Я подарю ему любовь

      Даже в кромешной темноте Эрик идеально ориентировался в своём подземелье, ведь он знал каждый ход наизусть. Уверенно ведя за собой девушку, он не видел улыбки на её лице, такая улыбка бывает у детей, когда они очень счастливы и безмятежны. Вот уже много лет она так не улыбалась, если бы её сейчас увидел отец, то он бы заплакал, потому что эта улыбка говорила больше, чем любые другие слова. Ей было все равно, что её будут искать, все равно, что сегодня выдают партитуру «Триумфа Дон Жуана», все равно, что она отказалась от всей той славы и великосветских приемов ради него. Душа её пела, а сердце танцевало в груди. «...Просто идти за ним, просто держать его руку, просто любить его - все, что нужно в этой жизни мне. Пусть не будет света, не будет людей, не будет мира. Он будет освещать мне путь, он будет моим миром и единственным нужным человеком. Ах, отец, знал бы ты, как я была счастлива в эти мгновения рядом с Ним. Эрик... Одно только его имя заставляет меня улыбаться. Знай я раньше как меня окрылит любовь, не была бы ужасного мнения о ней. Он подарил мне крылья, он подарил мне небо и свободу...»       Послышался шум воды, а это значит, что они уже близко к его дому музыки. Люсиль заметила, что впереди показался выход из темного коридора, в конце которого пробивался тусклый свет. Они вышли к подземному озеру и остановились в поисках лодки. Усадив гостью в неё, Эрик принялся грести к своему жилищу, в то время, как девушка разглядывала каждый сантиметр мрачного места, окружавшего её. Это было необъяснимое восхищение подземельем, которое другие назвали бы домом призраков. Ей здесь нравилось, ведь обстановка здесь хоть и была слегка пугающей, но такой таинственной и по своему прекрасной. Каменные своды, тёмная гладь воды и мертвая тишина, в которой слышатся только всплески воды и звонкие удары капель о камни. Она смотрела на его фигуру объятую туманом и темнотой. Сердце замирало, когда Призрак Оперы оборачивается к ней. Эти зеленые глаза, от одного взгляда которых внутри неё все горит и она уже готова кинуться в темную воду, лишь бы затушить этот дикий пожар. Люсиль неловко отвела взгляд, якобы рассматривая темноту, но его не обмануть. Ухмылка на лице Эрика выдала его несомненное удовольствие от смущения балерины. Ему нравилось, как она на него смотрит. Эти влюблённые глаза грели его сердце, которое было безжалостно разбито. Она спасает его, пригрев на своей груди, как ту розу, брошенную Кристиной на крыше. Рука, обтянутая чёрной перчаткой, протянутая к девушке, звала выйти на берег. Когда она оказалась на берегу, Эрик вдруг произнёс: - Прости, это не то волшебное путешествие, которое я устроил для Кристин. - Это намного волшебнее и прекраснее. Чтобы радовать меня не нужно быть каким-то магом, исполняющим мечты, просто будь собой, - проведя рукой по щеке Эрика, Люсиль поцеловала его. Это было легко, словно бабочка присела на лицо Ангела Музыки и, чуть-чуть задев его своими тончайшими крыльями, взмыла вверх к солнцу. - Эрик, сегодня будут раздавать партитуру твоей оперы и назначать на роли. Похоже, я пропущу это мероприятие, - с сожалением сказала балерина. - Не волнуйся, твоя роль и Кристины подписаны. Они только ваши. Селена и Аминта. А партитуру я тебе дам, мы даже можем прорепетировать, - все больше загораясь энтузиазмом, вдруг оживленно заговорил Эрик. - Это чудесно, начнём прямо сейчас, - ставя стул ближе к пианино, чтобы размазаться перед репетицией, проговорила Люсиль. Чтобы было удобнее заниматься, она сняла с ног ботинки, и, закинув ногу на спинку стула, вытянулась, лицо её сразу стало серьезным. « Быстрая же она», подумал Призрак и сел за свой инструмент. По окончанию разминки он показал ей часть оперы, в которой появлялась Селена. Это была дочь трактирщика, которому часто захаживал Дон Жуан. Девушка была знаменита на весь город своим танцем. Танцем страсти. На неё можно было смотреть вечно, как на огонь, но прикасаться было нельзя. Селена сожгла много сердец, но своё подарила при первой же встрече Дон Жуану. Это была страстная и дикая любовь, но в силу обстоятельств и ситуации мужчина переключился на тихую и невинную Аминту. Селена подслушала разговор Пассарино и Жуана. Сердце её разбилось, а танец стал скованным и холодным, её пламя погасло. Героиня Люсиль практически не пела, только в первом акте в хоре горожан и во втором в дуэте с Дон Жуаном. Сольным был лишь её танец, которым она и привлекла похитителя сердец. - Великолепно! – все, что смогла выкрикнуть девушка, дыхание которой перехватилось во время рассказа Эрика. «...