Дорогами вечности. Охота

Настоящую семью связывают не узы крови, но узы уважения и радости. Члены одной семьи редко вырастают под одной крышей. Ричард Бах

Джереми только тяжело вздохнул, увидев, как около порога вновь замаячил силуэт Вероники. Приехавшая с побережья Трейси, кажется, и думать забыла о странных визитах странной девушки, но он знал, как мало нужно для того, чтобы ревность жены взыграла с новой силой. - Привет, - Сальваторе улыбнулась, стараясь разглядеть что-то за спиной Гилберта. Мужчина обернулся и увидел застывшего на лестнице сына. Мальчик внимательно разглядывал вампиршу, но, увидев на её лице добродушную улыбку, вежливо кивнул ей и убежал вглубь дома. – У тебя милый сын. - Спасибо…Что на этот раз? – это было грубо. Безусловно. Но сейчас его мысли были заняты тем, что Кларк наверняка рассказал матери о незваной гостье. Впрочем, Веронике, похоже, было всё равно. - Мне нужно уехать. Мистик Фоллз никак не отпускает меня. - Что?! – это было совсем другое дело. Он-то думал, что она в очередной раз решила проверить, жив ли он. Но к подобному известию он был совсем не готов: слишком привык, что Сальваторе незримым ангелом-хранителем стояла за его спиной, готовая в любой момент придти к нему на помощь. – Зачем? - У нас проблемы, Джереми, - он давно не видел её такой серьёзной. – Большие проблемы. Тайлер вернулся в город…и ему понадобилось приглашение. - В смысле? Девушка внимательно посмотрела на него. У неё не было никакого желания распространяться о произошедшем, и в глубине души она отчаянно надеялась, что Джереми сам всё поймёт, и сейчас в ней начинало рождаться раздражение. - В ночь ритуала что-то пошло не так. Мы думали, что Тайлер просто напросто станет бессмертным благодаря крови Кэролайн, - она понизила голос, заслышав приближающиеся шаги Трейси, - но он стал гибридом. Наполовину вампиром, наполовину оборотнем. - Я еду с тобой… - он уже бросился в дом, чтобы наскоро собрать вещи, но тут в его руку впились пальцы Вероники. - Никуда ты не поедешь, - прорычала она, и под глазами на долю секунды показались контуры набухших вен. Она так крепко сжала его запястье, что он был уверен в том, что синяки потом не сойдут ещё долго. – Ты будешь сидеть дома за семью замками, возьмёшь на работе отпуск, - она впилась взглядом в его зрачки, словно внушая ему это, хотя знала, что кольцо защищает его от внушения. Давняя привычка взяла своё. – А ещё ты будешь поменьше высовываться, пока я не вернусь. Он не стал вырывать руки из её цепких пальцев. Всё равно ведь не поможет. Ей ничего не стоило сейчас содрать с него это кольцо и внушить теперь уже по-настоящему. Проще было согласиться. И поэтому Джереми только медленно кивнул, не сводя глаз с бледного личика девушки. - Вот и хорошо, - Сальваторе отпустила его и сжала руку в кулак, виновато вздохнув. Она тоже помнит о синяках. – Ты прости меня…Не знаю, что на меня нашло. - Ничего. Придётся поносить рубашки с длинным рукавом, - парень улыбнулся, давая понять, что нисколько не злится на неё. Лёгкая улыбка тронула губы вампирши, а через секунду Гилберт почувствовал холод металла в раскрытой ладони: в его руке лежал массивный серебряный перстень с мутным зелёным камнем. - Это перстень моего отца, - девушка заговорила, не дождавшись вопроса, - в нём вербена. - Но… Она жестом остановила его: - Я знаю, что у тебя есть кольцо получше этого, но… Ты можешь отдать это жене или сыну. Всё лучше, чем ничего. Это, - она усмехнулась, - единственное, чем я могу тебе сейчас помочь. Просто позволь мне. Джереми вновь только кивнул, и Вероника тут же исчезла, оставив за собой лишь лёгкий шлейф цветочных духов. Девушка устало склонила голову на сложенные на руле руки. Впереди её ждёт несколько часов пути по красным дорогам, а потом… Дом, милый дом. Она горько усмехнулась этой мысли. Теперь её вряд ли уже кто-то ждёт там. Её связь с братьями вновь прервалась – такое уже бывало, но никогда она не переносила это так болезненно, никогда этот удар не был ещё таким сильным. Просто они пережили то, после чего, казалось, никто и ничто не сможет стать между ними. Она никогда ещё так страстно не мечтала никогда не возвращаться в родной город, как сейчас, когда это возвращение было неизбежным. Вероника подняла глаза на пыльную дорогу и резко нажала на педаль газа. Туда и обратно. Здесь она ещё кому-то нужна.

