Отблески будущего

"Доброе слово и кошке приятно." ( Народная мудрость)

Рядом прогремел гром. Новый удар, еще громче прежнего, рассек мрак. Ведьмак с трудом приподнялся, приходя в себя. В дверь ломились. - Кто там? - голос странно хрипел, застывая в одеревеневшей глотке. Странное, неприятное ощущение. Геральт потер горло пальцами. - О, живой! - ломиться перестали, - Ты что ж это, господин хороший, творишь, мать твою так! Не выходишь, не платишь, ха-ха, даже девок не зовешь. И дверь не открыть. - Так мне того и надо было, - пугающее одеревенение ушло, но ведьмак закашлялся, опираясь ладонью о дверь, садясь на кровати, - Это ты, что ль, хозяин? - Я, милсдарь, открывай уже! Ведьмак скользнул на пол, с трудом оттянул прорычавшую драконом кровать от двери, борясь с накатившей слабостью и головокружением. Повязка была набухшей и странно заскорузлой. Сколько же он проспал? Казалось, а пустому желудку особенно, целую вечность. Во рту почему-то был очень сладкий, очень горький привкус. Прижав к груди согнутую левую руку, здоровой Геральт в несколько приемов отодвинул тугой засов. Нет. Не только хозяин стоял перед ним, кривя масляно блестящие губы. За его плечом возвышался Пректер, лицо которого было прямо-таки пятнистым от непонятной злости, с глазами без проблеска мысли. Ведьмак попятился, неосознанно прикрывая рану. Градоначальник отстранил трактирщика, быстро шагнул в комнату. Геральт отшатнулся от мгновенного удара увесистым кулаком с перстнем, но отлетел спиной на кровать, пропустив мощный толчок в больное плечо, отозвавшийся, словно удар молнии, во всем теле. Побелел, стиснул челюсти, заглушая рвущийся наружу крик, цепляясь за враз помутневшую реальность. Пректер, закрыв дверь, склонился над ним, опершись коленом о кровать, вцепился в волосы, запрокидывая голову. Зарычал в лицо: - Не охренел ли, выродок! Ты за кого меня принял, за гуано под сапогами?! Тебе золота, мразь такая, мало?! Я ж тебе сейчас это золото в пасть поганую залью! И серебра не пожалею! Весь будешь в драгоценностях, чисто королева. Куда моего сына дел, урод?! - встряхнув обалдевшего ведьмака, он врезал кулаком по ребрам, схватил за плечо, сдавливая железными пальцами, - Говори, погань мстительная! Геральт взвыл, ослепнув от боли и, извернувшись, со всех сил пнул градоначальника сапогом в нос. Попал вскользь, разодрал ему щеку набойкой, столкнул с кровати. Сам скатился с другой стороны, потянулся к мечам. Их не было. Зарычав от ярости, Геральт пинком раскидал вещи. Все равно не было. Остальные пожитки лежали иначе. Коротко глянув на вытянувшего свое оружие сквернословящего Пректера, он вскочил на окно, потянулся к защелке. С подоконника открывался чарующий вид на предзакатные улицы Дориана. Низкие ухоженные домики, любовно свернутые с осени сады. Чувственные лучи-ладони цвета спелого абрикоса на бугрящемся каменными булыжниками животе города. И их блики на мечах и доспехах под окном. Геральт, матерясь про себя, обернулся. Его силуэт, контрастируя с белыми волосами, резко чернел на фоне сиреневого неба в золотеющей рамке окна. Глаза соответствовали, светлым огнем обрамляя радужницу. - Дьявол, выслушай меня, Пректер! Я ранен, без сил, не выходил из этой комнаты черт знает сколько времени, да и не мог выйти! Что бы ни случилось с твоим ребенком... - он спрыгнул с подоконника, увертываясь от меча градоначальника, спасая ноги. Ответной подсечкой вновь сбил медведеподобного противника на пол. Зашипел, неловко взмахнув раненой рукой, - Меня подставили, понимаешь? Я могу помочь тебе! Надежда на диалог была жестоко и быстро убита взревевшим аки мантихор потенциальным собеседником. Смысла он явно не улавливал. Ведьмак прыгнул через полкомнаты к двери, рванул было засов здоровой рукой. Тот застрял в перекосившихся петлях. Отчаянно ругнувшись, Геральт отскочил, треснул ногой. Дверь почти сломалась. Он съехал по ней спиной, уходя от рассекшего воздух клинка. Тот застрял в старом дереве. Пректер, уже равномерно багровый, неудачно рванул рукоять и уставился белыми глазами на обломок стали в руке, чем не преминул воспользоваться  ведьмак, обеими руками ухватив его за отвороты богато расшитого дуплета и от души приложив рожей о косяк. Хрюкнув, противник обмяк. Геральт, белея, отступил, стискивая губы. Последнее движение полностью вскрыло рану. Он опустился на колени, взял флягу с водой, плеснул на повязку. Еще. Размотал, щедро полил эликсиром из мешка. Достал другой, отхлебнул половину, подождал с минуту. Лицо обрело цвет. Пректер застонал, пошевелив разбитыми губами. Ведьмак