Воздух у моих пальцев

В тени деревьев было прохладно. Над ее головой ветер играл кронами деревьев, заставляя ветви скрипеть, а листья танцевать. Под ногами пышные листья папоротника задевали ее за лодыжки. В воздухе витал землистый запах влажной почвы и гниющего дерева. Здесь было красиво, почти наверняка, но сейчас она могла думать лишь о том, что лес, казалось, тянется бесконечно, а у нее так мало времени. Роза смахнула паутину со лба грязной рукой, проверила, что солнце все еще слева. Надо двигаться. Согласно указаниям Джоан Редферн, если она будет двигаться на север, она выйдет к огромным зарослям ежевики. Она должна обойти их по западной стороне, пока не достигнет берега высохшей реки, пройти вдоль нее, пока почва не станет болотистой, а затем свернуть и двигаться строго на запад, пока не пересечется с дорогой, идущей на северо-запад. Та приведет ее к двум огромным вертикально стоящим камням, и к выходу из леса. Роза не представляла, сколько это займет времени, но каждое промедление сводило ее с ума. В то время, как она прокладывала путь, в голове у нее тикали часы. Секунды скользили мимо, словно капли крови, проливаясь, собираясь в минуты и часы. Она могла поклясться, также, что соблюдала точность – словно идеальные часы. Метроном, отсчитывающий шаги, слабые вдохи и каждый из его оставшихся ударов сердца. «Как ты это делаешь», - спросила она его как-то раз, когда он выпалил время так, словно это был пустяк. Доктор закатил свои голубые глаза, пожал плечами в кожаном пиджаке. «А, да это просто», - сказал он. – «Я всего лишь подсчитываю, сколько раз ты моргнула.» Затем он расплылся в той самой большей-чем-жизнь улыбке, схватил ее за руку, и они бросились бежать. Она спросила его еще раз, позже. Несколько раз, на самом деле, и ответ всегда был одинаковым – он говорил, что ведет счет тому, как часто она притоптывает ногой, или покусывает ногти, или (если пребывал в особенно ворчливом настроении) убредает. После регенерации она долгое время не поднимала эту тему. По следам того, как он сменил лицо, а потом Сары Джейн и всего этого, меньше всего ей хотелось еще одного вопроса, который останется без ответа. Но где-то за неделю до того, как он превратил себя в человека и началась вся эта заваруха, они прятались в особенно тесной дренажной трубе, прислушиваясь к звукам погони, и он проделал это вновь – пробормотал время, так, словно бы у него в голове были часы. В основном для того, чтобы отвлечь себя от запаха, холода и ощущения его груди, прижимающейся к ее спине, она прошептала: «До сих пор не представляю, как ты это делаешь». Его голова была прямо над ее плечом, одна рука все еще лежала на ее талии после того, как он утянул ее в тень. Она помнила, как он нагнулся к ней чуть ближе, приглушенный звук его переместившихся ног эхом разнесся по трубе. «О, разве я тебе не говорил?» - прошептал он в ответ, его теплое дыхание щекотало ей ухо. – «Я считаю удары твоего сердца». Она знала, что это была всего лишь очередная шутка, очередной не-ответ, даже несмотря на то, что кровь прилила к ее лицу, а ритм в ее груди разогнался. Но это, казалось, не имело никакого значения, ведь его пальцы сжались на ее ребрах, один из них отбарабанивал этот ритм: раз-два, раз-два. Она почувствовала, как его рот изогнулся в улыбке, когда тот коснулся ее головы, и ее губы растянулись в ответ. Эти руки обретали все больше свободы в последнее время, объятия становились длиннее, флирт все более явным, и она была бы более чем счастлива забить на сами эти слова ради того обещания, что стояло за ними. Сейчас как-то даже странно было думать об этом. Она до сих пор была уверена в том, что он не следит за временем по тому, как часто она чихает или чему там еще, но, возможно, у того, что он сказал, была иная сторона, та, которую она до настоящего времени не способна была увидеть. Он жил на протяжении веков, и будет жить века после того, как ее не станет. Но, по крайней мере, пока она здесь, он привязывал ритм своей жизни к ее ритму, отслеживая проходящие мгновения по тому, как она заполняла их. Это было головокружительно и пугающе, чудесно и уязвимо, и время от времени это потрясало его до самой глубины души. Так что, да, теперь она лучше понимала его. Теперь, когда его жизнь стала более конечна, чем ее, о, как она понимала. И она думала, что точно