***

- Эбигайл Беннет? – девушка подняла глаза на севшую за столик женщину. - Можно просто Эбби. Сьюзен поёжилась: голос пустой, глаза полны льда. Этой женщине больше пристало быть вампиром: ведьмы горячи и эмоциональны, а эта словно высечена из ледяной глыбы. - Я Сьюзен, - она выдавила из себя улыбку. – Чай? Кофе? Воды? - Ничего не надо, спасибо, - женщина смотрит настороженно и пронзительно, словно хочет заглянуть в самую глубину её души. – Я бы хотела ближе перейти к делу. - Да, конечно, - Сьюзен отпустила официанта и поближе придвинулась к собеседнице. – Вам, должно быть, известно, что дело, которое предлагает мистер Блум…ммм…довольно деликатное. - Месть, как я поняла, - равнодушно перебила её Эбби, - но он сказал, что это может меня заинтересовать. Кроме того, он сказал, что вы разъясните мне некоторые детали. Не могли бы вы назвать мне имя жертвы? Для начала. - Хорошо. Но потом и вы ответите мне на один вопрос. Идёт? Ведьма сдержанно кивает, рисуя пальцами на накрахмаленной скатерти неведомые узоры. - Джереми Гилберт. Эбигайл мгновенно вскинула голову, а в её глазах проскользнул какой-то странный огонёк. Проскользнул и тут же погас. - Теперь ваша очередь. Почему вы согласились на эту сомнительную затею? Это похоже на плохую партию в теннис, но никак не на деловые переговоры. Иное сравнение почему-то никак не желает приходить на ум. Да и что это за дело, когда задумывается, фактически, убийство, а большая часть условий уже давно обговорена? Ведьма молчит, а девушка тем временем украдкой разглядывает их союзницу. Она уговаривала Оливера повременить с выбором ведьмы, или, на худой конец, выбрать кандидатуру не из такого сильного рода, как Беннеты. Что же он предложил этой ведьме? Что-то, что не расходится с её понятиями о чести и совести, не иначе. Сколько себя помнила, Сьюзен избегала ведьм, и старалась обходиться без их помощи. Ещё много десятилетий тому назад она уяснила одну непреложную истину: колдуньи никогда ничего не делают, если это не выгодно им. И терпеть не могут вампиров и оборотней, сотрудничая с ними лишь в крайних случаях. Интересы своего клана – вот, что превыше всего для ведьм. - Знаете…- вампирша вздрогнула, когда Беннет начала говорить, - у меня когда-то была дочь. Сильная колдунья, я думаю, даже сильнее меня. Если бы только я была рядом, всё бы было по-другому. Но меня не было… Она погибла десять лет назад от руки вампира. Кроме того, у неё был парень тогда…парень, который не смог – или просто не захотел? – защитить её. Этого парня звали Джереми Гилберт. Да, Оливер был прав – я заинтересована этим делом. Надеюсь, вам тоже теперь всё понятно? - Безусловно, - дальше поддерживать разговор становилось всё труднее. - Пока что чёткого плана у нас нет, но ваша помощь непременно понадобится. Вот мой телефон, - девушка протянула ведьме визитку, - по нему вы всегда можете найти меня. И я буду держать вас в курсе. Эбигайл взяла клочок картона, стараясь не касаться холодных пальцев, и, молча кивнув на прощание, удалилась. Вампиры… Она всегда ненавидела вампиров – инстинктивно, но ведь так и должно быть. Это вампиры убили её дочь и Шейлу Беннет. Это они сломали её жизнь, но тогда почему она обсуждает с ними какие-то дела, планы? Что может связывать этих ночных монстров и ведьму, призвание которой – нести гармонию и природное равновесие? - Эбби? – взволнованный голос Ричарда донёсся из телефонной трубки. Она так давно не слышала этого голоса, но всё равно узнала его. – Мне нужно сказать тебе кое-что… - Что, Ричард? – сердце замирало, предчувствуя беду. – Что?! - Бонни…она… - голос мужчины сорвался. – Бонни мертва. На неё напало животное… И моя мать… - На неё тоже напало животное? – слёзы потекли по смуглому лицу Эбигайл, но голос оставался твёрдым. Не хватало ещё, чтобы бывший муж узнал о её чувствах. Он слишком давно потерял право на это. - Нет. Остановка сердца, - спустя мгновение короткие гудки обозначили окончание их разговора. Женщина отняла ладонь от глаз. Нет, она больше не плакала. Слёзы иссякли тогда, давно, десять лет тому назад. А остались лишь горечь и до невозможности ожесточившееся сердце. Ричард, конечно, не мог знать, что в смертях Бонни и Шейлы виноваты вампиры: не наделённый магией от природы, он считал все порождения тьмы лишь плодом неуёмной фантазии его матери. Для того, чтобы узнать обстоятельства смерти дочери и свекрови, ей, Эбби, пришлось пообщаться с ведьмами, оставшимися по ту сторону. Без труда она сделала это, ведь Шейла Беннет передала ей все свои знания. Братья Сальваторе – вот кто был виноват в гибели дорогих ей женщин. И Елена Гилберт, сестра того, о ком так «заботился» Оливер Блум. Вот кому прежде всего стоило отомстить – много десятков лет Беннеты были в подчинении у рода Гилберт. С того самого дня, как Деймон Сальваторе оставил на пороге их дома двоих детишек сожжённой ведьмы Эмили. Поколение за поколением они прислуживали Гилбертам, хоть рабство было давно уничтожено. И только мать Шейлы взяла расчёт у тогдашней четы Гилберт. Что ж, смерть единственного наследника этого рода будет достойной платой за все обиды.

