Такой же, как все.

В комнате было тихо и темно: лишь через закрытые окна слабо доносился шум проезжей части. Стрелка на часах медленно двигалась к девяти так же, как медленно двигались темные тучи по небосклону, неся с собой очередные дожди. Джису зашел домой еще десять минут назад, но до сих пор сидел на полу возле двери в верхней одежде и обуви. Его пальцы были плотно прижаты к собственным губам, а глаза горели от недавних воспоминаний. Все произошедшее казалось нереальным сном, и совсем скоро Джису проснется на своей кровати, вздрагивая от разбудившего его сообщения Джуна. Так было каждое утро. Но время все шло, стрелка неторопливо сделала несколько кругов, а Джису все не просыпался. Неужели не сон? Сразу после того, как Джису согласился встречаться с Джуном, тот под влиянием сильных эмоций наклонился и поцеловал остолбеневшего от такой смелости парня. Это был далеко не первый поцелуй Джису, но такой долгожданный, нежный… И столь неуклюжий, поскольку это больше напоминало столкновение губ неожиданно вспыхнувшей страсти у влюбленных подростков, которые впервые пробуют вкус любви. И все же это был поцелуй, от которого губы до сих пор горели, словно это произошло только что. Неужели ему это действительно не приснилось? И ведь это был не единственный подарок: в его кармане лежал пригласительный билет на фотовыставку. Джун рассказал, что об этом мероприятии последнее время много говорили и что ему хотелось посетить его для встречи со старым знакомым, а также обзавестись полезными контактами. Изначально он планировал отдать второй пригласительный билет Минхао, как своему близкому другу и первому помощнику, однако с появлением в его жизни Джису планы изменились. На подобные выставки ходили, как правило, профессионалы своего дела. Джису было интересно поучаствовать, но в то же время он переживал, что в искусстве фотографии он не смыслил ровным счетом ничего. Вдруг фотографы будут обсуждать между собой правильный выбор света, экспозиции или чего-то еще? Джису ведь не сможет ничего ответить и будет чувствовать себя лишним. «Самое главное, чтобы я не опозорил Джуна в чужих глазах», — Джису неторопливо поднимается с пола, вешает пальто на крючок и направляется в свою комнату. Мысли снова возвращаются к свиданию. Что немаловажно, Джун теперь был не просто случайно оказавшимся в его жизни другом, а парнем. Эта мысль все еще приводила Джису в восторг, хотя и поверить в нее было крайне непросто. В то же время, Джису пугала неизвестность. Во-первых, он уже давно не был в отношениях. Во-вторых, если взглянуть правде в глаза, решение встречаться было поспешным. Он не так уж давно знает Джуна, месяца полтора. Почему Джису решил, что он не окажется таким же, как и все остальные, кого он знает? Все те, кто уходят от своих пар, не сходятся характерами, разбиваются о повседневный быт? Где есть гарантия, что Джун — не такой же, как все? И все же хотелось надеть розовые очки и слепо верить: не такой. Он его никогда не бросит, невзирая ни на что. И в эти отношения хотелось нырнуть, как в бушующий водоворот, доверяя свое сердце другому человеку. Джису приходит на выставку раньше Джуна и смущенно топчется при входе, не рискуя зайти без своего компаньона. Контролер смотрит на него с нарастающим подозрением, ведь желающих попасть на выставку, не имея билета, здесь хватает. Джун появляется неожиданно, со спины подталкивая Джису в сторону очереди. Тот вздрагивает и торопливо прячет глаза, бегая взглядом. Он не знает, что сказать и как себя правильнее вести. Они ведь теперь пара… — Привет, я немного припозднился: попал в небольшую пробку. Надеюсь, ты не успел заскучать? Сейчас мы попадем внутрь, и я постараюсь тебя развеселить, — Джун замечает скованность Джису и улыбается уголками губ: он считает такое поведение милым. Джису неуверенно кивает и достает свой пригласительный билет. Между ними повисает неловкая пауза, пока они стоят в