МоноХром. Ржавчина

      Группа Моржа сидела не то, чтобы в засаде, а просто «на подхвате»: глухо ворчащий Серп пялился в бинокль на поваленный вагон, а там был еще один наблюдатель.       Морж «держал» свой отряд, как умел: Бродяга, их настоящий Старший, пропал в Припяти и до него - как до Китая, во всяком случае, по меркам Зоны. Морж замещал его, делал все, что мог, но вот на Серпа, к примеру, ему не хватало даже не авторитета, а какого-то глубинного понимания.       Как бы ни хаяли Монолит и его последователей, а там, при Монолите, все казалось, да и в самом деле было гораздо проще. Четкие расклады: кто командует, куда бежать, в кого стрелять. И Старший Брат - живое воплощение Воли Монолита.       Морж хотел свободы, конечно. Но только не такой: ответственность за других, при этом никто свыше ничего не подскажет - к этой стороне свободы он не был готов. Хотя и пытался справиться. Пытался и пытался, всякую минуту - а толку-то?       - Морж, там делегация. Наши с поста снялись, - глухо сообщил Серп.       - Что за делегация? К нам? - он жестом потребовал себе бинокль.       - Кондратий ведет. Выглядит не очень радостно. Похоже, досталось им там, - так же глухо добавил Броня со своего поста. В поквакивающей и потрескивающей тишине Зоны слышно его было весьма хорошо.       - А Вано? - себе под нос, одними губами, спросил Морж. Посмотрел бы и сам, но обзор ему перекрывали два опрокинутых набок вагона, где был передовой наблюдательный пост.       Наблюдатели - Фома и долговец из рядовых - уже тихо шуршали к густому кустарнику, где залегли Морж со своей группой и пятеро долговцев. Позади, метрах в ста от них, в высокой ломкой рыжей траве грела животами землю основная засада во главе с самим Шульгой.       - Вано не видно, - прошептал Броня. - Чай, не порешили его там?       - Всем тихо. Пропускаем мимо, бьем с тыла. Кондратия прикрывают Тихий и Броня. Фома и Серп - со мной, - хрипло сказал Морж. - Работаем на счет «три» либо после первого выстрела.       Вдруг словно поверх обыкновенного его поля зрения легло нечто призрачно-голубое, прозрачное. Он увидел, как от Янова, скрытые от него громоздкими тушами товарных вагонов, двигались фигуры…       Получается, Морж тоже оброс дополнительными функциями? Серп, вон, телекинезом развлекается. Тихий зомбированных дрессирует. А ему, значит, как командиру, прямо-таки пристало заиметь немного тактического ясновидения.       …Первым, самым ближним, медленно вышагивал знакомый человек, от которого Морж так и ощущал всеми нервами волны доброжелательности и вместе с тем - струнно-звонкого напряжения. Ясно, это Кондратий. И он, хоть и казался расслабленным, был готов к немедленному действию, словно закрученная до треска пружина.       За ним призраками скользили свободовцы. Троих из них Морж помнил еще «вольными», но сейчас шеврон «Свободы» горел на их рукавах под его неестественно проницательным взором, будто натуральная печать дьявола: ядовито-зеленая клякса.       Четвертым шагал, покуривая сигарету, уже знакомый Дядька Яр. Его СВД торчала слегой над плечом...       - Десять человек, - плюхнувшись рядом, поспешно доложил Фома. - Снайпер в середине цепочки. В хвосте двое с подствольниками и «Мухами». Явного командира не различил...       - Вижу, - удивляясь самому себе, сказал Морж. - Реально вижу... Фома, как начнется возня, я пойду вперед. Ударим с тыла. Ты на меня вполглаза, как за молоком на плите. Главное: смотри за Серпом. Понял?       Фома некоторое время сверлил его пытливым взглядом, затем нехотя кивнул.       - Какие-то нелады с ним, - пояснил Морж шепотом. - Опасаюсь, что глупостей натворит.       - А при Бродяге таких проблем не было, - тихо вздохнул Фома. - Уже меж своих грыземся?       - Не грыземся, - оборвал его Морж. - Где Бродяга? В Припяти. Он многое сделал, и для нас тоже. Но сейчас мы пока без него. Считай, Старший на нас надеется, и мы не должны его подводить. Лады?       Фома кивнул.       - Смотри за Серпом. Если что, обезоруживай, вырубай, но не стреляй. Ясно?       Фома кивнул еще раз.       В первую вылазку не пошел ни Локи, ни Немо... Насчет Немо Морж знал кое-какие расклады, хотя никто не приходил к нему и не докладывал оперативных сводок. Он просто знал: нужны Локи и Немо, но откуда это знание взялось, задумываться не собирался. Приказ командования, если угодно...       