Воздух у моих пальцев

С легким шшух платье выпало из рук Розы и ворохом собралось у ее ног. Через пару секунд она осознала, что руки ее замерли поднятыми в воздухе, и уронила их. Девушки больше ничего не сказали, так как до сих пор пытались побороть свое хихиканье. Деревянная рама скрипнула, когда она слабо опустилась на кровать. Это могло быть что угодно, верно? Возможно, он просто наклонился к ней, а Мэри просто подумала, что они целуются. Она и раньше пыталась… приукрашивать свои истории. И они, к тому же, были не в самом открытом из обществ. Мало ли, Мэри могла увидеть обыкновенное чмоканье в щеку по-братски. По-братски. Да. Девушки успокоились, и Роза силилась услышать, уточнит ли Мэри. - Но ты должна рассказать мне поподробнее, - прошептала Ида. - Ну, - Мэри помолчала. – Не вздумай выболтать ни словечка об этом, Ида. Но я должна была встретиться с медсестрой, чтобы помочь ей принести травы обратно, и когда я зашла за угол изгороди, я увидела их, они стояли очень близко друг к другу. - И, и? - Я отступила, чтобы посмотреть, что будет. Он ведь давно уже провожает ее до церкви, понимаешь. Звук рвущегося стежка заставил Розу вздрогнуть. Она разорвала по шву перчатку, которую теребила в руках. Отбросив ту рядом с собой, она сделала глубокий вдох. Если бы она сейчас не подслушивала, она бы спустилась вниз и трясла бы эту девчонку на каждой драматичной паузе. - А затем доктор Смит взял сестру Редферн за локоть. Они говорили так тихо; я не услышала, что они сказали. Доктор замолчал, и затем, - Мэри вздохнула, - сестра Редферн погладила его по щеке. – На этом моменте Ида взвизгнула. – И они поцеловались. По-настоящему. - О, как романтично, - выдохнула Ида. - Несомненно сегодня будет сделано объявление. – Они обе прыснули. – Но надо торопиться, мне нужно одеться! – Роза услышала шорох их юбок, когда девушки торопливо убежали. Дыхание Розы участилось. Черная дыра, необъяснимым образом позволявшая Кроп-Тору плавать над ними, в данный момент пыталась обосноваться в центре ее груди. Она зажмурила глаза, скорее по привычке, чем из необходимости. Словно ребенок, что прикрывает глаза, играя в прятки. Ты не можешь меня видеть, если я не вижу тебя. Если я не могу этого видеть, означает ли это, что ничего этого не существует? Роза откинулась на постель, свернувшись клубочком вокруг своей перьевой подушки. Разумеется, это был не первый раз, когда Доктор увлекался кем-то. Дерево Джейб была на первом же их настоящем путешествии! А затем еще была Франция… но они обговорили это. Настолько, насколько вообще можно что-то обговорить с Доктором. Она знала, что тогда он бежал, бежал, как и всегда это делал – но он всегда возвращался к ней. Вернется ли доктор Смит после этого? Захочет ли он вообще? Она закусила ноготь на большом пальце. Разыскивать ее каждую свободную минуту, держаться за руки, те сны – что же это тогда все было? Времяпровождение? Раскрытой ладонью она ударила по матрасу. Не может быть. В отсутствии сложностей инопланетянина, путешествующего сквозь время и пространство, запертого в человеческом теле без надлежащих воспоминаний, доктор Смит вел себя нечестно по отношению к ней. Или, хоть ей и не хотелось это признавать, к мисс Редферн. Тихое мурлыканье предупредило ее о том, что она была уже не одна. Оно остановилось у ее двери, которую Роза оставила открытой после ухода Мэри. - Роза? Что же вы делаете до сих пор в постели? Вам скоро нужно выходить! – Мурлыканье возобновилось, когда скрип половиц продолжился в направлении комнаты мисс Редферн. Прямо не нарадуется она. Ужас глубоко засел у нее в животе. Последнее, чего ей бы сейчас хотелось, так это идти на танцы. Она безрадостно усмехнулась. На самом деле, последнее, чего ей бы сейчас хотелось, так это приближаться на расстояние десяти метров к этому мужчине – но, по сути, разницы не было. Ей на самом деле нужно найти эти карманные часы, хоть она и не представляет, с чего начать. Что, если они разбились при крушении ТАРДИС? Она сглотнула. Думай позитивно. Они найдут выход из этой переделки. Должны. Что же до неловкости во время танцев, она была уверена, что Айзек захочет составить ей компанию. Он проявлял гораздо больше настойчивости в последнее время, особенно, если по близости был доктор Смит. Он все так же был достаточно тихим, так что у нее будет время подумать. Обдумать следующий ход. Или же притвориться, что он будет. Следующий час прошел будто в тумане. Мэри так