Неделя и тридцать четыре дня

***

Проснувшись, Эдвард первым делом взглянул на часы. Девять сорок. - Хани! Мы опоздали! - заорал он, вскакивая с дивана. Юноша намеревался бежать наверх, но заметил на журнальном столике листок бумаги. На нём было выведено крупным почерком: "Эдди! Не беспокойся, я увёз Энни в школу. Завтрак на столе. Хорошего выходного!

Ричард.

" Эд невольно улыбнулся и, с облегчением вздохнув, побрёл в ванную.

***

- Эдди, у меня для тебя нехорошая новость, - заявила Анна, заходя в гостиную и протягивая брату конверт. На нём каллиграфическим почерком было выведено: "Мистеру Шеппарду", а в графе "отправитель" значилось: "Патрик Вильсон, учитель математики в Высшей школе Линкольна". Эдвард тяжело вздохнул и сказал: - Ну-ка, глянем, что написал мне ваш учитель математики... - Не читай, просто выкинь эту хрень в мусорное ведро. У нас есть, чем можно поживиться голодному ребёнку? - Ага. Так же, как это сделала ты на прошлой неделе. Нет, я обязан это прочесть даже из простого любопытства. - От любопытства кошка сдохла, - насупилась девочка. - Где мой обед? - Лучше посуду помой, сегодня твоя очередь. А пирог из духовки через пять минут можно достать. Если хочешь суп, то можешь разогреть. Фыркнув, Хани поднялась и ушла на кухню. Сквозь звук льющейся воды можно было расслышать её проклятия, адресованные системе образования, школьной администрации, учителю математики и всем, кого только она могла вспомнить. Юноша углубился в чтение записки. Всё как всегда, стандартные «неудовлетворительное поведение» и «плохая успеваемость по предмету». Но тут его внимание привлекли последние строки: «... и я бы очень просил вас приглядывать за своей сестрой и за её поведением. В противном случае я буду вынужден обратиться в CPS...» - Чёрт, - он вскочил с дивана и понёсся на кухню. - Анна! Что ты ему наговорила?! - В каком смысле? – удивлённо спросила девочка, вытирая руки полотенцем и открывая духовку. - В прямом! Вот, полюбуйся, что написал мистер Вильсон! - Погоди, пирог достану. Классно получилось... И что такого мог накарябать этот идиот? - Он грозится подать жалобу в CPS! Прочитай сама. - Вот же сукин сын. Да чтоб ему... - Прекрати. Лучше объясни, чем ты так его разозлила. - Я не знаю. Честно, - негромко сказала девочка. - Так не бывает. Ты не пришла к нему на урок? Обозвала его? Написала итоговый тест на неудовлетворительную оценку? Что произошло?! – продолжал допытываться Эд. - Сегодня я пришла вовремя, не болтала на уроке, не клала ему на стул кнопки и даже домашка у меня была сделана. Так-так... А, кажется, я знаю. Просто, понимаешь, он уже передавал тебе записку... - Хани, чёрт возьми. Ты понимаешь, что если он напишет жалобу, то тебя прямо из школы заберут в детский дом. А мне запретят даже видеться с тобой! - Я не виновата! - Да? А кто помешал тебе передать мне первую записку?! Я не припоминаю, чтобы на прошлой неделе у нас в городе было землетрясение или нашествие пришельцев! - Слушай, а не пойти бы... Перепалку прервал стук в дверь. Эдвард встал из-за стола и направился к выходу. Девочка приподнялась со стула и стала прислушиваться. Из прихожей донёсся звонкий голос: - Добрый день! Анна дома? Я принёс диски, которые она просила. - Хани! К тебе пришли. Заходи, Нэд. Может быть, хочешь перекусить? - Да, это было бы непло... - Ему некогда. Привет, Нэд. Спасибо за диски – верну их через неделю. Пока, - выхватив из рук мальчика пакет, она направилась к лестнице, ведущей на второй этаж. - А я думал, что, может быть, мы бы прогуляться пошли... На стадионе скоро футбольный матч начнётся... Девочка замерла на полпути. Игнорируя ехидный взгляд брата, она спросила нарочито безразлично: - Ну и кто играет? - Наши десятиклассники против «скворцов». Эдвард недоумённо приподнял бровь и проговорил: - Скворцов? При чём тут эти милые пташки? Хани расхохоталась и сказала: - Ну, ты, братец, и тормоз... Нэдди тебе всё объяснит, а я пошла переоденусь. Так и быть, глянем, как наша команда порвёт им жо... - АННА-КАТРИН ШЕППАРД!!! - Молчу-молчу, - пискнула она, убегая в свою комнату. Спустя пару минут сверху послышался шорох вываливаемой на пол одежды и не совсем цензурные крики девочки. Юноша вздохнул и повернулся к Нэду, который ещё не совсем отошёл от резкой перемены в настроении подруги. - Пойдём, я налью тебе сока. Ещё есть пирог. - Яблочный? – радостно поинтересовался мальчишка. - Ага, - улыбнулся Эд. - Кстати, "скворцы" - это ребята из частной школы неподалёку от нашей. У них форма чёрно-жёлтая, потому мы их так и называем.

***

Хани спустилась через двадцать минут. На ней были новые джинсы (которые она надевала только один раз, а потом сказала, что они слишком узкие, и носить она их не станет) и красная майка со стразами. Она ярко накрасила губы, нарумянилась, подвела глаза – и стала похожа на клоуна, который очень любит свою профессию, но его не выпускают на манеж по причине беспробудного пьянства. У Эдварда изо рта выпал не прожёванный кусок, а про реакцию Нэда и говорить было нечего. Мальчик сидел и пытался сделать вид, что поглощён созерцанием пустой коробки из-под сока и тарелки из-под пирога. - Х-Хани, детка... На улице ещё не настолько тепло, чтобы надевать т-такие лёгкие вещи. Накинь свою синюю ветровку, п-пожалуйста. - Эдди! Тогда красная помада не будет ни с чем сочетаться! - А с кедами? - Какие кеды? Я надену чёрные туфли. - Открытые, на десятисантиметровом каблуке?! – начал закипать юноша. Нэд подал голос , спасая ситуацию: - На стадионе ещё не все лужи высохли. Ноги промокнут. Да и по прогнозу должен быть дождик. Анна вздохнула и сказала: - Вот чёрт! Тогда придётся смывать косметику... И майку заменить. Да ну нахер. Девочка развернулась и пошла в ванную. Эд благодарно посмотрел на мальчика и спросил: - Вы не опаздываете? Во сколько матч? - Не-а, нормально всё. Начало в пять сорок. Я знал, что Энн будет долго собираться. Вот и зашёл немножко пораньше. Юноша расхохотался и положил ему ещё кусок пирога.