Приказ: двигаться вперёд!

Brevis ipsa vita, sed in malis fit longior. (от лат.) Жизнь коротка, но в бедах кажется долгой.

Вот это поворот! Какое ошеломительное начало знакомства под звон моих колоколов! Ай! Как же больно… Тот, кто испытывал прямой удар в пах, тот поймет весь спектр моих эмоций. Я впервые вижу такого масштаба драку. Точнее я много раз видел как пьяные мужики начинали драку после одного колкого слова, а потом, словно снежный ком, увлекали ВСЕХ присутствующих бара. Однако не видел, что главной задирой будет женщина. Да еще и какая: низенькая, слегка пухлая, белобрысая фурия. Впечатление одним словом — космическое. Сколько по времени мы отвешивали друг другу тумаки я не засекал, но результаты оказались веселыми. Покалеченный я, побитый Суслик (местами от моей руки, но пока никто меня не сдал), воинственные девушки с синяками и наёмник, которому прибыло от каждого. Господа калеки разошлись по разные стороны, и все как один переводили дух. Как это обошлось без поножовщины и смертей? Наёмники вроде убить нас пришли. Или нет? Последние измышления я решил спросить вслух, пока действует временный мораторий. — Отличный удар справа, Курочка. Правда, если ты собиралась передать «привет» от Чёрного, то спешу сообщить: так приветы не передают, и не идут ради этого через всю Зону. — А ты наивно думаешь, что я закончила с тобой? — Наёмница иронично усмехнулась, вытирая кровь с рассеченной брови. — Это только прелюдия. Сейчас отдохну и перейду от разминки к действиям. — Слышь, чувак, — обращаюсь я к её напарнику, — ты свою бабу почему не ублажаешь? Видишь, психует, нервничает. Сразу видно, что недолюбленная. — Придержи язык за зубами, Хог. А то ты слишком разговорчив для человека которого заказали. Исправить – дело не хитрое. — Ответил наёмник без эмоций, пока смачивал своим платком кровоточащую ранку девы. — Да от вас дождёшься удовлетворения, импотенты хреновы. Только мозг мой имеете. — Злобно рявкнула Спектра, отдергивая голову от внезапной заботы. И добавляет, — господ «Фонарики в трусах» прошу не вякать. Ох! Как давно мне так язвительно отвечали? Уже и не вспомнить. Спек-тра — ценный кадр для перепалок. А еще я заметил, что между ними что-то есть. На самом деле действия наёмника говорят о нем больше. Хотя бы то, как он защищал ее в драке, получая большую часть побоев; или как сейчас проявляет заботу к ее ране; или смиренно игнорирует ее издевки. Даже Суслик ведет себя нормально. Хотя парень просто тупит. А я пожалуй молчать не стану. — Раз уж мы близко к ЧАЭС, то прошу называть меня Ваше Сиятельство. А это барон Фон Суслик и его фаворитка Тайна. — Указал я на спутников, что недовольно фыркнули. — Стоит опустить фамильярности. Если я еще жив, тогда есть смысл не убивать меня. — Не хочется признавать: да, тут ты отчасти прав. — Белобрысая нахмурилась. То ли не понравились свои слова, то ли ранка защипала. — Украденные документы о данной лаборатории Х-13, а также прилегающая карта дороги, по которой вы сюда добрались – причина отложить приговор. По проверенной вами тропе явно быстрее доставить Чёрному бумаги и твою голову. Будь добр отдать по-хорошему, и, так и быть, мы оставим твоих друзей живыми. Клянусь честью наёмника. Сначала я смотрю на нее широко распахнутыми глазами. Шантаж, конечно, пакостное дело, но ее условия резонны. Честь тоже не заинтересовала, ибо если сделка по совести, то наёмник обязуется выполнить условия. Если заказали только меня, то остальные в условия сделки не входят. Потому гарантия жизни напарников стопроцентная, если я сдамся сам. Однако меня вогнало в ступор не это. Хочет карту... Я не сдержал смешок. Истерическое ха-ха нарастает сию секундно. И вот я уже давлюсь смехом, толкая в бок Суслика. — Прикинь... по карте собралась... Ой, не могу, умора... назад, да?.. — Между хохотом выдавливаю я, показывая на лестничный пролёт. Наконец до Суслика доходит смысл моего веселья и он тоже заражается истерикой. Тайна с любопытством смотрит то на нас, то на ошалевших наёмных убийц. Последние вообще недоумевают. А мы наслаждаемся их незнанием. — Боюсь, сестренка, это неосуществимо. — Через слезы говорю я, а наёмница напрягается. — Позади нас дорога закрыта огромной искусственной Электрой. От псевдогиганта спасались. Хочешь карту? Пожалуйста, могу скинуть. Но она бесполезна. Так что пойдете назад снова через Лиманск. Вы ведь как-то через город прошли, верно? Вот! А документы Гоблин сжег еще перед смертью. Я их всего раз в руках держал. Самому интересно было бы почитать про эту Х-13. В чем дело, сестренка? Убьешь теперь нас? Её трясет мелкой дрожью, как при ознобе; лицо искажено гримасой, вот-вот зарычит по-звериному. Если скажу еще остроту, то точно встречусь с Мишкой Гоблином. Хотя реакция прошла довольно быстро. По всей видимости девушка научилась быстро подавлять эмоции для личных целей. Когда нужна твердая оценка действий и принятие важного решения, то избавившись от эмоций работает рассудок, а не настроение. Я тоже раньше учился подавлять и «превращаться» в камень. Не моё. А у наёмницы получается, потому она выдохнула и