подполз к нему, потянувшись, подобрал оброненный обломок клинка, прижал к горлу. Тихо сказал: - Слышишь меня, градоначальник? Не дергайся, а то умрешь. Давай поговорим. - Тварь. Паскудный... мутант. Мать... - Мать моя тебя не касается. Как и меня твоя родня, что бы ты ни думал. Почему в этом городе никто меня не слушает, хотел бы я знать. Сколько бы крови сберегли... - На улице... кхум... моя стража, - просипел собеседник, сбиваясь на кашель, - Тебе никуда не уйти... убийца! Я передам всем, Геральт из Ривии... ха-хахахорррумпф... Если с моим сыном что-то... - Я непричастен, Пиртим. И я не убийца. Сейчас я просто защищался, вины моей перед тобой нет. Я спасал свою жизнь, а твою мог отнять многократно, если бы хотел. Если ты успокоишься, я объясню, как сам понимаю, что произошло. Я, конечно, могу понять твою ярость, но не безумие. Была же причина в твоем, скажем так, подозрении? - Ты наследил, ведьмак! И оставил указания с суммой и сроком уплаты выкупа... Анонимно, но я хорошо запомнил твой медальон. А у тебя хватило наглости  запечатать им письмо! - он снова начал багроветь, удерживаемый сталью. Геральт судорожно схватился за цепочку на рубахе, вытащил медальон. Волчья морда привычно скалила зубы, но в глазной впадине краснела крошечная застывшая капелька сургуча. Он сдержанно поинтересовался: - А скажи мне, сколько дней назад я покинул твой гостеприимный дом? - Неделю назад, вообще-то! И ты будешь брехать, что не выходил из комнаты? - покосившись на собственный меч, градоначальник спросил обреченно: - Ты и его убил? Скажи мне, я хочу знать. - Идиот, - раздраженно отрезал Геральт, - Я такая же фигура этой игры, как и ты. К счастью, правда, побыстрее и поумнее. Когда я шел от тебя, меня отравили, - кивнул, прерывая недоверчивый взгляд градоначальника, - Иначе ты б дальше порога не попал, это я гарантирую. До мантихора тебе ну очень далеко, и рана тут не самая серьезная помеха, - поразмыслив, Пректер стал слушать внимательней, - Я пока не знаю, кто и чем. На ведьмаков не действует большинство ядов либо действует значительно слабее. Это, чтоб ты знал, хорошая отправная точка для поисков. В итоге, я бревном провалялся в этой норе несколько дней и, вероятно, даже не должен был выжить. - Да кому ты нужен, чтобы такую подляну устраивать? - Возможно, - Геральт потер лоб, - Я просто удобный козел отпущения. Заодно при некоторой удаче можно избавиться от тебя. Моими руками. Чего я точно не понимаю, так это какая им корысть в моих мечах... - Точно, я-то все думал, что ж ты своими железками мне череп не раскроил... - И что, много надумал? - Геральт вдруг убрал обломок от горла собеседника, сел на кровать. Тот дергаться не стал, только чуть передвинулся, опершись на дверь. Поморщился. - Да не особо, больно старался тебя зацепить. Быстрые вы, ведьмаки, как черти... Закряхтел, поднялся, прошел к окну, открыл. Рявкнул вниз: " Дринс, притащи сюда вина и воды, возьми за стойкой, и поживее!" Повернулся, глянул угрюмо на Геральта, серьезно изучающего медальон. Тот поднял глаза и усмехнулся, совершенно безрадостно. - Мне выпить не предложишь? Во рту пересохло. - Да ты окосеешь, после недельного-то поста. Пей воду, ведьмак, оно полезнее. Дождались стражника с кувшинами. Геральт разом выхлебал половину воды. Пиртим степенно отпил из своего, поставил рядом на пол. - Вот скажи мне, - обратился к нему ведьмак, - Кто в принципе знал о моем приезде? - Семья да слуги, которые открыли тебе двери. Хотя им я не говорил, кто ты. Но неделю назад узнал патруль и бордель, как сам помнишь. А уж от борделя слухи распространяются, как венерические болезни... - Давай все же спросим у тамошнего хозяина. - Завтра. Уже почти стемнело, и мы оба не в лучшем состоянии. Градоначальник, ухватив кувшин, с трудом поднялся, шагнул за порог, повернулся. Геральт лежал, свесив руку, придерживая кувшин на кровати другой. - Завтра так завтра. Разбудишь, как поднимешься, - прикрыв глаза, ведьмак махнул рукой, прощаясь. Пректер, тяжело переступая, двинулся наружу, к своей охране. Только стихли шаги, как Геральт, усевшись, вновь извлек медальон. Капелька сургуча, застрявшая в металле, напоминала кровь, отвлекала. Но не смогла отвлечь ведьмака от того факта, что ему вернули подделку. Медальон проигнорировал опасность, даже осознаваемую и явную угрозу для жизни. Он был начисто лишен магии. Вздохнув, Геральт, снова заперев дверь, решил подождать рассвета. Желательно, во сне. Первая звезда прорвала полог небосвода. Чернила пересилили нежно-золотистую акварель заката. На Дориан улеглась ночь.