Роман без конца

Бард все утро, как мог, оттягивал страшный момент. Он находил себе тысячу срочных дел, которые необходимо было переделать немедленно. Умом он понимал, что, сколько бы он не маялся херней, Саурон прав, все равно валяние в ногах у начальника ему не избежать. Он и сам чувствовал себя ужасно виноватым перед Трандуилом. Однако, одна мысль о встрече с прозрачным, обвиняющим взглядом Мирквуда нагоняла на него дрожь и горячее желание переделать все дела в офисе. Распечатывая двухсотый лист отчета, он обнаружил, что в принтере кончилась бумага. Возрадовавшись мысли, что покаяние можно отложить по уважительной причине, он юрко выскочил в коридор и побежал на третий этаж, где в маленькой подсобке находился склад канцтоваров. Вообще-то, их должен был выдавать Торин под запись, но он давно на это забил, повесил ключик над дверью, и только в конце месяца спрашивал у всех, кто, что себе набрал для составления отчетности. Приблизившись к двери, Бард обнаружил, что ключа на гвоздике нет. Может быть, кто-то уже был внутри, либо, его унесли по забывчивости с собой, как часто бывало. Сочиняя в голове повинную речь, статистик, не задумываясь, толкнул мощным плечом дверную преграду, отчего внутри что-то с хрустом подломилось, и он влетел, чуть не падая, в маленькое, полутемное помещение, в котором раздавались какие-то странные сопения и придыхания. Бард, с грохотом опрокинул стул, зачем-то приставленный к ручке двери изнутри и еле удержавшись на ногах, руками уткнулся во что-то мягкое перед собой. Это что-то взвизгнуло на два разных голоса от неожиданности и затаилось. Бард, тоже испугавшись до полусмерти, вскрикнул от страха: сердце бешено колотилось, готовое выпрыгнуть из груди. Когда глаза привыкли к тусклом свету лампочки, перед ним открылась живописная картина: его руки упирались в широкую спину Торина, который стоял со спущенными брюками и, замерев, крепко прижимал к себе за голую же задницу, зловредного сборщика податей Бэггинса. Хоббит, зажмурившись, уткнулся головой в грудь Торину, одновременно обхватив его ногами за поясницу. Поза, в которой были застигнуты эти двое, не давала повода ни для каких сомнений. «Он, что, в сапогах трахается?» - пронеслась нелепая мысль в голове Барда. Услужливый мозг тут же сообщил, что это не сапоги, а именно нижние конечности, которые у маленького народца оказались также покрыты густой шерстью. Как жить дальше с подобными знаниями физиологических особенностей данного подвида Средиземья, Бард просто не знал. В отчаянии, он начал отступать к двери, как вдруг, Торин хмыкнул и оглянулся через плечо, смерив Барда с ног до головы многозначительным взглядом. Но портить отношения с всесильным секретарем Мирквуда, Бард и сам не собирался, тем более, что с Мирквудом он отношения уже испортил. Торин мог стать его надежным союзником и замолвить за него словечко перед разгневанным эльфом. Ответив на взгляд секретаря понимающим кивком, Бард уже собирался выскочить из проклятой подсобки, как подлый вымогатель Бэггинс вдруг подал голос. Уловив, что Бард ищет поддержки у Торина, он наглел на глазах. Выглянул из-за плеча гнома и заорал вслед пятящемуся статистику: - У Маши Селезневой прибавление в семействе! Ты сдавал деньги на подарок? Бард от подобной наглости чуть не запнулся и не перелетел кубарем через порог. Маша Селезнева была эмигранткой из Мордора, она получила гражданство Дейла, выскочив замуж за какого-то дальнего родственника бургомистра, и с тех пор с завидной регулярностью производила на свет потомство. - Сдавал! Еще на прошлой неделе! – рявкнул он в ответ. Более глупой ситуации и представить себе было невозможно. Но наглое существо не угомонилось. Барахтаясь в сильных руках Торина, Бильбо вытянул шею из-за его плеча, прищурился и протянул противным тоненьким голоском: - Точно сдаваал? - Блядь, ты охуел что-ли совсем?! – взвился Бард. - Ты членом свои ведомости пишешь? Отъебись от меня! – выскочил в коридор и громко захлопнул за собой дверь. Внутри слышалось жалобное ворчание хоббита и успокаивающий бас гнома. Бард понял, что разговор с боссом