О тайнах tеte-а-tеte

Дживс привычно накрывал на стол, расставляя приборы и подготавливая необходимые продукты: хлеб, приправы и прочее, без чего ни одно блюдо, каким бы оно ни было вкусным, не будет казаться законченным. Хотя команда противников убедила, что о напитках волноваться не нужно, он на всякий случай поставил на край стола кувшин с водой и стаканы. Чтобы не ослаблять интригу соревнования, своё блюдо Дживс накрыл крышкой, так же поступили коммандер Спок и мистер Вустер. Капитану Кирку пришлось прятать своё творение под салфеткой — он перелил что-то в кувшин и тут же укутал в плотную ткань. Разумеется, особой таинственности никто придерживаться не стал, ведь их давно выдали запахи. Мистер Вустер явно запекал что-то с фруктовой начинкой, а у капитана Кирка в коктейлях имелось высокое содержание молока. Аромат жареного мяса, позже заполнивший кухню, не давал ни шанса на секретность коммандеру Споку, который, как оказалось, был вегетарианцем. Дживс оценил его жертвенность на пользу дела, видя мелькнувшее сожаление на спокойном лице, когда мистер Спок ловко разделывал поросенка, которого Дживс припас для обеда с миссис Грегсон. Сам он приготовил для соревнования рыбу под сметанным соусом. Рецепт был добыт у самого Анатоля (честным, по большей мере, путём). Ещё неделю назад ради этого блюда мистер Вустер в очередной раз решился украсть серебро сэра Уоткина Бассета. Его попытка не увенчалась успехом, но, к счастью, редкая сахарница оказалась подделкой, поэтому мистер Вустер не лишился права наслаждаться кулинарными шедеврами прославленного повара. Не желая однако, чтобы им и далее манипулировали подобным образом, Дживс начал кампанию по охоте на рецепты. Этот был первой добычей и стал залогом его победы в кулинарного соревновании. Наконец, всё было приготовлено. Перейдя в столовую, гости сели, и Дживс ждал, пока к ним присоединится мистер Вустер, чтобы приняться за свои обязанности во время обеда. — Позволь сегодня я поухаживаю за тобой и нашими гостями, — негромко проговорил мистер Вустер. Предложение было неожиданным, но, поразмыслив и приняв во внимание его просящий вид, Дживс кивнул. Он понимал, что в обычной компании Бертрам не решился бы просить о подобном, да и Дживс не рискнул бы согласиться. Но эти космонавты были другими. Как он понял, в их мире будущего отношения между классами были не так строги. На Земле, по крайней мере. Дживс сел слева от мистера Спока, оставив место напротив Бертраму. Капитан Кирк вернулся на кухню, чтобы заранее подготовить свой напиток к подаче на стол. Вскоре он вернулся, и заговорил мистер Вустер: — Итак, объявляю начало второго этапа! Предлагаю начать с дегустации блюд команды мистера Спока и Дживса. Возражений нет? Никто не был против, и он поднял две крышки. Запахи рыбы и мяса сливались, образуя приятный союз. Дживсова прожаренная до корочки сверху и нежная внутри треска выглядывала из-под сырного покрывала. Запеченная вместе с грибами в духовке, она ожидала быть помещенной на тарелку. У мистера Спока под крышкой золотилась соком свинина, обжаренная на медленном огне. В то время, когда Дживс тушил рыбу с грибами, вулканец мариновал мясо быстрым способом. Отбив его, мистер Спок сделал по дюжине отверстий в каждом ломтике и залил маринадом из чеснока, перца и молока. Но даже подобные ухищрения не могли бы сократить время маринования до отведенного им срока. Дживс с любопытством наблюдал, что же предпримет союзник. Уложив мясо в кастрюлю с маринадом, мистер Спок взял крышку на размер меньше и придавил мясо. Давление помогло жидкости быстрее пропитать ломтики. Но даже так пришлось ждать около полутора часов, всё это время держа крышку под прессом руки. В то же время Дживс, уже отправивший рыбу в духовку, помогал ему готовить соус. Фокус с прессом камердинер взял на заметку, решив использовать при следующей поездке за город. — Ого! Дживс, это же то, что готовил Анатоль в наш последний визит к тете Делии! Как их там… Кроменки, кроложки? — Кромески, сэр. Основа из трески, к ней обжариваются грибы и помещаются под сыром в духовку. В измененном рецепте мсье Анатоля отсутствуют некоторые этапы… Мистер Вустер перебил его: — Ты достал его рецепты?! Браво, Дживс! Ты великолепен, я всегда