Жестокое сердце

*** Печально, когда жизнь человека проходит впустую. Просто жил – и в один день его не стало. Он не оставил после себя ничего, что могло бы напоминать окружающим о нем. Просто бесследно исчез. Его не будут вспоминать, как великого открывателя или правителя, как великого поэта, или мученика любви. Он просто ушел, как будто его и не было. Мне была дарована вторая жизнь, но я прожила ее впустую. Я думала, что смогу обрести счастье и покой рядом с любимым человеком, но, увы, судьба распорядилась по-другому. Его жестокий характер не смогла унять даже моя чистая любовь. Увы, это было невозможно. Столько слез и боли я пережила только из-за этого. Я не смогла быть счастливой. И теперь я готова умереть, уйти навсегда, чтобы больше не испытывать себя на прочность. Я просто знаю, что больше не смогу. Будет больно, я знаю. Я больше не увижу его глаза, но это к лучшему. Он столько раз ранил мое сердце, что рубцы перестали заживать, стали кровоточить. Я оставляю ему частичку себя, все же не зря я прожила и промучилась столько. Мое имя Хюррем, что означает «радость приносящая, улыбку дарующая». Но я забыла, как нужно улыбаться, ибо каждый день умирала вновь и вновь из-за его жестокого отношения ко мне. Я знаю, что он любил меня, но любил по-своему, жестоко. Эта была не та хрупкая и нежная любовь с трепетным отношением, воспевающаяся поэтами в стихах. Это была жестокая любовь. Я сама выбрала этот путь, сама решила пойти на риск, но он не оправдался. Пусть же мое тело захоронят в этой сырой, но оставшейся для меня чужой османской земле, но моя душа улетит на небеса. Я знаю, что видимо так было предначертано: рано или поздно я бы умерла несчастной и разбитой. Я – Хюррем. Увы, улыбка не стала моим символом, пожизненным клеймом, а наоборот, мое имя не соответствовало моей жизни. Но я осталась Александрой, той дерзкой девчонкой, которую еще не пленили страшные голубые глаза, которая была еще свободна и лишь мечтала, чтобы вновь поскорее стать счастливой, что надеялась на счастливый конец. Увы, для меня конец – это жестокое предательство моей светлой любви, неуважение к таким чистым чувствам. Я не Хюррем, я Александра. Пусть меня похоронят под мусульманским именем, но в душе я осталась той Александрой, что некогда была счастлива с родителями и любила простого парнишку, живущего по соседству. Я – Александра. Я умираю, но в этом мире я оставляю частичку себя, которая всегда будет напоминать Сулейману о его ошибках и чрезмерной жестокости. *** Александра, только выйдя из двери покоев Валиде, сразу же наткнулась на Дайе, видимо ожидающей ее. - Мы нашли ту, которая возможно причастна к отравлению Валиде,- пробормотала она тихо, чтобы служанки не услышали. - Махидевран? – девушка уже знала ответ, но все же решила уточнить. Все может быть. Дайе лишь кивнула, и они обе поспешили прочь от покоев Хафсы. Александра то и дело оглядывалась, чего-то боялась, но сама не знала чего. Опасности сзади. Словно это отравление было связано как-то с ней, но каким образом? - Служанка Махидевран Султан приехала сюда еще на рассвете, якобы взять у лекарей отвары, которые помогли бы госпоже лучше переносить беременность. Но уже вечер, а он до сих пор не покинула дворец, ходит, оглядывается, чего-то боится. Александра лишь горько усмехнулась. Махидевран не будет сидеть в старом дворце на месте, будет предпринимать какие-то действия, это точно. Однако зачем ей понадобилась смерть Хафсы, или возможно, что она не хотела ее убивать. Александра и Дайе тем временем уже дошли до небольших дверей, ведущих в кладовую. Хазнедар уверенно открыла их и прошла внутрь, а следом за ней и рыжеволосая. - Бельгизар-хатун! – послышался строгий голос Дайе, и Александра, выйдя из-за ее спины, увидела на смерть перепуганную девушку, что видимо и была той служанкой Махидевран, - Почему ты до сих пор не отправилась в старый дворец, к своей госпоже? Бельгизар от страха, охватившего ее, не могла даже и слова проронить. Она стояла в ступоре, потупив взгляд вниз, а в руке у нее был сжат какой-то флакон. Девушку колотило, и она, не зная, что делать, лишь бестолково что-то бубнила, но, набравшись смелости, произнесла более-менее четко: - Кучер устал, Дайе-хатун. Сказал, что мы поедем обратно завтра на рассвете. - Не