Самая удачная пятница

Меня поперло, так сказать >3< POV Изаи Шизу-чан невероятно теплый, он знает это? Словно отдельное солнце, весь горячий, чувствуется даже сквозь рубашку. А руки у него хоть и большие и крепкие, почти все видели и знают, как этими руками переламывались костные и железные хребты, но сами ладони такие нежные, особенно сейчас. Хочется утонуть в его объятиях, чтобы запомнить его таким мягким навсегда. Но только он очень несдержанный и грубый. Я только хотел понимания, Шизу-чан, и хоть немного нежности, понимаешь? Я хотел изменить тебя, твое мировоззрение, отношение к себе. Такой дурак. Ты не обычный человек, чтобы я мог так запросто манипулировать тобой. И посмотри, где я оказался? Поверженный самим собой же, чертовски противными гормонами, я в твоих руках лежу и старательно делаю вид, что сплю. Честно, я боюсь посмотреть в твои глаза, Шизуо, боюсь найти там ненависть, о которой ты мне сегодня говорил, неприязнь и все, что угодно. Мне еще никогда не было так страшно из-за своей любви к тебе. Когда уже подпустил себя так близко, когда открылся и снова испытал волну жгучей ненависти. Я бы стерпел это раньше, а сейчас... позор, Информатор слезы льет как школьница. Я всего лишь хочу душевного спокойствия, Шизу, хочу быть рядом с тобой и не мучиться при этом, но и тебя не заставлять. Ками-сама, что я должен сделать? "Терпение" Я чувствую его дыхание, когда он наклоняется особенно близко и начинает аккуратно тормошить мое тело, приходится выбраться из этой мечтательной неги, открыть глаза. И встретиться с его взглядом. С долгим, глубоким и невероятно завораживающим. Таким, что дыхание не может восстановиться в норму и сердце стучит как бешеное. Я зря боялся: в его глазах нет ненависти, неприязни и отвращения, только теплота и извинения. Хочется, чтобы время остановилось и любоваться им таким всегда. Он что-то говорит, я киваю, но не понимаю ни слова, слушая только его приятный баритон и закрывая глаза. Чувствую, Шизуо снова несет меня на руках, крепко держит, обнимает. И я бы уже поверил, что он любит меня так же искренне, как и я, если бы не его ядовитые слова. Хейваджима заносит на руках прямо в квартиру, отпускает с рук и ставит на ноги. Я не хочу отпускать тебя, Шизу-чан. Хочу, чтобы этот момент длился вечность. Цепляюсь за его рубашку, прижимаюсь. И чувствую его дрожь. Такую легкую, словно мурашки, но ощутимую. Он тоже боится. Хотя, неправильно будет говорить про него "боится", скорее опасается. Да, опасается, потому и осторожничает, и так ласков. Опасается причинить мне вред. Нам вред. Обнимаю его руками, прижимаясь щекой к сердцу и маниакально слушаю, как оно стучит. И Шизуо словно получает немое согласие, обнимает меня в ответ, приподнимает и несет в спальню. Укладывает, а сам ложится рядом, вновь прижимает к себе. Чувствовать его губы на щеках, скулах и шее так приятно. Его ладони гладят везде, где могут дотянуться, но я не хочу сейчас ничего, Шизу-чан. Тянусь к губам, целую ненавязчиво, мягко и понимаю, что он опускает руки, просто обнимая меня и столь же нежно целуя в ответ. Просто лежать и целоваться, ничего больше не надо. Потому что уже одна твоя нежность сводит меня с ума. Потому что уже одна твоя близость превращает мою любовь в зависимость. Блондин аккуратно опускается вниз, целует мои ладони, вижу, как он переворачивает меня на спину и снимает футболку. Шизу-чан, я же просил тебя, хоть и мысленно, не нужно ничего этого, прошу. Хейваджима никогда не может быть предсказуемым. Он не человек. Я всегда надеялся на свой холодный расчет, чтобы хоть немного предвидеть его действия, а сейчас не могу. Могу только лежать и изо всех сил сдерживать вздохи, пока он целует мое тело, живот и прижимает щекой. Трется, словно животное и напоследок осторожно касается губами, поглаживая ладонями. А мое сердце бешено перекачивает кровь. Это не возбуждение, это что-то больше. Чувствовать его, это уже больше чем вожделение. Шизу поднимается и снимает с меня брюки, затем раздевается сам. И просто ложится рядом. Целует за ухом, но я-то знаю - дурачится. От всех этих переживаний я хочу спать, Шизу-чан. Я хочу, чтобы даже во сне ты не покидал меня. Чтобы ты хранил мой сон. Будешь моим золотым рыцарем, хранителем снов, Шизу-чан? Я люблю тебя.