старом, но чистом деревянном полу покоилось кроваво-красное крупное яблоко. Аккуратно подняв спелый фрукт, священник покинул, заряженное невысказанными словами, помещение, отправляясь к архиву. - Рассказывай, что случилось? Он прибежал как укушенный баскердогом, схватил что нужно и так же убежал. Кэл, я переживаю. - на Небесную Гавань опускался поздний вечер, а на лице Клемента отпечаталась серьезность, так ему не присущая. - Повздорили немного.. - инквизитор стоял возле двери лазарета опустив голову, дожидаясь пока друг справиться с заедающей дверью. - Нет, мой друг. Ты действительно ничего не заметил? - наконец закрыв лазарет епископ подтолкнул товарища к парку. Кэл пожал плечами и посмотрел на небо, все такое же серое и холодное, так похожее на выражение лица крестоносца. - Он не трогает меня. Как и обещал.. - Обещал? Что произошло? - Клем остановился у ограды и сложил руки на груди, выжидающе глядя на блондина. Инквизитор выдохнул и принялся за рассказ, то и дело понуро опуская голову и сходя на шепот. -... Это я виноват..- из голубых глаз блондина упали первые капли слез. - Да. - казалось, в голосе друга детства зазвучал металл. - И никто иной. Знаешь, не будь ты моим другом, я бы тебе врезал. - Рыжеволосый развернулся и не глядя на инквизитора продолжил. - Прости, но здесь я тебе помогать не буду. Сам заварил эту кашу - сам и расхлебывай. И, да.. Мне нужно побыть одному, поговорим потом. Оставшись в одиночестве священник бессильно опустился на ограду. Слезы градом сыпались из глаз, а руки нервно дрожали. - Какой же я дурак.. Талли.. "Осознание ошибки не освобождает от ответственности, Кэллай." Что теперь делать и как быть.. Как просить прощения за те жестокие слова.. Как пробить эту ледяную глыбу, скрывающую за собой любимого.. Как..