Падите все к моим ногам

Замок Хогвартс расположился среди прекрасных ландшафтов: многочисленные поля окружали долину, две или три речки, переплетенные в замысловатые петли, сливались в Русалочьем озере. Запретный лес тоже был по-своему красив временами: сосны и ели в своем росте стремились высоко вверх, иногда было ощущение, что их макушки задевают небо. В хорошую погоду там царила особо приятная атмосфера: волшебные птицы с переливающимися на солнце перьями вили гнездышки в зарослях орешника, а кентавры выползали из своих шалашей на полянки, покрытые сочной зеленой травой, и резвились там весь день напролет. Сейчас небо было покрыто тучами, но кроваво-красный рассвет обещал разогнать к полудню плохую погоду: новоприбывших учеников ожидал сухой сентябрьский день. Профессору Дамблдору не спалось. Он сидел в своем кресле перед незажженным камином и думал о грядущем. До начала прибытия школьников оставалось не менее пяти часов, но директор ожидал еще одного гостя чуть-чуть пораньше. Именно это и было причиной его беспокойства. Нет, с материальной точки зрения все было улажено: комната для нового члена преподавательского состава была давно приготовлена, дополнительный стул к обеденному столу приставлен, оставалось по прибытию выдать ему программу прохождения учебного материала и, в завершение, дружески похлопать по плечу. С другой стороны, глупо было бы игнорировать тот факт, что Локи Лафейсон являлся полубогом с не очень блестящим прошлым: разгромил Нью-Йорк за два дня, предал своего отца и выкрал весьма любопытный магический артефакт, который собирался сбагрить инопланетным захватчикам. Плюс еще хотел захватить власть на всем земном шаре и повелевать человеческой расой, как стадом. Кое-кого напоминает, особенно исходя из последнего. Но Дамблдор был бы не Дамблдором, если бы упустил шанс познакомиться с такой выдающейся личностью. И, как бонус – направить на путь истинный. Еще одно премилое хобби профессора. В конце концов – это же будет настоящий прорыв в магическом образовании. Дамблдор даже не смел предполагать, какими только новейшими и неизведанными знаниями полубог сможет поделиться с учениками. А перевоспитывать у профессора всегда выходило на ура (за исключением печально известного примера, который сейчас неизвестно где скрывается и точит зубки на тоненькую шейку сына Поттеров). До завтрака было еще далеко, но директору отчаянно захотелось перекусить. Он, кряхтя, встал с кресла и начал перерывать письменный стол в поиске мармеладок или сахарных мышек, но внезапно его занятие было прервано. Северус всегда входил без стука, да и к чему он, если попасть в кабинет могли только доверенные лица, знающие пароль. Но если директор совершенно точно никого не хотел у себя видеть (а такое случалось крайне редко), горгулья, сторожившая вход, заранее об этом уведомлялась и никого не пускала даже под угрозой болезненной расправы (дробление на сотни маленьких кусочков). Взгляд преподавателя Зелий несколько секунд блуждал по комнате и наконец-то замер на разноцветном ночном колпаке директора. - О, Северус! – воскликнул Дамблдор, - Неужели на вас та пижама, которую я подарил на Рождество? Зельевар поплотнее закутался в свой черных халат с нетопырями. - Альбус, – обратился он к своему работодателю, - вы уверены, что поступаете правильно? Директор указал Снейпу рукой на свободное кресло и ответил: - Меня все еще одолевают сомнения, но, как верно ты заметил во время нашей прошлой беседы, сделанного не воротишь. Я уже дал непреложный обет Одину. Но Снейп, проигнорировав предложение присесть, сразу же проницательно озвучил главную идею профессора: - Признайтесь, вы рассчитываете, что этот полубог с невероятно сильной магией сможет помочь вам в войне с Волдемортом. Зря вы на это надеетесь. Никакой легименции. Просто Северус подслушал разговор Дамблдора с одним из многочисленный портретов, кружочком развешанных по кабинету. В отличие от его