подняла бездушный взгляд. — Я лично проверю твои слова. Лорд, присмотри за ними. Лорд, как бы невзначай, положил себе на колени американскую штурмовую винтовку "LR-300", излюбленную кланом наёмников за легкость. Я решил, что не буду паясничать и тоже показал верный автомат Калашникова. Пусть не надеется на легкую расправу. Я буду защищаться. И прикрывать друзей, которые даже не обратили внимания на охрану. Спокойно сидят, пока наёмница удалилась проводить проверку. — Можно поздравить с боевым крещением. — Обращается Суслик к девушке полушепотом. — Как себя чувствуешь? — У меня такое чувство, что я когда-то бывала в подземелье. Не в этом. Неприятное чувство. Словно должно случиться что-то похожее, что было в том подземелье из воспоминаний. А что именно — я забыла. — Ничего плохого не произойдет. Я же рядом... и Хог тоже. — Это меня и пугает. Я боюсь навредить вам. — Тайна поёжилась, зажимая ладонями красное пятно на груди. У меня тоже по загривку пробежался холодок, когда я вспомнил страшную тайну девушки с одноименным прозвищем. Меня ужасает одно напоминание о жутких красных нитях, что оплели мои руки и шею. То, что у нее внутри — дает ей невероятную регенерацию и бонус к реакциям. Она только с виду человек. В одиночку напасть на псевдогиганта, чуять аномалии и неконтролируемо вытягивать из чужого организма жизнь — могут мутанты. Сержант Иванцов видел в ней угрозу и не стесняясь называл нелюдем. А с её слов, сейчас я снова вспомнил старую паранойю. — Знаешь, — начал Суслик едва слышно, — не важно, что случится со мной. Для меня самая огромная боль — это потерять дорогих мне людей. Хога, к примеру, или тебя. Даже сейчас я говорю и думаю куда делся Жорик, и все ли с ним в порядке. Мы уже потеряли Вову Иванцова, потому что испугались за собственные жизни. А вместо того чтобы бояться потерь, нужно защищать, то что тебе дорого, рискуя своей жизнью. Тогда ты тоже будешь в безопасности, так как ее есть кому защищать. К примеру, как стоять друг к другу спинами обороняясь. Ты не даешь атаковать напарника со спины и одновременно получаешь защиту себя. Это и называется взаимовыручка. — Защитить жизнь дороже собственной? — Губы Тайны дрогнули, а глаза заблестели от избытка влаги. — Как знакомо. Будто я за кого-то волновалась, потому что сильно любила. Такое теплое чувство... Почему же я забыла лица и имена? Даже своё... Это несправедливо. — Тише. Успокойся. Вспомнишь. И отсюда мы обязательно выберемся. Я обещаю. — Ей нужен эмоциональный всплеск. — Подсказал Лорд. — Или ассоциации с прошлым. Я видел подобную амнезию после Пространственного пузыря. Человек совершенно очищен от личности, а потому не знает как себя вести. Модель общения воспитанная годами исчезает. Однако память никуда не исчезла и появился барьер, мешающий доступу. Как раз этот барьер снимается наводящими вопросами, ассоциациями, стрессом. — Смотрите-ка какой умник нашелся. — Прыснул я. Но наёмник меня игнорирует, обращаясь уже к Тайне. — Человек, которого ты раньше любила и защищала, это мужчина или женщина? — Я не помню! — Крикнула обреченно Тайна, прижимаясь ближе к Косте. — Родственник? Любовник? Друг? Не молчи. Отвечай! — Не помню! — Не нарывайся. — Рыкнул Суслик. — Да, мужик, отстань от девчонки. — Поддерживаю я. — При должном усердии барьер удалось бы сломать тут же. Но начало положено. Иногда задавай себе эти вопросы и удивишься, как быстро голова прояснится. Наёмница вернулась. Все ждут от нее вердикта. Четыре пары глаз следят за ней и, кажется, она чувствует себя неуютно. Она жестом показывает напарнику расслабиться. Сама же равнодушно осматривает нас. Я едва сдерживаюсь чтобы не задать язвительные вопросы: «Убедилась? Скинуть карту?» Она обращается к Лорду, словно нас уже нет: — Там аномалия и два трупа. Один мутант и обгоревший долговец. Пройти не получится. Что с твоими данными навигации? Получится синхронизировать примерную схему лаборатории? — Тут сигнал глушится. Не выйдет. — Ответил Лорд уставившись на свои ботинки. — Тогда нужно вернуться в холл двумя этажами выше и скопировать схему. Если не хотим провести остаток жизни в Х-13, то нужно шевелиться. Кто знает, сколько еще будут работать аварийные генераторы и вентиляция? Возможно день или всего час. — Ок-ей. Спектра, а с ними что делать будем? — Хотела бы я знать... — Эй! Что происходит? При чем тут схемы и генераторы? — Заволновался я, поднимаясь. — Почему просто не оставите нас в покое и не уйдете дорогой, которой пришли? — Потому что нет там дороги! — Дева, что отозвалась на прозвище Спектра, прикрикнула. Спокойствие дается ей тяжело. — Туннель обвален. Расчистить завал жизни не хватит. Мы здесь как крысы в банке. И мне плевать, сталкер, на тебя и твою свору. Хоть сами в «Электру» прыгайте. К дружку вашему горелому. А мы уходим. Теперь уже плевать на задание Чёрного. Нет смысла тратить на вас свои силы и боеприпас. — То есть, хотите сказать, мы в ловушке? — Медленно задается вопросом мой напарник. — Объясните этому тормозу, а то у меня нервов не хватит разжевывать снова! Боже! Кто меня окружает?! — Спектра направилась