Я подарю ему любовь

      Париж. Утро 1919 года.       По холодным и мокрым от недавнего дождя парижским улицам проезжал небольшой автомобиль. Коварный ветер просачивался внутрь кабины и пожилой мужчина, сидевший внутри, поежился. Он весь был переполнен волнением, которое вызвали в нем воспоминания. Картины из прошлого сменялись перед его глазами, лишь от одной мысли о месте, куда он сейчас направлялся. Он возвращался туда, откуда много лет назад бежал с надеждой о самом счастливом конце и если бы ему сказали, что он по доброй воле вернется, то он бы рассмеялся. Сердце, не свойственно возрасту владельца, заходилось в учащенном биении. Мужчине стало казаться, что такой старик, как он, не выдержит настойчивого натиска ностальгии и былых чувств. «Как бы она была счастлива вновь побывать там…», в голове графа появлялись образы зала и сцены, на которой пела его любимая жена. Вот он оглядывает шикарный зал, наполненный зрителями, в восхищении глядящими на сцену, где в белоснежном платье стоит прекраснейшая из женщин. К огромному сожалению и горю графа, Графиня Кристин де Шаньи умерла пару лет назад. И рана, нанесенная ее уходом, никогда не затянется в душе мужчины. Вместе с женой на тот свет ушла часть души Рауля и его сердце, в котором он хранил свою бесконечную любовь к Кристин. Поэтому, когда он услышал, что в Гранд Опере состоится аукцион, то сразу же принял решение участвовать в нем. Лишь ради мгновения, в котором он мог бы вновь испытать те чувства и воспоминания, которые появлялись рядом с ней. Всем своим существом он стремился в то место, в те залы, на ту сцену, к той истории, которую он пережил вместе с ней. Это был его единственный шанс почувствовать себя тем молодым влюбленным юношей, каким он когда-то был. Рауль был готов вновь войти… въехать… Да, силы прошлых лет покинули его дряхлое тело, и теперь он передвигался в коляске в сопровождении прислуги. Его ноги больше не переносили более пары шагов с тех пор, как умерла Кристин. И он считал, это справедливым, ведь какое право он имел ходить по земле без своей дорогой жены. Судьба несправедливо выбрала графиню и унесла в бесконечность, куда граф тоже надеется скоро уйти, ведь без нее его жизнь пуста. Только ради детей, которые были живым доказательством их любви, он еще держался и боролся с унынием. Да, Кристин подарила ему чудесную жизнь, которую он прожил бы еще не один раз. Автомобиль затрясся и, гневно гудя, замер. Граф поднял мутные глаза и понял, что они наконец добрались. Дверца открылась, и слуга протянул руку Раулю, чтобы помочь спуститься. - Мы на месте, месье, - послышался голос служанки. Графа аккуратно усадили в коляску. Тяжело вздохнув, он наконец взглянул на здание театра. Старые потерявшие цвет из-за времени стены, кое-где на них виднелись черные пятна, напоминавшие о случившемся тут пожаре. Каменная лестница, покрытая листвой, которую принес ветер, так и манила к себе графа. В этом потерянном во времени здании больше не поют люди, не звучит великолепная музыка и не слышен смех. Все что оно могло сейчас дать - это воспоминания для тех, кто был там тогда, в тот роковой вечер 49 лет назад. Как ему хотелось пройтись по Гранд Опере вновь и заглянуть во все места, где он был вместе с Кристиной: на ту крышу, на сцену, на парадную лестницу, и, конечно же, в подвал. Именно там развернулась та трагическая картина. Но это уже было не то величественное здание, Кристина мертва, а он уже не так молод и силен… Время пожирает всех и вся на своем пути, и нет способных его остановить.       Коляску трясло, когда они поднимались по лестнице и морщинистые рукам приходилось крепко сжимать подлокотники. Когда же мужчина наконец оказался внутри, вместо восторга он испытал грусть. Пыль, паутина, большинство предметов декора накрыта тряпками, чтобы чужие глаза не могли лицезреть их старость. Все вокруг напоминало графу, как он стар. Ветерок, пробравшийся с улицы через открытую дверь, поднял облако пыли высоко к потолку здания, но это было похоже на последний вздох умирающего театра. Внутри уже собралась кучка желающих приобрести частичку театра себе домой. На построенной специально для аукциона небольшой деревянной сцене стоял полный мужчина средних лет с маленькими закрученными усами. В руках у него был список всех лотов сегодняшнего аукциона. Ближе к покупателям стояли его подчиненные и держали в руках рулон бумаги. - А сейчас лот 662: афиша оперы «Ганнибал». Вот, господа, - молодые люди развернули лист, на котором красовалась Карлотта Гудичелли в своем шикарном костюме. Как ни странно, время лишь немного притронулось своими корявыми пальцами к афише. Дальше начался торг, и афиша