Наследник на место Десятого

«Отец велел познакомится с будущим «Джудайме», то есть подлизаться к нему, но разве я его когда-нибудь слушал?» — Хаято улыбнулся. Он бегал по замку, разыскивая Тсуну и мысленно причитая на отца за то, что тот постоянно спихивает на него всю грязную работу. Хотя бы взять те концерты, которые он под стряпней Бьянки исполнял для элиты общества. Он не мог понять, как им нравятся это бряканье на бедном пианино, которое страдает от таких вечеров. На самом деле Гокудера очень хорошо играл на этом инструменте, но под действием «волшебного» печенья сестры возникает ощущение, что мозги плавятся и вытекают через уши, отсюда и «великолепное» исполнение…— «Наверняка какой-нибудь хлюпик, черт! За что мне такое счастье привалило?!» Хаято обыскал весь нижний этаж и был в пути на верхние ярусы этого огромнейшего старого замка. Дойдя до лестницы, он услышал странный грохот, доносившийся сверху и приближающийся к нижним этажам. Он попятился назад, ожидая самого худшего, но увидел лишь мальчика своего возраста, катившегося кубарем вниз. Мальчик упал к его ногам с криком: «Ите-те-те» — И часто ты так «спускаешься»? — Хаято рассматривал многочисленные синяки и ссадины полученные от такого «путешествия» по лестнице. — Когда как получается — мальчик потирал голову на которую пришлось несколько ударов — если споткнусь — то да, если повезет — то дохожу без травм, но такое счастье мне приваливает редко… Хотя, это в каком-то смысле даже весело…— он улыбнулся вымученной улыбкой и посмотрел Хаято в глаза — Гокудера-кун? Тебя то я и искал! Я Савада Тсунаеши, мне сказали проводить тебя до твоей комнаты. «Ну вот, как я и предполагал — неудачник. Хотя и представлял наследника Вонголы чу-чуть по-другому… Хотя какой чуть-чуть, совсем другим!» Гокудера смерил Тсуну надменным взглядом: — Неудачник! — бросил он ему в лицо, рассчитывая получить хотя бы дерзость в ответ. — Знаю, извини…— он виновато улыбнулся. Хаято стоял в немом шоке… «За что он извиняется? Я его не понимаю… Но он все равно неудачник.» Сделав мысленно такой вывод он надменно вскинул вверх голову и приказал: «Веди!». Не дожидаясь ответа, Гокудера переступил через полусидящего Тсуну и двинулся вверх по лестнице. Всю дорогу шли молча. Тсуна впроцессе потирал ушибленные места, рассчитывая после зайти к Шамалу, и уговорить доктора осмотреть полученные травмы. Дойдя до комнаты, Тсуна еще раз извинился и убежал. Хаято долго стоял перед открытой дверью, думая… Потом повернулся и, закрывая дверь, проговорил себе под нос: — И все-таки я его не понимаю…