Рыжее пламя

Знатный пир в горах окончился. Немногочисленные запасы глинтвейна были испиты досуха, от Зверя остались лишь ошметки органов. Хельга выслушивала скупое напутствие отца, уже полностью переодевшись в другие, пригодные для нападения одежды: короткая доха, легкая кожаная броня с редкими металлическими вставками, больше декоративными, нежели защищающими. На новой костяной маске выделялись кровяные полосы-рисунки, а на шее - новое ожерелье из свежевыдранных зубов. Хельге ужасно хотелось как можно скорее уже спуститься в низины, где бы она могла исполнить свою мечту… Если честно, она никогда не видела живого человека, но уже много представляла, как будет сражаться с людьми из озерных селений. Старшие рассказывали, что они целиком одевались в металл, что у них были страшные виды оружия, которые могли метать копья. Некоторые даже утверждали, что страшные люди смогли подчинить себе огонь так, что использовали как оружие и его, повелевая огню окутывать все, даже воду! Юной гарпии ужасно хотелось как можно скорее увидеть все эти чудеса света собственными глазами. — Не забывай об осторожности, что превыше воинской славы за убийство, ибо мудрость важнее силы… — проговорил наконец вождь племени, но Хельга его совсем не слушала. Мыслями юная птица была уже далеко отсюда, там, где творилась война… Конечно, сезонные набеги гарпий назвать войной было нельзя, но опьяненной восторгом Хельге этого было не понять. — А теперь — в путь, — подытожил слова Грифа Радвальд, подойдя к Хельге. Он тоже весь был облачен в броню, но куда более изысканную и красивую, нежели практичную. Под цвет перьев, так сказать. Гарпия, переполненная силами и восторгом от грядущих свершений, лишь улыбнулась в ответ и тут же сиганула со скалы, намериваясь скорее добраться до площади. Радвальд выполнил прощальный поклон Вождю и направился прямиком за неугомонной племяшкой… Внизу собрались те, кто желали попытать свою удачу в предстоящем набеге — почти все мужья племени. В этой компании сестры Хельги во главе с Вивьен выглядели немного не к месту… А вот Варта здесь не хватало, куда он мог деться в такой момент? — Веди нас вперед, последняя дочь Аарона, — торжественно заявил северяк, возвращая гарпии костяное оружие. — Сегодня мы последуем за тобой. Рыжая выступила вперед, сразу оказавшись во главе толпы, которая, впрочем, казалась Хельге отличным войском. Она крепко схватила ритуальное копье и подняла его вверх. Весь крылатый народ с площади молчаливо следил за ней. — Да прибудут с нами в этом бравом деле Ветер и Солнце! — голос гарпии разнесся по площади, отразился от скал и вернулся вместе с одобрительным гулом. — Устроим же славную битву. Она распустила широкие рыжие крылья и, разбежавшись, парой мощных взмахов оторвалась от земли. Остальные последовали за ней, вооруженные не пойми чем, но полные воодушевления. Гарпия оглянулась назад через плечо, чтобы разглядеть их и получше запомнить для такого дня… Но лишь убедилась, что Рафнсварта с ними не было. А впереди, над озером, начинало только-только заходить солнце… Оно аккуратно и медленно перекрашивало белые дневные облака в золото. Сегодня будет кровавый закат.