очереди на вход, терпеливо дожидаясь проверки билетов. Даже когда Джун пытается взять его за руку, Джису торопливо одергивает свою: он совершенно не готов к публичному проявлению чувств. Джун смотрит на него непонимающе, но не настаивает. Оказавшись внутри и сдав одежду в гардероб, Джису с облегчением думает, что внутри помещения тепло. Он успел порядком замерзнуть и не отказался бы выпить что-нибудь горячее. К несчастью, небольшой зал с напитками и легкими закусками перед основной выставкой не содержал ничего подобного, а пить спиртное Джису решительно отказывался. Здесь много людей, которые не торопятся ознакомиться с экспонатами выставки — гораздо важнее обзавестись полезными знакомствами. Джуна здесь многие знают, поэтому не успевает Джису ознакомиться с напитками, как Джуну уже машет рукой незнакомая женщина, вынуждая подойти к себе. Джису застенчиво улыбается и остается стоять в стороне. Как и ожидалось, он чувствует себя немного лишним. Но желание уйти не успевает разрастись, ведь Джун не забывает о Джису ни на секунду. Он тянет его к себе ближе, из-за чего любопытные взгляды присутствующих сосредотачиваются на фигуре мастера, и представляет окружающим: — Познакомьтесь, это мой… — Джун на секунду запинается, но, пересекаясь с испуганными глазами Джису, торопливо заканчивает: — … друг, Хон Джису. Он на фотовыставке впервые, поэтому я выступаю его сопровождающим! А теперь попрошу нас извинить… Джун отводит Джису в сторону, замечая, что ему здесь неуютно. Вокруг много известных людей, разодетых так, словно проходит парад мод. И если мужчины еще придерживались строгих костюмов, то девушки выбирали экстравагантные наряды, а изобилие драгоценностей слепило глаза. Джису был простым мастером из салона красоты, что он вообще здесь забыл? — Если тебе не нравится, то мы можем уйти, — мягко замечает Джун, осторожно поглаживая Джису по плечу, но тот спешит отрицательно замотать головой: если они уйдут, то он не простит себя. Не для того же Джун его сюда пригласил, чтобы они ушли через пару минут. — Все в порядке. Но разве мы не должны смотреть фотографии? — он вспоминает о цели их прибытия сюда. Мысль выпить немного шампанского для храбрости уже не казалась такой плохой. Возможно, тогда он сможет расслабиться и вести себя более раскованно. — Да, выставочный зал находится в той стороне. Кстати, там мы найдем нужного мне человека. Я обсужу с ним деловые вопросы, а потом погуляю с тобой по выставке, как и обещал. Только не дуйся на меня, — в шутливой форме произнес Джун и, несмотря на негласный запрет, целует Джису в уголок губ. Джису тревожно округляет глаза, но, похоже, никто ничего не заметил. Его беспокоила беспечность Джуна, как будто тот совсем не боялся общественного мнения. А вот Джису отлично понимал, какими жестокими бывают люди, когда сталкиваются с чем-то противоестественным их привычным понятиям. И будет лучше, если об их отношениях никто не будет знать. С другой стороны, в голове сидела другая мысль, греющая Джису. Несмотря на обилие красивых девушек вокруг, Джун продолжал смотреть только на него. Джису чувствовал его влюбленный взгляд на себе даже тогда, когда Джун сосредоточенно объяснял значение той или иной фотографии, мимо которых они проходили. Рядом с Джуном было спокойно, он внушал доверие и надежность. Его никто не интересовал, кроме рядом стоящего парня, смотрящего на него такими же влюбленными глазами. Как будто они уже давно вместе и понимают друг друга с полуслова. Джису понял. Никогда в жизни он не любил. Симпатия, мимолетная влюбленность, но не любовь. Кажется, он только сейчас понял, что это такое — любить. Любить, отдавая себя без остатка. Вместе — в горе и в радости. Джису его любит. Сильно и ослепляюще, как в первый раз. Так, как не любил никогда… Джису поднял глаза на Джуна, просияв. Теперь, когда он окончательно разобрался в своих чувствах, ему стало гораздо легче дышать. Они обошли