Мама, меня полюбил хулиган

   Что-то где-то жужжит. А, так это будильник на телефоне, который я бросила куда-то. КАК БУДИЛЬНИК? Я что, всё это время спала? Вот блин, мне же в школу надо, а уроки не сделаны!    Я вскочила с постели и, подобрав телефон с пола, который после того, как выключила, вновь бросила на пол и рванула в гостиную. На разобранном диване лежало тело, с головой укрытое одеялом. Папа! Значит, это был сон!    - Папа, вставай! – сказала я, завязывая на голове неаккуратный пучок, чтобы не намочить волосы, когда буду умываться.– Папа!    Я сдернула одеяло и раскрыла рот от удивления. КИРСАНОВ ЛЕЖАЛ В ОДНИХ БОКСЕРАХ! Это не сон!    - Ты что, не ушел?!    - Как видишь, - зевая, произнес он. - Не, твой дружок меня прогнал, хотел к тебе зайти, но у тебя было заперто. А когда он ушел, я пробрался к тебе.    Зашибись! Проходной двор! - Тёма - единственный парень, которого я не могу ударить, - недовольно пробормотал Влад.    - Почему?    - Чтобы твой каратист в тёмном переулке мне голову открутил? Пожалуй, в следующей жизни!    - Ну да, он может.    Я задумалась. Над чем - сама не знаю. Но задумалась.    - Лик, - я уставилась на него, чёрт, он же почти голый! – как насчёт утреннего секса?    - Да пошел ты!    - Я смотрю, кто-то смелый стал? – я завизжала, когда Влад начал вставать с дивана, и спряталась в ванной.    Кирсанов колотился в дверь и кричал:    - А ну открывай, сучка! Я ещё не закончил!    - Сам сучка! Уходи!    - Не уйду! Выходи, говорю!    - Я ненавижу тебя! Уйди!    Молчание. Я выдохнула через нос и открыла кран с холодной водой. Набрав воду в ладони, я умыла лицо, а затем и шею.    После умывания я осторожно вышла из ванной комнаты и вошла в гостиную. Диван был собран, Влада не было. Наконец-таки ушёл. Как и положено, я оделась и собрала волосы в хвост. А сейчас – завтрак!    Я вошла на кухню и вновь замерла: у плиты хозяйничал полуголый парень. Сами догадаетесь, или мне сказать, кто это был?    - Успокоилась? – спросил он, не оборачиваясь.    - Всё-таки не ушел!    - Садись, сейчас завтракать будем.    Я села за стол и смотрела, как Влад накладывает мне в тарелку омлет. Хочет накормить или отравить? Я наблюдала за тем, как он ест, сквозь опущенные ресницы.    - Ешь, иначе остынет, - сказал Влад, и я дрожащей рукой взяла вилку в руки.    - Надеюсь, это был первый и последний раз, когда ты ночевал у меня.    - Поживём – увидим. Первый раз я ночую у девушки. Даже завтрак никому не готовил...и обед...и ужин.    Он говорил с каким-то сожалением. У меня появлялась жалость к нему. Нет, только ни к этому человеку! И вообще...к чему были эти слова «Даже завтрак никому не готовил...и обед...и ужин»?    - А ты правда меня ненавидишь?    Я подняла на него глаза, а затем вновь опустила. А и правда, почему? После унижения и избиения стоит задать этот вопрос!    - Я не могу положительно относиться к тебе, - холодно ответила я.    - Это ещё почему?! – громко и грубо спросил парень, и я подпрыгнула, уронив вилку на стол. – Хочешь сказать, что я не способен быть хорошим?    Я тупо уставилась на него. Внутри всё дрожало от страха. Я опустила голову, пытаясь не заплакать.    - Ты всё время подкалывал меня, - тихо прошептала я. – Выставлял падшей. Ведь именно ты первый стал называть меня так, до тебя никто даже грубостью мне не отвечал. Мальчишки, которые тебе «прислуживают», не обращали на меня никакого внимания, чему я и радовалась. Но после твоего появления их словно подменили: они обращают на меня внимание, но ни как на одноклассницу, а как на... - я поджала губы.    Продолжать говорить было очень сложно. Встав со стула, я хотела уйти, но остановилась в дверном проходе. Взглянув на парня, который смотрел в одну точку испуганным взглядом, я всё же сказала:    - Трудно будет разглядеть в тебе хорошего человека, по крайней мере, мне. Затрудняюсь сказать, что ты сможешь полюбить кого-то, а кто-то сможет тебя. А сейчас собирайся и иди в школу.    Первый раз в жизни решилась сказать этому человеку правду. Даже на душе стало легче.    Все перемены он просидел за своей партой. Неужели мои слова его как-то задели? Вряд ли он обратил на них внимание. Если бы обратил, то я давно лежала бы где-нибудь с пробитой головой.    - И что, он теперь с ней живёт? – задал вопрос Тёма, когда я закончила рассказ о судьбе девочки, которая теперь живет одна, пока её родители устраивают свою личную жизнь.    Я глубоко вздохнула, сидя на подоконнике и глядя в окно.    - Ага. Перед первым уроком звонил мне.    - Спрашивал, как поживаешь?    - Не, «Дочь, ты не спалила хату?». Теперь я вовсе сиротка. Мама вчера звонила, к себе зовет.    - Полетишь к ней?    Я перевела глаза на друга.    - Я согласилась летом полететь. Сейчас не хочу, да и учеба.    - Май, до лета совсем немного. Круто, я тоже хочу в Италию, но мы с родаками уже запланировали себе отпуск.    - На юг отдыхать?    - Бери выше – на дачу! Шашлычок – коньячок, - сказал Тема, подняв руки вверх и зевая.    Я тихо посмеялась, внезапно:    - Панфилова!    Я быстро спрыгнула с подоконника, думая, что это учитель, но это был Кирсанов. Он быстро подошёл к нам и протянул мне свёрнутую бумажку. Просверлив меня взглядом, ушёл. И что это было? Я развернула бумагу. Тело парня навалилось на моё плечо, и Тёма стал читать вслух текст:    - «В семь в кафе возле школы»    Чёрт, мне теперь время и адрес моего убийства назначают.    - Хм...Лика, у тебя что, свидание с Кирсановым? – парень засмеялся и стал дразнить меня. - А у Панфиловой свиданка! А у Панфиловой свиданка!    - Если сейчас не замолчишь, я позвоню одному человеку, и ты больше не будешь меня дразнить!    - Это же кому позвонит девочка, у которой сегодня свидание?    - Июль. Ночь. Моя квартира. Снотворное, которое мне КТО-ТО добавил в чай. Ты. Темноволосая девушка. Дальше продолжать?    Парень прищурил глаза и надул губы.    - Стерва! – обиженно произнес он.    - Так мне звонить ей?    - Не смей! Хрен с тобой, не буду больше обзывать и дразнить.    Зачем Влад зовёт меня в кафе? Вряд ли как свою одноклассницу. Да и какая мне разница, всё равно я туда не пойду. Да, точно, никуда я не пойду!