***

Альфред проснулся без видимого на то повода ближе к вечеру, когда солнце еще не заходило, но тени были длинными-длинными. Может быть, он отлежал на жесткой деревянной скамье отбитый прежде бок, а может просто вопли озерных птиц стали громче. Юноша медленно встал и, немного помаявшись с болями в голове после испитого деревенского эля, подошел к маленькому окошку, единственному в голой комнате. За окном все было тихо и умиротворенно: золотое небо, бежевые облака, редкие птички… Альфред такое не любил, особенно после утреннего происшествия. Он задвинул ставни и, перевесив лук и тонкий колчан через плечо, вытащил из-под скамьи походный узел и вышел из комнаты. Уже был вечер, а до поздней ночи он собирался найти лодочника и перебраться на другую сторону озера, так что пора выдвигаться. Удостоверившись, что все пожитки на месте, Альфред покинул маленькую клоповую комнатушку. Коридор казался ему смутно знакомым, но тогда, с утра, лучник был «немного» подшофе, отчего воспоминания не были столь ясными, как хотелось бы этого юноше. Методом проб и ошибок он наконец нашел лестницу и спустился на первый этаж, где располагались кухня, обеденный зал и, как часто бывало в подобных заведениях, комната хозяев… Однако зал встретил юношу странной пустотой и запахом золы. Похоже, хозяйка проводила уборку, иначе такое раннее закрытие было тяжело объяснить. Альфред прошелся по залу, подошел к двери на выход и несильно толкнул ее вперед… Заперто, причем не просто на задвижку, а на настоящий замок! Тут уж юноша призадумался. Зачем такой замок в небогатом заведении, хозяйка которого никуда не выезжала уже с добрый десяток лет, находящемся в глухом рыболовецком поселке? Тем более вкупе с тем, что закрыта была не только дверь, но и все окна, правда ставни заперли уже на простые задвижки. — О… Я не думала, что вы так рано, — голос последовал прямо за скрипом двери, ведущей на кухню. — Сейчас не лучшее время, чтобы прогуливаться снаружи. — О чем вы говорите? — раздраженно спросил Альфред у хозяйки таверны, поворачиваясь в ее сторону, но после быстро сменил гнев на милость — женщина выглядела растерянной и даже немного напуганной. — Из рыбацкой бухты дошел слух, что в горах дымили сотни костров… Так обычно бывает перед налетами, — голос женщины был немного сдавленным. — Не всегда, конечно, но очень часто. Как бы с вами ничего не случилось… — Мне не интересны подобные предрассудки, — отрезал стрелок. — Тем более, если я так скоро встречу крылатых, мне не придется плыть к самим Птичьим Скалам. — Ну… Как знаешь, сынок, — хозяйка только вздохнула, ища в складках юбки ключ. — Я, если что, тебя предупреждала. Она некоторое время повозилась с замком от входной двери, потом провела юношу к пустующим стойлам, где сейчас стояла и мирно пила воду одна единственная серая кобыла Звезда, принадлежавшая Альфреду. Он вывел ее из стойла, нагрузил и быстро оседлал. — Спасибо за гостеприимство, — на последок сказал Альфред, отдав хозяйке мешочек с медяками и поворачивая Звезду в сторону дороги. — И за предупреждение тоже. — Да не за что, — она быстро глянула внутрь, но после вновь перевела взгляд на всадника. — Ты только будь осторожней… И удачи. — Спасибо. После этого он отправился вдаль. На душе было как-то неспокойно, особенно от того, что закат впереди постепенно оранжевел, намереваясь перейти в алый. Дурной знак.