знает, почему он подсчитывал эти удары сердца – потому что это была единственная важная система отсчета. Человек или Повелитель Времени, Доктор или Джон Смит; они сливались в единое целое у нее в голове, и едва ли имело значение, кто есть кто. Только бы продолжало биться это сердце. Она погладила пальцем вырезанную розу на своей трости, словно талисман, и продолжила движение. Почти час спустя она добралась до зарослей ежевики. Она была слегка удивлена тем, что нашла их так быстро, но Джоан на самом деле не уточняла, сколько займет у нее каждый отрезок пути. И, осторожно пробираясь вдоль колючих побегов, морщась, когда те цеплялись за ее руки и одежду, Роза рассудила, что уж на это она точно не будет жаловаться. Чем быстрее она сможет выбраться из леса и добраться до городов, тем лучше. Обнаружив берег реки, она вздохнула с облегчением. Русло было широким и открытым, свободным от деревьев и кустов – наконец-то, шанс нагнать время. Однако, когда она упала в третий раз, запнувшись о речные камни и рухнув вниз лицом в грязь и листву лесной подстилки, она заставила себя замедлить шаг. Сделав передышку, она подхромала к упавшему дереву и присела. Необходимость вот так ползти вперед в то время, как его жизнь висела на волоске, раздражала, но единственной альтернативой было ломиться через лес, не разбирая дороги. Она, скорее всего, убилась бы в процессе, да и несомненно рисковала бы привлечь нежеланное внимание. Роза глотнула воды из своей фляжки и содрогнулась при мысли об этом. Последнее, чего бы ей хотелось – это любого рода стычки с инопланетянами из этого леса. Зрение вернулось к ней достаточно для того, чтобы разбирать размытые силуэты стволов деревьев и более светлые пятна солнечных лучей, но она была совершенно не в форме для бега или драки. Да и сама идея того, что ее будут преследовать по лесу, а она не увидит, кто гонится за ней, ужасала. Погоди-ка, что это за...? Желтый свет солнечных лучей, проскальзывающих сквозь кроны деревьев, постоянно мелькал перед ее затуманенным взором, однако на мгновение она могла поклясться, что он мигнул чуть зеленее, чем раньше. Она подвигалась из стороны в сторону, глядя вверх на лесной полог, но ничего не увидела, кроме яркого света – она, должно быть, сидела в особенно солнечном месте. Вокруг определенно не было заметно никаких зеленых вспышек. Хм. Может быть, это просто ее глаза приспосабливались, или вроде того. Она закрыла их, прислушалась на случай каких-нибудь подозрительных звуков, но ничего не было слышно. Если уж на то пошло, лес казался необычайно тихим. Чувствуя себя не в своей тарелке, она встала, поправила сумку, и продолжила идти, по пути аккуратно сметая комочки земли и мха со своего плаща. Она испытывала искушение снять плащ, потому как он не делал для нее ничего полезного в качестве камуфляжа, и она не могла себе представить, что за инопланетянин может испугаться желтого цвета, но… что ж, случались вещи и постраннее. Однако, усердно пробираясь по каменистой земле, она ощущала себя скорее бросающейся в глаза, чем защищенной. Бросающейся в глаза и уязвимой. Просто действуй быстро и тихо, и не слишком об этом задумывайся. По крайней мере, так бы сказал Доктор. Вдвоем они пробирались во вражеские лагеря, выбирались из инопланетных тюрем, через города, через коллекторы, через пещеры. Кеды приглушали звук их шагов; тени скрывали их движения. Теперь же каждый взмах ее трости шелестел листьями лесной подстилки. Веточки хрустели и трещали при каждом ее шаге. Она могла поклясться, что никогда еще не дышала так громко. «Все будет хорошо», - сказала она себе. Что бы ни жило в этих лесах, оно не может наблюдать сразу повсюду, вне зависимости от того, во что верят жители деревни. Лес огромен, должен быть таким, чтобы отрезать их от всего остального мира, так что, если повезет, она сможет проскользнуть абсолютно незамеченной. Вот только… что ж. Это, скорее всего, была чепуха. Доктор раньше рассказывал ей о силе внушения, обо всем этом «не думай о розовом слоне» и всем в таком духе. Скорее всего, в этом все и было дело. Скорее всего. Но… но ей никак не удавалось до конца стряхнуть это назойливое, где-то-на-загривке ощущение. Словно бы какие-то глаза следили за ней. Наблюдали за ее передвижением. «Это бессмыслица, на самом деле», - рассудила она. Если бы они увидели ее, они бы