каждую фотографию на выставке, предполагая, что хотел донести автор, и делясь своими мыслями. Возле одной фотографии они стояли особенно долго: на ней была изображена хмурая осенняя улица, а по дорожке бежала босая девушка, закрывая голову книгой от крупных капель дождя. Эта фотография была не лучше и не хуже остальных, но именно она поразила Джису. Куда торопится эта девушка? Прячется от дождя или же спешит на встречу? На ее лице было столько эмоций: от светлой тоски до безумной надежды. — Я знал, что эта фотография понравится тебе. Помнишь, я тебе сказал, что твоя мимика очень выразительна? Теперь ты понимаешь, почему мне нравится тебя фотографировать? Ты настолько тонко все чувствуешь и передаешь, что это не может не очаровывать. Прямо как и эта девушка, — с улыбкой произнес Джун. Джису молчал, не отрывая взгляда от фотографии. — Я оставлю тебя ненадолго. Мне нужно поговорить. Джису не возражал, только добавил, что он подождет его здесь. Ему не хотелось, чтобы Джун потом его искал по всей выставке. Однако и сам Джису недолго стоял в одиночестве: через пару минут к нему подошла молодая девушка, поправляя на шее золотой кулон. Она обладала достаточно заурядной внешностью, и Джису даже подумал, что без косметики она выглядела бы симпатичнее. — Так ты — друг нашего Джуна? — она особенно выделила слово «ты», вкладывая в него как можно больше презрения. Неизвестно, что ей так не понравилось: то ли не слишком уверенный в своих силах вид, то ли ее смутило отсутствие классического костюма, ведь Джису надел поверх рубашки теплый свитер, то ли ей просто не нравился факт его близких отношений с Джуном. Джису нахмурился, в то время как девушка продолжила: — Как тебя там… Джонсу? Ты знаешь, у Джуна много влиятельных друзей, но до сих пор нет подружки… Как насчет того, чтобы представить ему меня? Не переживай, в долгу я не останусь. Джису на секунду прикрыл глаза, справляясь с гневом. Его не расстроило такое отношение к себе, в конце концов, всегда будут люди, считающие себя выше остальных на ступень, но при этом не отличаясь вежливостью и уважением. Его разозлило то, как легко она предлагала себя в качестве второй половинки, не испытывая ни намека на любовь. Джун был ей симпатичен, как мужчина, но куда больше ее интересовало его положение в обществе и наличие толстого кошелька. — Прошу прощения, но Джун сам волен решать, кого он хочет видеть своей подружкой. Если Вы ему интересны, то он сам завяжет с Вами разговор. Но, насколько мне известно, высокомерные личности его не слишком интересуют. Кстати, меня зовут Джису, а не Джонсу, — Джису старался говорить как можно более вежливо, чтобы не опускаться до уровня этой девушки, но сдержать себя было трудно. Красивое лицо напротив пошло красными пятнами от обиды и злости, и незнакомка даже сделала шаг вперед, раздраженно втягивая воздух: — Да как ты смеешь… Ты хоть знаешь, кто я… — Прошу прощения, я Вам не помешал? Джису испугался ничуть не меньше, чем девушка. Его лицо стало виноватым, ведь он не должен был ни с кем ссориться, но и молча проглотить обиду он не мог. Не кричать же, что у Джуна уже есть парочка — и это сам Джису? Кроме того, Джису напугал непривычный тон Джуна: он и подумать не мог, что тот не всегда одинаково добр и мягок с окружающими. Сейчас его взгляд был подобен стали, а в голосе слышались льдинки. Девушка даже сказать ничего не смогла, предпочитая быстро ретироваться с глаз Джуна. Он не стал останавливать ее, потому что Джису был для него важнее разборок. — Что она тебе сказала? — голос уже смягчился, но Джун все равно немного хмурился. — Ничего. Но мне бы хотелось уйти, ведь мы все посмотрели. Ты же обсудил свои важные вопросы? — Джису робко берет Джуна за руку, заставляя того полностью оттаять. Тот кивает, и они идут в сторону гардероба. Несмотря на неприятный инцидент с девушкой, Джису остался довольным их походом на выставку. Он посмотрел на работы