откладывать бессмысленно и поплелся обратно к себе, как приговоренный к месту казни. Зайдя в свой кабинет, он посмотрелся в зеркало, поправил галстук, причесался. Краем глаза в открытую дверь заметил, как в приемную, не торопясь, проследовал Торин, вздохнул и направился вслед за ним. - Ты на прием? – понимающе глядя на несчастного, осведомился секретарь и мотнул головой в сторону Трандуиловой двери. Бард только молча кивнул. - Разведаю, как он сейчас, хотя с утра был лирически настроен, твое личное дело листал, семейным положением интересовался. По-моему, тебе хана, Стрелок, придется тебе, как честному человеку на нем жениться, - Торин заржал и нажал кнопку на селекторе. - Трандуил Ороферович, можно к вам зайти, подписать почту? – он получил согласие, взял со стола несколько бумажек, ободряюще потрепал Барда по плечу и скрылся за дверью в кабинете. Зайдя к Мирквуду, Торин молча протянул бумаги, изучая его лицо. Босс после некоторого оживления, охватившего его от разговора с Келеборном, стал опять бледен и задумчив. Как только он закончил с бумагами и вопросительно поднял глаза на Торина, гном нахмуренно проронил: - Там к вам этот озабоченный просится. Пустить? - Бард? – покраснел Трандуил. – Да-да, пусть зайдет. Надеюсь, он с извинениями за субботний вечер. Торин кивнул и вышел в приемную. - Прошу, - сделал он Барду приглашающий жест. – Надеется, что ты с извинениями и букетом. Когда будешь дарить кольцо, не забудь встать на одно колено. Бард еще больше задергался от этих дурацких шуток, и как в омут головой кинулся за двери кабинета. Встав столбом на пороге, он огромным усилием воли заставил поднять на эльфа глаза. А увидел только светлую макушку. Трандуил уткнулся носом в бумаги и сосредоточенно их листал. Барду на секунду показалось, что он смущен никак не меньше, а даже больше статистика. Но волна собственного удушающего стыда тотчас накрыла Барда с головой, и он совершенно потеряно затоптался у двери. Трандуил с усилием оторвал взгляд от бумаг и, пытаясь казаться хладнокровным (в то время, как он был готов провалиться под землю от смеси странного чувства смущения и сладкой истомы одновременно), строгим голосом произнес: - Вы хотите извиниться за субботний вечер, Бард? - Да, Ороферил Трандуилович, - замямлил статистик, в полном расстройстве чувств с дуру перепутав имя-отчество босса. От этого он окончательно стушевался и сделал явную попытку рвануть назад за дверь. - Стоять! – рявкнул Трандуил, с трудом вспомнив свой командный тон, который частенько использовал в прошлых производственных спорах с Бардом. Но тут же, неожиданно для самого себя, покраснел и залепетал: - Присаживайтесь, Бард. Нам действительно нужно серьезно поговорить, - он показал рукой на стул напротив своего рабочего стола. – Ваш, прямо скажем, экстравагантный субботний поступок выбил меня из рабочей колеи. Я немного не понял, какую мысль при этом вы хотели до меня донести? – Эльф краснел все больше. Бард, который во время речи босса со скоростью улитки подбирался к стулу, который находился в опасной близости от Мирквуда, остановился как вкопанный и с удивлением посмотрел на эльфа. Что еще, кроме предложения здорового секса могло содержаться в его субботнем вопле мартовского кота: «Я тебя хочу!?». Воистину эльфы удивительные создания! А этот самый удивительный и прекрасный из всех! Он неловко дернулся и случайно зацепился штаниной за все еще валяющийся на стульях у стены меч. Тот с громким, металлическим лязгом повалился на пол. Бард метнулся его поднимать, споткнулся, упал, мгновенно поднялся и оказался с мечом наголо, нос к носу, с подлетевшим к нему эльфом, кинувшимся на помощь. В ту же секунду дверь распахнулась настежь, и в кабинет ввалился Торин с секирой наизготовку. - А ну-ка, отвали от него, маньяк сексуальный! – замахнулся он на Барда. – Ты, что убить его решил за то, что он тебе не дал?! Он министру Элронду не дает, а тот по сто раз на дню звонит, извелся весь! Элронд - великий эльф! А ты кто такой? Сказали, нет, значит, нет, что непонятного?! Трандуил и Бард пораженные и слова не могли вставить