что-нибудь сделали по этому поводу, а не просто следовали бы за ней. «Это делает из них ужаснейших инопланетных злодеев всех времен», - с усмешкой подумала она. А, может быть, они на самом деле боялись плаща. И все-таки, несмотря на все ее шуточки, подняв руку, чтобы отбросить с лица волосы, она обнаружила, что дрожит, немножко. Так долго ей хотелось иметь возможность выбраться в лес, найти ответы, найти ТАРДИС, что угодно. Но реальность была в том, что она не могла действовать быстро и тихо. «Да, попробуй-ка не слишком об этом задумываться», - хмыкнув, напомнила себе она, покрепче ухватив свою трость. Проще сказать, чем сделать. Под ее ногами земля медленно становилась мягкой и пружинистой, а затем сырой. Добравшись до первой настоящей лужи, Роза присела и коснулась мокрой земли. Болото, в наличии. Теперь ей нужно лишь найти ту дорогу. Она аккуратно проверила местонахождение солнца и направилась прямо на него. Она продолжала идти. Она не нашла дороги. Спустя где-то час, все еще пробираясь через густой подлесок, она услышала нечто, ужасно напоминавшее шаги. В начале она решила, что это стрекот крыльев мотылька, так как маленькие насекомые, казалось, были очарованы возможностью полетать вокруг ее головы. Но даже после того, как она, помахав, прогнала их, она до сих пор слышала эти слабые звуки. Они, казалось, доносились откуда-то из-за ее спины, тихие и осторожные, останавливающиеся, когда замирала она. Она резко развернулась, пытаясь уловить то, чем бы это ни было, но ее встретила лишь тишина. Ничего вокруг. Это повторилось еще раз. А затем еще. Но ничто себя не обнаружило; не последовало ни нападения, ни движения среди мозаики деревьев. Никаких звуков погони, когда она на некоторое время остановилась и подождала. Хм. Должно быть, просто розовый слон. Солнце низко висело на небе, отбрасывая длинные тени повсюду, и воздух становился прохладнее. Скоро станет слишком темно, чтобы можно было увидеть хоть что-то. Роза покусывала губу, размышляя, стоит ли ей попытаться устроиться на привал на ночь. Она была в достаточной степени уверена, что сможет пробираться в темноте, но без солнца и дороги у нее не было никакой возможности придерживаться верного направления. А затем еще была проблема с инопланетянами – будет ли лучше продолжать двигаться и поскорей выбраться из леса, или же устроиться на привал и надеяться укрыться от недоброжелательных глаз? Конечно же, у нее не было практически никаких принадлежностей для разбивки лагеря и никакого оружия. Задним числом, это казалось странным – Джоан ведь должна была знать, что ей потребуется больше половины дня на то, чтобы выбраться из леса и добраться до другого города. А может, она не сообразила, что у Розы на это уйдет больше времени с ее ограниченным зрением. Но если другие города были так близко, почему тогда у них никогда не бывало приезжих? В панической спешке поскорее уйти, она не вдавалась в детали, но теперь Роза начала задаваться вопросами. Серьезно, какой смысл был в этом плане? Холодная дрожь пробежала по ее позвоночнику. Они ведь не… Они не стали бы… Она сглотнула. Нет. Они бы не позволили ей выйти сюда, одинокой и невооруженной, если бы не было какого-нибудь выхода. Не стали бы. И именно в этот момент ей показалось, что она вновь уловила тихий звук шагов. На этот раз ближе. Страх сжал ей горло, Роза пробиралась по подлеску, ветви деревьев цеплялись за ее волосы, кустарник царапал ей руки и рвал одежду. Она должна была пройти. Должна была выбраться отсюда. Она должна… Она упала плашмя, запнувшись о корень дерева, и приземлилась прямо посреди дороги. Звуки преследования вновь смолкли. - О, спасибо, - с облегчением выдохнула она, овладев собой и поднявшись на ноги. – Спасибо, спасибо, спасибо. Наконец-то, возможность по-настоящему двигаться. Она поспешила, почти перейдя на бег теперь, когда выбралась из кустарника. Дорога вилась и изгибалась, но передвигаться по ней, используя трость для отслеживания краев, было легко, и она была достаточно широкой и ровной, чтобы двигаться без запинки. До нее вдруг дошло, что Безымянные, должно быть, пользовались ей – почему еще она была бы такой чистой? – но в данный момент ей было все равно. Часы в ее голове все еще отсчитывали время, и пора бы уже было выбираться из этого леса. Солнце только начало садиться за холмы, когда дорога