Сложно было поверить, что эту оперу написал Он. Я всегда знала, что он – гений, но чтобы создать столь прекрасное и совершенное произведение. В некоторых местах были недочеты в поведении людей, ведь Эрик основывался на собственных взаимоотношениях с окружающим его миром. И поэтому местами действие выглядело не по-настоящему...» - Эрик, у людей так не бывает, - указывая на предложение, подчеркнула девушка. Призрак нахмурится и серьёзно взглянул на указанное место. - Я не видел другого... – отвернувшись, чтобы девушка не видела боли в его глазах, произнёс мужчина. Люсиль приобняла его и положила голову к нему на плечо. - Я расскажу тебе о мире с другой стороны. Покажу его тебе своими детскими и нынешними воспоминаниями. Объясню, что хороших людей тоже много в этом мире. Я не очень люблю людей, но все равно понимаю, что большинства из них я просто не знаю или не могу понять, поэтому испытываю к ним противоречивые чувства, - гладя Ангела Музыки по руке, утешала его балерина. - Но не найти такого же доброго и прекрасного человека как ты, - Эрик поцеловал её в лоб. Люсиль пробыла у Эрика до позднего вечера. Она танцевала дикий и страстный танец Селены. Занятая танцем, Люси не заметила, как мужчина перестал играть. Он просто сидел и смотрел на неё, ведь музыка ей была не нужна, она жила в её сердце. - Уже вечер, я думаю тебе пора. Иначе, будет много лишних разговоров. - А ты боишься за мою репутацию, - усмехнулась девушка. - Главной героине моей оперы не нужны глупые слухи, - протягивая руку девушке, пояснил Эрик. - Главная в твоей опере Кристин, как и в твоём сердце, - медленно вложив свою тонкую ладошку в его руку, вздохнула девушка. Ангел Музыки, вдруг сильно сжав её, притянул девушку к себе: - Не нужно устраивать мне сцены ревности. - Ах, даже так. Ну а тебе значит можно? Я не ревную тебя к сестре, хотя может и ревную. Но её я любила всю свою жизнь и буду любить. - Значит, когда нужно будет сделать выбор, ты выберешь её и будешь плескать с тем военным, лишь бы радовать сестренку? - Да что с тобой не так?! Почему ты не хочешь понять!? Я уже предала Кристин и предам ещё раз. И все ради тебя. Я выберу тебя, даже если не буду тебе нужна! – горькие слезы навернулись на глаза девушки, и она отвернулась от Эрика, но руки не отняла. Мужчина был вновь загнан в угол её словами, она делала это каждый раз, ставила его перед выбором. Сейчас в его мыслях улыбалась Кристин, и звучал её чудный голос, но вдруг лицо её изменяется в гримасу ужаса и она убегает к стоящему вдалеке Раулю. Следующей картиной в его голове стала Люсиль, она танцевала и улыбалась ему, с любовью смотрела на него и целовала его. Молча они дошли до выхода из подземелья и когда девушка уже собиралась выйти, она вдруг обернулась в темноту. - До свидания, - еле заметная улыбка проскользнула на её бледном лице, но Эрик смог её уловить. ***       Люсиль шла по коридору Оперы и размышляла о том, что она скажет сестре и остальным девочкам, но тут она в кого-то врезалась: - Ау, прошу прощения, - потирая ушибленное место, извинилась девушка. - Люси! Я искал Вас. Как вы смогли сбежать от Него?! – кто-то поднял упавшую девушку на ноги и прижал к себе. Только через несколько секунд девушка узнала голос Аугуста и тут же отпрянула. - Что? О чем вы? Я не понимаю, - пыталась как можно правдивее говорить балерина. - Не волнуйтесь, я все знаю! Рауль рассказал мне об этом уроде! - Не смейте так говорить о Нем! Вы ничего не знаете! – вскричала девушка. - О нет, я все прекрасно знаю! Он просто затуманил ваш разум! Вы наверняка не знаете того, что он скрывает! И как только ты увидишь его безобразное и отвратное уродство, то сразу забудешь его, - хватая Люсиль за руку, говорил Аугуст. - Я видела! И он прекрасен! Прекраснее многих людей на этом свете! Он не тот, кем вы его считаете! - Бедная, дорогая моя Люсиль, похоже, это существо зачаровало вас своим колдовством, как сделало это с вашей сестрой, но ничего, её спас Рауль, а вас спасу я, - вставая на одно колено перед балериной, уверенно говорил офицер. - Что? – руки и голос старшей Даае дрожали, ведь она начинала понимать, к чему клонит молодой мужчина. - Дорогая Люсиль, будьте моей женой, - пламенно