в гневный монолог гнома. Первым опомнился эльф. Мирквуд подскочил, как ужаленный, подлетел к Торину и сделал попытку вытолкнуть того из кабинета, упершись ему в грудь руками. Секретарь стоял монолитно, как скала. - Эру, Торин! Что на вас нашло? Чего вы себе навыдумывали? Никто меня убивать не собирался! И причем здесь Элронд? – простонал эльф. Торин подозрительно глянул снизу вверх на Трандуила. - Притом, что нужно головой думать, а не одним местом. Но кто-то упорно отказывается это понимать. Сотый раз повторяю: не надо доводить министра Элронда до белого каления. Если этот рохля от неудовлетворенности подобные номера выкидывает, то министр просто вышлет за вами группу захвата, дождетесь! И тогда уж, с вашей задницей в Ривенделле церемониться никто не будет, а смысл?! Тогда как сейчас можно договориться полюбовно, и получить за это хороший пост. - Торин, вы забываетесь! Я тысячу раз вам говорил, что мои отношения с министром Элрондом вас не касаются! Да, и не с кем, вообще, не касаются! Покиньте мой кабинет! - Понял, не дурак! Я на помощь метнулся, а они тут оказываются садо-мазо прелюдию развели. Он – насильник с мечом, вы - жертва. Простите, что помешал! Но учтите, что в следующий раз пусть вас тут хоть Азог танцует, я пальцем не двину. Секретарь развернулся и гордо направился в сторону двери, но успел еще, как бы невзначай, бросить через плечо: - Сегодня утром мне звонил министр Элронд и интересовался, сколько раз в прошлом месяце вы выезжали в командировку в Лориэн. По тону его прощания, я понял, что озвученным количеством, он остался крайне недоволен. Трандуил молча, в бешенстве, схватил первую попавшуюся под руку папку со стола и с прославленной эльфийской меткостью запустил ее в затылок нахального секретаря. Тот, не оборачиваясь, невозмутимо потер место попадания рукой и закрыл за собой дверь. - Упертый гном! Вбил себе в голову нелепую идею и теперь его с нее ничем не свернешь, - забормотал Трандуил, усаживая, наконец, Барда на стул и садясь сам. – Не обращайте внимания на весь тот вздор, какой он нес про министра Элронда. Это абсолютная ерунда. У нас с министром чисто деловые отношения. Бард, смотревший на эльфа с подозрением, от этих его лепетаний, и оттого, как он стыдливо отводил глаза, окончательно утвердился в мысли, что все, что сказал Торин, было чистой правдой. Одна из влиятельнейших особ Средиземья искала благосклонности его босса, но тот, видимо, не торопился отвечать черноволосому владыке согласием. Бард с детства помнил иллюстрацию из учебника истории, где Элронд был запечатлен в героической позе, верхом на черном жеребце с высоко поднятым мечом над головой. Мирквуд устоял перед таким великолепием, так на что же надеется Бард? У него просто нет никаких шансов! - Бард, вы слышите меня? - Стрелок вздрогнул. От своих грустных размышлений он пропустил последние фразы эльфа. - Вы очень рассеяны. Я много думал о вас в воскресенье. Я никак не могу вас раскусить. Помогите мне понять, что вы за человек. Все, что смог выдавить Бард, это была ужасно двусмысленно прозвучавшая фраза. - Не надо меня кусать, - пролепетал он и тут же страшно покраснел на пару с Мирквудом. Они видимо оба подумали об одном и том же одновременно. Эльф кое-как справившись с волнением, продолжил. - Хорошо, задам вопрос прямо. Ведь, вы являетесь выразителем мнения определенных слоев нашего коллектива. Ваш субботний поступок как-то связан с широко распространенным среди людей и гномов мнением о легкодоступности эльфов вообще, и меня в частности? Люди, насколько я знаю, часто не могут с первого взгляда различить кто из нас какого пола. Это очень напрягает, когда стоишь во главе коллектива на девяносто процентов, состоящего не из эльфов. - Что вы такое говорите, босс?! Я всегда понимал, что вы мужик! …Ну, в смысле, не женщина и все такое… Да, и весь остальной коллектив тоже… - Тоже, что? Тоже обсуждает в курилках как бы засадить поглубже длинноволосому боссу?! И ржут, как кони? - Нет! Совсем нет! Как вы могли такое подумать? – Бард был искренне удивлен, что эльф не только знает подобные фразеологические