ушла к месье, стоявшему в первом ряду. - Лот 663: деревянный пистолет и три человеческих черепа. Начальная цена 10 франков, - торг и они уходят к другому месье. Но графу до них нет дела. Повернув голову вправо, он увидел знакомую ему женщину. Ее время тоже не пощадило, но он смог узнать в ней ту златовласую милую балерину. Женщина кивнула в знак приветствия, и граф ответил ей тем же. Он был счастлив увидеть хоть кого-то знакомого. Того, кто так же как и он помнит ту мрачную историю. Граф отвлекся на голос ведущего аукциона. - Лот 664: музыкальная шкатулка из папье-маше в форме шарманки. На крышке обезьянка в персидском одеянии, играющая на цимбалах. Эта вещица найдена в подвале театра. Состояние безупречное, дамы и господа! - Рауль смотрел на шкатулку и понимал: ему нужна эта вещь. Ведь она участница рассказов дорогой Кристин. - Вот она в действии, - молодой человек прокрутил ручку шарманки. Из недр шкатулки послышалась красивая мелодия. Та самая, которую напевала Раулю его графиня. Нотки пробирались прямо в сердце пожилого мужчины и возбуждали воспоминания. Вот она его красивая, любимая жена гладит по голове их сына и напевает эту мелодию, украдкой бросая взгляды полные нежности в сторону Рауля. -Могу я попросить начать с 15 франков, - объявил ведущий. В торг вступила баронесса Кастело де Барбезак, давшая 25 франков, но Рауль не скупился на столь важную для него вещь. Он посмотрел на женщину взглядом исполненным искренней мольбы. - Продано за 30 франков графу Де Шаньи. Благодарю, месье, - молодой человек преподнес шкатулку Раулю, и морщинистые руки приняли ее, как самый дорогой дар на свете. «И в самом деле, хороша. Все точно так, как помнила она… Мы все умрем, а ты останешься одна…» - Лот 665: конверт, внутри которого находится книга или что-то похожее. Мы не вскрывали его. На конверте написан адресат… - интригующее молчание. Граф и все находившиеся на аукционе устремили взгляды на конверт. Все они жаждали услышать имя того, кому хотели передать конверт. Полный мужчина продолжил: - Он был найден вместе со шкатулкой в подвале театра. Имя адресата нас порядком удивило. Думаю, оно должно быть знакомо кому-то из здесь находящихся… Конверт со своим содержимым адресован… Кристин Даае, - граф побледнел. Подвал, ее имя, конверт… Это может быть лишь один человек. «Это он!», в голове всплыл образ высокого мужчины в полумаске и черном плаще. Грудь баронессы часто вздымалась, а глаза женщины бегали от Рауля к конверту. Она так же не могла поверить в услышанное. - Я попрошу начать с 30 франков. Это ведь все-таки необычный лот. 35, месье. 40, мадам. 45, баронесса. 50 месье де Шаньи. 55 мадам. 60 месье де Шаньи. 60 раз, 60 два. 65 мадам Барбезак. 70 месье де Шаньи. 70 раз, 70 два, продано графу де Шаньи, - Рауль бился до последнего, ведь это адресовано его Кристине, а значит он обязан был заполучить это. Конверт отдали в руки мужчине. Все, наблюдавшие это, смотрели на конверт, как на нечто особенно важное. Что же внутри? Граф медленно, дрожащими от волнения руками, открывал конверт. Внутри оказалась старая сшитая вручную тетрадь, с обложкой бордового цвета и загнутыми уголками. Он открыл тетрадь, и первое что бросилось ему в глаза - это надпись красивым почерком на середине первого листа «Дневник Люсиль Даае». С души Рауля упал камень, «Это не от него». Люди, видевшие изменения на лице де Шаньи, окружили его коляску. Слово «дневник» и фамилия Даае прошлись по устам каждого. Шепот дошел и до ушей ведущего. - Люсиль Даае. Дневник. Это же сестра той самой певицы, - кажется, этот шепот раздавался на весь театр. И теперь каждая крыса, и каждый паук знал тайну конверта. Мужчина с закрученными усиками деликатно покашлял в кулак. - Уважаемые, я понимаю ваш интерес, но можно нам продолжить. Спасибо. А теперь лот 666: разбитая люстра. Многие из нас помнят таинственную историю о Призраке Оперы. Эту так и не раскрытую тайну. Нас заверили, дамы и господа, что именно эта люстра сыграла значительную роль в знаменитой трагедии. Люстру отреставрировали и оборудовали электрическими лампами. Быть может, их яркое сияние сможет отпугнуть призрака из прошлого. Господа! - молодые помощники втроем ухватились за края ткани, покрывающей люстру. Они резко сдернули ее, и слишком яркий свет для этого темного здания озарил зал. Покупатели с непривычки зажмурились. Молодые люди усиленно тянули канат, при помощи которого люстра поднималась наверх, дабы все могли лицезреть ее великолепие. Рауль не стал дожидаться конца аукциона и уехал раньше. Ему быстрее хотелось прочесть дневник родной сестры его жены. Быть может, именно в этом дневнике находятся ответы на тайну Призрака…