Through the soul

      -И не надо на меня так смотреть, я от этого не умру – усмехнулся Каруэл, глядя на взбешённого Деметра. Двухчасовой сон рядом с Алиэном с одной стороны принёс отдых, но с другой наполнил извращённой злобой.       -Ты воспользовался его беспомощностью!.. – взвыл служка, и метнулся в сторону противоположной стены, от чего чёрные волосы до плеч длиной взметнулись на несколько мгновений.       -Ты ничего не смыслишь в нашей с ним связи, — медленно, чуть ли не по слогам произнёс Целитель, лениво потягивая вино из стоящего рядом бокала, — А если я скажу... Ну, допустим, что предмет твоего обожания был сверху, м? — после этих слов Деметр замер и так убийственно взглянул на сидящего в кресле мужчину, что тот на миг замер, любуясь потемневшими от гнева и ревности глазами, цвета дубовой рощи.       Первая часть плана удалась: Деметр взбешён.       «Осталось только направить это бешенство в нужное русло, чтобы полностью морально уничтожить этого юнца» — Каруэл поставил пустой бокал на столик и поднялся на ноги.       -Успокойся, так было нужно. – уточнять что именно было нужно, Целитель не стал: обнимать Алиэна или мнимый секс с ним... пусть преданный зеленовласому парню мальчишка сам додумывает.       -У меня есть серьёзный разговор к тебе, но прежде приведи себя в порядок... Учитывая, что приличных средств для купания здесь не наблюдается, воспользуйся этим. Придёшь в мои покои на закате, и не смей опаздывать, — с этими словами мужчина протянул Деметру небольшую, но довольно тяжёлую баночку, украшенную хризолитами и рубинами на крышке.       -Что это? – с подозрением покосился на подарок парень, рассматривая рисунок.       -Невежда, — фыркнул Каруэл, после чего стремительно покинул комнату служки, через этаж от которой располагались покои Алиэна.       У мужчины было ещё около пяти часов до заката. Этого вполне хватит для того, чтобы осмотреть всю заставу, ещё раз принять в ванну, а после этого можно будет начать игру.       Люди, встречающиеся на пути Целителя, благоговейно склоняли перед ним головы, лишь издали завидев шедшего гордой поступью мужчину.       «Таэрон не заставит себя ждать. Наверняка даст немного времени, а потом сама приедет, после чего придётся вновь выбирать место, куда ехать.» — размышлял Каруэл, рассматривая заброшенную пристройку рядом с разорёнными конюшнями, которые в спешном порядке восстанавливали. Воинов из пришедшего отряда сразу же выделяла брезгливость, с которой они брались за работу: если бы не личный приказ Разбивающего Души, то они вряд ли бы взялись за подобное. Зайдя в самый дальний угол, мужчина одарил маниакальной улыбкой сброшенный в кучу инвентарь и взял один из хлыстов, который после лёгкого взмаха со свистом рассёк воздух и сложился змеиными кольцами в руке.       «Сойдёт.» — усмехнувшись, подумал Целитель, после чего быстрым шагом направился к замку, сжимая тугой хлыст, матово блестевший набалдашником при свете заходящего солнца.       Полумесяц был уже виден на тёмно-голубом небе, изредка оглаживаемый перистыми облаками.       Анри был в своей комнате, прилегающей к покоям брюнета, поэтому немного поразмыслив, Каруэл прервал вечерние приготовления своего слуги приказом проследить о подаче ужина.       Теперь можно было самому принять ванну и наконец, расслабиться, не заботясь о своём статусе и придворных интригах, а также людях, которые к вечеру почти закончили погребальные церемонии.       В дверь гостиной тихо постучали. Усмехнувшись, Каруэл наскоро вытерся полотенцем, и набросив на плечи чёрный халат, будто перетекающий волнами из-за шелковистой ткани, открыл дверь Деметру, замершему от неожиданности.       -Всё-таки пришёл. – с деланной задумчивостью сказал мужчина, окидывая взглядом парня. Тёмно-серые ботинки с голенью не намного выше щиколоток, не стесняющие движений чёрные брюки и чёрная рубашка, поверх которой был надет приталенный жилет. Судя по взгляду Целителя, он ожидал увидеть нечто другое.       -Я не решился воспользоваться вашим подарком, прошу меня простить. Давайте сразу перейдём к разговору. – вмиг осипшим голосом произнёс парень, отводя взгляд и стараясь не покраснеть: Каруэл не считал нужным запахнуть халат, и теперь при вечернем сумраке будто танцевал, завораживая плавными жестами и шагами.       -Это звучит как оскорбление, — наконец вынес свой вердикт мужчина, пристально глядя в глаза Деметру, который с каждой секундой краснел всё сильнее.       -Что ж... я никуда не тороплюсь, но я не привык разговаривать, когда от собеседника исходит неприятный запах, пусть даже после принятия ванны. Так что будь добр воспользоваться кремом, — Целитель отвернулся от парня, но спиной чувствовал его смущённый и раздражённый взгляд.       -Если ты стесняешься меня... – внимательный взгляд из-за плеча заставил служку замереть на месте, — То можешь пройти в любую из комнат. При других обстоятельствах разговор я начать не намерен, можешь даже не пытаться. Только заметь, потом сам же будешь себя винить, если Алиэн не выберется.       Отшатнувшись от последних слов, будто от пощёчины, Деметр взял крем и ринулся в сторону ближайшей двери... По закону подлости (для парня, кончено же) это оказалась дверь, ведущая в спальню.       -Сам справишься? – дыхание коснулось волос и уже обнажённой спины.       -Д-да... Не стоит беспокоиться. – юноша поспешно сделал шаг вперёд, стараясь не смотреть на атрибутику спальни, которая мало чем отличалась от прочих спален гостевого крыла: окно с широким подоконником, тяжёлые портьеры и общая штора из более лёгкой ткани, простое резное кресло у стола, заваленного сейчас бумагами и склянками, кровать с обыкновенными льняными простынями, на небольшом столике рядом с ней массивный медный подсвечник с грубой отделкой и оплавленными толстыми свечами.       -Вот и чудно. Я жду. – Каруэл вышел из комнаты так же неслышно, как и вошёл, оставив окончательно растерявшегося Деметра наедине с собой.       -Господин, ужин готов и его могут подать в любое удобное для вас время. – Анри склонился в поклоне, стараясь не слишком пристально смотреть на Целителя.       -Пусть подождут, я пока не хочу. Можешь идти к себе, ты ведь ещё хотел что-то сделать, верно? – мужчина понимающе улыбнулся блондину, который смотрел в пол. И кто бы мог подумать, что именно этот юноша на поле боя один из самых жестоких воинов?..       -Я не заставлю вас долго ждать. – поклонившись ещё раз, Анри вышел, чтобы вернуться через сорок минут, стягивая с себя тёмный плащ без рукавов, скрывающий от посторонних глаз истинный наряд пришедшего.       -Мне кажется, или сегодня особенный праздник? – лукаво улыбнувшись, Каруэл окинул взглядом своего служку, сидя на небольшом диванчике возле камина.       Паутина тончайшей золотистой ткани брюк и длинной рубахи переливалась мягкими бликами, подчёркивая лёгкий загар кожи парня, волосы были скреплены гребнем с жёлтыми сапфирами так, что вокруг лица оставался ореол волос. Ногти были украшены аккуратными тонкими пластинками янтаря, а на запястьях с мелодичным звоном перекатывались браслеты. На внешних уголках век золотилась пыль цвета топаза, подчёркивающая необычные глаза, которые при отблеске пламени свечей искрились медовым блеском.       -Каждая проведённая минута с вами для меня праздник, — позволил себе улыбку Анри и, сбросив обувь, сделал несколько шагов по направлению к креслу, при каждом движении тихо бряцая браслетами.       -Выпей, — Каруэл протянул своему слуге небольшую чашу, наполненную зеленоватой жидкостью. Но ослушаться и спросить что это такое, Анри не решился, дабы не разрушить момент, и поэтому чуть ли не залпом выпил предложенное вино с приторно-сладким вкусом, слегка вяжущим язык.       -Господин сегодня добр... – медленно вдыхает и закрывает глаза блондин, хватаясь за угол стоящего рядом письменного стола.       -Осторожнее, ты ведь не хочешь пораниться? – грациозно поднявшись с дивана, Каруэл подхватывает парня за запястье, от чего тот выпускает пустую чашу, по краю которой стекает зелёная капля, постепенно наливаясь красным цветом.       Судорожно облизнув пересохшие губы, Анри пытается сфокусировать взгляд перед собой, но лицо его господина то отдаляется, то приближается вновь, опаляя дыханием кожу, внезапно ставшую чувствительной в несколько сотен раз.       Пальцы, медленно распахивающие тонкие одеяния скользят по напряжённому телу, заставляя парня вздрагивать, а задетый ногтем сосок вызывает сиплый вздох.       -Каруэл... – блондин откидывает голову назад, от чего гребень не выдерживает, и царапнув острыми краями спину, падает на под с глухим стуком.       -Не спеши, у нас ведь всё ещё впереди, – чуть ли не мурлычет мужчина, прикусывая кожу над ключицей парня, — Идём, — Целитель тянет слугу за руку по направлению к спальне, после чего на пороге обнимает его сзади: зелье всё ещё ослабляет Анри, не придавая сил.       «Ненадолго» — мысленно усмехается Каруэл, глядя на сидящего у стены Деметра, чьи руки закреплены широкими браслетами с короткими цепями над головой. Глаза полуприкрыты, рубашка полностью расстёгнута, штаны чуть спущены, и завершением развратной картины является кончик языка, то и дело пробегающий по пересохшим губам.       -Что ты со мной сделал? – с трудом произносит Деметр, пытаясь рассмотреть стоящего в проёме Каруэла, но из-за подмешанного в крем зелья, тело заставляет думать совсем о другом, нежели об обманных манёврах Разбивающего Души.       