другого фотографа, а также убедился в том, что Джун не засматривается на других, а смотрит только на него. На следующий день Джису вышел на работу, да и Джун пропал на съёмках модели для очередного журнала. Фотограф по-прежнему старался освобождать свой график, но им все равно приходилось тратить много времени на дорогу, по очереди катаясь друг к другу в гости. Зато Джису узнал, что Джун снимает небольшую однокомнатную квартиру недалеко от своей студии. Во время очередной такой поездки в автобусе, когда Джису пытался разглядеть что-то в темноте за окном, он впервые всерьез задумался о том, что жить вместе — это здорово, но далеко немногие пары проходят через повседневный быт. Сегодня Джун хочет показать ему, что так привлекло его к работе фотографом: они будут вместе проявлять фотографии, сделанные им недавно. Джису волновался, потому что Джун хочет приоткрыть ему секреты своей профессии. Возможно, Джису даже придется остаться на ночь, ведь он поехал сюда сразу после работы. Не первый раз: он и раньше ночевал у Джуна, когда тот показывал ему свою съёмную комнату. Когда Джису вошел в студию, Джуна нигде не было — тот уже возился в лаборатории, подготавливая необходимые вещи и химикаты. При виде вошедшего Джису фотограф отложил емкость с какой-то жидкостью: — Ты как раз вовремя, я уже закончил со всеми приготовлениями. Иди сюда, я тебе все покажу. Джису прошел внутрь комнаты, освещенную лишь светом красной лампы. Джун рассказал ему, что пленка имеет чувствительный к свету слой и поэтому проявка осуществляется только при красном свете. Дальнейший процесс напоминал изготовление какого-то зелья: Джун наливал какую-то жидкость в бачок, отмерив температуру, потом ждал, выливал жидкость и снова что-то наливал. Джису следил за Джуном с круглыми глазами, мало что понимая в этом таинственном процессе, но когда, спустя длительное количество времени, Джун начал развешивать готовые фотографии, Джису затаил дыхание. — Честно говоря, я мало что понял, но выглядело это волшебно. Наверное, чтобы научиться такому, нужно долго практиковаться? — поинтересовался Джису, разглядывая получившиеся фотографии. — Да нет, запомнить процесс — дело несложное, просто руку нужно набить. Хотя в свое время я столько пленки испортил, пока наловчился… — усмехнулся Джун, сзади обнимая Джису за талию и прижимая его к себе. — Самое главное, быть аккуратным при работе с реактивами. Я использую высококонцентрированные проявители, в них большое содержание химикатов, которые при попадании на руки вызывают раздражение и химические ожоги. Поэтому я всегда работаю в перчатках… Голос Джуна становился все тише, а потом он и вовсе замолчал, мягко целуя обнаженную шею Джису. Тот замер в его руках, и Джун крепче сжал мужчину в своих объятиях, не выпуская. — Джун, что ты делаешь?.. — испуганно спросил Джису, не вырываясь, но и не одобряя происходящего. — У тебя подбородок колючий… Джун не ответил, продолжая покрывать нежную шею Джису хаотичными поцелуями, все также прижимая его к себе. Джису вцепился в столешницу, возле которой они стояли, побелевшими от напряжения пальцами, до крови кусая губы, но больше не произнося ни слова. Дыхание сбилось. Где-то зазвонил телефон. И Джун, и Джису постарались не придавать этому значения, но настойчивая трель продолжала раздражать слух, не давая сосредоточиться. Наконец, Джун разжал объятия и недовольно заворчал, поднося телефон к уху и нажимая кнопку вызова. Джису все пытался отдышаться, не особо прислушиваясь к идущему разговору, из которого он понял лишь то, что скоро к ним в студию придет Минхао. По всей видимости, ему было скучно и хотелось посидеть вместе. Отказать Минхао было не так-то просто, тем более, что он уже подходил к подъезду, поэтому Джун, закатив глаза, согласился. После окончания разговора в комнате воцарилась тишина. Джуну было неудобно за свое поведение, потому что рядом стоящий мальчик кружил ему