Равновесие

— Джеймс! — крикнула Лили. — Открой дверь, это должен быть Хвост! Гарри поморщился от столь похожего на голос Петуньи крика. Мальчик огляделся. Все было такое серое, как в старину. Место было смутно знакомо: маленький дом, небольшая гостиная в серых тонах. Что-то, ну очень знакомое. Но что именно показалось ему знакомым? С верху послышались шаги. Гарри вскинул голову и с изумлением увидел женщину. Она была так сильно на него похожа: особенно ее глаза — изумрудные, яркие, как у него самого. Только ее глаза светились счастьем, в то время как его были полны отчаяния, боли и ненависти. На руках этой милой женщины был младенец. Где же он оказался?  — Лили! — кажется это и был тот «хвост», про которого говорила женщина. Стоп… Лили? Так звали его мать. Но это просто невозможно! Почему он здесь? И если эта женщина его мать, то ребенок на руках — это он сам.  — Привет, Питер. Говори тише, пожалуйста, Гарри очень не любит громкие звуки. — тихо сказала Лили. —Да, конечно, прости, — понизил голос парень.  — Ты так, в гости зашел, или принес какие-то новости? — весело улыбнулась рыжеволосая ведьма.  — Новости, — он опустил глаза. — Лили… Лонгботомы убиты. Они были до смерти запытаны круциатусом.  — Боже! Невилл… — Женщина бессильно рухнула на диван.  — Мальчик жив. Он находился у своей бабушки в это время.  — Кто это сделал? — Вопрос задал мужчина, что до этого стоял в стороне.  — Джеймс, привет, — тихо поприветствовал его Хвост. — Говорят Белла Лестрейндж.  — Боже, за что? — из зеленых глаз, обычно горящих задором, потекли слезы. — Зачем вообще нужна эта война, за что мы сражаемся, за что убиваем друг друга?! За какие-то идеи… Она неловко вытерла щеки и попыталась улыбнуться.  — Прости, я не хотела. Гарри с неподдельным интересом наблюдал за ней. Он хотел было притронуться к ее волосам, как его рука прошла на сквозь. Так, это еще почему? Он что, умер???  — Нет, все в порядке, я понимаю, — пробормотал Петтигрю. — Мне надо идти, у нас — у Ордена — собрание, — он криво улыбнулся.  — Да, конечно, иди. Питер вышел из комнаты и через несколько секунд хлопнула входная дверь. Лили подхватила ребенка на руки и обняла, спрятав лицо в его волосах.  — Гарри… Хоть бы тебе не пришлось всего этого видеть, хоть бы война закончилась к тому времени, когда ты подрастешь! А еще это пророчество… Дети не должны воевать, но мы и сами недавно были детьми… — бессвязно шептала женщина. «Гарри». Значит он был прав. Мальчик каким-то образом оказался в прошлом, но как?  — Все наладится, Лили, — слегка неуверенно улыбнулся Джеймс. Это его отец. Боже, как он счастлив! Он наконец-то увидел своих родителей. Свою семью, о которой мечтал, когда засыпал в холодном чулане. Увидел… Но не может сказать ни слова… И не может обнять, утешить маму и сказать, что с ним все хорошо…