это говорил! На скулах Дживса проступила краска смущения, он кивком принял похвалу. Капитан Кирк, в чьих глазах блестел огонек азарта и удивления, привстал, чтобы рассмотреть блюда. Его взгляд задержался на рыбе, но быстро переместился к шашлыку. — Ты приготовил для меня мясо? — с мягким удивлением обратился он к мистеру Споку. — Положительно. Они смотрели друг другу в глаза не меньше тридцати секунд. Постепенно выражение лица мистера Спока поменялось от довольного до неуверенного. В момент, когда капитан Кирк встал и двинулся к вулканцу, глаза того раскрылись чуть шире. Дживс понял, что капитан поцелует своего партнера и успел отвести взгляд, соблюдая приличия. К тому моменту, как он поднял на них глаза, непривычно смущенный вулканец смотрел в пол, а мистер Кирк так и не отвел от него взгляда. Их пальцы были соединены в странном жесте, который казался более интимным, чем поцелуй. Кончики острых ушей вулканца налились темно-зелёным цветом, чужим глазу, но логичным, если вспомнить слова мистера Спока, что кровь вулканцев зеленого цвета. — Садитесь, прошу вас, — предложил мистер Вустер. Он был очень смущен, не успев вовремя отвернуться. Мистер Вустер остался стоять и осторожно делил блюдо Дживса на равные порции. Мистер Спок, как оказалось, не имел ничего против рыбы и, к радости камердинера, высоко оценил качество вкуса. Капитан Кирк же первым делом принялся за шашлык; макая его в соус, он явно наслаждался сочностью и мягкостью мяса. — Дживс, ты не только лучший из камердинеров, — заговорил мистер Вустер, когда распробовал кромески. — Ты лучший из поваров. Клянусь, у тебя вышло даже вкуснее, чем приготовил тогда Анатоль! — Благодарю, сэр, — Дживс постарался не выглядеть слишком довольным. Хотя он и знал, что шансы на победу велики, ему всё сильнее хотелось узнать, что же придумал его возлюбленный. Мистер Вустер мало практиковался в готовке, но, зная его, можно было смело утверждать: взявшись за дело со всей серьезностью, он добивался неплохих результатов. А уж изобретательности иногда поражался и сам Дживс, жаль не всегда плоды её были на пользу мистеру Вустеру. И всё же было крайне любопытно, что он считает его любимым блюдом. Они редко говорили на подобные темы, но память мистера Вустера не подводила своего хозяина: стоило Дживсу однажды обмолвиться, что глазу его приятен синий цвет, как он получил к Рождеству тёплый банный халат цвета вечернего неба. Или когда он упомянул о сигарах в доме мистера Стокера, которыми угостился, притворяясь неким графом, а через месяц мистер Вустер преподнес их Дживсу в благодарность за отличный отдых, посвященный лишь им двоим, «без всяких тетушек, помолвок и проблемных друзей». — Наш черед, да? — тихо спросил у капитана мистер Вустер, тот кивнул, и спустя минуту отсутствия оба вернулись с подносами в руках. — Спок, прости меня, я не удержался, — капитан Кирк подмигнул своему помощнику и поставил перед ним, а после и перед Дживсом бокал охлажденной молочно-шоколадной жидкости. — Джим, я вынужден отказаться, — неожиданно резко ответил вулканец. — Ну хоть попробуй. — Отрицательно. — Упрямец. — Это так. Можете считать меня проигравшим, если пожелаете. Капитан Кирк усмехнулся и качнул головой. — Я предполагал, что так выйдет. Было бы жульничеством моей стороны принять твоё поражение. Да и мясо изумительно, я давно мечтал устроить пикник с костром. Уговорил бы вас с Боунзом, и мы махнули бы в ближайший лес. Палатка, жар огня и друзья, что ещё нужно? — Мистер Кирк моргнул и вернулся к действительности, улыбшувшись: — Шашлык бесподобен, я проиграл. Казалось, он изначально не собирался бороться за победу. Жаль, ведь охлаждённый фраппе был хорош и приятно контрастировал с горячими блюдами. — Что-то не так? — обеспокоенно спросил мистер Вустер, глядя то на капитана, то на его старшего помощника. — Всё хорошо, Спок прав, что отказывается, мне не стоило предлагать ему напиток, содержащий какао-бобы. У вулканцев аллергия на них, хотя иногда Спок не против рискнуть. — Тогда можете взять с собой, — предложил мистер Вустер. Он замер, пока спорили их гости, и только теперь вспомнил о своём блюде. Когда он открыл крышку, сердце Дживса забилось чаще. Такой знакомый аромат, уносящий мысли в далекое