Только вот кто теперь это командование, если не он сам?       Свободовцы прошагали мимо. Вел их Кондратий, картинно помахивавший детектором.       «Сейчас все случится», - подумал вдруг Морж. - «Вот именно сейчас, неизвестно, с какой стороны, но - случится. И того, что будет, не нужно бояться».       - Берем живыми, - совсем уж беззвучно сказал он, но при этом знал: парни приказ поняли и возражений не имеют.       Разве что Серп. Почему Серп его так беспокоит? Что не в порядке?       Морж не понимал. И дал себе зарок поговорить с ним, когда все кончится - с глазу на глаз, по-мужицки, без обиняков, напрямую. Даже если Серп захочет стать главным - Морж возражать не станет. Ему самому эта власть над чужими жизнями - груз и тягость, утомительная и совершенно непочетная.       Свободовцы прошли границу, за которой начинала действовать Германова «глушилка»: остановились ненадолго, заозирались. Кто-то демонстративно постучал пальцем по наладоннику, разом потерявшему сеть. Один Кондратий совершенно спокойно пожал плечами и сказал что-то негромко. Потом зашагал дальше, как ни в чем не бывало.       Морж двигался очень тихо, но при этом удивительно легко. У него получалось видеть всякую шумную веточку, всякую неверную кочку, выбирать самое нужное и надежное место, и не только для себя. Рядом, в нескольких метрах справа и слева крались Фома и Серп, и он, сам не понимая, как это выходит, безмолвно, на уровне некоей телепатии отдавал им команды-образы, и все трое двигались как один.       Очень это было странно. Странно и даже немного страшно. Свое Морж уже отудивлялся еще на заброшенной базе ПВО, но все равно никак не мог привыкнуть к той паранормальщине, что происходила с ним и его людьми. И это его «тактическое ясновидение», хоть и было сейчас как нельзя кстати, хоть и превращало его в живой командный центр, а все же здорово действовало на нервы.       Еще дальше кустами пробирались Тихий с Броней. И если Тихий был действительно тихим, то Броня шумел и сотрясал кусты, словно медведь. Странно даже, что свободовцы его еще не услыхали. Вторым эшелоном двигались пятеро долговцев - медленно и не очень уверенно: им-то от «щедрот» Моржа полезных советов не поступало, и они ориентировались сами, по скупой жестикуляции командира группы.       Все складывалось вроде бы хорошо, но Морж все равно нервничал - куда больше, чем следовало бы. Что-то было не в порядке в заведенном и настороженном механизме организованной засады - но что? Он не знал. Оставалось только действовать и не терять головы.       Кондратий подошел уже достаточно близко к затаившимся широким фронтом в траве долговцам - до тех было метров двадцать, не больше. Он прошел бы и дальше, поводя из стороны в сторону детектором, но тут что-то коротко и глухо рявкнул Дядька Яр, и свободовцы замерли. Тот, который шел следом за Кондратием, грубовато и бесцеремонно удержал его, ухватив за ремень.       Яр махнул рукой, и двое свободовцев вышли вперед, медленно и осторожно, поводя из стороны в сторону стволами винтовок. Остальные тоже взяли оружие на изготовку и, рассредоточившись по кругу, присели, организовав вполне грамотную оборону с Дядькой Яром в центре. Кондратию, похоже, не доверяли: один из свободовцев приставил к его спине ствол.       Пожалуй, если бы не «глушилка», сейчас с Янова уже спешила бы подмога - просто на всякий случай. А может, и не «просто»: Дядька Яр, как показалось Моржу, почти наверняка знал, что вокруг смыкается невидимое кольцо врагов. В конце концов, он же снайпер, причем до сих пор живой снайпер - а это, как ни крути, подразумевает некое звериное чутье на всяческие неприятности.       Своим людям Морж мысленно скомандовал затихнуть и не рыпаться. Коротким жестом то же самое приказал и ползущим следом долговцам, надеясь, что те правильно его поймут. Ситуация пока складывалась патовая: Кондратий под прицелом и если что, погибнет первым. Лучшим вариантом сейчас было бы пропустить свободовцев к модулю - по мнению Моржа, во всяком случае. В модуль им все равно не войти: Шульга не позволит, да и Герман попросту заблокирует шлюз, и попробуй-ка его вскрыть!       Правда, и в этом случае Кондратию ничего хорошего не светит...       