А если...

      - Проэмперадор желает видеть вас, генерал, а также Ричарда Окделла и Рене Райса. Следуйте за мной.       У палатки Проэмперадора всех поджидал Бонифаций, который тут же посетовал на то, что маршал не разбудил его, хотя он очень хотел увидеть, как «вразумляют разбойников, Создателя позабывших».       - К сожалению, Ваше Преосвященство, мы вынуждены были передвигаться максимально быстро и бесшумно. А проходя мимо вашей палатки, я слышал, что вы спали… очень крепко. Однако я рад, что вы проснулись.       - Кто-то нуждается в исповеди? Или, не приведи Создатель, в предсмертном утешении?       - В утешении, по счастью, пока не нуждается никто. А вот в исповеди, а затем, возможно, и в утешении… Что ж, сейчас разберёмся.       Кроме Алвы и Бонифация в разбирательствах приняли участие Вейзель, Савиньяк и Манрик, а так же Жан, который оставался караулить у лагеря Феншо. Клаус вошел без приглашения, но выставлять его не стали.       Рене, Дик и Оскар стояли перед маршалом.       - Жан, – потребовал Ворон, – что было в лагере, после того, как Клаус уехал за подмогой?       Адуан вышел вперёд.       - Ну, дык, близко-то я не подходил, – переминаясь с ноги на ногу, начал таможенник. – А только генерал приказ отдал – отдыхать. Ну, все и начали укладываться. А потом из генеральской палатки малец ваш ушастый вышел. Уже и стемнело изрядно, а потому, чего он там делал, я не видел. А в лагере шебуршение началось. Долго шебуршили, а потом затихли. Ну а когда эти седуны попёрли, тут-то они вдарили! Подпустили к себе близёхонько, да как жахнут! А потом в драку, пока барсы не оклемались. Ну а как седуны, жабу их соловей, попятились, тут и мы им в спину – зажали с двух сторон, ну и приложили как следует!       - Что ж, генерал, вы помните, что я вам пообещал за нарушение приказа?       Феншо молчал.       - Я обещал вас расстрелять, – продолжил Ворон, не дождавшись ответа. – Вынужден признать, что ваши действия оказались весьма эффективны. Вы смогли уберечь своих людей и захватить пленных. Однако, ваше поведение не останется безнаказанным. Приказ вы всё же нарушили.       Оскар по-прежнему молчал. Молчал и Рене. Дик, стоявший между ним и Оскаром, недоумённо посмотрел сначала на генерала, затем на ушастого.       - Окделл, что с вами? Опасаетесь наказания за побег и оставление своего поста во время военных действий?       - Нет, – выпалил Дик. – Ну… То есть…       - Прекратите мямлить, Ричард. Говорите внятно.       Ричард сейчас был в жутком положении. Рокэ хвалил Оскара за план, который предложил и осуществил Рене. Это было несправедливо. Но если Дик скажет об этом, то что ждёт генерала Феншо? Оскар сам должен признаться. И почему молчит Рене?       - Я жду, Окделл, – голос Алвы стал требовательным.       - Рене, – не выдержал Дик, – почему ты молчишь?       - А что я должен сказать?       - Но это же ты… – Ричард осёкся.       - Та-ак, – протянул Ворон. – Капитана Тавэля сюда, немедленно!       Через несколько минут, прошедших в полнейшем молчании, в палатку вошел капитан Тавэль, его левая рука покоилась на перевязи, но рана была не серьезной.       - Капитан, какой приказ вам отдал генерал Феншо- Тримейн после того как вы разбили лагерь? – потребовал ответа Ворон.       - Эм… Сначала генерал приказал ложиться спать. А потом он велел перебраться в центр лагеря, где и занять круговую оборону, максимально укрепив позиции. Всё это производить скрытно и без шума.       - Приказ готовиться ко сну отдал лично генерал? – уточнил Алва.       - Да, господин маршал.       - А второй приказ вам отдал тоже генерал?       - Нет, господин маршал. Ко мне подошел господин Райс. Он сказал, что генерал занят и передал приказ о создании обороны. Говорил, что делать всё нужно тихо. К тому же по его приказу мы сложили лежанки так, чтобы можно было подумать, что там кто-то спит.       - Генерал хоть раз вышел к вам за всё время, пока вы готовили лагерь к обороне?       - Нет, господин маршал. Генерал всё время находился в палатке.       - Вы свободны, капитан. Ренерт Райс, – как только капитан вышел, обратился к Рене Ворон, – извольте объяснить, отдавал вам генерал Феншо приказ или нет?       Рене вздохнул.       - Мы поспорили о необходимости защиты лагеря от возможного нападения бириссцев. Генерал считал, что их слишком мало и они не осмелятся напасть. Я думал иначе. Генерал пригрозил застрелить меня, если я не буду подчиняться его приказам. А потом выставил из палатки, сказав, что я могу делать, что сочту нужным. А утром я должен покинуть лагерь.       - То есть, – начал Ворон медленно, – приказ об укреплении лагеря – это была ваша личная инициатива?       - Да, господин маршал. Правда, мне пришлось воспользоваться именем генерала Феншо, потому что его люди не стали бы выполнять мой приказ.       В палатке повисла гнетущая тишина.       - Ричард Окделл, – взгляд Ворона пробирал до костей, – вы можете подтвердить правдивость слов Ренерта Райса?       - Да, – негромко произнёс Дик и кивнул головой.       - Господин маршал, я всё могу объяснить… – впервые нарушил молчание Оскар.       - Поздно, – холодно прервал его Алва. – Генерал Феншо-Тримейн, у вас не хватило мужества признать свою вину. Надеюсь, его хватит, чтобы принять наказание. За нарушение приказа, которое могло повлечь за собой фатальные последствия, вы будете расстреляны.       - Но ведь никаких фатальных последствий не было! – отчаянно дернулся Ричард.       - Да, не было. Но не благодаря действиям генерала, а вопреки им. А если бы последствия всё же были, то расстрелять следовало уже меня. Генерал, – Ворон продолжил, – у вас есть полчаса, чтобы привести в порядок свои дела. Затем епископ исповедует вас. Конвой!       Двое кэнналийцев вошли в палатку. Генерал отстегнул шпагу и вместе с парой пистолетов и генеральской перевязью положил её на стол. А затем вышел из палатки, сопровождаемый охраной.       Никто из присутствующих не рискнул нарушить молчание. Суд, пусть и импровизированный, ещё не закончился. Перед маршалом стояли два его оруженосца. И сейчас все с тревогой ожидали, какое же решение примет Алва. Да, оба мальчишки нарушили приказ, но вряд ли Ворон решит расстрелять и их, тем более, что действия Рене в немалой степени поспособствовали успешному окончанию операции.       - Итак, молодые люди, – начал Алва, – за самовольное оставление лагеря во время военных действий вас следовало бы расстрелять или повергнуть телесным наказаниям.       Услышав это, Ричард дёрнулся, и Рене понял, что Окделл предпочтёт расстрел порке. А если Алва всё же выпорет оруженосцев, то Дик просто застрелится от пережитого унижения. Похоже, Алва тоже это понял:       - С сегодняшнего дня вы будете проходить службу в качестве рядовых в полку ополчения, – Рене тихо выдохнул, Ричард стоял молча, не зная, как реагировать на данное решение маршала. – Генерал Манрик, – продолжил тем временем Алва, – вы принимаете на себя командование авангардом вместо Оскара Феншо-Тримейна. Капитан Коннер, капитан Шеманталь – ополчение переходит под ваше командование. Сами решайте, кто из вас будет генералом, а кто полковником и начальником разведки.       - А чего тут решать, – произнёс Клаус, – не найдётся ли монетки, господа?       Алва сунул руку в карман и извлёк какую-то мелкую монету.       - Выбирайте, кому – дракон, кому – решка.       Розыгрыш генеральского звания занял не более пары минут.       - Генерал Шеманталь, полковник Коннер, – произнёс Алва, после того как монета определила, кому из адуанов кем быть, – приступайте к исполнению своих обязанностей. Эти молодые люди, – Ворон небрежно указал на бывших оруженосцев, – поступают в ваш полк, генерал Шеманталь.