детство, когда вся семья собиралась за столом. Каждое воскресенье миссис Дживс готовила яблочно-грушевый пирог. Слоеное тесто хрустело, фрукты медовой сладостью растворялись во рту. — Ты не единственный, кто добывает важные рецепты, — радостно улыбнулся ему мистер Вустер. — Как она согласилась? — Я очень просил. Она не поверила сначала, что я сам приготовлю, но всё же доверила мне эту семейную тайну. — Этот пирог, — объяснил Дживс гостям, — сделан по рецепту моей матери. В нём нет ничего особенного… — Но ты его обожаешь, — с азартом перебил мистер Вустер. — Верно. Я питаю к нему особую слабость. Он завороженно наблюдал за тем, как мистер Вустер разрезает пирог. Родной запах заполнил столовую. Странно, но в памяти всплывали уже не детские годы, а их с мистером Вустером сравнительно недавний побег в родительский дом Дживсов. Поругавшись с миссис Треверс, он умолял Дживса спрятать его в надежном месте. — Я знаю, что у тебя отпуск на носу, я готов поехать куда угодно и вести себя ниже воды, тише травы, если ты заберешь меня с собой, — уговаривал мистер Вустер, мечась по гостиной. — Я дам тебе потом ещё один отпуск, когда всё уляжется! — Сэр, правильно «тише воды, ниже травы». — Да плевать мне на орфографию, Дживс. — Это выражение скорее находится в главе по фразеологии. — Дживс! Мистер Вустер не нашел более слов и вылетел из гостиной, хлопнув дверью спальни. Дживс вовсе не был жесток. Если бы речь шла об очередной поездке за границу, где он мог рыбачить, играть в дартс в местном баре и загорать временами на пляже, речи бы не шло, чтобы отправиться в путешествие вместе. Но письмо, полученное двумя днями ранее этого разговора, не позволяло согласиться. Миссис Дживс настоятельно просила его присутствия на свадьбе двоюродной сестры. За тридцать лет Дживс отказывать матери так и не научился. И вот накануне отъезда мистеру Вустеру удалось рассориться буквально со всеми знакомыми, будь не ладен этот Глоссеп-младший и его несостоявшаяся влюбленность. Дживс мог проигнорировать обиженное молчание добровольного узника спальни и продолжить сборы, но сердце не позволило оставить страждущего без утешения. Он подошел к двери. За ней послышалось торопливое шлепанье босых ног по полу, а затем после короткой паузы скрип кровати. "Надо будет смазать", - подумал Дживс и повернул ручку, заранее зная, что увидит мистера Вустера, в притворной обиде отвернувшегося от двери. И действительно — он лежал, поджав колени, и всей фигурой выражал нежелание идти на контакт. Он подмял под себя всё одеяло и так яростно обнимал подушку Дживса, что тот забеспокоился о её целостности. Он обошел кровать и присел на край. Голубые глаза сердито смотрели из-за уголка плененной подушки. — Прежде чем вы решитесь ехать со мной, я должен предупредить, что ближайшие две недели проведу, вероятнее всего, дома. В доме моих родителей, — уточнил он, заметив непонимание во взгляде. — Что-то случилось? — с искренней встревоженностью спросил мистер Вустер. — Моя кузина выходит замуж. — А, фух, я уж подумал, кто-то умер. — Нет, к счастью, повод весьма радостный. Однако в связи с тем, что я давно не виделся с семьей, матушка требует моего продолжительного присутствия. — И, конечно, она не будет рада, что твой работодатель преследует её сына даже в отчем доме. Мистер Вустер теперь по-настоящему расстроился. «Да гори оно всё!» — в сердцах подумал Дживс. Он снял пиджак, вытащил свою подушку из рук Бертрама и лег рядом, обхватив его руки своими. Вопрос в глазах сменился трогательной растерянностью, когда Дживс коснулся тонких пальцев губами. — Вы поедете со мной, — проговорил он. — Правда? Но как это воспримут? Подумают… — Неважно, — перебил Дживс. — Я предупрежу матушку. Следующее возражение так и не сорвалось с губ Бертрама. Пальцы Дживса остановили его на выдохе. Они же отследили путь невысказанных слов до горла и дальше, расстегивая пуговицы, до груди, где теперь зарождался стон. Поцелуй не дал и ему прозвучать в стенах спальни. Мысленно проверив, закрыл ли он дверь, Дживс продолжил отвлекать своего хозяина и возлюбленного от грустных мыслей. Через день они стояли перед небольшим, но ухоженным домом, опрятным и чистым. Им явно управляла женская рука. Дживс вынес багаж из кэба, доверив