и не вернулась, чтобы помочь, но она надеялась, что привела себя в достаточно презентабельный вид. Ее хватило на то, чтобы сообщить мисс Редферн, что она пойдет с Айзеком и его матерью. Хоть ей и не хотелось это признавать, но она знала, что ее склонность к ревности проявится в полную силу, и последнее, что ей было нужно – это устроить сцену. В особенности, если охотники уже знали о ее присутствии – если она хочет найти те часы и вернуть Доктора, ей нужно вести себя тихо, чтобы защитить их обоих. Но как она может делать это, если доктор Смит намеревается… остепениться? Вместо того, чтобы отправиться к дому Айзека, Роза воспользовалась этим временем для того, чтобы попытаться привести свои мысли в порядок. Она достаточно хорошо ориентировалась в деревне, да и свадебные гости уже и без того производили достаточно шума, чтобы она смогла найти дорогу. Что же ей делать? Каким будет следующий шаг? И как ей вытравить из мыслей Доктора, в очередной раз целующегося с какой-то блондинкой? Так что, возможно, ждать, что мысли приведутся в порядок за десятиминутную прогулку, было чересчур уж оптимистично. Когда она добралась до свадебного торжества, Айзек, к счастью, тут же подхватил ее руку, отбросив все мысли о том, что доктор Смит может попытаться найти ее. У Айзека наметилось значительное улучшение со времени того инцидента, но доктор Смит обходил его стороной в попытке сохранить мир. Не хотел вызвать очередной приступ и испортить свадьбу. Тем лучше. Церемония была очень традиционной и очень короткой, а затем их всех проводили в большой павильон под навесом. Воздух здесь был пропитан ароматом свежего жаркого и пряной сладостью разливаемого сидра. Вокруг все негромко болтали и ели, но так как Роза была с Айзеком, разговоров было не много. Учитывая, что большинство деревенских жителей, хоть и были добры к ней, до сих пор ее избегали. Вилка Розы глухо звенела по металлу тарелки, пока она ковыряла еду, которой снабдила ее мать Айзека. Мириам была добра, но не слишком разговорчива. Фразы были редкими, и, хотя обычно Роза старалась поддержать разговор с нею, сегодня вечером она была рада преобладавшей тишине. Вскоре кто-то взялся за скрипку, вступила гитара, и она услышала шум отодвигаемой мебели. Скорее всего, расчищали пространство для танцев. Земля начала вибрировать, а температура вокруг нее постепенно возросла от движений людей. Она расслышала громкий хохоток Мэри поверх шума, и не смогла удержаться от небольшой улыбки. Против воли она и сама принялась ногами отбивать такт. Айзек фальшиво подмурлыкивал и ритмично барабанил пальцами по ее руке. - Вечером сегодня ни секрета, ни Доктора. Она обернулась на его голос. - Хмм? О, нет. Нет, доктор Смит, должно быть… занят сегодня кем-то другим. Он вновь принялся довольно напевать. Музыка первого танца завершилась, и Айзек спросил: - Напиток? - Было бы неплохо, спасибо. – Он похлопал ее по руке, прежде чем она ощутила, как он отошел от нее. Музыка зазвучала вновь, и ее голова легонько закачалась в такт. До чего же она соскучилась по танцам. Вряд ли она смогла бы сразу же поспевать за их танцами, даже если бы была способна видеть. Скорее всего, это была какая-то разновидность тех групповых танцев из фильмов о девятнадцатом веке. Она подавила улыбку, представив себе, как отколола бы какую-нибудь версию «Электрического скольжения» или «Макарены». Шокировать местных жителей было в порядке вещей для их путешествий, но сегодня определенно был не один из таких дней. Она ощутила руку у себя на локте, и с улыбкой потянулась к нему. - Ну что, раздобыл мне сидра? - Нет, простите, у меня его нет. Я могу принести вам, если хотите. – Ее улыбка угасла. Ответивший ей голос принадлежал определенно не Айзеку, но доктору Смиту. Его голос был теплым и негромким, его тон в обычное время заставил бы ее запутаться в мыслях. Но вместо того, чтобы ощутить мурашки на том месте, где ее легонько касались его пальцы, она стиснула свои собственные, чтобы сдержаться и не залепить ему пощечину. Она проигнорировала порыв и вместо этого выскользнула из его рук. - Айзек уже пошел за ним. Пауза. - Конечно. Как вы думаете… - Еще одна пауза, и ужас в ожидании возможных вопросов начал медленно опускаться из ее груди в живот. Она так яростно скрутила в руках носовой платок, удивительно, как тот еще не разорвался на клочки. – Я имею в виду, я знаю, что вы можете и не знать всех, но я был бы только рад помочь… - Он