Наследник на место Десятого

Босс Варии аккуратно, что было не свойственно для такого человека как он, поставил Тсуну на землю и прижал всем своим телом к стене. Савада испуганно посмотрел на Варийца: — За-занзас-сан? Ты что-то?… Рот Занзаса жадно накрыл губы пребывавшего в замешательстве Десятого. Тсуна попытался оттолкнуть его, но, почувствовав сопротивление со стороны Дечимо, Занзас перехватил руки Тсунаеши и прижал к стене над головой Савады. Тсуна сжался, закрыл глаза и весь напрягся, на что Занзасу оставалось лишь ласкать губы Десятого, не имея возможности углубить поцелуй. — Я же говорил, приду проверю. Что это за Мусор, который вечно возле тебя ошивается? Тот Мусор, который называет себя твоей правой рукой и тот, который вечно на тебе виснет называясь братом, я еще могу потерпеть, но тех двоих, которые не перестают сводить с тебя глаз… — Занзас шептал в губы Тсуне, не переставая все крепче сжимать запястья, видимо от злости. Чувствуя нарастающую боль, Савада судорожно пытался вырваться из его хватки. — Я же говорил — приду, проверю. Ты мой. Тсуна приоткрыл глаза и посмотрел на Занзаса: — Я же тебе говорил, я не такой. Мне нравятся девушки. — «Хотя теперь я в этом сильно сомневаюсь» — подумал Тсуна, вспомнив все произошедшее за последние дни. — Меня это не интересует. — Хи?! POV Хибари Куда это травоядное утащило Тсуну? Забью до смерти. Я не намерен сидеть здесь сложа руки, пойду за ними. Жаль у меня нет тонфа с собой… Хм… Какого хрена этот ананасоголовый плетется за мной? — Что тебе надо, травоядное? — Ты ведь идешь проверить, что там случилось с Тсунаеши-куном. — Не спрашивает, утверждает с фирменной улыбочкой на лице, бесит. Избивать это травоядное здесь не имеет смысла, да и времени нет. — Камикорос. — с этими словами разворачиваюсь и двигаюсь к двери. — Ку-фу-фу~ Эта шайка, которую они зовут Варией, похожа на бродячий цирк. Они похоже даже не заметили, что мы идем к Тсуне, или заметили, но им плевать с высокой башни. Как только пришли, подняли шума на всю больницу и распугали весь персонал. Да и по их виду, не скажешь, что им можно доверять. Похоже я начинаю верить, что связался с мафией… Конечно я и раньше имел дело с мафией, но после встречи со мной все Якудза валялись у моих ног и отхаркивали прощение или проклятья с кровью. А эти ребята никоим образом не похожи на тех ребят из мафии, которых я доселе видел. Да и этот огонь, которым был окружен Тсуна, раньше я такого вообще не наблюдал и считал это чем-то из рода фантастики. Ну если подумать, то и парня с динамитом, понапиханным даже страшно представить куда, тоже встретишь не часто. Странно это все. Дверь довольно легко поддается, ведь она часто открывается и закрывается под напором людских рук, петли совсем не скрипят. Это травоядное прижало к стенке моего Тсунаеши и пытается поцеловать. Забью. До. Смерти. Как же я зол, и я не намерен стоять в дверях и смотреть на это. Но Рокудо оказался проворней меня, и его трезубец уже у горла этого травоядного. — Сегодня мы союзники, ведь у нас одно желание и цель. — Травоядное, кем ты себя возомнил? Ты помеха, не более. — Но я вынужден с ним согласится, хоть в слух никогда не скажу, гордость не позволит. — Ку-фу-фу. Кея-кун, я же не говорю, что мы с тобой друзья. Мы союзники, лишь на этот миг, не более. Ты думаешь, что я отдам тебе Тсунаеши-куна? Усмехнувшись такому нелепому заявлению, двигаюсь к Занзасу и бью кулаком под челюсть. — Хибари-сан! Н-не надо! — Тсунаеши опускается на пол и судорожно дышит, он как всегда добр. Это травоядное достает оружие, видимо он настроен серьезно, собственно как и я. Прощай больница, да здравствуют руины. Вдруг Тсуна встает и становится между нами, на лбу опять горит пламя и опять эти перчатки на руках. Интересно, где же он прятал перчатки и пилюли, это меня почему-то волнует больше всего в этот момент. — Прекратите, Хибари-сан, Занзас-сан. Это больница и здесь такого не позволено. — Его голос заметно изменился, меня это пугает… Как видимо и Рокудо, который тоже застыл в слегка удивленном состоянии. Но это травоядное видимо уже знает о этой технике Тсуны, он спокойно кладет пистолеты обратно в кобуру и чему-то ухмыляется. — Ради тебя, Мусор. Тсуна спокойно кивает, а после пламя у него на голове гаснет и он, пошатываясь, падает мне на руки. Заснул. Переношу его в палату и кладу на кровать, львенок удобно устраивается рядом и кладет голову на грудь спящего хозяина. Мне вот интересно, как ты смог вырастить такое большое и грозное создание, относящееся к тебе с такой теплотой. Хотя, ведь я тебя смог полюбить… Дорогие мои и любимые, сразу обламываю, прода будет не раньше понедельника… Дача без света — это ад сущий… Да еще и компьютер увозят на все выходные, а возможности написать проду в телефоне увы не имею… Ичи-тян в печали Т.Т