А.Ж.

Дело было сделано, отпраздновано, оплакано и признано полной чушью. Мои самобичевания по поводу таких важных и насущных вопросов как: «А вдруг это не его куртка?», «А если он его не прочитал, а выкинул?», «А если он прочитал?» достигли своего апогея, когда я начала долбиться головой о стену, мечтая выбит всю дурь из своей головы (соседи, видимо, тоже посчитали это хорошим способом, поэтому тоже очень часто долбились в стену, и почему-то только после меня. Может я их вдохновляла?) . Итак, по идее я должна была получить урок и научиться на своих ошибках чему-то.. Но это по идее. А я же, мучаясь от бессилия, что-либо узнать о его реакции, написала второе письмо, в котором (о, Боже!!!) написала свой номер. После такого безрассудного поступка, я не могла находиться рядом с ним, даже притом, что он не знал о том, что эта проходящая мимо девушка - отправительница дурацких писем. Из-за душевных мучений и телесных (битье головой о стену не принесло ничего хорошего) я заболела простой ангиной. Было паршиво. Думается мне, описывать мое состояние не стоит, т.к. каждый знаком с этой противной и длинной болезнью. Я и рада была не ходить в школу. А кто был бы не рад? Кто-то был бы не рад? Правильно, снова являем их лица, и я втолковываю им обратное, с использованием рук и ног. Но была и не рада. Я скучала по нему, но ничего поделать не могла. Эх, почему я не кот? Лежала бы себе в коробке у батареи, радовала всех своим существованием…интересно, а у него есть кот? Эх, была бы я его котом…так, мысли плавно перешли в другое русло, возвращаем их обратно, за ненадобностью ухудшения собственного состояния. Вечером какого-то по счету дня болезни телефон слабо чихнул (что поделать, это звуковое уведомление меня радовало). Я «порадовалась» за любимый МТС, который без сомнения и прислал это сообщение. Ан нет, жизнь любила удивлять, поэтому высветила незнакомый номер. Мой немного отупевший мозг из-за болезни и соплей слабо соображал, поэтому я без всякого интереса открыла сообщение и (оказывается, так бывает!) потеряла дар речи. «Привет. Откуда ты меня знаешь? Ты - моя одноклассница?» - значилось в нем. С этих простых строк началась необыкновенно длинная (по крайней мере, для меня) переписка с Артуром Жеребцовым, которая была сохранена под простым названием: «А.Ж.», за неимением фантазии.