проговорил Аугуст, протягивая девушке кольцо. Лицо её исказилось, выдавая удивление и ступор. Она просто молчала, не зная, что сказать. А может все-таки ответить «да»? Ведь Эрик ей не сделал предложение и возможно никогда не сделает... И она навсегда останется одна. А с ним она, возможно, будет счастлива... Нет! Никогда она не будет рада браку с Аугустом, он противен ей. Девушка не может видеть рядом с собой никого, кроме Эрика. - Простите меня, но нет, - произнесла она и направилась дальше по коридору, так и оставив мужчину стоящим на коленях. Аугуст поднялся с пола, весь трясясь от злости. «Это ещё не конец. Нет. Ты будешь моей! Ни одна девушка не смеет отказывать мне! Ты будешь моей женой, а когда я наиграюсь, ты отправишься к своему папаше! И твой любимый урод умрет от горя и одиночества!» Молодой военный улыбался своим мыслям и не знал, что весь их разговор слышал Эрик, который сейчас стоял за стеной и, наконец, смог сделать выбор. Люсиль. Она не врала ни в одном своем признании. Она действительно его любит. И он её любит, ещё сильнее, чем когда-то любил Кристин. А что касается этого офицера, так если он ещё раз прикоснется к Люсиль или даже заговорит с ней, то Эрик убьёт его. Не раздумывая ни секунды, задушит собственными руками. И Рауль отправится следом за своим дружком, ибо никто не давал ему права открывать свой рот. *** - Люси! Мы думали, ты вернёшься раньше, - вошедшую подругу обступили балерины. - Ну, я… - девушка не успела договорить, как обхватившая её руку Мег вдруг спросила: - А он красивый? – ухмыльнулась златовласый ангелочек. - Кто? – непонимающе спросила старшая Даае. - Да учитель твой! – воскликнула другая девушка. - А вы откуда знаете?! – воскликнула балерина. - Ой, да ладно тебе. Мадам Жири рассказала, что тебя не будет до вечера, потому что ты пошла заниматься с каким-то учителем, который приехал в Париж, чтобы встретится с прима-балериной Гранд Оперы, - быстро рассказывала одна из девушек. Люсиль мысленно поблагодарила мадам за то, что та помогла ей. - Вы же знаете, мне нет дела до мужчин, мне были важны занятия, - сев на свою кровать, отмахнулась балерина. - Ну и глупая же ты, - обречённо вздохнув, девушки разбрелись по углам, понимая, что не услышат интересной истории о красивом учителе и в их труппе не появится новых сплетен. Лишь Кристин тем временем молчала и с сожалением смотрела на сестру. «...Когда я увидела, как Кристин смотрит на меня, то сердце вдруг зажали тиски жалости. Мне было жаль её. Ведь она знает, где я была на самом деле. Но она боится заговорить со мной. Крошка Лотти думает, что виновата передо мной...» Когда ночь накрыла Париж, все балерины уже лежали в своих кроватях. Люсиль вдруг поймала на себе взгляд ещё не спавшей сестры. -Спокойной ночи, - Кристин улыбнулась своей детской улыбкой. И Люсиль в ответ тоже улыбнулась. *** Тем временем в подземельях театра Эрик сидел около подземного озера и, вспоминая Люсиль, тихо пел: Никто не услышит Лишь только она – Что слышу во мраке я. Всю жизнь я был один, Ветрами был гоним. С горечью в сердце, Бездны музыку я слышу! Я научу весь мир, Я покорю весь мир. В сумраке ночи, Боли музыку я слышу! Вдруг во мраке голос пропел- Стонет мне: «Я слышу!» Я слышу боль, Страданья и любовь! И как страдаю я, И как сгораю я. Слышит она, Что слышу в ночи лишь я... Шум воды и эхом раздающиеся где-то вдалеке последние слова песни, звучали вокруг него. Эрик наконец смог понять, кто действительно слышит его Музыку Ночи. ***       Уже глубокой ночью старшая Даае проснулась от странных звуков, похожих на всхлипывания и рыдания. Девушка открыла сонные глаза, пытаясь понять, где находится источник звука, как увидела Кристин. Младшая Даае лежала на кровати, вся в слезах и дергала телом, её волосы разметались по подушке и лицу, прилипая к нему из-за капелек пота, одеяло валялось на полу. Люси быстро вскочила с кровати и подбежала к сестре. Аккуратно дотронувшись до плеча девушки, она потрясла её, тихо шепча её имя. Кристин открыла глаза и испугано уставилась на сестру. Тут же из карих глаз хлынули слезы. Старшая Даае легла рядом с сестрой и, подняв одеяло с пола, накрыла им себя и её. Крошка Лотти прижалась к ней и, уткнувшись носом в шею сестре, постепенно стала успокаиваться. Может, теперь они и пошли по разным путям, но они все равно остаются одним целым, ведь на свете у них никого роднее друг друга нет.