Ты изменил меня.

С момента ссылки Дина прошло уже 2 года. Кастиэль стал буквально одержим поисками омеги, Сэм же, казалось, начал сдаваться. Король злился, что непонятная ему одержимость сына каким-то крестьянином никак не проходит. Пытаясь переключить внимание принца, он устроил во дворце бал, на который съехались все свободные знатные омеги, и заставил сына на нем присутствовать. Скрепя сердце, принц отправился на бал, дав себе слово, что сбежит, как только подвернется возможность. Весь вечер возле него вертелись разряженные омеги, пытаясь привлечь внимание наследника престола, но Кастиэль совсем не обращал его на них. Внезапно к нему подошел один из слуг и передал записку от Сэма, в которой было написано кратко: «Бобби. Новости. Конюшня». Принц поблагодарил слугу, сжал записку и осмотрелся. Осторожно перемещаясь между людьми, он быстро вышел из зала и спустился к конюшне, где его уже ждал довольный старик и нервно размахивающий руками Сэм. Увидев принца, он радостно кинулся к нему. — Кас, у Бобби есть новости! — вопил он. — Я понял, Сэм, записка. Привет, Бобби, — Кастиэль метнулся к старому омеге, — что ты узнал? — Здравствуйте, Высочество, — старик улыбнулся, — я тут потолковал с Руфусом, моим старым другом-охотником. Он часто переезжает из города в город, и немало знает людей. С кем только не доводилось ему сталкиваться, — ну, сами понимаете, охотничья жизнь такая, хочешь выживать, будешь на короткой ноге со всякими бандитами, так неровен час и убьют где. Так вот, Захария не Захария, но есть в городке Мидтаун, что в паре дней пути от Лоуренса к юго-востоку, некий тип, подходящий под описание. Зовут его Михаилом, появился там давно, примерно 20 лет назад, вроде бы и богатый, но с деньгами обращаться не умеет. Говорят, промотал почти все свое немудреное состояние за короткий срок, после чего заделался лекарем, но в городе его недолюбливают. Утверждать не буду, но я бы его проверил, на вашем месте, — Бобби пожал плечами. — Сейчас же отправляемся, вели седлать коней, — обратился принц к графу, повернувшись к старому омеге, — Бобби, спасибо! Если это он, то я твой должник навеки! — он счастливо обнял омегу и побежал переодеваться в дорожный костюм, с радостью скидывая себя ненавистное парадное одеяние. В спешке покидая замок, двое альф с надеждой отправились в путь. Кастиэль гнал лошадей как ненормальный, и, если бы Сэм не заставлял его останавливаться на отдых, меняя лошадей в гостиницах, то загнал бы своего коня в первый же день. Когда они наконец-то добрались до Мидтауна, найти Михаила труда не составило — первый встречный с негодованием показал им в сторону дома лекаря, сказав, что если им совсем худо, то они могут пойти к нему, а коли нет, то лучше отправиться в соседнюю деревушку, там знахарь хороший есть и хворь любую снимет хорошо и дешево. Альфы поблагодарили селянина и направились к дому лекаря. После нескольких мощных стуков в дверь они услышали возмущенное бормотание, после чего дверь распахнулась и на них, щурясь от яркого дневного света, с неприязнью посмотрел невысокий лысый субъект. -Чего надо? — без церемоний начал он. — Захария Смит, я полагаю? — сделал шаг вперед Кастиэль, решив идти ва-банк. Лекарь изменился в лице и вцепился в дверь до побелевших костяшек, но мгновение спустя взял себя в руки. -Вы ошиблись, меня зовут Михаил Миллиган, — гордо вскинувшись, ответил он. — А я думаю, что не ошибся. Имя Джон Винчестер Вам говорит о чем-нибудь? Лекарь смотрел на принца глазами, полными ужаса. Он попытался было захлопнуть дверь, но Сэм успел придержать ее ногой. Альфы удовлетворенно переглянулись: реакция лекаря выдавала его с потрохами. — Я. ничего не знаю! Ничего не скажу! Меня заставили! — заверещал субъект, осознавая, что его загнали в угол. — Меня зовут Кастиэль Милтон, если Вам говорит о чем-то это имя. И Вы сейчас мне все расскажете. И отправитесь со мной в замок, где подтвердите, что 22 года назад Вы принимали роды у графа Мэриана Винчестера, не сделав по факту рождения ребенка записи в городской книге, после чего ребенок был отдан на воспитание в семью крестьян, а Вы же получили кругленькую сумму за молчание о факте существования Дина Винчестера. Вижу, Вы потратили ее зря, так же, как и свое молчание, — принц всем своим видом излучал суровую законность. Михаил, он же Захария, взирал на принца глазами, полными благоговейного ужаса. Он понял, что правосудие настигло его в лице принца и ему не уйти от ответа, отчего поник. Под пристальным контролем альф лекарь оседлал своего коня и поскакал рядом с ними в Лоуренс, чтобы сначала встретиться с родителями Дина. Кастиэль чувствовал счастье. Скоро он увидит своих любимых мужчин.