слегка сумасшедшего со своими мыслями коллеги, Снейп всегда твердо стоял ногами на земле и не уносился на небеса вслед за пустыми мечтами. Он как никто другой понимал, чем может обернуться вмешательство в проблемы магического общества такого сильного и неконтролируемого создания, как униженный и отвергнутый всеми бог обмана и лжи. Профессор, разумеется, был ознакомлен со скандинавской мифологией и полагал, что Земля находится в относительном спокойствии только в те времена, когда инопланетные существа и люди существуют без тесного общения. - Что ж, глупо скрывать мою маленькую слабость ко всему неизведанному и многообещающему, - Дамблдор чуть улыбнулся и рассеянно пригладил бороду, - но стоит сказать, что мы практически ничем не рискуем. Мистер Лафейсон будет принят Хогвартсом со всем радушием, особенно этого я ожидаю от вас, - заметив саркастичную улыбку Северуса, добавил директор голосом на тон выше. - Вы не понимаете, Альбус. Велика вероятность, что Локи захочет переметнуться на сторону Пожирателей, и тогда у нас точно не будет шансов, даже с вашим ненаглядным мальчишкой. - Исключено. Я не планирую, что он будет покидать пределы замка, и потом, Том Ридлл вряд ли найдет в такой эксцентричной и непокорной личности верного слугу и поклонника. Снейп, казалось, доверился словам директора, но собственные тревожные сомнения все никак не желали рассеиваться. Зельевар чувствовал, что грядущий учебный год будет полон загадок и непредвиденных ситуаций. На некоторое время присутствующие в комнате замолчали, раздавался лишь звук щелкающих и позвякивающих магический приборов, которые теснились на многочисленных полках вперемешку с книгами. За окном рассвет набирал силу: солнце распускалось, подобно цветку, раскинув свои желто-красные лепестки по горизонту. Дамблдор и Снейп по несогласованному желанию уставились в окно. Все дышало предрассветным трепетом и тишиной. Через несколько секунд им удалось увидеть ослепительно-разноцветный магический поток, который возник будто прямо из неба и кончался где-то на уровне 2-3 метров на середине Квидиччного поля. С воплем из туннеля вылетел Асгардский полубог и приземлился без включения режима мягкой посадки. Вслед за ним на землю грохнулись два массивных чемодана и еще одна сумочка поменьше. Когда Снейп оторвался от увлекательного зрелища (Локи начал громко ругаться, устремив взор в небо и параллельно отряхивать свой непонятного происхождения костюм), от Дамблдора уже и след простыл. Он уже во всю свою скорость несся на встречу Лафейсону и на ходу вызывал эльфов. Северус хмыкнул и поддался вперед, чтобы получше разглядеть новоприбывшего. Мужчина выглядел довольно молодым, но несколько потрепанным. Затем он увидел, как на поле появились счастливый Дамблдор и прискакавшая на шум Макгонагалл. Директор начал приветливо улыбаться и предлагать мармеладки, эльфы занялись багажом. Локи не стал жать протянутую руку Альбуса и что-то спросил. После небольшого диалога странное трио направилось к входу школы. Полубога решили заселить в небольшую заброшенную башенку. Локи осмотрел свои временные апартаменты и пришел к выводу, что поменяв кое-какой декор, остаться жить можно. Это было помещение, состоявшее из спальни и гостиной, с небольшой светлой ванной и с огромными окнами, через которые пропускались солнечные лучи и ложились на поверхности в совершенно разных цветовых интерпретациях. В целом, можно сказать, что там было довольно уютно. До того, как туда вселился Лафейсон. Он первым делом выкинул все атласные подушечки с дивана, задернул темно-зеленые шторы, потушил весело трещащий камин и начал раскладывать книги по полу, чтобы после расставить их по полкам в одному ему известном порядке. После того, как чемоданы были опустошены, Локи сдернул золотистое покрывало, скомкал его, бросил в угол, и разлегся на кровати. Глядя на пушистые барашки облаков, асгардец понял, что жутко проголодался. В дверь постучались.