обороты речи, но еще и умеет их ловко употреблять: – Они вас уважают и очень любят! Понимая, что опять ляпнул невпопад, он замолчал с несчастным видом. - И что характерно, меня «любят», как вы точно изволили выразиться, не только мои подчиненные, но, похоже и все Средиземье без разбору! – в голосе Мирквуда промелькнули истерические нотки, а глаза странно заблестели. Он, кажется, терял над собой контроль. – Это все из-за моей проклятой внешности! Как бы я не уродовал себя дурацкой одеждой и прическами, все равно найдутся тупицы, типа некоторых упертых министров, которые будут доставать тебя по телефону своими недвусмысленными предложениями. А жены других министров будут смотреть на тебя как на шлюху, которую где-то подцепил ее муж, когда я всего лишь приезжаю отдохнуть душой с единственным другом, который меня понимает! Так ответьте мне, наконец, Бард, что же все-таки произошло в субботу? Это была какая-то злая шутка или…? Он внезапно заткнулся, прикусил губу и с вызовом уставился на Барда. - Я не шутил, как вы могли подумать! Я всерьез хотел вас того… э-э… Но вижу вам все это противно. Простите, я вел себя как последний дурак! - Тогоо?!… И это все? Я так и думал! – трагически воскликнул Мирквуд и, вдруг уткнувшись лбом в сложенные на столе руки, затрясся в рыданиях: - Все только и хотят, чтобы меня того…, - доносилось через истерические всхлипывания. Волосы его рассыпались вокруг головы по столешнице стола платиновым водопадом. Бард зачаровано следил, как переливались на них солнечные зайчики. Одна прядь лежала рядом с его рукой, он осторожно взял ее в пальцы. На ощупь она была как теплый шелк. С неохотой выпустив ее из рук, Бард заметил, что эльф, все еще всхлипывая, внимательно смотрит на него. - Нравится? – зло процедил он. И зарыдав еще сильнее, добавил: - Всем, всегда нравится! Побреюсь наголо, сейчас же! И вот тогда, вы все от меня отстанете, наконец-то! Он резко выскочил из-за стола и бросился к двери с явным намерением прямо сию минуту кинуться в ближайший салон красоты и выполнить обещанное надругательство над собой. Бард перехватил его и крепко прижал к себе за талию. Эльф секунду смотрел заплаканными глазами в его лицо, а потом доверчиво склонил голову Барду на плечо, прижавшись влажной щекой к щеке человека. Бард погладил его по немного спутавшимся волосам и, не отрывая рук от его талии, осторожно как в вальсе, проводил обратно к рабочему креслу, в которое бережно усадил. Потом метнулся к изящному графинчику с водой, плеснул в стакан и всунул в руку эльфу. - Выпейте, вам станет легче, - ласковым, но настойчивым голосом проговорил Бард. Трандуил послушно сделал глоток, но тут же отставил стакан в сторону, скривив губы. - Не станет мне легче! С чего бы это?! Я живу в состоянии вечного стресса уже слишком долго! Вот сколько, вы, думаете мне лет? – вдруг, немного кокетливо, задал он вопрос. Бард начал лихорадочно соображать, как следует правильно ответить на скользкий вопрос: на его взгляд, эльф выглядел даже моложе его самого. По факту, ему могло оказаться десять тысяч лет. А вот, что он реально хотел услышать в своем нынешнем состоянии, угадать было невозможно: варианты стремились от нуля к бесконечности. Поэтому, чтобы не накалять обстановку, Бард благоразумно, неопределенно и грустно вздохнул. - Вот именно! – всхлипнув опять, Трандуил своей реакцией подтвердил правильный выбор Барда. – И все время меня гнетет ужасное чувство одиночества на фоне вечных домогательств! Моя семья оставила меня, я так давно не виделся с сыном! У вас ведь есть дети, Бард? - Д-да, - запнулся статистик, и добавил застенчиво: - Девочка и …девочка…и мальчик. Он все больше погружался в вихрь нежности, поднимающейся из его души навстречу, такому милому в слезах, эльфу. - Когда вы такой, как сейчас, вы мне кажетесь настоящим, живым! Самым красивым в мире эльфом, который когда-либо существовал на земле! - Ох, Бард! Вы меня в краску вгоняете, - зажмурился эльф, прикрыв лицо руками. – А меж тем, у меня, наверно, нос распух, и глаза покраснели. – Он вдруг достал зеркальце из верхнего ящика