на выход с этажа. Лорд пытается ее успокоить, а она лишь вяло отмахивается. Все ее внимание приковано к коммуникатору, которое видимо приказало долго жить. Через десяток-другой пустых попыток включить устройство, наёмница бьет корпусом машинки по стене. Она опирается лбом о стену, нашептывая что-то совсем тихо. Ее слова не разобрать даже Лорду. Может, проговаривает себе мотивацию успокоиться или нашептывает волшебные сутры сбережения нервных клеток. Хотел бы я знать секретное заклинание сохранности нервов, а то Суслик своими косяками сжег их мне не один килограмм. После такой мысли я машинально смотрю на двухметровый субъект. Почему-то именно сейчас мне захотелось его рассмотреть. Грязные мешковатые штаны, грязно-горчичного цвета ветровка, подсумок с ремешком через плечо и пластиковый ободок пси-блокатора… Я привык к внешности Суслика и уже не обращаю внимания на то, как он одет и какая амуниция у него есть. Скучно перечислять одно и то же много раз. И отнюдь не маленькое пятнышко на рукаве в форме числа «25» привлекло мое внимание. Оп-па! А это не грязь, а действительно номерок ручной вышивки. Сознание опередило мои мысли, так как я только теперь понимаю, что привлекло мое внимание. В рюкзаке Кости есть то, чем можно выторговать путь наружу. Резонно заметить, что мы могли бы найти выход и без наёмников. Однако, чем нас больше, тем быстрее мы пройдем. Не зря же придумали коллективную работу, ведь группа людей выполнит поставленную задачу намного быстрее одного человека. Пусть сплоченностью не пахнет, и мы рискуем поубивать друг друга, а объединиться придется. Хотя бы потому, что никому не захочется быть «обрубленным» хвостом. Осталось только убедить их в нашей полезности. — У меня к вам есть деловое предложение. Без карты комплекса тут сложно ориентироваться. А где она находится, знаете только вы. Однако как только вы выберетесь отсюда, то окажитесь в неприятной ситуации информационного голодания. Без КПК у вас нет шансов выжить в северной части Зоны. — И что ты предлагаешь? — Спрашивает Лорд. — Аккумулятор с полным зарядом энергии и рация с усилителем. Мой напарник носит запасные детали на непредвиденный случай. Вам же понадобится синхронизация с местностью? Поможем друг другу и останемся в плюсе. — Хог, ты не можешь… — возмущается Суслик. — Могу. — А как же...? — Суслик, решай, что тебе важнее: обещания покойнику или обещание рядом сидящей выбраться отсюда? Парень отвернулся. Ему неприятно и в тоже время сложно сделать выбор. Я знаю, каково это нарушить посмертное обещание. Последняя воля вгрызается в подсознание, и не будет покоя, пока не выполнишь. А наёмницу похоже заинтересовало предложение. Ничто так не радует, как получение чего-то ценного. Вдвойне приятней может быть факт, когда забираешь это у врага. — Сигнал снаружи не помешал бы. Сперва, покажите мне рацию и аккумулятор, чтобы не оказалось в конце, будто это лишь ваша фантазия. — Требует Спектра, заметно смягчив интонацию. Отлично, они заинтересовались. — Без проблем. Как только наёмники убедились в нашей честности, они немного ослабили напряжение. А вот нам стоит теперь быть предельно бдительными, ибо можно психануть и просто забрать эти вещи с наших остывающих тел. Потому мы пропустили парочку убийц вперед, после них пошел я, в хвосте пристроилась сладкая парочка моих друзей. Меня зажали меж двух партий, потому я служил передатчиком при их разговорах между собой. — Интересно как долго проработает вентиляция? Аварийный генератор ведь не навечно рассчитан. — Протянул задумчиво Суслик. — А разве это не вы включили? — Озадаченно спрашивает Лорд. — Или просто не обратили внимания на лист инструкции, который висит рядом с панелью управления как раз на такой случай? — Они его и прочитать бы не смогли, олухи. — Съязвила Спектра. — Ну, конечно, не смогли бы, — вмешался я, — это ведь так сложно! Прочитать бумажку, даже не побывав там, где она висит, – на такое способны только избранные. — Если не вы и не мы, то кто включил оборудование? — Лорд обернулся вполоборота. — У меня есть подозрение, что это третий человек из нашей команды. Прыснула без удовольствия Спектра. — Однако не факт, потому что его накрыло завалом в туннеле после взрыва. Он мог не выжить. Может у вас был тот, кто отделился от группы? — Жора только. — Не подумав, ляпнул мой напарник. Наёмница одобрительно закивала, мол, вот она истина и лазутчик, который ищет альтернативный ход. Но нет. Большой толстый шиш ждет наших заклятых врагов. — Ага, только если Жора залез в щиток и пустил напряжение через себя. Как издохнет, то вся система выключится. — Пожимаю я плечами. — Он как пропал, то всё заработало. Определенно дело его шаловливых карликовых ручек... Хотя он парень вообще изворотливый и нервный. Накосячит — не поймаешь; обидят его, то молнии мечет и в глубокую обиду окунается. — Ну, всё, Хог, хватит. — Перебил меня Суслик. Ну, что ты не даёшь лапши на уши людям накрутить? Это же такое удо-вольствие: рассказывать импровизированные сказки. Бандитам из Темной долины, например, нравилось. Они и про карту слушали, и про