***

Вытоптанная дорожка, петляя меж двух краев леса вправо и влево, обходя частые ухабы и ямы, вела лучника прямиком к озеру, которое уже отсюда было немного видно. Голубая в золото вода иногда мелькала где-то над кромкой низенького леса, ибо тропа спускалась вниз — озеро и рыбацкий поселок находились прямо в котловине, окруженной скалами. Укромное и тихое местечко, если не считать летучих хищников. Озеро… Даже отсюда было ясно, какое оно большое. Вода не тянулась до самого горизонта, но простор был все равно велик. Скалы на том берегу, торчавшие почти прямо из пучины, покрытые мхом леса лишь у подножья, казались совсем невысокими, но это было не так. Окажись Альфред на том березу, ему бы ни за что не хватило угла зрения оглядеть их. Облака накрывали их сверху, чудом не касаясь каменных шпилей, кое-где покрытых снегом. Вид сверху был хорош. Лучник вскоре спустился в самый низ, где уже можно был посмотреть на самую кромку воды. Здесь деревьев было мало, преобладал кустарник и заросли высокой травы, меж которых, словно стараясь скрыться, проглядывались невысокие домики. Всего около четырех десятков избушек и лавок, среди которых высилась домина в три этажа, единственная с черепичной крышей. Остальные были покрыты соломой или деревом — поселок был не слишком богат и, судя по тому, что распаханных земель было немного, одни только хозяйские огороды, промышлял только рыбой и зверем, торгуя добычу на хлеб в более высоких поселках. Жизнь тут, должно быть, текла медленно и мирно, как вода в низинной речушке, отмеряемая только нападками со стороны мифических тварей. Единственное, что сразу смутило Альфреда, было то, что на улице он не видел ни одного жителя, а из печных домиков не валил дым. Окна были задраены, двери наглухо закрыты, а у самих дверей все стояли какие-то корзины и тюки, словно бы жители собирались куда-либо… Немного потоптавшись у ворот, ведущих к деревне, Альфред все-таки разрешил Звезде продолжить путь. Он медленно продвигался по главной дороге, всматриваясь в каждую щель ближнего из домов. На мгновение ему даже показалось, что внутри кто-то прошмыгнул, заинтересовавшись новым гостем… — Есть здесь кто? Мне нужен лодочник, дабы перебраться на… — только успел проговорить лучник, как неожиданно заметил, как что-то черное пронеслось прямо перед копытами Звезды и скрылось в высокой траве. Он мигом повернулся в сторону зарослей, куда ушмыгнуло то нечто… Черное, как тень. Как тень… Альфред обернулся обратно, откуда падал свет заходящего солнца. Источник такой странной тени как раз несся вниз, словно подбитая птица. Ловким движением существо приземлилось всеми четырьмя лапами на песчаную дорогу, сложило размашистые жесткие крылья и, медленно поднявшись на задние лапы, с некоторым вопросом уставилось на всадника из-под костяной клювастой маски. Альфред в свою очередь ошалело уставился на крылатого монстра, который больше был похож на какого-нибудь шута в перьях. И это его Птица Счастья? Всадник мигом успокоил начавшую нервничать Звезду и потянулся за луком, надеясь использовать замешательство зверюшки себе на пользу. — Стой смирно… Ты даже ничего и заметить не успеешь, это будет не больно, — успокаивающим тоном залепетал Альфред, как учила его когда-то мать, когда он еще помогал ей управляться со скотом. Он натянул тетиву, держа лук так, чтобы ни его, ни стрелы не было видно за серой шеей Звезды. Тварь все еще находилась в каком-то подобии оцепенения… Альфред резко вскинул лук и отправил стрелу в сторону полуптицы, однако та оказалась проворливее и метнулась куда-то вверх. Еще несколько теней пробежались по золотистой дорожке, а в небе стали заметны силуэты еще нескольких крылатых. Альфред только хотел пуститься в бега, как со свистом что-то впилось в его плечо, в глазах начало быстро темнеть, а в следующую секунду он понял, что Звезда уже тащит его обмякшее тело за ногу, застрявшую в стремени. Дротик подействовал на редкость быстро.