голову и заставлял терять рассудок, в то время как Джису не знал, что и сказать после произошедшего. Наверное, красный свет в темной комнате тоже создавал какую-то интимную обстановку. К счастью, пришедший Минхао помог разрядить обстановку, хотя и не понимал, отчего между этой парочкой повисла неловкость. Зато накормил вкусной пиццей и рассказал о своих приключениях в парке развлечений, куда недавно ходил. Он остался на ночь в квартире Джуна и ушел только под утро, пока Джун и Джису крепко спали. — Джун, тебе не помешало бы побриться, — ворчит сонный Джису, когда Джун будит его колючим поцелуем в щеку. Мужчина сладко потягивается и встает. Шорты Джуна, в которых он спал, немного велики, поэтому приходится завязать их потуже. Джун загадочно и хитро улыбается, начиная специально тереться щекой о плечо Джису. Тот не выдерживает, хватая его за руку, и тянет за собой: — Вы доигрались, Вэн Джунхуэй, и будете подвергнуты аресту с последующим наказанием! — с улыбкой произносит Джису, усаживая Джуна на стул в ванной. — И что ты будешь делать? Обольешь меня водой? — смеется Джун, с любопытством глядя на Джису. — Да нет, зачем? Всего лишь собираюсь избавиться от этой противной щетины, — спокойно ответил Джису, доставая бритву Джуна и пену для бритья. Ополоснув его лицо и шею теплой водой, Джису стал осторожно наносить пену, равномерно распределяя ее. — Знаешь, я бы не доверил себя брить даже своей семье, но тебе я доверяю, — стараясь не разжимать губ, произнес Джун. И Джису его понимал, потому что у бритья много нюансов и высока вероятность ранения от чужих рук. Джису старался делать все аккуратно и неторопливо, чтобы не повредить нежную кожу, и при этом чтобы процесс не вызывал у Джуна никакого раздражения. В его голове крутились различные мысли, озвучить которые он немного побаивался, но ведь если Джун согласится… — Знаешь… Я думаю о том, что мы могли бы попробовать жить вместе. Конечно, часто говорят, что отношения разбиваются о быт, но мы ведь постоянно катаемся друг к другу, а на это уходит очень много времени. Того времени, которое мы могли бы провести вместе. К тому же, ты не будешь тратить лишние деньги на оплату своей съемной квартиры. Ну, если быть более кратким, я приглашаю тебя жить к себе, — смущенно краснея, произносит Джису. Это его первое серьезное решение, которое он осмелился произнести вслух. — Не переживай, я все продумал. Ведь в студии ты обычно занимаешься проявкой? Я читал, что в квартире тоже можно отвести комнату для маленькой лаборатории. Что скажешь? Джун медленно смыл остатки пены с лица, проводя рукой по гладкой коже. Он всерьез обдумывал это решение, потому что, в случае необходимости, до студии ему придется долго добираться. С другой стороны, Джису был прав: так они будут больше времени проводить вместе, засыпать и просыпаться, готовить друг другу, а еще много чего другого. — Хорошо, давай попробуем.

***

Время двигалось к зиме: постепенно Джун перевез свои вещи в квартиру Джису, а потом оборудовал внутри отведенной комнаты небольшую лабораторию. И после очередных съемок даже настало время впервые опробовать ее на новом месте. Джису с утра ушел на работу, а Джун проснулся только в обед, неторопливо занимался проявкой пленки и пил кофе, чтобы снять остатки сонливости. Передавали, что сегодня выпадет первый снег. Перед окончанием рабочего дня у Джису, Джун собирался закончить с проявкой фотографий, чтобы посвятить весь вечер своему парню. Он достал с верхней полки проявитель, откручивая крышку, когда в кармане зазвонил телефон. Почему все так любят звонить ему именно тогда, когда он находится в студии? — Алло, Джису, что-то случилось? Да, на улице льет дождь, никакого намека на снег. Ты забыл взять зонтик? Хорошо, я встречу тебя после работы, не переживай. Пойду одеваться. Не переставая разговаривать, Джун поставил проявитель обратно на полку, забывая его закрыть, и вышел из лаборатории.