Усмехнувшись в ответ, Каруэл плавным движением руки огладил бёдра блондина, который тут же попытался расставить ноги, но его остановил укус мочки уха.       -Я же сказал, что не так быстро. Сегодня я сделаю тебе подарок, я ведь обещал, помнишь? – развернув Анриэля к себе лицом, Целитель с удовлетворением отметил, что зрачки парня чуть расширились, а дыхание стало более прерывистым. Да и нетерпеливость могла лишь означать то, что силы к блондину возвращались в удвоенном объёме.       -Ты ведь хочешь?.. – развернув парня лицом к Деметру, Каруэл, всё ещё обнимая своего слугу за талию медленно подошёл к пленнику, продолжая искушающее шептать, — Смотри,... такой беззащитный, порочный... и хочет тебя... готов отдаться... – мужчина провёл кончиком носа по шее блондина, вдыхая сладковатый аромат – неудачная попытка найти запах белого пиона.       -Это не ты... – Анри с сомнением смотрит на прикованного к стене брюнета, буквально прожигающего своим взглядом стоящих напротив.       -Каруэл, какого дьявола ты творишь?! – Деметр пытается отвести взгляд, но тело, находясь во власти сильнейшего афродизиака, само ведёт юношу и тот уже с нескрываемым интересом и желанием изучает полуобнажённого блондина.       -Почему не я? – проигнорировав вопрос Деметра, мужчина ещё раз чуть подтолкнул Анри к прикованному парню, прежде чем вложить в его руки чистый хлыст, и продолжая шептать, — Ну же... Ты ведь давно хотел меня?..       -Да... – в глазах Анри загорается костёр похоти, раздразненный зельем. Парень крепко, до боли в ладони от янтарных пластинок, сжимает хлыст и садится на пол рядом с пленником, а Каруэл располагается в кресле, стоящем напротив.       «Никогда не считал себя вуайеристом, но... оно того стоит» — чуть не рассмеявшись в голос, мужчина следил за тем, как блондин нетерпеливо разрывает рубашку Деметра и стягивает с него штаны до конца, вместе с бельём.       Протестующие вопли пресекаются поцелуями, а когда в ход идут пинки свободных ног, то в комнате впервые раздаётся звук удара хлыстом о тело, на коже которого тут же краснеет блёкло-бордовая полоса.       Вскрикнувший от неожиданной боли, брюнет не сразу замечает, как по линии удара проходит язык, слизывая выступившие крапинки крови, от чего тело снова сводит судорогой обострившегося желания. Анри, видя такую реакцию на свои действия, вновь обжигает чувствительную кожу Деметра ударом, а затем ещё одним и ещё... Войдя во вкус, блондин не замечает, что за ними пристально наблюдает настоящий Каруэл, что это не он сейчас извивается перед ним от боли и сумасшедшего желания. Удары ложатся ровно, иногда рассекая кожу мелкими шипами на кончике хлыста, и тогда начинают проглядывать капельки крови, бликующие в тусклом свете свечей.       Новый крик, в котором сплетены боль и восторг, вызванный сильнейшим афродизиаком, раздаётся в комнате: Анри, медленно ведя ручкой кнута с округлым набалдашником, наконец, добирается до промежности пленника и грубо, без подготовки, одним толчком вгоняет рукоять в анус пленника до трети длины.       -Ещё, умоляю... Каруэл... Ненавижу!.. – проклятья, слетающие с уст Деметра, напополам с мольбами продолжать, лишь вызывают улыбку на лице мужчины.       После второго толчка, рукоять хлыста почти полностью погружается в податливое тело, которое само почти сразу толкается навстречу, требуя большего.       Медленные движения, от которых стройное тело выгибается, стоны срываются с губ, но проклятия хозяину комнаты уже не звучат – о нём забыли.       Резкий рывок, и хлыст уже валяется в стороне, и в спальне раздаётся треск ткани. Вышагнув из остатков своей одежды, Анри вновь опускается на колени перед полулежащим Деметром, по внутренней стороне бёдер которого бледно-розовыми разводами размазалась кровь.       -Скорее... – хрип разрывает лёгкие брюнета и тот сам приподнимается в ожидании.       -Неужели так не терпится? – изменившийся голос парня вызывает мурашки, а сам он резко подхватывает бёдра Деметра, впиваясь янтарём в нежную кожу и сжимая полосы ударов, после чего одним резким движением насаживает его на свой член, заглушая очередной крик поцелуем, жадно терзая губы укусами.       Каруэл поднимается со своего кресла и идёт к выходу из спальни, слыша за спиной слитные стоны. Обернувшись, он видит, как оба тела в последний раз двинулись навстречу друг другу, сведённые предоргазменной судорогой, после чего взгляд обоих парней на доли секунд становится осмысленным, и они, в последний раз сделав судорожный вдох, опадают на пол живыми трупами.       Целитель же слышит лишь тихий звон двух разбитых им душ.