мистеру Вустеру расплатиться, и позвонил в дверь, ожидая, что откроет миссис Дживс; он совершенно не знал, какой будет её реакция, ведь ответа на его последнее письмо, содержащее краткое объяснение последних событий, он не получил. Но за дверью оказался Грегори, старший сын в семье, осуществивший все чаяния отца и матери. Грегори Дживс - отличавшийся от брата светлыми волосами и излишней худобой - достаточно рано стал младшим дворецким и к тридцати двум годам поднялся до главного дворецкого в поместье высокопоставленного политика. Небывалый случай, чтобы это место занял столь молодой слуга, хотя и с отменными рекомендациями. Благодаря тому, что брат исполнил желание отца — продолжил его дело, Дживс смог сам выбрать профессию, не будучи связанным семейным долгом. За что он был искренне благодарен Грегори. — Редж, — с улыбкой поприветствовал его брат. — Здравствуй, Грегори. Не улыбнуться в ответ Дживс не мог. Брат всегда был для него особенным человеком, способным повлиять на решения и изменить взгляд на, казалось бы, прописные истины. Подобное более никому не удавалось. Долгое время Грегори был его единственным другом. — Проходи в дом, матушка заждалась тебя. А это — мистер Вустер, верно? За это время Грегори успел обнять брата, принять багаж, внести его в прихожую и выскочить на порог, чтобы поприветствовать второго гостя. — Э, салют, я Бертрам Вустер. Можно просто Берти. — Приятно познакомится, мое имя Грегори Дживс, если хотите, называйте меня Грегом, — он с некоторым удивлением пожал протянутую руку; как и многие люди его положения, он нечасто встречал аристократов, так небрежно относившихся к разнице в статусах. — Прошу вас, проходите. Дживс подождал, пока его наниматель войдет, и повел его в гостиную, где матушка обычно приветствовала гостей. Здоровье в последние годы не позволяло ей много двигаться, но она не падала духом. Сдержанность, присущая всем Дживсам, даже тем, кто принял фамилию от мужа, не позволяла ей проявлять признаки недомогания, а унаследованная от её отца гордость — говорить о них. Привыкшая ухаживать за собой, миссис Дживс даже в свои шестьдесят выглядела уверенной в себе и почти величественной, сидя в мягком кресле с прямой спиной и теплой улыбкой на губах. — Матушка, здравствуйте, — произнес Дживс и подошел, чтобы поцеловать ее в щеку. Было немного неловко, но мысль, что мистер Вустер не чужой человек, прогнала это ощущение. — Реджинальд, дорогой, — улыбнулась миссис Дживс. — Я рада тебя видеть. Жаль, с письмом что-то напутали: я получила его буквально час назад. — Понимаю. Позволь представить тебе моего нанимателя. Это мистер Бертрам Уилберфорс Вустер. — Можно просто Берти, — вставил тот и, очевидно, хотел поднять шляпу, забыв, что уже снял ее в прихожей. Поэтому он только неловко опустил руку и кивнул. — Это честь познакомиться с вами, молодой человек. Реджинальд писал много хорошего о вас. Тон её был любезен, речь звучала плавно. Мистер Вустер смутился и поспешил ответить: — О, спасибо! Дживс, то есть Реджинальд, ваш сын тоже много о вас… говорил хорошего, — он замялся и умолк, топчась на одном месте. — Не беспокойтесь, я знаю, мой младший сын скрытен и не любит говорить о личном. Но позвольте перейти к делу, требующему безотлогательного внимания. Реджинальд в общих чертах описал причины, по которым мы имеем удовольствие принимать вас. Однако в связи с радостным событием, в доме у нас сейчас будет недостаток спальных мест. Поэтому я хотела уточнить, не будете ли вы против спать с Реджинальдом в одной комнате. Он, я уверена, удовольствуется раскладной кроватью. — Что вы! Я сам туда лягу, — запротестовал мистер Вустер, чем заставил удивиться второго члена семьи Дживсов за рекордно короткий срок. — Не хватало, чтобы Дживс, Реджинальд, в собственном доме ютился на раскладушке. Да еще и во время законного отпуска. — Что ж, тогда разбирайтесь сами. Грегори покажет вам комнату, мистер Вустер. Реджинальд, останься, мне нужно у тебя кое-что уточнить. Дживс отметил, что давно не видел у матери такого взгляда: удивленного и уважительного одновременно. — Какой вежливый у тебя хозяин, Реджинальд, — начала она, когда мистер Вустер поднялся на второй этаж. — Он производит впечатление достойного