Морж глухо выругался себе под нос. Куда ни кинь - все клин. Остается только ждать, что свободовец надумает сам, что сумеет сделать для своего спасения.       - Да идите вы на хутор за бабочками! - громко и возмущенно воскликнул Кондратий, развернувшись и оттолкнув от себя ствол. - Я что, уже не в «Свободе»? Мало я под пулями наскакался за-ради делов клана? Теперь еще и свои на мушке держать будут?       И, не обращая внимания на слегка оторопевших соклановцев и их вялые попытки его остановить, он подошел к Дядьке Яру и размашисто вложил ему в ладонь детектор.       - Иди, Яр, самостоятельно. А мне как-то уже посрать на такую «Свободу».       Возмущался Кондратий талантливо, убедительно - ну просто на целый «Оскар». Если, конечно, это была лишь игра…       Ну естественно, игра. Своевременная и нужная. Он же с самого начала не строил иллюзий насчет положения на Янове, не так ли? Морж мысленно похвалил парня. Потом дал команду своим бойцам приготовиться к немедленному действию и ждать. Тихий с Броней уже подобрались достаточно близко к ощетинившемуся стволами отряду «Свободы», и Броня даже ухитрился не привлечь внимания своей медвежьей повадкой. Фома переместился поближе к Серпу, верно, памятуя о задаче следить за ним. Долговцы рассредоточились широким полукругом позади пятерки бывших монолитоцев...       Все, теперь ситуация напоминала классический вестерн: любое резкое движение - и начнется смертельное состязание на скорость и меткость.       И это резкое движение сделал Серп. Морж ждал, конечно, неожиданностей с его стороны, но скорее мелкой пакости, а не полезного и нужного дела.       Воздух вокруг Серпа вдруг будто замерцал мириадами мелких искр - во всяком случае, так показалось через призму «тактического зрения». Эти же искры, видимо, как-то увидел или почувствовал Фома, потому что недоуменно оглянулся, будто спрашивая: уже, мол, пора вырубать и нейтрализовывать?       «Подожди», - мысленно приказал ему Морж. Он, кажется, начал понимать, что сейчас случится.       От лежащего неподвижно Серпа во все стороны разбегались почти физически ощутимые волны странного напряжения. Казалось, кусты и трава вокруг него ходили ходуном, искажались, изгибались, словно пространство потекло, превратившись в жидкость.       Из зарослей кустарника метрах в десяти от свободовцев с треском и шорохом сама собой вылетела здоровенная палка - темный кривой сук, похожий на бумеранг. Палка просвистала в воздухе, едва не врезавшись в голову бородатому мужичку с выпендрежной новенькой М4: тот успел пригнуться и в ответ дал несколько коротких очередей по кустам. За ним стали стрелять и остальные. Даже Дядька Яр пальнул разок из своей длинной голосистой СВД.       Стреляли всего несколько секунд, потом Яр резко окрикнул своих бойцов, и те затихли.       - По сторонам смотреть! - приказал он. - Самсон, Козодой - проверить вон те зеленые насаждения. Остальные на месте. Кондратий, ты при мне. Шаг влево, шаг вправо - за себя не ручаюсь. Понял?       - Обижаешь, начальник! - вальяжно протянул тот и демонстративно сунул руки в карманы: мол, плевал я на все и на всех вас.       Двое свободовцев нехотя направились в сторону кустарника, откуда вылетела палка. Действовали, к слову, грамотно, умело: попеременно прикрывали друг друга на коротких перебежках, двигались слаженно, как хорошо «сыгранная» команда. Морж наблюдал за ними и поневоле одобрительно кивал.       Они не дошли до кустов всего пары метров, когда оттуда прямиком в лоб ближнему свободовцу вылетел увесистый камень-окатыш с кулак размером. Удар получился знатный, резкий: не сумев даже немного закрыться или увернуться, парень всплеснул руками, выронив винтовку, и повалился, что называется, в глубокий нокаут.       Его напарник, ни секунды не раздумывая, выпустил по кустам весь магазин, упал, распластавшись в траве, и зашарил по разгрузке. Остальные свободовцы снова принялись стрелять, и опять лишь резкая, громкая команда Дядьки Яра привела их в чувство.       Кто-то нервно, на грани паники выкрикнул: «Чуваки, это ж бюрер!».       - И что, если бюрер? - осадил Яр своих бойцов. - Нас десять на одного мутанта, если вы еще не поняли. Ложками, блять, заковыряем!       «Молодец все-таки Серп», - подумал Морж, искренне восхитившись.       У них резко возрастали шансы вытащить «своего» свободовца без лишних дырок в организме. Патовая ситуация понемногу выправлялась в их пользу. Да и сам Кондратий, не будь дурак, тихой сапой, шажок за шажком подвигался все дальше от Яра, пока тот был занят наведением порядка в своем шалмане. Еще немного и Тихий с Броней смогут его надежно прикрыть, а уж там - дело техники. В идеале, конечно, взять живыми всех, но практика показывает: идеально ничего никогда не бывает. Годами, десятками лет каждый день завязываешь шнурки, и уж вроде бы ошибиться тут просто негде - а они, паразиты, нет-нет, да и развяжутся в самый неподходящий момент. Теперешняя же ситуация, как ни крути, а посложнее шнурков будет.       От Серпа прилетело нечто: образ-мысль-факт, сообщение. Морж до сих пор не разобрался, что это, и как оно происходит. Тактическая мыслесвязь, если угодно - хороший термин.       «Я сейчас выложусь. Потом вытаскивайте и меня...»       Морж не успел его остановить. А даже если бы успел, не факт, что Серп послушался бы...       По окрестностям стеганула тугая, плотная, почти сверхсветовая волна - и как он сумел ее разглядеть? Серп сейчас был будто камень, брошенный в лужу, вот только в ответ он вызвал не банальные кругляши на водной глади, а настоящее цунами.       У всех поголовно свободовцев, едва до них докатывала эта волна, с громким щелчком вылетали из винтовок и автоматов магазины, падали в траву и словно бы бесследно в ней исчезали.       Морж, конечно, знал, на что примерно способен Серп, но вот так обезоружить десяток человек...       В мозгу вдруг словно бомба грохнула: бесхитростный Броня «бросил в пространство» очень сильную, «громкую» мысль - хорошо, что в голос не заорал!       «Я безоружен! У меня магазин улетел!» - панически подумал он. Похоже, «волна», созданная Серпом, зацепила и его.       Плохо, что Броня растерялся.       «Лежи и будь на подхвате!» - приказал ему Морж. Свои способности к «тактической связи» он воспринимал уже без удивления, по крайней мере, не впадал в восторженный ступор: «Ни хрена себе! Я и так могу?!» Потому не удивило его и ясное-видение того, что Броня послушно и спокойно уложил автомат стволом на предплечье - прямо по учебнику! - и сунулся в подсумок за полным «рожком».       Кондратий в это время - вот кто молодец! - думал не больше секунды. Морж не знал, насколько тот понимает происходящее, но, даже не понимая, свободовец не растерялся: заячьим петлястым бегом рванул прочь, в ближайшую высокую траву, где кипятили воздух характерным маревом две или три гравитационных аномалии: Трамплины или, может, Карусели - отсюда было не различить. Каким уж чутьем Кондратий занырнул аккурат меж жадными искажениями привычной физики и как при этом цел остался - очередной феномен и загадка. Впору и впрямь поверить: Зона своей команде изо всех сил подыгрывает, насколько ей позволяют неведомые правила.       «Вперед, всех на прицел!» - метнул приказ-мысль Морж, даже не задумываясь, до кого тот долетит и кто его воспримет. - «Фома, отставить! Серпа беречь и доставить в модуль!»       Про «головой отвечаешь» мысль он, к счастью, вовремя остановил - оставил на грани четкого ее осознания. Фома ведь совершенно не при чем на тему его подозрений и сомнений. К тому же, Морж был уверен: его братья готовы друг за друга шкуру с потрохами запродать, если вдруг придется, и оскорблять их лишними в том понуканиями... Нет, это будет глупо, грубо, да и вообще не по-человечески…       Вот, кстати, интересно: а Дядька Яр, ну или тот же Шульга - они так же терзаются о своих бойцах, о тех, кто доверил им жизнь в обмен на беззаботность подчиненного положения?       Для монолитовцев, даже бывших, это естественно. И хотя Морж знал об этом немного: все-таки он никогда не был Старшим Братом. Но при этом не сомневался: их Старший, Бродяга, если придется, ради самого невзрачного из «своих» заживо в клочья изорвется...       Собственно, он так и сделал. И теперь там, в Припяти - и хорошо, что живой, если верить майору Дегтяреву.       ...Или пошлет на смерть при необходимости - тоже факт. Но - исключительно при отсутствии иного выхода.       