***

Гарри очнулся лежа на полу. Вокруг было отнюдь не тихо: воздух сотрясали взрывы, шершавая земля — асфальт? — на которой Гарри распластался, заметно колебалась. Гарри не понимал, где очутился, но это место явно не было мирным. Неужели война? Рядом прогремел очередной взрыв, и Гарри вскочил на ноги, сообразив, что, прежде чем пытаться понять, куда его занесло, нужно найти укрытие. Он быстро оглядел себя: изношенные кроссовки, потрепанные джинсы на два размера больше и серая, словно балахон на нем, футболка — в общем то, в чем он находился у Дурслей. До этого его занесло к себе домой. Да и здесь обстановка была такой же, как и в прошлый раз. Значит он снова дома, но на этот раз здесь совсем не тихо. Неожиданно Гарри услышал крик мужчины. Тот пробежал мимо комнаты, где сейчас находилась его маленькая копия.  — Это он! Лили, хватай Гарри и беги! Беги! Быстрее, я задержу его! В комнату вбежала Лили, подхватила ребенка на руки, но внизу послышался ледяной смех и крик Поттера. Потом все стихло. Уложив Гарри в кроватку и бросившись к двери, девушка попыталась забаррикадировать ее. Она накладывала огромное количество запирающих и защитных чар, но они не могли помочь, если противником был тот ледяной смех. С грохотом дверь слетела с петель, и взметнувшаяся пыль обрисовала фигуру. Неизвестный мужчина вступил в комнату. Высокий, худой, в черном капюшоне, жуткое змеиное лицо, бледное и иссохшее, багровые глаза с щелочками зрачков. На кого-то он был похож… Но кто это? Женщина метнулась к кроватке и заслонила ее своим телом, раскинув руки.  — Только не Гарри! Пожалуйста, не надо!  — Отойди, глупая девчонка! Мне нужен только твой сын. Голос мужчины был холоден и высок.  — Только не Гарри! Пожалуйста, я сделаю все, что угодно… Неужели Темному Лорду опасен какой-то ребенок? Темный Лорд… Тот кто убил его родителей. Стоп! Значит сейчас это и происходит?  — Это последнее предупреждение… Я не собираюсь его убивать! Не собирается? Но почему? Это ведь он убил его родителей. Лишил его счастливого детства.  — Пожалуйста, возьмите лучше меня, меня! Не нужно, не трогайте моего сына, прошу! Гарри с ужасом понял, что вот сейчас и именно здесь убьют его маму. Надо что-то делать.  — Avada Kedavra! Полыхнула зеленая вспышка, и безжизненное тело Лили упало на пол.  — Нет!!! — крик мальчика кажется никто не услышал. Гарри склонился над неподвижным телом его матери. На лице женщины застыл страх. Поттер не мог толком понять, что чувствует. По сути, Лили Поттер была ему не чужим человеком. Она была его матерью. Она выносила его, родила… и сейчас отдала жизнь, чтобы спасти его. Горе, обида, злость на того, кто убил ее… и боль. Невыносимая боль. Волдеморт медленно повернул голову в того, кто хладнокровно смог использовать непростительное заклятие. На пороге в комнату стоял еще один мужчина. Только он был старше Темного Лорда, этот факт подтверждали седые волосы волшебника.  — Привет, Том. — улыбаясь сказал старик. — Вижу ты пришел исполнить пророчество.  — Что ты здесь делаешь? — вкрадчиво спросил Риддл.  — Пришел убедиться, что ты не тронешь невинного ребенка. — Издевательски пропел Альбус. — Убирайся от сюда, Том. Я не позволю тебе тронуть Гарри.  — Я его не собирался убивать, мой дорогой профессор. — Широко улыбнулся Темный Лорд. — Я знаю пророчество до конца, поэтому мне нет смысла убивать его.  — Отлично! Так даже интересней. — лукаво прищурился Дамблдор и направил палочку на своего врага. Затеялась битва двух волшебников. Гарри со слезами на глазах стал наблюдать эту дуэль. Он не понимал смысла слов этих двух мужчин. Но одно стало ясно: Темный Лорд не хотел его убивать. Интересно, что это за пророчество такое? Внезапно убивающие проклятие, которое направил Волдеморт на Альбуса, отскочило от щита старика и попало в ребенка. Очередная зеленая вспышка и дикий вопль. Заклятие ударило в лоб младенца и неожиданно отразилось в Волдеморта. Через мгновение начавшее падать тело Ридлла распылил магический выброс маленького ребенка, оставив лишь пустую мантию, спланировавшую на пол, и палочку. Чувствуя невероятный по силе гнев и ненависть, Гарри ощутил, как магия поднимается в его теле. Он хотел разобраться, что здесь сейчас произошло. Почему Темный Лорд не хотел его убивать? И кто это профессор? Поттер повернул голову на себя самого. Маленький карапуз с мокрыми и пронзительными зелеными глазами смотрел на неподвижное тело его матери. Гарри стало интересно: он понимал тогда, что происходит? Или нет? И если да, то почему забыл? Хотя мальчик много раз слышал, что дети не запоминают события происходившие с ними еще в младенчестве. Но это касалось обычных детей. А он — волшебник.  — Значит, вот ты какой, Гарри Поттер, — мягко улыбнулся «профессор» младенцу. — Ничего личного, мальчик, но ты должен все забыть. Наставив палочку на ребенка, Дамблдор на мгновение заколебался, смотря в как будто понимающие глаза. Однако через пару секунд замешательство прошло.  — Обливиэйт!