гаусс-пушку. Не умеешь если развлекаться, то не мешай другим, ибо я только разошелся: — Ага! Стыдно за свой поступок! Это ведь ты ударил Жору и тот слинял. Помнишь? Бедолага Жора. Никто не хотел, чтобы он уходил. — Ты хотел. — Рыкнул Суслик, скорчив гримасу. — То на опыты грозил отправить, то голову прострелить, то в лесу оставить норовил. А ведь так и получалось. — Судя по рассказу, ты, Хог — тиран. Впрочем, что было ожидать от наёмника. Грубые привычки не забываются. — Спектра стала похожа на хищницу, что повстречала сородича на нейтральной территории. — Скажи, а ты скучаешь по прежней работе, где сутью были человеческие судьбы? Свобода наёмника ограничивается лишь рамками контракта. В остальном можно делать все что угодно. Скажи, хотелось с этого Жоры содрать кожу живьем к примеру? — Хотелось, — говорю честно, — при первом нашем знакомстве хотелось ему вспороть живот и вывернуть наизнанку брюхо. Чуть позже намеревался вытащить глазные яблоки и сердце. Хорошая идея была, но Суслик бы не позволил. Ну и просто убить хотелось не раз. Однако, — я растянул улыбку, — этот поганец выручал нас в путешествии. Надо отдать ему должное. — Значит свет включил ваш товарищ Жора? — Он – полт… Суслик укусил язык на полуслове, ибо я резко затормозил и напарник врезался мне в спину. Ну, не совсем из-за банального тормоза, а то, что я вдобавок ударил его затылком. Моей черепной коробке — пустячок, а вот нос у парня хрустнул. Потому вместо правды об Обжорке мы слушаем «А-а-ай-я-а-ай!» и еще несколько нецензурных слов. Никто не смеет нарушать мою складную байку. — Суслик хотел сказать, что Жора полностью оправдывает свое второе прозвище — Комок Энергии. Вечно активный, полный сил и заводит электроприборы с пол-оборота. Удивительное существо! — Хм. Мне даже захотелось познакомиться с вашим товарищем. — Спектра стала добродушной. — Электричество – и моя стихия. Думаю, мы могли бы научить друг друга по теме тока. Хотя Жоры с вами, к сожалению, нет. Другое дело, что есть молчаливая девица, которая интересует меня не меньше. Скажи, кто ты? — Мы пришли. — Оглашает Лорд, прежде чем наша спутница успевает ответить наёмнице. Большой вестибюль оформлен белым мрамором в стиле минимализма деталей. Столбы и фрески выполнены черной мелкой плиткой. Никаких рисунков и патриотической мазни. Только строгий кубизм. Чтобы работники, попадая сюда, сразу настраивались на работу. После туннеля станция Х-13 меняет восприятие, очищает мысли. Хочется выдохнуть и освободиться от эмоций. Хотя, например, Тайна наоборот погрузилась глубоко в мысли. Она осматривает мраморные плиты затуманенным взглядом. Если Лорд и Суслик внимательно изучают карту, то таинственная девушка словно увидела в черных узорах имитации породы свою карту. Она касается пальцами холодного камня, задержав дыхание. Мне становится жутко от этой картины. Наверно потому, что я не знаю о чем она думает сейчас. Тайна прекратила изучение стены и смотрит бесстыдным немигающим взором на наёмницу, что даже сейчас не теряет бдительности, посматривая тревожно на черный провал туннеля. Наверно каждый хоть раз испытывал затылком чувство чужого наблюдения. Словно чье-то холодное касание за шиворот и зябкая дрожь по телу. Мы инстинктивно ищем глаза, что нарушили наше пространство. Это инстинкт самосохранения. Вот и сейчас Спектра почувствовала себя под прицелом. Я бы тоже не выдержал столь пристальное изучение. Сразу становишься экспонатом в музее, где надоедливый турист буквально под лупой ищет изъяны в работе скульптора. Спектра подернула плечом, раздраженно обратилась к нахалке: — Чего пялишься? — Мне кажется я тебя видела. — Без смущения ответила Тайна, наклоняя голову, будто под другим углом ее видение станет отчетливей. — Ага, пять минут назад в холле. — Я видела тебя очень давно. И даже была знакома. Но твое лицо, — Тайна трет веки и лоб, — оно размывается другим образом, и я путаюсь. — Сочувствую, но ничем не могу помочь. — Спектра отворачивается. — Кофе… я помню горький напиток. Помню его вкус и мельком возникаешь ты. Я хотела что-то сказать. — Я не знаю о чем ты. Оставь свои бредни при себе! Мешаешь. — Я… Тайна хватается за голову от острой боли. Не в силах удержаться на ногах она опускается на колени. Я обеспокоенно смотрю как пульсирует свет под ее левым плечом. Прежде чем я успеваю среагировать, Суслик в два больших прыжка очутился около нее. В его действиях нет ничего плохого. Наоборот, со стороны проявление заботы и милосердия поступок положительный. Однако зная маленький секрет девичьего сердца, я непроизвольно делаю приказ парню отойти. Я волнуюсь за Костю, но своими протестами, поведением и необоснованной для него агрессией только делаю хуже. А приказ немедленно прекратить человеческое сострадание минимум глупо и повод осудить меня. — Да что с тобой такое?! — резко среагировал Суслик. Он нежно обнимает девушку за плечи, словно хочет передать своё тепло. Больше не обращая на меня внимания, убаюкивает ее боль. — Тш. Тихо-тихо. Успокойся. Что ты вспомнила? Тайна дрожит, на щеках блестят влажные полосы. Мне не хочется вступать в