Из жизни Серых Стражей

Солона и Хардинг - Эта твоя магия Камня… - Да? - Тебе не хочется периодически восклицать «Колдовство!» и «Бум!»? - Что?! - Да так. Просто вспомнила кое-кого. Солона и Нэв - Скажи, тебе ничего известно о том, что пару дней назад в одно из убежищ Драконов пришел некто, представившийся почившим десять лет назад Феликсом Алексиусом в компании весьма говорливого голема? - С красивыми такими зелеными кристаллами? Не, впервые слышу. - А о том, что эти двое были так убедительны, что заставили Ашура пройти Посвящение? - Какой ужас. И как там Ашур? - До сих пор выметает из дома голубиные перья. Ему лучше. Спасибо, Солона. - Я ж сказала, что ничего об этом не знаю.

***

- Я не могу поверить, что ты назвала Дориана Павлинием. Он был… обескуражен, скажем так. - Да сколько можно? Я же извинилась, ну! Я правда думала, что его так зовут. Феликс всегда его именно так называл. - Тот Феликс, про которого ты ничего не знаешь? - Ага, тот. Ну откуда мне было знать, что это шутка такая? - Солона, он – Дориан Павус, он участвовал в борьбе с Корифеем! - Я тоже много в чем участвовала… Но никто ничего не докажет!    - Даже знать не хочу. Солона и Беллара - После встречи с этой версией Миталл я, кажется, разгадала тайну, тревожащую меня уже 20 лет. - Почему тебя не любят в Вейсхаупте? - Это вот вообще не тайна. Не, мы с друзьями как-то спасали деревеньку в лесу Бресилиан от эльфа-одержимого, которого его клан называл Миталлен, дитя мести. Я тогда ещё долго пытала Терона, почему его так называют. Лен - дитя, тут без вопросов. Но если Митал богиня справедливости и любви, а бог мести Эльгарнан, то почему тогда не эльгарнанлен? Ну, кроме того, что это сложно выговорить. - И что Терон? - Делал кислую мину и не понимал, что вообще не так. Дескать у нас у шемов есть слово “совпадение”, но оно никак не связано с падением сов, так чего я к эльфийскому великому и могучему придираюсь.

***

- Значит твой брат работает на Анариса? Отстой. Сочувствую.  - Спасибо. Я все еще не могу поверить, что это произошло. - Ну да. Я имею ввиду, если добрые боги долийцев оказались, ну, тем кем оказались, то что уж говорить о Забытых? - О, ты знаешь о Забытых? - Немного. Знаю, что их было минимум трое. Знаю пару сказок. А! Не знаю наверняка, но предполагаю, что долийцы в Серо им поклоняются. Терон и Маханон, брат Инквизитора который, лет пять назад организовали туда экспедицию. Элион еще с ними пошел, чтоб они чисто по дороге не убились. Или не начали международный конфликт. Вернулись все трое потрёпанные и задумчивые. Терон даже почти свел на нет свои выпады в адрес других рас. И подарил Лелиане рогатого зайца. Как бы то ни было, я уверена, что ты сумеешь убедить брата одуматься.  - Хотела бы я в это верить… - Вот и верь. Не забывай, мы всегда можем его связать и оттащить от этого рогатого кренделя силой.   - ПИСК. - А Мыш обещает кренделя покусать. - О, Мыш, ты очень любезный. И такой пушистый! - ПИСК! - Ты ему нравишься. Солона и Луканис - Поздравляю, кстати, с освобождением. По себе знаю, как это приятно впервые увидеть солнышко после отсидки. - Спасибо. Не знал, что Страж-Командор бывала в тюрьме. - Было дело. Нас с друзьями как-то бросили в темницы Форта Драккон. К тому моменту, как нас пришли спасать, Айдан умудрился подсидеть сержанта и занять его место, Нерия пинками выгнала из лазарета целителя-гомеопата, Каллиан и Терон устроили боксерские состязания, Фарен открыл прием ставок, а Середа организовала у стражников профсоюз. - А ты? - А что я? Вскрыла склад вещдоков и вынесла все что нашла. Айдан потом плакал от гордости. - Мне начинает казаться, что я как-то неправильно провел прошлый год.