вздохнул. – Роза, не окажете ли вы мне честь… В этот момент вернулся Айзек. - Напиток для Розы. Она сдержала вздох облегчения – в последний момент – и с благодарностью приняла стакан. - Спасибо, Айзек. – Она повернулась ко второму мужчине. – Прошу прощения, доктор Смит. Я уже занята. Повисло тяжелое молчание, пока она не услышала тихое: - Понятно, - за которым последовали отдаляющиеся шаги. И как ей может одновременно хотеться врезать ему и поцеловать? Она ухмыльнулась сама себе. По крайней мере, в этом ничего не изменилось. - Потанцуем, Роза? Она тряхнула головой, затем сжала руки Айзека. - Конечно. Танцы с Айзеком оказались больше похожи на игру в хоровод, но она не могла сдержать смеха, пока он кружил ее на протяжении нескольких песен. Когда он ухватил ее в начале следующей, она замахала руками. - Только не еще один, - пропыхтела она, пытаясь перевести дух и продолжая смеяться. – Мне нужно присесть, прежде чем я смогу танцевать снова. - Х-хорошо. – Выдавил он в перерыве между приступами собственного смеха. Она взяла его за руку, и он отвел ее к скамье. – Где мама? – спросил он. - Она не здесь? - Нет. - Почему бы тебе не пойти спросить Мэри? Она, скорее всего, знает. - Ты подождешь здесь? Она похлопала его по руке. - Конечно. Я подожду здесь. Началась и кончилась еще одна песня. Когда она повернулась, чтобы положить носовой платок, который использовала для промакивания лба, на сиденье рядом с собой, она ощутила, что перед нею кто-то стоит. - Смог найти ее, Айзек? - Айзек отправился домой со своей матерью. Она почувствовала себя дурно. – Доктор Смит. Беспокойство заглушило первую реакцию, которая могла бы возникнуть у нее при его повторном появлении. - С ней все в порядке? - Да, с ней все будет хорошо. Обычное явление для женщины ее возраста. Роза кивнула. Хотя несколько мгновений он и не произносил ни слова, она знала, что он все еще здесь. Настойчивый малый. Несмотря на то, что именно он тут обладает зрением, отказ он явно в упор не замечает. - Что ж, тогда я поищу сестру Редферн, чтобы вернуться домой. Если, конечно, она не будет занята. Если он и заметил ее намек, то никак не отреагировал. - Медсестра Редферн ушла с Мириам и Айзеком. Ее недомоганию лучше послужит помощь со стороны женщины. Скрипач тронул струну и заиграл сольную мелодию. Она не узнавала музыку, но та была знакомой. Гораздо более медленная, скорее напоминавшая фольклорную балладу, чем танцевальную джигу. Вскоре присоединилась гитара. Она только собиралась спросить, где Мэри, когда доктор Смит вдруг выпалил: - Потанцуйте со мной. Она опустила подбородок. Как отказать? Ну почему он не мог просто отстать на один вечер? Люди начали расходиться. Не то, чтобы ее волновало то, что кто-то может подумать, но ей сейчас не нужно было ни во что ввязываться. Она должна была найти эти часы, и они должны были выбраться отсюда, пока положение не ухудшилось. - Пожалуйста, Роза. Тихая искренняя просьба остановила ее. - Ладно. – Она выдавила небольшую улыбку. Он взял ее за локоть и провел к танцплощадке. Она не представляла, что это будет за танец, да и она, скорее всего, его испортит. Что ж, даже если она отдавит ему пальцы на ногах, он сейчас, несомненно, заслуживал куда худшего. Левой рукой он осторожно взял ее за правую, чуть поудобнее перехватил ее пальцы, затем сжал их. Его правая рука аккуратно надавила ей на спину, подводя ее ближе, однако так, чтобы между ними все еще оставалось пространство. Его прикосновение было таким несмелым, словно он боялся, что она может в любое мгновение сбежать. Голос с северным акцентом пронесся у нее в сознании. «Нужно действовать… деликатно.» Шагнув вперед, он повел их простым «квадратным» шагом, которому она легко, инстинктивно последовала. И он был неплохим танцором. А в этом лежала проблема. Она ощущала себя одним из тех плазменных шаров. Каждая ее точка, которой он касался, сияла огнем, ярко искрясь – и она слегка ненавидела себя за это. Она пыталась убедить себя, что это происходит непроизвольно, из-за мускульной памяти. Простая реакция на прикосновение Доктора, даже несмотря на то, что этот человек - не Доктор. Не он. Музыка струилась, и его большой палец пару раз побарабанил по ее спине, прежде чем он произнес: - Вы избегали меня. – Она поджала губы. – За последние несколько часов вы едва ли пару слов мне сказали. Я вас чем-то оскорбил? – Когда она сразу же не ответила, он самоуничижительно рассмеялся. – Конечно, обычно