открытую дискуссию и наверно не придется. Опасность обходит стороной, хотя я готов в любую минуту. Кобура открыта и большой палец едва касается вороненой стали Кольта. Посмею ли я убить девчонку? Да. Не моргну, глядя на ее милое заплаканное личико, или последующую вечную ненависть друга. Да, я сволочь. Кто не понял этого до сих пор, то прошу разворачиваться. И не надо сейчас вспоминать какой я был душка по отношению к тем, кого клялся убить. И не надо говорить о противоречии моих угроз с моими поступками. Женские всхлипы и душераздирающие слова из ее уст не переубедят меня, как не остановят якобы чувства между ними. Пока существует угроза жизни напарника я буду настороже. — Зачем я пошла с вами? Зачем? Мне не надо было на север. Что со мной стало, отчего я забыла ЕЁ? — Осуждающе-громко выкрикивает Тайна. Она выдыхает что-то среднее между воем отчаянья и стоном боли. — Объясни толком. — Требуем мы. — Я вспомнила, чей образ мешает мне разглядеть другие воспоминания. Это моя сестра. Ее я называла Светлячок. Она увязалась за мной в Зону и я, как только могла, защищала ее. Поклялась во что бы то ни стало уберечь ее от жестокости и вернуть в большой мир без аномалий. Я помню как спасала сестру от бандитов, как резала нещадно глотки во имя ее жизни. Я поклялась! Клялась, контролер вас побери! Я даже предала ее, оставив в безопасном лагере, когда сама ушла и не вернулась. Не сдержала свою клятву. Я должна была идти на территорию клана, в котором состоял Иванцов. Мне говорили: Светлячок там. А я здесь… Зачем я пошла с вами, когда нужна ей? —Тебя насильно никто не тянул. Сама согласилась идти. Тем паче ты искала истину о себе. — Вспомнил я как девчонка бесстрашно пошла за нами. — Знаю. Оно до сих пор зовет меня, — Тайна запустила пальцы в каштановые волосы. — Но Светлячок в опасности и мне ни за что не прорваться назад. Это несправедливо. — А что в твоем понимании справедливость?! — Рыкнула с неслыханной ранее ненавистью Спектра. — Как я поняла, твою неблагодарную шкуру спасли эти ребята. Не сказала бы что это зависть, но ты не имеешь права говорить о несправедливости. Я больше чем уверена: тебя не презирали родители, от тебя не пыталась избавиться мать и твой отец не сбегал на историческую родину за границу. Я вижу в тебе девочку, что заигралась в защитницу. Сама же жаждешь укрытия за кем-то больше чем сама осознаешь! — Спектра, хватит. Достаточно. — Мягко отдал приказ Лорд. — Раздражаете. Наёмницу трясло. Последнее слово она оставила за собой. Не в ее видимо стиле показывать смирение. Казалось еще немного и она накрутит себя до убийства Тайны. Несомненно она говорила про себя, когда ставила пример. Слова настолько пронзили воздух напряжением, что никто не смел произнести хоть звук. Кроме Тайны. Девушка обняла голову руками, тихо всхлипывая. Суслик гладит ее по макушке растрепанных волос. Даже меня данная ситуация вывела из строя. Во мне бушуют эмоции, которые я не могу определить. То ли хочется пожалеть ее, то ли отчитать, как Спектра, то ли сбежать от всех этих бабских истерик. Последнее, кстати, самое сильное желание. У меня аж голова разболелась и будто стальное сверло в затылок проникает. Словно нечто гонит меня прочь. Пульс стучит внутри уха, заглушая все вокруг. Прежде чем я обернулся, сзади с грохотом осыпались бетонные обломки. Сноп пыли устремился по старым рельсам, а потом поднялся на платформу, как пар из ядовитого котла ведьмы. Станцию тряхнуло. Просторный зал отразил злобный вой. От этого звука ушные перепонки грозят лопнуть. Попытки заткнуть уши ладонями – бесполезно. Однако стерпеть тоже невозможно. Потому ничего не остается, как спасать слух и в ужасе наблюдать как из пыльной занавеси на платформу обрушилась огромная лапа. Кафель под ней со звоном треснул. Паутина трещин протянулась на пару метров точно. Три когтистых пальца вонзаются в бетон, словно в податливую глину. Тварь подтягивает себя и вонзает вторую лапу. Зрелище по-настоящему завораживающее и страшное. Стиснув зубы, Лорд снял с плеча "LR-300", передернул затвор и с оскалом поднял оружие на противника. Я тоже последовал его примеру и приготовил к атаке «АКСУ». Мутант словно ощутил результат человеческой инженерии, предпринимая контрмеры: оглушительная песня твари пульсирует по залу. Я рефлекторно хватаюсь за уши, а Калашников опасно повис на ремне. Лорд же проявил немыслимую выдержку. Боевой клич и грохот скорострельной винтовки придают ему вид героя, какие бывают только в кино. Вот только в кино главный герой выйдет невредимым или с парой царапин. Даже футболка не запачкается. Из ушных раковин Лорда хлестнула темная кровь. В его крик добавляется боль. Оглушенный, но не сломленный, он с превосходством откидывает опустевший магазин в кучу пустых гильз. Черт! Ради этой минуты геройства снимают порой весь фильм. Чувствую себя на фоне бесполезной массовкой. Хотя и для меня ничего не потеряно. Вторая линия огня нашла свою цель, ибо мутант недовольно рыкнул. Одна лапа сорвалась и бурая масса повалилась обратно на рельсы. При этом рык перемешался с призрачными выстрелами. Помните