***

- Солона, Аметин сказала, что ты любишь кофе. - Ну, да. Можно и так сказать. - А какой? Светлый? Темный? Крупного помола или тонкого? - Э… да я как-то… - Эспрессо? Ристретто? Крема? Доппио? - Все перечисленное. Можно даже слить в одно ведро и бахнуть туда стакан сахара. Знаешь, чтоб не спать неделю и все-таки успеть свести финансовый отчет за год. Мы в Башне Бдения такой кофе назвали «бодрый вурдалак»... Луканис, ты в порядке? - Он. В обмороке.

***

- Если что, я всегда готова принять Илларио в дар. - Что?! - Ну ты же о нем сейчас думаешь, верно? Обещаю кормить три раза в день, ухаживать, но держать в тонусе. У меня уже есть опыт содержания Воронов-ренегатов. И рекрутирования тех, кто пытался меня убить. От одного такого я родила сына. - Что ты несешь… Ух, Солона, зачем он тебе вообще? - Мне нравятся убогие. - Тетушка, когда придет время, умоляю, не пытайся рекрутировать Эльгарнана. Солона, Луканис и Орен - Ну, Луканис, я так понимаю, вас с Аметин можно поздравить. - С чем? - С началом серьезных отношений. - Прошу прощения? - Ой, да ладно! Все всё сразу поняли, как только она волосы перекрасила под цвет твоих крыльев. - Это точно, сестренка к цвету шевелюры относится серьезно. Когда нас приняли в Завесные Странники, она забабахала себе прическу в желто-зеленых тонах. По ее словам, чтоб сливаться с листвой. Вот только доспех свой веселый и радужный она менять не стала. Забавное было зрелище – из кустов к тебе приближается нечто невообразимо цветастое и без головы.

Солона и Торн - Рук, ты уже час вздыхаешь и странно на меня смотришь. Что случилось? - О, да так, ничего такого. Просто хотела спросить о нашей семье. Какая она? - Большая. - Тетушка… - Не, серьезно. У меня три родных брата, сын и считая тебя четыре племянника. Еще два троюродных брата – Карвер и Гаррет, один сейчас в Амарантайне, второй в Крикволле. Три троюродные сестры – Марриан, Беттани, Шарада – в Киркволле, Старкхэйвене и Кайтене соответственно. Да еще Тревелианы из Оствика, которые тоже родня. Их прабабка была сестрой-близнецом моего прадеда. Так что да, нас много. Про кого ты хочешь знать? - Давай про братьев для начала. - Из всех трех я постоянно общаюсь только с Гаскаром. С моим близнецом Дайленом мы худо-бедно знакомы, бываю временами у него в Кайтене. А со старшеньким, который в Серо, только по переписке. Он там неплохо устроился после того, как сбежал из Круга. Охмурил маркизу и настрогал с ней пару двойняшек. Я уже говорила, что Амеллы вообще предрасположены к рождению близнецов? Так что ты на всякий случай подготовь профессора. - И как так вышло, что ты не побывала в Серо? Судя по слухам, там все как ты любишь. - О, так это из-за братца. Если верить Карверу, он был рад, когда мы с ним связались, но сказал, что много обо мне слышал и опасается, что, поскольку положение Серо и так шатко, если я приеду в гости, то Церковь таки объявит Священный поход. Не знаю, может когда все закончится съезжу посмотреть на племянников. - Это получается, что наши родственники живут в Ферелдене, Орлее, в четырех городах-государствах Вольной Марки, сама я из Андерфелса, твой муж из Антивы... Солона, мы точно не пытаемся захватить Тедас? - Милая моя, в глубине нашего генеалогического древа затерялась Аша Кампана. Мы давно его захватили. Солона и Эммрик - Солона, я так понимаю, вы долгое время жили в Амарантайне. Не имели ли вы счастье встречать ученого Арчибальда? Его трактат о влиянии памяти на личность просто невероятен! А теория о переселении сознания, пусть и оспаривается многими, но дает поразительный простор для исследований. Удивительно, он так пишет, будто сам пережил этот процесс! - Так он и пережил. - Прошу прощения? - Профессор, вы сейчас говорите об Архитекторе. Он оскверненный магистр типа Корифея и живёт в Башне Бдения. Было время, мы с ним каждый день общались. Сейчас, увы, не получается. - То есть вы утверждаете, что Арчибальд Амарантайнский, этот смелый ученый ум – порождение тьмы? - Ага, профессор. Смелый – точно. С умом, ну, тут ведутся споры. Иногда такое придумает, что… Не важно. И, кстати, при Архитекторе лучше о его связи с Корифеем не упоминать. Сам он ничего такого не помнит, но как узнал, так на пару недель ушел в жуткую меланхолию. Засел в самой высокой башне у окна и тоскливо вздыхал. Даже от наших с Леони ухаживаний удрать не пытался. Зевран его в итоге в чувство привел, подсунув пару книжек из списка Распутной вдовы. Хех. После этого Архитектор, кажется, понял, чего мы от него хотим, и снова забаррикадировался в своей лаборатории. Так сказать, вошел в нормальный ритм жизни. Так вы хотите познакомиться? - Естественно! Солона и Даврин - Я был в Рэдклифе. - О, он прекрасен в это время года. - Я видел «Серых Стражей», которые его защищают. - Надеюсь, ты передал привет Командору Хоу. - Солона, «Стражи»! В фиолетовых доспехах. Не снимающие шлемов. - Клевые, правда? Ну, доспехи. Цвет еще такой насыщенный! Сама подбирала. - Солона! Это порождения тьмы! Как? Как ты это провернула? - Э… ну, это не целиком моя заслуга. Скорее это совместный проект с Архитектором. - С каким архитектором?.. - С оскверненным магистром. - Солона! - Ох, я тебе позже все расскажу.