***

Гарпия увидела деревню почти сразу после того, как они снизились к самому лесу, лишь чудом не цепляя верхушки вековых деревьев. Она сильно отличалась от того, что представляла себе Хельга, будучи заключенной на территории дворца и ближайших скал — обиталище бескрылых монстров выглядело вполне миролюбиво. Никаких рвов, толп противников, каменных укреплений… Деревня была больше похожа на поселения земледельцев, чьи хибарки располагались на нижних скалах — такие же легкие, непрочные. Можно даже сказать, убогие. Стоит только настигнуть это поселение теплой сухой погоде, как случайная искра бы испепелила все поселение. Это казалось Хельге глупой шуткой. Она оглянулась на белоснежного Углу, летевшего за ней, но не увидела в нем насмешки и любого другого чувства, кроме холодного северного спокойствия. Он считала нападение на пустой незащищенный поселок нормальным делом! Это-то Хельгу и взбесило. Она, набрав приличной высоты, почти сложила крылья, тут же прибавив в скорости и оторвавшись от основной группы. Молодой полуптице было обидно и неприятно, отчего хотелось разведать деревушку в гордом одиночестве. Даже оклик со стороны Радвальда не остановил ее от опрометчивого поступка. Тем более оклик Радвальда. От сильного ветра начали болеть глаза, пускай их и защищала мигательная перепонка. Окружение на пару мгновений потухло, но после вернулось в виде смазанного желто-зеленого изображения, по которому гарпия кое-как смогла мягко приземлится на землю. Она проморгалась… И замерла. Перед ней на расстоянии десяти широких шагов стояло нечто. Высокое, молочно-белое существо опиралось сразу на четыре лапы, причем у него не было когтей, словно лапы были обрублены по кисти и обмотаны чем-то темным. Существо не было лысым, но его шерсть была столь коротка, что походила на кожу, шея была короткой, а морда длинной. Рот существа казался очень маленьким, так что Хельга сразу решила, что тварь, скорее всего, питалась не мясом. Глаза животного были большими, темными и глубокими, выделяясь на белой морде двумя выразительными пятнами, мечущимися из стороны в сторону. Оно немного потопталось из стороны в сторону на своих лапах-ходулях, но потом немного успокоилось. Самое удивительное в твари было то, что на ней сидело то самое бескрылое существо, которого Хельге, вроде как, нужно было опасаться. Почему «вроде как»? По той причине, что враг был безоружен. У него не было ни заостренного плоского железного копья, которое часто пририсовывали авторы старых книг людям, он не был одет в панцирь. На этом жалком существе не было даже примитивной кожаной брони! И уж тем более, человек не подчинял себе огонь, а просто смотрел на Хельгу. Удивленно и испуганно. Еще через секунду человек отошел от оцепенения, наклонился чуточку вперед. Этот жест не означал никакой угрозы или чего-то подобного, но Хельга почувствовала опасность. Бескрылый что-то проговорил так сладостно и мягко, что Хельга сначала и не стала вслушиваться в сами слова, но потом тело словно прошибла молния. Он говорил о том, что собирается сделать что-то, чего гарпия бы не успела заметить… И что-то про боль. Но, не успела Хельга и обхватить покрепче костяного копья, как человек вскинул свое оружие, похожее на плоский изогнутый прут… Хрупковат, чтобы бить. Но вот человек использовал его совсем по-другому. Он резко потянул на себя тонкую нить, что связывала концы прута, уперев в нить что-то вроде большого дротика… О дротиках Хельга знала многое, поэтому, предугадав его назначение лишь за секунду до того, как заостренный кусочек древесины бы попал ей прямо в сердце, она взметнулась вверх. Хельга во второй раз приземлилась чуть правее и ближе к подлому человеку, дабы сразу напасть на него, но ее опередили. Многочисленные тени поползли по земле, раздался знакомый щелчок дротика, и обидчик, собиравшийся скрыться прямо верхом на нелепом светлом существе, покачнулся и соскользнул с его спины, чудом зацепившись ногой за ремень, которым животное было подвязано. Рафнсварт, держа трубку для дротиков в руке, приземлился прямо рядом с Хельгой. Какая же удача… — Ты все-таки потеряла бдительность, — подметил старший брат и спрятал трубку за пазуху. — А я уж думала, что ты совсем позабыл о походе… — Хельга слегка улыбнулась, выпрямилась. — Пахнет странно… Что-то загорелось? — Похоже, люди устроили небольшую засаду… — Рафнсварт, кажется, улыбнулся под ушастой маской. Он повернулся в сторону, противоположную от домиков, где была небольшая сточная канава и ложбина, куда сточная вода и стекала. Ворон быстро подал знак рукой Радвальду и другим в сторону подозрительного заросшего углубления, откуда пахло гарью… И тут раздался грохот, от которого у Хельги на некоторое время почти пропал слух, а где-то близко с еле слышным из-за шума в голове свистом пролетело что-то черное… Послышался повторный грохот, но старший брат быстро помог Хельге придти в себя, оттащив куда-то в сторону. Из-за укрытия показалась небольшая кучка из бескрылых, вооруженных диковинными оружиями. Больше грохота не было, но вместо того где-то близко постоянно свистели человеческие аналоги дротиков… Вот и та настоящая схватка, о которой Хельга давно мечтала! Что же, Рафнсварт. Готовь целебные травы и перевязочную ткань.

***

С закатом солнца в приозерном поселке стало тихо и спокойно, будто ничего и не было. Жатва закончилась, закончилось и кровопролитие с обеих сторон. Гарпии, забрав столько добра, сколько могли перенести при помощи крыльев, скрылись в темноте, как бесы с приходом солнца, из домов повыбегали оставшиеся жители, дабы увидеть то, что осталось после. Похорон сегодня не будет — мертвых крылатые твари всегда уносили к себе в логово, но боль и скорбь по близким не уходила так же легко. Сегодня жителям деревеньки все-таки удалось дать отпор — об этом говорили выдранные пищалью кровавые клочки перьев и брошенное оружие. Одинокая Звезда, оставшаяся без седока, стояла возле выхода из деревни.