лги мне, хатун, - в этот момент Дайе выглядела устрашающе, конечно, ведь ее любимую госпожу чуть не убили, - Зухрат-ага уехал, когда ты ему передала настойки от лекаршей для Махидевран Султан! Бельгизар сразу сжалась, втягивая голову в шею. Она с неимоверным страхом смотрела то на Дайе, то на Александру, а у самой ноги тряслись настолько, что подолы ее платья то и дело поднимались над полом, выдавая ее состояние. Александра, ухмыляясь такому состоянию Бельгизар, вышла вперед, чтобы самой поговорить с девушкой более спокойно, чем это могла сделать озлобленная Хазнедар. - Бельгизар, - произнесла она мягко, чтобы служанка Махидевран не так боялась, ведь тогда она мозгами начнет хоть немного соображать, - нам все известно. Известно то, что это ты отравила Валиде Султан. Но это известно только нам с Дайе… - Прошу, не выдавайте меня! – кинувшись к ногам Александры, которая презрительно фыркнула, Бельгизар горько зарыдала, - Мне было приказано, что я могла поделать?! - Именно поэтому, - продолжала Александра, поднимая с пола хатун,- я хочу уберечь тебя. Дайе, что стояла позади нее, удивленно и гневно что-то воскликнула и явно собралась начать возражать, но Александра прервала ее жестом, и та, на удивление, притихла. - Расскажи мне все. Абсолютно. Александра знала, что Махидевран не хотела убивать Валиде Султан, ее целью была вовсе не она. - Махидевран Султан хотела предупредить, - всхлипывая, бормотала Бельгизар, - тем самым дать знак Валиде, что собирается наступать, что ее главная цель – Александра. Госпожа хотела показать, что раз она добралась до Валиде Султан, то без труда сможет добраться и до «виновницы ее ссылки», как она выражается. Александра слышала, как Дайе сзади шумно выдохнула то ли от удивления, то ли от негодования. - Зачем она хотела предупредить? Сразу бы убила… - Госпожа хотела видеть, как Валиде будет вокруг Александры-хатун собирать преданных людей, и хотела посмеяться, видя, как все ее старания были впустую. Александра вглядывалась в черты служанки, стараясь разгадать, сказала ли она правду или же нет. Но видимо, перепуганная насмерть она не стала бы врать. - Махидевран Султан сошла с ума, - послышался позади голос Дайе. Александра лишь судорожно кивнула, а затем вновь посмотрела в глаза Бельгизар, что были полны слез. - Мы не скажем Повелителю и Валиде о том, что ты натворила… - Александра! - Спасибо большое! – Бельгизар кинулась вновь в ноги девушки, рыдая от пережитого страха и пришедшего после него облегчения. - Но, - тут же прервала ее Александра, - взамен ты должна будешь кое-что делать для нас. Бельгизар тут же поднялась на ноги и еще с большим испугом посмотрела на нее. - Ты должна будешь сообщать нам обо всех интригах Махидевран Султан, чтобы она не задумала. А посмеешь нас предать, мы тут же сообщим Повелителю о том, что это ты отравила его любимую мать. Ты ведь знаешь, как жестоко поступает наш Падишах с предателями. Бельгизар не устояла бы на ногах, если бы не ухватилась за одну из полочек своей тощей рукой. Махидевран, к ее сожалению, не смогла доверить такое дело верной служанке, которую можно запугать одними словами. - Я все сделаю так, как Вы того захотите. Все-все! - Она должна поплатиться за то, что совершила с Валиде! – гневалась Дайе, но Александра ее не слышала. - Успокойся, соберись, а затем сразу же езжай к Махидевран Султан. Скажи, что все удалось, и тебя не обнаружили. Бельгизар кивнула и осела на пол, все еще тяжело дыша. Александра, взяв под руку что-то возмущенно бормочущую Дайе, вышла из кладовой, давая хатун собраться с мыслями. Теперь выбор был за ней: прислуживать проигравшей Махидевран, которая не сможет ее защитить, или же им, способным выгородить ее перед глазами Повелителя. - Так нельзя! – возмущённо говорила Дайе. - Послушай, - девушка уже не выдержала этих возмущений, - Даже если мы расскажем все Повелителю, он сможет казнить Махидевран Султан только после родов. А она тем временем успеет избавиться от меня, уж поверь! И не только от меня... С минуту Дайе осмысливала ее слова, а потом согласно кивнула. - Расскажем Валиде? - Возможно, позже. Александра тяжело вздохнула, всматриваясь в знакомые очертания фигуры мужчины, что направлялся к ней, когда они с Дайе уже подходили к покоям Валиде Султан.