А Морж? Он только учится быть Старшим и не может при случае сослаться на «Волю Монолита». Они же теперь вроде как свободны - каждый сам по себе, личность, со своими тараканами - а как чужих тараканов на учет поставишь?       Бродяга, где ж ты? Как же тебя не хватает прямо сейчас!       Приказ-мысль насчет «всем вперед» отчего-то завязла, словно Морж сходу попытался пропихнуть гибкий провод через плотный клок ваты: до кого-то, может, и дошло, но даже те не поняли.       «Слишком много думаю. Слишком много сомневаюсь», - понял он, невольно покачав головой.       А по-другому не получалось, как Морж ни старался. Довериться невнятному радио-голосу якобы Дегтярева - правильное ли это решение? И ладно, если ошибся он сам - никому бы сильно не поплохело. В крайнем случае, облапили бы Броня, Тихий да Фома его могилку, а Серп по фону помаячил с дежурным букетом...       Если бы ошибся только Морж...       Вот оно, сука, «бремя Старшего Брата» - почти по Киплингу, нах!       Вдруг, словно из ниоткуда в сознании вспыхнуло: «нерешительность-вопрос-ожидание».       «Командуй, Морж», - буквально пулей стрельнуло от Тихого.       Морж еще раз окинул своим новым, продвинутым взглядом всю ситуацию, все поле предстоящего боя... Вот бы его действительно просто не случилось!       Странное дело: не только бывшие монолитовцы ждали от него решения, но и всякий долговец, что участвовал в этой засаде - все, каждый человек «на его стороне» ждал однозначной команды.       А Морж - странное дело! - все не решался.       И секунды тикали, утекали, словно песчинки в воображаемых песочных часах: падают и падают, и наверх против естественного течения их не уже поднимешь. Щелк... Щелк... Долбанные секунды...       «Вперед!» - скомандовал Морж, а сам даже зажмурился. Он четко понимал: каким-то неведомым образом его приказы цепляли теперь и долговцев, пусть и на уровне подсознания. А как это получалось...       ...когда все кончится, он обязательно поговорит об этом с Германом...       Первыми, как Морж и задумал про себя, поднялись из высушенных солнцем и радиацией сучковатых зарослей долговцы - те, что шли позади его группы.       Они, будто заправские гренадеры-преображенцы, выпалили залпом. Поверх голов свободовцев - такой Морж сложил приказ. А, отстрелявшись, упали обратно - слаженно, как кордебалет «Тодес».       Свободовцы посыпались на землю, словно горох, и почти одновременно выстрелили в ответ, достреляв то, что оставалось в патронниках.       «Лучше не придумать», - подумал Морж и опять беззвучно, только лишь силой мысли, - отчего уже серьезно начала раскалываться голова, - скомандовал: - «Всех и каждого на прицел! Брать живьем!»       Он даже не ожидал, что все получится так красиво и элегантно: ну чисто балет! Один за другим из высокого травяного сухостоя, из кустов, из-под рыже-мшистых коряг поднимались суровые вооруженные люди. Кое-кто из долговцев пальнул в воздух - чисто для острастки. Но и только - большего не понадобилось.       Дядька Яр подал голос первым.       - Стволы долу! - воскликнул он звонко-хрипло. Сильнющий голосина, как ни крути.       И первым же воздел над головой свою СВД, а затем демонстративно уронил ее себе под ноги.       - Руки повыше, мужики, и никто не пострадает, - на всякий случай предупредил сержант из «фронтальной» засады, фамилии которого Морж не запомнил.       - Без вариантов, да? - усмехнулся Дядька Яр.       - Без вариантов, - поднявшись на ноги, ответил Морж.       - Твои, значит, дела? - Яр, увидав его, понимающе покивал. - Ну тебе сдаваться не впадлу, я серьезно. Странно, правда, что ты жив, - он вдруг засмеялся, оглядевшись. - Да вы все здесь, доблестные покойнички! Красиво получилось, красиво, Морж, не спорю. В прошлый раз мне показалось, вы на нас кадавров натравили. А теперь с вами еще и бюрер?       Морж покачал головой.       - Да не ломайся ты! - весело, с лихостью плененного партизана ухмыльнулся Дядька Яр. - Кто тут камнями швырялся из кустов?       Морж пожал плечами: ничего не знаю, мол.       - Все-таки нечисть вы, мужики. И черти вам ворожат, не иначе, - Яр покачал головой, тихо смеясь. - Монолитовцы, похоже, бывшими не бывают. Как чекисты нах... Ну и что у нас дальше по программе? Трибунал? Расстрел?       - Достаточно пока плена. Вполне комфортного, кстати, - пожал плечами Морж.