***

- Итак, как прошла экскурсия в Амарантайн? - Познавательно. Генерала заинтересовала история Иссеии и он обещал поискать других, подобных ей. Когда на денеримском направлении появится хоть какой-то просвет. - Да, у Первого к Денериму особые чувства. Он его еще во главе орды Архидемона штурмовал… Эй, ты чего? - Солона, некоторые вещи лучше держать в тайне. Просто для спокойствия собеседника.

***

- Я должен извинится. - За что? - Я сказал, что Страж, не погибший при убийстве Архидемона не Страж вовсе. И что только предатель заключит союз с порождениями тьмы. - Не беспокойся. Про Пробужденных ты не знал, а меня назвали куда уже. Первый Страж как-то даже назвал меня Королевой Гнили. - Мне жаль… - Да не, про королеву мне понравилось.

***

- И все же, как ты выжила после убийства Архидемона? - Ты все никак не успокоишься. - Я просто думаю, может со мной произошло тоже, что и с тобой? - Не. Если вокруг не было ни одной беременной ведьмы, то с тобой произошло что-то другое.

***

- Скажи, а как вы отличаете своих порождений тьмы от вражеских? - Ну, раньше по доспехам в основном. Сейчас проще, кто тварь неказистая – тот чужой, кто атлет с фигурой как у нероменианских статуй – тот наш.  - Эм, да. Первый, ну, он такой, м, впечатляющий. - Ты так забавно смущаешься. Солона и Тааш - Ты на меня смотришь. Много. - О, прости. У меня не так много друзей-кунари. Если честно, то только Стэн. Он сейчас на Аришока откликается. И рогов у него нет. Твои красивые… - Ты дружишь с Аришоком?! После всего, что антаам натворил? - Когда ты таким тоном говоришь, мне даже как-то неловко. Стэн в этом не участвовал и всецело осуждает. В последний раз, когда мы с ним связывались, он писал, что до сих пор, цитирую, «в ахуе от произошедшего». А еще скучает по Лотерингу. Он там неделю в клетке просидел, пока мы его не вытащили. Так и познакомились, собственно. 

***

- Теперь ты на меня смотришь. А у меня даже рогов нет. - Ты правда кричала вслед Мяснику «Мужчина, хорошо же говорили, погодите превращаться в переваренный пельмень»? - У него был красивый голос, когда он не орал с балкона. - Но ты уронила на него стену. - Мне нравился его голос, а не он сам.