***

В сгущавшихся сумерках особняк Сальваторе казался призраком. Протяни руку – и исчезнет, растаяв в седых прядях тумана. Каждый шаг приближал Веронику к дому, в котором она выросла, и каждый миг она готова была убежать, словно от злейшего врага. Правда, в жизни она ещё ни от кого не бегала – разве только от Клауса, но Деймон и Стефан сравниться с ним не могли. Она не побежит. Дом встретил её полумраком и мертвенной тишиной. В тени, куда не доставали отсветы огня в камине, в глубоких креслах притаились трое, неподвижные, словно мраморные изваяния. - Звали? – её голос прозвенел в притихшем доме слишком резко, слишком неестественно. - Заждались, - Деймон усмехнулся, глядя на младшую сестру. Бросив быстрый взгляд на вампиров, девушка молча щёлкнула кнопкой выключателя. Электрический свет больно резал глаза, контрастируя с мягким светом пламени. Вампиры сразу перестали казаться мраморными статуями. Деймон, Стефан и…Кэтрин. Она не могла ошибаться – у малышки Елены взгляд был мягким и добрым, а у Пирс глаза были, словно у затравленного дикого зверя. И именно эти звериные глаза сейчас выжидательно смотрели на неё. - Что вам нужно? – в уголках глаз противно защипало. Дело, должно быть, совсем пустяковое – в противном случае Деймон бы уже беспокойно мерил шагами гостиную. Только бы побыстрее отделаться от них, добраться до машины…а там уже дать волю слезам, беспомощно обняв руль. - Видишь ли… В ночь ритуала что-то пошло не так, - осторожно начал Стефан, старательно отводя взгляд от обиженно изогнувшихся губ сестры, - Тайлер стал… Вероника только кивнула, прерывая его речь: - Полувампиром, полуоборотнем, - закончила она за него. – Нужно найти что-то, чтобы помочь ему… - подала голос Кэтрин. - С каких пор ты так беспокоишься об окружающих? – язвительно выпалила Сальваторе. – Или это Стефан так на тебя влияет? Кэтрин только пожала плечами, пропуская колкость мимо ушей. - Это касается не только его, Ви, - произнёс Деймон, - а всех нас. Кто знает, какое влияние на нас могло иметь заклинание Бонни? - Если ты ещё ни разу не стал волком, тебе не о чем беспокоиться, - бросила ему вампирша. - Ты забрала некоторые книги Бонни к себе в Атланту. Нам нужны эти книги, мы могли бы там поискать ответ, - лёгкая улыбка тронула губы Пирс. - Всего-то, - Вероника проглотила ком в горле, заставляя себя улыбнуться. – Так езжайте и возьмите их. Вы приглашены в мой дом, забыли? Что-то ещё? – эти слова она бросила через плечо, направляясь к дверям. С неё хватит. Но вампирша не преодолела и трёх шагов, как стальные тиски сомкнулись на её запястье. - Мы скучали, - промурлыкал над самым ухом голос старшего Сальваторе.