стола, посмотрелся в него с досадой и пулей вылетел из-за стола на крышу, в свой цветник. Бард, все еще не привыкший, к спонтанным действиям босса своей мечты, хотел уже последовать за ним, но тут на столе зазвонил телефон. Человек схватил трубку, намереваясь тут же положить ее обратно, но прозвучавшее короткое предупреждение: «Это – Элронд!», заставило его, почему-то, задержать ее у уха. Голос секретаря показался Барду очень напряженным и серьезным. Он замер, стараясь даже не дышать в ответ. Связь переключилась непосредственно на высокопоставленного министра: - Трандуил! Мне, в конце концов, надоела эта твоя бесконечная игра! Сколько можно меня водить как козлика на веревочке?! – голос звенел от ярости. – Ты думаешь, я не понимаю, что ты тянешь время этими своими пустыми, бесконечными отговорками? Думаю, настал момент ответить прямо: «да» или «нет»! Если «да», то за тобой сейчас же вылетает мой личный самолет. А если «нет»…, - Элронд на том конце провода, казалось, ядовито усмехнулся: - Что ж, ты свободен в своем выборе. Но, боюсь, я не смогу принять твой отказ спокойно. Пора навести порядок в Лихолесском лесу! По-видимому, самостоятельно справляться с управлением вверенной тебе территорией ты уже не можешь. Галадриэль звонила мне в совершенно невменяемом состоянии. Обвиняла тебя, говорила, что ты слишком несерьезен для занятия такого важного поста, как владыка Мирквуда. Что ты проморгал, как Саурон прямо у тебя под носом подготавливает атаку на Лориэн и копит оружие. Ну и тому подобное, в том же духе! Она требует введения внешнего управления объединенных эльфийских правительств над твоими территориями! Я успокоил ее, как мог, защищая тебя. – Элронд помолчал и вкрадчиво добавил: - Но думаю, мне может надоесть отмазывать твою неприступную задницу! Ну так каков будет твой ответ, моя любовь? Бард весь белый от гнева со всей дури заорал в ненавистную трубку: - Да, пошел ты!!! Его ответ будет «нет»!!! Он занят, понял? Ему, вообще, не до тебя сейчас! И пусть твоя Галадриэль ядом захлебнется! Ничего вы ему не сделаете! Не звони ему больше и не доставай своим шантажом, он от этого сильно переживает! Если совсем невмоготу, засунь член в своего секретаря Линдира, я вас в новостях видел вместе, хорошо смотритесь! - и Бард торжествующе бросил трубку. В ту же секунду, дверь распахнулась и в кабинет опять влетел разъяренный Торин. Он молча пер на Барда, явно собираясь набить ему морду. Бард не понимая, откуда у него берутся сила и смелость (от окрылявшей его любви, не иначе) схватил гнома за воротник и вышвырнул обратно в приемную, повернув ключ в замке. На дверь тут же посыпались глухие удары, Торин пытался выбить ее плечом. Обернувшись, Бард увидел, что Трандуил стоит у раскрытого на крышу окна, испуганно распахнув свои небесные глаза. Он был очень бледен, а в волосах запутались несколько маленьких цветков азалии. - Кто это звонил? – тихим, дрожащим голосом спросил он у Барда. - Министр Элронд. - И что же сказал министр? - Вы же знаете, что он обычно говорит. Ну, а еще он сказал, что введет внешнее управление над Мирквудом, что Галадриэль его на это подбивает. В случае вашего отказа, разумеется. Но он блефует! У него наглости не хватит сотворить подобное! Он же все - таки эльф, а не какой-нибудь орк! С каждым его словом, казалось, Трандуил все больше распахивает свои и так широко раскрытые глаза. Его рот открылся, он пытался что-то сказать, но не мог. Дверь, в которую упорно ломился секретарь, вдруг с треском поддалась и в кабинет ввалилась целая компания: Торин, и, сбежавшиеся на поднятый шум, Саурон, хоббит и Азог. Мирквуд молча обвел присутствующих мрачным взглядом. - Ты сам во всем виноват! – с вызовом бросил он Барду, ткнув ему в грудь тонким, изящным пальцем. Схватив с вешалки свой пиджак, эльф растолкал подчиненных, загораживающих ему выход, шагнул в приемную, повернулся и вместо прощания тихо прошипел: - Как же вы все меня достали! Пулей полетел вниз по лестнице, плюхнулся в машину и растворился в голубом сиянии летнего дня, оставив за собой в кабинете тонкий аромат цветущих лугов.