повернула вновь, на этот раз строго на запад. Идти в сторону заката было довольно непросто – большая часть прямого света перекрывалась деревьями и всем прочим, но время от времени она получала яркий луч в лицо, вызывавший боль в глазах и заставлявший их слезиться. Обойдя упавшее дерево, Роза притормозила, вглядываясь вперед. Она не была до конца уверена, но казалось, впереди было нечто вроде холма или вала. Забор, быть может? Он был не слишком высоким – около десяти футов, возможно, но она не видела никакой возможности обойти его. О, но вот же. Приблизившись, она разглядела два высоких силуэта против яркого солнечного света. Стоящие камни. Они отмечали проход через забор или гряду, или что бы это ни было. Роза медленно приблизилась. Сестра Редферн не уточняла, куда ей следует пойти после того, как она пройдет через них, но она определенно сказала, что они были выходом. Так что, может быть, лес поредеет по ту сторону ограды, или же там будет дорога или что-то вроде того. Ветер усилился, когда она приблизилась, дергая ее за плащ и шелестя листьями вокруг ее ног. Солнечный свет, казалось, померк, и воздух стал холоднее. Она услышала, как позади нее хрустнула ветка. Роза развернулась, подняв свою трость и вглядываясь в сумрак. Она не могла ничего разглядеть, не видела никакого движения. Еще один треск ломающегося дерева, на этот раз, с другой стороны. Дрожащий вздох покинул ее тело, оставив висеть в воздухе облачко пара. Она до сих пор не видела никакой угрозы, но эти звуки были слишком уж громкими, чтобы быть лишь плодом ее воображения. Она закрыла глаза, попыталась положиться на другие свои чувства. Воздух приобрел кисловатый привкус, пах холодной, гнилой землей. Трудно было расслышать хоть что-то поверх ветра и биения ее собственного сердца. Но затем, чуть тише звуков ветра и крови, она уловила это. Тихое шипение. А затем вновь, звуки шагов. Теперь приближавшиеся спереди. Первым она увидела цвет, и ее глаза распахнулись. В бесконечном массиве зеленого и коричневого их ярко-красные плащи резко выделялись, когда они проскользнули между стоящих камней. Они были высокими, это она видела, и крупнее человека. Безымянные. - Не-не подходите, - предупредила она, держа свою трость на весу. – Я вас предупреждаю. В ответ она получила очередное шипение, более резкое на этот раз. Два существа разошлись, обходя ее с флангов. Роза пыталась говорить спокойно, хоть и поворачивалась туда-сюда, пытаясь поддерживать их обоих в поле своего зрения. - Я не желаю вам зла. Просто позвольте мне пройти. Один из них сделал выпад в ее сторону, стуча когтями, и она отшатнулась назад, до сих пор угрожающе выставив свою трость. По воле случая она смогла переместиться чуть ближе к камням, и это подало ей идею. Поместив себя чуть ближе к существу справа, она заговорила вновь. - Послушайте, я не знаю, откуда вы, но явно не с Земли, верно? Когда оно ответило ей рыком и очередным взмахом когтей, она отскочила назад, улучшив свою позицию. Звуки, издаваемые ими обоими, становились все более угрожающими. Она сжала трость, крадясь назад. - Так почему бы вам просто не рассказать мне, откуда вы? Могу поспорить, что я в состоянии помочь вам вернуться домой. Я знаю кое-кого, кто сможет помочь. Булькающее шипение слилось в единое целое, превратилось в слова. - Запрещщщщено! Никто не смеет проходить здесь! – произнесло одно. - Десятина! За это преступление должна быть уплачена десятина, или же жители деревни испытают на себе последсссствия, - прорычало второе. - Несправедливо отыгрываться на деревне, - быстро произнесла Роза. Она была уже почти у прохода между камнями. Если она сумеет добраться до него, она развернется и попытает счастья в беге. – Только я несу ответственность. И если вам нужна оплата, я могу достать вам все, что угодно. Если только вы поможете мне найти большую синюю будку в лесу. Однако, существа, казалось, не слушали. Когда она уклонилась от очередного удара, и ее спина наткнулась на один из камней, они завизжали: - Смерть! Смерть всякому, кто смеет с... - Сканирование. Обнаружен чип на право выхода, - прервал спокойный, глубокий голос. – Программа защиты деактивирована. - Стоп, что? – озадаченно произнесла Роза, а затем увидела, как две облаченные в плащи фигуры, мигнув, исчезли. Зловещий ветер утих, и солнечный свет вернулся. – Какого черта…?