тварь, которую я завалил в одиночку чисто на аффекте? Так вот тут так не получится. Это я как опытный сталкер заявляю. Эхожаба в ангаре была возможно детенышем. А тут матерый мутант, что размажет тебя одним хлопком, если попытаешься приблизиться. Идти на таран опрометчиво и глупо. Лучше конечно как с псевдогигантом завести в ловушку и поджарить жабу в электрогриле. Капсула была одна. И главное тут слово «была». Однако щитки над рельсами должны быть целыми. Это я понял, когда задрал голову от звона внутри. — Стреляй в щитки! Ток парализует! — ору я, указывая пальцем. Зря я конечно орал, ведь обилие крови на шее наёмника это прямое доказательство глухоты. Для верности я машу ему ладонью, а потом ставлю руки в жесте «пистолет», понарошку делаю выстрел куда надо. А следом щиток дырявят настоящие пули. Две новости: я оказался прав – ток есть; я фатально ошибся – искры брызнули красивым цветком и большинство освещения станции тут же потухло. Пожалуй, я пропущу, как в один голос Суслик и Спектра орали проклятья в мой адрес. Каждый имеет право на ошибку, ёканый ёжик! Главное нести ответственность за свои косяки. Потому включил фонарь, парой движений прикрепляя источник света к подготовленному креплению на цевье автомата. «Готов ко всему» – как я сказал бы. В ореол луча попала морда мутанта. Точнее мгновение, когда массивная лапа Эхожабы взметнулась наверх, а в наши ряды полетел кусок бетона в пятьдесят кило. Лорд валит напарницу на пол, которую обломок прибил бы первой. Ну конечно! У наёмников в шлемах есть встроенная аппаратура ночного виденья, а значит у них есть преимущество в темноте. Три аварийных лампы дают достаточно света, чтобы ПНВ отражал четкую картинку. В этой суматохе я совсем позабыл про своих. Суслик закрыл собой девушку и занял оборонительную позицию. — Костя, уходите. Назад. Живее. Забавно, как женщина меняет мужчину. Раньше Суслик уперся бы бара-ном, проигнорировал приказ и также отчаянно как Лорд не ступил шага назад. Сейчас он покорно покидает поле боя. В отступлении нет трусости. В этом есть ответственность спасения тех, кто не в силах уйти самостоятельно. Девчонка с пошатнувшимся сознанием только обуза в бойне, где все решает реакция. Я закрыл собой их путь отхода, прикрывая беззащитные спины напарников. Так и должно быть. Это и моя ноша. Когда Суслик и Тайна оказались в безопасности, я почувствовал свободу в действиях. Как в старые добрые времена моего одиночества. Когда не было бремени прикрывать чью-то спину. Будто оковы порвались на шее дикого зверя. Я словно бешеный кабан, чьё название заложено в моем прозвище. Только дать волю и строптивый свин станет исчадием. Я бегу вперед, скольжу по гладкому кафелю ногами вперед. Гашетка автомата захлебывается. Пустой магазин сменяется полным. Мое тело уже не мое. Я перекатываюсь, уклоняясь от пары метательных обломков. Правая лапа чудища брызгает зеленоватым киселем. Чересчур резвая жертва раздражает мутанта, потому он снова пытается применить эффективное оглушение. Я кричу на опережение. Вой выбивает меня из схватки. А Лорд продолжает поливать свинцом тварь, обращая все внимание на себя. Не представляю, какая ватная тишина сейчас защищает Лорда. Последним звуком он слышал нарастающий тон песни выродка Зоны. Я же готов пальцами проткнуть себе уши самостоятельно, лишь бы услышать как тварь испустит дух. Пока я корчусь на полу, наблюдая за вспышками во тьме, Лорд попадает очередью в глотку жабе. Жуткий звук обрывается на середине. Наёмник прекратил атаку. Он падает на одно колено в сильной дрожи. Боль из его головы проникает в пространство станции. Словно невидимые глазу импульсы обрели образ и темнота искрит мириадами звезд. Если черную ткань наэлектризовать и в темной комнате провести расческой, то вы увидите похожий эффект. Волосы встают дыбом. Необъяснимая сила, какую она скрывала, предстала зрителям. Причем я тут единственный охреневший перец! Лорд же отползает назад, точно зная что сейчас произойдет. Я почувствовал что-то похожее когда контролер опустил передо мной бессознательное тело Тайны. Смертельная красота. Центром действа на сей раз стала наёмница. Ее силуэт все больше прочерчивается на общем фоне. Кисти рук Спектры оплетают змеи Тесла. Богиня грома в теле человека. Воздух пропитан напряжением. Короткие, грубо отрубленные волосы Спектры поднимаются. Некоторые молнии жалят даже ее. Она больше не медлит, бежит в атаку на мутанта. Эхожаба уловила ее приближение, подтянулась целой лапой на платформу, толкая себя задними опорными лапами. Разинув широко зубастую пасть, тварь возбужденно рокочет. Наёмница почти приблизилась к цели, когда мутант махнул целой лапой, пытаясь сгрести добычу в охапку и запихнуть прямиком в пасть. Не тут-то было. Девушка отпрыгнула с траектории лапы и вдобавок хлопнула левой ладонью вдогонку. Молнии на ее руке вспыхнули ярче. Искры разметались в стороны. Смотреть на вспышку одинаково неприятно как смотреть открыто на сварку. Мутант издал глухой рокот, видимо разряд не сильнее щекотки. Он дернул лапой, швырнув человека в сторону. Тело девушки перекатывается