Отблески будущего

"Give it an understanding but no tongue." * (Уильям Шекспир, Гамлет) Трактирщик нервничал. Его заведение слыло в меру дешевым, но самым пристойным, чем и пользовались редкие, но, как правило, богатые приезжие. Теперь все изменилось. К нему без конца подкатывали городские сплетники и сплетницы, толкались у стойки. И жадно слушали гомон постояльцев. А тем было о чем поговорить. Не каждый день утро начинается с визита беловолосого мужика в одних штанах с мечом в руке. Когда открывались двери, он несколько секунд пристально глядел на постояльца, затем, буркнув что-то на незнакомом языке, захлопывал комнату. Когда двери не открывались, их вышибали ногой без изменения последующих действий. Несколько человек, решивших "решительно воспротивиться беззаконию", как раз и ругались сейчас, привлекая внимание не только громкими ругательствами, но и весьма помятым видом. Поначалу люди сошлись во мнении, что слова раннего посетителя долженствовали означать извинения. Вскоре, однако, выяснили, что красиво звучавшие фразы означали что-то типа "вот зараза", "засранцы" или "чертовы дети". Так как переведший был слегка побагровевшим и, не скрываясь, ржал, у всех осталось подозрение, что перевод был неточным...   Геральт проснулся от тихого стука. Снаружи. Кажется, что-то с небольшой высоты уронили на пол и отнюдь не с целью разбудить. Он подкрался к двери и резко распахнул ее. И остолбенел на пороге. Перед дверью лежали мечи. Подняв их, ощупав и прийдя к бесспорному выводу, что получил не подделку, ведьмак как раз и направился на поиски неизвестного благодетеля, для начала решив обыскать гостиницу.   Гостиницу пришлось покинуть, и ведьмак сразу направился к градоначальнику, не дожидаясь нового приглашения, по дороге подводя итоги. Поиски успехом не увенчались, но факт возвращения клинков сам по себе радовал. Медальон ему, однако, не вернули, и фальшивку Геральт оставил. Все же это был знак профессии, его знак, и посторонний не мог знать правды. Тем более что градоначальник наверняка запомнил, что в день пропажи мечей волчья голова была у ведьмака на шее, и Геральту не хотелось раскрывать все тонкости ведьмачьих медальонов. Не успев удалиться от гостиного двора, он с изумлением узнал в идущем навстречу градоначальника собственной персоной. Тот, не выказав удивления, махнул рукой в сторону переулка, откуда  явственно тянуло жареным мясом. Ведьмак внезапно осознал, что не ел уже целую вечность.   - Нет, Пректер, я склонен тебе верить. Но все же мечи пропали именно на время твоего визита, это отрицать ты не можешь. Должна быть связь. Повторюсь, я подозреваю третье лицо, не тебя. Сдается мне, кто-то либо мечтает избавиться от меня, либо заинтересован в судьбе твоего сына. Сильно, раз не побоялся вовлечь меня во все это. Градоначальник смолчал. После яростной вспышки накануне он выглядел необычно кротко, что все же тревожило Геральта. Первое впечатление было очень непривлекательным, второе немногим лучше. Третья встреча и вовсе началась с попытки убийства. А сейчас они сидели в темном углу таверны, мирно жуя на пару тушеных кроликов в подливке с тимьяном и хрусткими орешками. Кивали, отхлебывая терпкое, почти до горечи, багровое вино. Словно их необъяснимо сблизили и драка, и потеря Пректера. Геральт все обдумывал одну вещь, разглядывая новоявленного знакомого. Тот, почуяв, поднял глаза, чуть приподнял брови. Ведьмак не отвел взгляда, отпил вина, потом медленно заговорил: - Куда ты собирался тратить деньги, положенные городу? - заметив брови, поползшие вниз и навстречу, приподнял ладонь тыльной стороной вверх, продолжая, - У ратуши не особенно богатый вид, благосостояние граждан ниже среднего уровня. Те средства, которые