молодого человека, хотя мне кажется, в этом есть и твоя заслуга. — Не понимаю, с чего вы взяли это, мама. — Он одет точь-в-точь твоим представлениям о джентльмене. Но мне кажется, люди его круга предпочитают более нестандартные наряды. — Мистер Вустер иногда прислушивается ко мне. — Хорошо. А теперь расскажи, почему молодой человек вынужден скрываться, как ты написал, от всего Лондона, особенно от родни? Уверена, он не преступник, так в чем же дело? — Хм, матушка, тут дело несколько деликатного характера. — Дживс помолчал, чтобы подобрать слова. Его не торопили. — Дело в том, что девушки часто выбирают его объектом своей сердечной привязанности и с поддержкой его тетушек пытаются вступить с ним в брак, объявляя, часто без его ведома, о помолвке. — Неужели их не интересует, взаимна ли их склонность? — К сожалению, обычно им представляется, что мистер Вустер не может не любить их. Последняя помолвка была разорвана самым неприятным для леди способом — прямо в церкви, куда мистера Вустера обманом заставили прийти. Смею вас уверить, до этого были предприняты попытки объясниться, но леди и слушать не желала. — Да, неприятная ситуация. Что ж, думаю, мистер Вустер может найти убежище в нашем доме. Сколько бы времени ему не понадобилось. — Благодарю. Я пойду, хотел бы в ближайшее время распаковать наши вещи. Матушка кивнула, и Дживс поднялся к себе. Комната выглядела почти так же, как во времена детства. Только кровать переставили в другой угол, боком к стене, чтобы на её место поместить второй шкаф. В кресле у стола сидел мистер Вустер и с любопытством оглядывался. Странно, что он не осмотрелся раньше, времени было достаточно. — Мой брат разговаривал с вами? — предположил Дживс. Он подошел к багажу, выбирая, как лучше начать разбирать его. Найдя чемодан мистера Вустера, он вытащил его домашний костюм и повесил проветриться. Остальные вещи переложил в шкаф, одновременно стараясь не упустить ни слова из того, что рассказывал молодой человек. — Да, мы отлично поговорили. У тебя замечательная семья! Грегори рассказал о себе, я и не думал, что у мистера Л*** есть дворецкий. Хотя, наверное, все политики ими обзавелись, даже те, кто пришел из народа. Не то, чтобы я осуждаю, но странно им, должно быть, привыкшим всё делать без помощи слуг, как думаешь? — Вероятно, сэр, — кивнул Дживс. Ему всегда было любопытно слушать размышления молодого аристократа, такого наивного в своих суждениях. — Так вот, я рассказывал твоему брату, что мы много путешествуем и часто это твоя идея. Он уверил меня, что у него самого никогда не возникало желания отправиться на поиски приключений за океан. Думаю, вся кровь викингов досталась тебе, Дживс. — Брат никогда не был склонен к путешествиям, он мечтал завести семью, воспитать детей. — Он не нашел пока ту единственную? — Верно, сэр. — А ты? Я имею в виду, ты о чем мечтал? — Я всегда хотел объехать мир вместе с любимым человеком. Побывать в самых удаленных уголках планеты, совершить кругосветное путешествие. Дживс замолчал, считая, что и так сказал лишнее. Но теплый взгляд мистера Вустера стал достойной наградой за откровенность. — Частично в моих силах исполнить твою мечту, помни, я задолжал тебе отпуск. — Вы тот человек, кто является неотъемлемой частью моего представления о счастье. Важнейшей её частью. — Дживс… Мистер Вустер встал и, проверив, закрыта ли дверь, подошел к Дживсу, чтобы обнять. Тот позволил, но скоро отстранился. Чувство спокойствия, что окутало его по прибытии домой, улетучилось вместе с радостью в глазах мистера Вустера. Захотелось рискнуть, забыть о родных, которые могли их раскрыть, и прижать к себе Бертрама, наслаждаться его близостью, руками, обвившими талию, запахом и мягкостью волос. Нельзя. Даже думать о подобном было опасно для самообладания Дживса. Радовало лишь то, что они смогут это время ночевать в одной комнате. Близость хотя бы в подобном плане была и отрадой, и соблазном, что осложняло ситуацию. — А мы, — заговорил мистер Вустер, нахмурившись, — я хотел сказать, ты не разрешишь… Ну, спать с тобой? Я не имею в виду что-то такое. Просто спать и всё… Хотя бы иногда. — Мы посмотрим по обстоятельствам. — Хорошо, — он улыбнулся, вернувшись к привычному жизнерадостному настроению.