кубарем, молнии с ее ладоней разметались по всему залу. Кажется парочка разрядов хлестнули меня и Лорда. Хороший стимул присоединиться к работе. Пули армадой рассекают толстую шкуру монстра, и кажется, что он абсолютно неуязвим. — Спектра, тебе нужно пустить ток по его правой лапе. Шкура у него сантиметров десять, а под ней воздушно-жидкий слой. — Я подполз на максимальное расстояние к наёмнице, продолжая поливать Эхожабу свинцом. — Водная среда отличный проводник электричества. Не особо интересно как ты узнал о прослойке. — Спектра сжала кулаки, видимо накапливая энергию. — Повезло на свалке с маленькой тварью встретиться. Мы отвлечем му-танта, а ты подберешься вплотную. Справишься? Девушка фыркнула, стартуя с места. Она не вдается в объяснения что у нее с руками, не возражает плану использования аномального преимущества. Спектра принимает все как есть. Я мысленно посчитал сколько боеприпаса у меня осталось, перевел режим стрельбы по два патрона и занял удобную позицию лёжа. Лорд же сместился ближе к моей стороне, чтобы огонь велся преимущественно по одной линии. Маневр пришел в исполнение, мутант с ревом шагнул на нас, но плотная атака не пускает его ближе. Словно лунный цветок в темноте вспыхнула на противоположной стороне станции наёмница. Как нечто сверхъестественное, я продолжаю краем глаз завороженно любоваться красотой бледнокожей Спектры в холодном свете искусственных электронов. Ее боевой стиль далек до совершенства и картинности. Подбежав вплотную, Спектра хватается за лапу монстра, кулаком пробивает по дырявой корке. Эхожаба взревела и пытается скинуть нахалку, но человек вцепилась словно клещ. Зеленая слизь обилием расплескалась по платформе. Чтобы удержаться наёмница обхватила лапу ногами. Мы прекратили стрелять, так как мутант начал дико вращаться и мы рисковали подстрелить диверсанта. В это время Спектра расковыряла рану достаточно, чтобы в прослойку поместились обе руки. От напряжения девушка вскрикнула, потому что сгенерированный ток прошел и через нее. Лапа под кожей набухла, местами взорвалась язвами, а потом почернела по сустав. Ладони наёмницы прекратили искрить, да и сама девушка разжала конечности, отчего ее швырнуло как безвольную куклу. Ситуация приобрела критический оборот. Ни козырь белобрысой, ни жертва Лорда, ни моя безбашенность не смогут одолеть матерого мутанта. К слову, единственным замечательным решением было метнуть последние две гранаты «Ф1» и под шикарные взрывы за спиной по-геройски покинуть здание. И плевать, что монстр не убит. Главное вовремя поймать минуту переломного момента. Или мы погибаем или ретируемся. Всё просто! Лорда я хватаю подмышку, а белобрысую закидываю себе на плечо, искоса осматривая ее задний бампер. Хорошо что в темноте не видно моей искорёженной физиономии… — Хватит осматривать мою задницу, сталкер! — Рычит пьяным голосом Спектра, но не в силах пошевелиться. — И не ухмыляйся своим извращенным мыслям! Поджарю… как восстановлюсь. — Я и не думал. — С кряхтением быстро поднимаюсь по ступенькам с платформы и рискую, что бабу на плече сейчас вывернет мне на рюкзак. — А что тогда за звуки? — Ты тяжелая, блять! — Не надо. Я честная давалка… Буа-а! — Только не на рюкзак! Если удержишь в себе, то я готов на любое условие. Не смей блевать у меня на плече. — Поздно. Я скинул барышню довольно грубым образом. Благо ее успел поймать Лорд. Эхожаба бушевала внизу платформы, но лестница оказалась непреступным для мутанта препятствием. Может когда-нибудь оно сровняет ступени и поднимется на этаж, однако нас здесь, надеюсь, уже не будет. Щиток, который мы подорвали, был соединен только по станции. Остальное освещение не пострадало. Потому я сейчас созерцал пергаментно-белую кожу наёмницы, что сейчас стала с жутким зеленоватым оттенком. Дальше минуты три моей речи стоит пропустить цензурой, ибо содержимое желудка на моем рюкзаке неслыханная дерзость. — Вы как ребята? — Суслик облегченно выдохнул. — Ругаешься – значит цел. Фух. Я думал вы там останетесь. — Хога я бы с удовольствием оставила. — Подняла еле-еле руку Спектра. — Эй! Между прочим это я вас вытащил. Сказала бы спасибо хоть. — «Спасибо» уже на твоем рюкзаке. У меня пар из ушей повалил. Захотелось эту наглую полудохлую бабенку спустить по лестнице. Но нельзя. Лорд сейчас смотрит красноречивей любого оратора, что он со мной сделает, если я ее трону. — Ладно, идем. Не знаю как вам, а мне некомфортно стоять в тридцати метрах от ультразвукового мутанта, который кроме запаха паленого мяса распространяет жгучую ярость. — Сказал я пока обтирал тряпкой рюкзак. — Куда там идти? — У нас проблема, Хог. — Суслик оторвался от изучения КПК Лорда и виновато косится на всех. — Карта не синхронизировалась. Времени было недостаточно чтобы прогрузить всю карту и простроить маршрут. — Чем же вы занимались, братцы? А, конечно, мы играли в героев. Вот ведь гадство! Надо срочно подымить. И как далеко мы уйдем? — На два этажа наверх есть маршрут. А дальше по ситуации. — Пожимает плечами господин-косяк. — Тогда идем. — Я прикусил фильтр предпоследней сигареты и