ты собрал на оплату услуг ведьмака, так и лежали, если учесть, что ты раздаешь их обратно. А ты раздаешь, я проверил. Но до этого они хранились до месяца, Пректер, нетронутыми. Это поистине беспрецедентный способ казнокрадства, - градоначальник странно усмехнулся, - Так на что ты копишь? - Интересно, - проронил собеседник. В его глазах Геральт ясно увидел багровую поверхность вина, блеск бокала, внезапно сжатого пальцами, - Очень увлекательные доводы и, как ни странно, убедительные. А если, скажем, я намекну, что это не твое дело? - К моему глубокому сожалению, - холодно ответил ведьмак, - У тебя достаточно убедительных доводов не найдется. Особенно теперь. - Тем не менее, сейчас ответить я не готов. Скажу лишь, что к моей настоящей проблеме это отношения не имеет. - Гарантируешь? - Видишь ли, ведьмак, это очень странное и запутанное дело... - Да или нет, Пректер? Только в случае определенного ответа я возьмусь за работу. - Дьявольщина, да я могу поклясться в чем угодно, особенно, как ты сказал, теперь, и тебе следовало бы это понимать, - процедил градоначальник, - Поможет тебе такое признание?! - Ничуть. Выходит, угроза твоему сыну - единственная гарантия. Тебе повезло, что мне ее достаточно. - О, я должен быть безумно счастлив! -  с сарказмом выплюнул градоначальник. - Несомненно. Трапеза окончилась. Они поднялись из-за стола, стоя лицом к лицу. - Кстати, учти, что позже мой вопрос почти наверняка возникнет вновь. - А ты учти, - негромко сказал Пректер, повернувшись вполоборота, - Что мой ответ почти наверняка останется прежним.   ***   Темная, почти черная плоскость едва заметно вздрагивала на необычно гладком, полированном столе из гранита, изогнутая в тонком блюде. Если приглядеться, можно было понять, что она отображала дрожь медальона в виде волчьей головы, лежащего в центре. Превращала колебания в тихий, но различимый разговор двоих человек, слегка заглушаемый звоном, по-видимому, посуды. Рядом с этим велись и другие разговоры, но их смысл уловить было уже невозможно.   "... мой ответ почти наверняка останется прежним. - Давай прекратим это топтанье на месте и займемся делом. Я бы хотел опросить твоих охранников. Они могли что-то видеть. - Я подумал об этом, знаешь ли, и уже говорил со стражниками в ратуше и доме. Почитаешь их показания, они в доме. С трех часов пополудни начнут подходить другие смены. Послушаем вместе, - голоса зазвучали иначе, к дрожи медальона добавились ритмичные мягкие колебания. Очевидно, разговор продолжался на ходу. Скрип двери, многократно возросший уровень шума вокруг. Основной разговор доносился сквозь постоянные обрывки чужих фраз, - Ах да, забыл ..."Капуста, капуста!"... ты умеешь читать? - "Ах ты ж ворюга!!!"...глупо..."Держите!!!"...роны напоминать мне о письме. - ..."Милашка!"... с твоим другом вышло край..."Эй, красо-оточка!!!", но другого..."Погоди-ка!"... Черная поверхность вздрогнула, намного сильнее. Уже не от звука, а от раздраженного хлопка по столу. Закачалось блюдо. Слова поплыли, искажаясь, становясь то громче, то тише, то схлопываясь в визг, то басисто растягиваясь. Темное лицо раздраженно искривилось, прищурились, оставшись мраком между век, странные глаза. Они были человеческими, форма и строение не вызывали вопросов. Но цвет был темно-вишневым, лишь красным отблеском отличаясь от зрачков. Холеная рука небрежно остановила колебания, переставила блюдо на часть стола, покрытую тканью, приглушив голоса почти ло неразличимости. Раскрылись полные губы, прошипев: "Одни вопросы, все вопросы, и так мало ответов, все никчемная чушь. Мог бы быть и понастойчивей, ведьмак. Не пришлось бы доказывать, что это очень даже касается вашей задачи." * всему давайте смысл, но не язык