в вашем присутствии я вечно говорю что-нибудь не то. Она сделала судорожный вдох. - Я не хочу сейчас об этом говорить. Это неподобающе. – Она сделала шаг назад, отстраняясь из его рук, зачарованное мгновение было разрушено. – Где Мэри? Я хочу уйти. - Она уже ушла… как и все, кроме нескольких человек. – Она была так сфокусирована на нем, на них, что не заметила, как шум разговоров утих до людей, оставшихся, чтобы прибраться. Гитарист бренчал какую-то песенку, скорее всего, для собственного развлечения в ожидании, когда остальные закончат. Он попытался взять ее за руку, подушечки его пальцев едва коснулись ее кожи, как она быстро отдернула свою. Он вновь взял ее за руку, настойчивее, на этот раз вложив ей в ладонь ее трость, прежде чем отпустить ее. Она прикусила губу, удержавшись от инстинктивных слов извинения, и вместо этого вздернула подбородок. - Идемте, - он вновь взял ее за локоть, чтобы направлять, и на этот раз она ему это позволила. Звуки уборки сменились на цикад и лягушек, к которым время от времени присоединялось редкое гавканье собак. Доктор Смит, однако, продолжал хранить молчание и больше уже не касался ее. Они все еще были довольно далеко от дома медсестры Редферн, когда он нарушил молчание. - Позвольте мне все исправить, Роза. Я не люблю ссориться с вами… в особенности, когда не знаю, по поводу чего мы, собственно, ссоримся. На протяжении нескольких минут тишина была ему единственным ответом, уже хотя бы потому, что она не была уверена, как именно ему отвечать. Она гадала, будет ли ее каблук на его ноге, или же, настолько на его ноге, насколько она сможет туда попасть вслепую, достойным ответом. Она подавила смешок, представив себе, как поискала бы его ногу своей тростью, прежде чем наступить на нее. Но, правда, какое она имела право ревновать? В любом случае, не то, чтобы она вообще хотела эту… копию. Это просто было несправедливо по отношению к медсестре Редферн. Даже несмотря на то, что глубоко внутри она знала, что не возражала бы против того, чтобы поставить медсестру на ее место. Лишь чуть-чуть. Они добрались до крыльца медсестры Редферн, и хруст гравия рядом с ней замолк. - Роза, мы друзья, да? Она обернулась на его голос. -… да. - Хорошо, потому что я ценю вашу дружбу. – Она услышала, как гравий переместился. – Нет. Нет, даже больше этого. Она постучала тростью справа от себя, нашла край крыльца, чтобы присесть. Он сел рядом с ней, и она почувствовала вибрацию от того, как он тряс коленом. Она повернулась к нему, а затем ахнула. Теперь она ощущала его так близко, его тепло рядом со своим лицом, ей было слышно, как он открыл рот, прежде чем заговорить. - До того, как вы пришли, мне кажется, я… бесцельно дрейфовал здесь. А затем появились вы. И вы такая… такая другая. Живая. Пред лицом того, что других заставило бы сдаться, вы продолжаете идти вперед. То, как вы ведете себя с Айзеком… то, как вы заботитесь обо всех окружающих. – Его рука мягко накрыла ее ладонь, лежащую на ступеньке. – Такое доброе сердце. – Рука, что лежала на ее ладони, приподняла ее подбородок. – Я… я бы очень хотел, - кончики пальцев второй его руки едва касались ее виска и щеки, когда он прошептал, - поцеловать вас. С этим последним предложением она осознала, что ее глаза были выжидательно закрыты. Вспомнила, почему именно злилась на него. Она резко сбросила его руку со своей щеки. - Я думала, это у вас с медсестрой Редферн. – Когда он не ответил, она коротко кивнула и зашла в дом. Когда она наконец добралась до своей комнаты, она даже не стала раздеваться. Просто улеглась на постель, свернувшись клубочком. Желая, чтобы пришел сон и облегчил глухую боль. И избавил ее от необходимости думать. Она лежала там, мысленно продолжая перебирать свои сны, пытаясь разобраться, как ей найти часы и исправить этот бедлам, и вновь проигрывая в голове слова, сказанные на протяжении всего этого вечера. Как он мог взять и влюбиться в медсестру, однако до сих пор пытаться… дедушкины часы внизу начали проигрывать мелодию, оповещая о смене часа, и она пошевелилась, гадая, который сейчас час. Она предполагала, что они ушли с вечеринки где-то после одиннадцати. Бом. Что ж, сейчас уже час ночи. Она со вздохом откинулась на подушку. Звеньк! Она перекатилась на бок в сторону звука. Звеньк! Звеньк! Камешки по подоконнику. Айзек. Она потащилась к окну и приподняла его вверх. - Иди домой, Айзек, - громко прошептала она. – Час ночи! - Роза?