легонько пнул мыском ботинка белобрысую. — Вставай, Спектра-электра! Нефиг разлеживаться. В земле сырой отдохнешь. Целуй ботинок или выполняй единственный приказ: Двигаться вперед! — Я тебе этого не прощу. Буа-агр. Наёмница поднялась на ноги с помощью Лорда. Встрепанная, глаза опьяненные, с нижней губы стекает слюнка. Будто она не рассчитала алкоголя и сейчас пытается доказать, что все еще способна продолжать вечеринку. Испытанное восхищение перед ее силой улетучилось. Теперь она «своя в доску». За маской безразличия было не видно довольно простой человеческой сущности – уязвимость. Возможно пока она в таком полу-адекватном состоянии, следует узнать о ней получше. Лестницы, коридоры, снова лестницы… прозаичный однообразный подъем в лаборатории занял больше часа, а потом маршрутизатор выдал ошибку. Печально осознавать сколько мы блуждали с картой, не говоря об ее отсутствии. Нам очень часто попадались лифты. Кнопки вызова, к сожалению, горели красным. Система заблокировала лифты во избежание технических аварий. Да и генераторы просто бы не справились с задачей. Увеличить шаг не давала женская половина команды. Тайна погрузилась в себя и вид у нее был удрученный. Спектра часто отходила в сторонку, пытаясь справиться с рвотой. События на станции выбили их обеих из колеи. Зато Суслик засветился внезапным энтузиазмом. Точнее это больше похоже на помешательство. А началось с обычного любопытства. Надо отметить, что большинство психических отклонений или проблем может произойти от проявления любознательности. Алиса вот, к примеру, разговаривала с котом и гусеницей всего лишь следуя за белым кроликом. И весь остальной психоделический зоопарк в зазеркалье весьма сомнительное мероприятие для девочки. Но вернемся в лабораторию Х-13, где Суслик сначала просто заглянул в один из кабинетов. Этаж располагает большие просторные комнаты, в которых стоят столы с пустыми колбами, коробки с реагентами и даже клетки разных размеров подопытных. В одной из крупных клеток лежал скелет псевдогиганта. Череп у него действительно маленький, а кость толстая и плотная. Биохимические кабинеты оснащены оборудованием и множеством стеллажей. Работники были обеспечены всем необходимым для проведения исследований. Помешательство Кости началось в кабинете №16.7, где сотрудники отдыхали в обеденный перерыв. Мягкие диванчики и овальный практичный стол с металлическими ножками покрыты многолетней пылью. Два маленьких холодильника и шкафчик для посуды дополняют простой интерьер. Стены потрескались временем и потускнели, но просматривается общий рисунок летней березовой рощи и легких облаков. Вот это я понимаю: забота о психическом здоровье работника. В дополнение здесь оказался навесной шкаф аптечки, откуда мы забрали немного целых лекарств и бинтов. — Я знаю это место. — Заявил Суслик, глядя на панно. — У меня чувство, что я здесь был. Мне знакома комната и обстановка. — Просто кажется. Идем. — Отмахнулся я. — Нет. Я серьезно. На одной из берез сидела сорока. Вот тут где-то. — Там серый бетон. Может там была нарисована птица, но доказательств тому нет. Идем. И так тормозим. Парень потирает подбородок. Старая привычка гладить косички, каких нет, иногда еще проявляется. Мысленный процесс начался. Редкое событие для напарника. Я едва держусь чтобы не отвесить шуточку типа «скушай сахарок – помогает» или «сейчас будет конгениальность, брат, не торопись». Пока я выбираю колкость он разворачивается ко мне и заявляет совсем бредовую мысль: — Клянусь, я знаю путь отсюда. — С чего такое просвещение? — Поднял я одну бровь. — Не могу объяснить. Я просто знаю. А еще очень отчетливо понимаю как нам выбраться. Тут последний подземный этаж. Почти. Выше нас есть приемный отсек и спуск для транспорта. Там же есть вестибюль, после которого будет подъем на поверхность. Я не понимаю как… — Ну-ка смотри в глаза. Каких таблеток втихаря наелся? — Щурится Спектра рядом. — Не глотал я ничего. Честно говорю. Не верите? По коридору направо есть пожарный ящик. Убедитесь. Очумелые от такого заявления мы всей гурьбой пошли по направлению. Алый ящик заметен издалека. За тусклым стеклом сохранилось нетронутое ведёрко с песком и топорик. Меня заинтересовало больше наличие плана эвакуации… хотя топорик тоже захотелось заполучить. Увы, карта истлела. Потому мы ждем новых откровений от Суслика. А он задыхается криком: «Я же говорил!» и прыгает сзади. Пусть радуется, засранец, пока можно. Если он точно знает выход, то обязан вывести нас. Оказались ли знания в его голове случайно аномальным образом или же он просто испытывает сильное чувство дежавю, путая здание в котором был давно, – это нам предстоит выяснить. Испытать практичным путем. Когда привыкаешь к странностям, то игры с памятью тоже воспринимаются как само собой разумеющее. Я постоянно что-то забываю, а потом могу вспомнить в критической ситуации. Память Тайны сыграла с ней жестокий розыгрыш и в этом причастна именно Зона Отчуждения. Быть может память Кости тоже подверглась изменению и лишь ждало катализатора. Остается надеяться, что это не очередная шутка Зоны.