Снежное пламя

- Будет лучше, если вы отправитесь тайком,- проговорил король Осберт, отходя от принца и подходя к супругу, который держал на руках маленького сына. Они смотрели на Эрнальда и Кая, будто видели их последний раз, а некоторые слуги, стоящие у самой двери замка, всхлипывали. Беловолосый омега печально смотрел на них, ведь не увидит их, вероятно, более никогда. С самого утра он только и делал, что обнимался со слугами и слышал их причитания и рыдания. Старшие не желали его отпускать, старый кузнец делал вид, будто происходящее его не касалось, однако внутри признавал, что без мальчишки, который так мастерски владел молотом, даром, что омега, будет скучно. Конюх привел Каю Стара, дрожащим голосом рассказывая что-то о лошадях, а после, едва сдерживая слезы, обнял уже взрослого слугу, которого знал еще совсем юнцом. Фрей, прижимаясь к груди любимого супруга, печально смотрел на северянина, не в силах проститься с ним, однако тот лишь улыбался всем, неустанно повторяя, что с ним все будет хорошо, что он сам желал отправиться с Его Высочеством, и что печалиться не о чем, ведь они могут писать друг другу. Квентин, поддерживая супруга, лишь поджал губы. Он желал отправиться с путниками, однако не мог покинуть своего возлюбленного, да и Кай был решительно против подобного. - Молю вас, возьмите меня с собой!- просил Идрис.- Это же и мой дом, там мой сыночек! - Идрис,- юный альфа коснулся его плеч.- Тебе лучше остаться здесь. Не потому, что я так желаю, а потому, что я не уверен в Эзре. Я не верю в его виновность относительно покушений, но мы не можем рисковать. Едва я удостоверюсь, что в королевстве порядок, я пошлю за тобой. Даю слово. - Отчего же я должен ждать?- пухленький омега всхлипнул, вытирая глаза кружевным платочком. Он не мог понять, что таким образом принц хотел защитить Идриса от советника. Если Эзра помышляет навсегда остаться на троне, тогда он незамедлительно убьет всех, кто близок к нему. Что ему жизнь какого-то гувернера? Несмотря на ужасное поведение, Эрнальд понимал, что Идрис – единственный, кто оставался с ним, когда он потерял папу, и он всегда был рядом, рисковал ради него жизнью, хотя мог и не делать подобного, и подвергать его опасности он не мог. Ему и так было тошно от того, что Кай отправляется с ним, но вместе они могли бы придумать, как свергнуть Эзру. А гувернер пока будет в безопасности. Будущий король не мог рассказать об этом кому-либо, даже беловолосому омеге, которому безгранично доверял. И о том, как ему совестно перед конюхом, перед слугами, а особенно перед тем омегой, которого он остриг и который продолжал заботиться о принце, несмотря на все мучения, перед Его Величеством и поварами… И как он им благодарен. Кай научил его ценить других, он был его совестью, пока в самом Эрнальде она дремала под одеялами безнаказанности и вседозволенности. И теперь его брал стыд за то непростительное поведение, недостойное короля. - Тогда… Тогда хотя бы… Передайте моему сыночку письмо от меня. Моему Варду… - попросил Идрис, всхлипывая и отдавая Каю конверт. - Я исполню Вашу просьбу,- кивнул слуга.- Можете не тревожиться. - Прошу вас,- ответил гувернер и отошел, чтобы не плакать более перед принцем. - Благодарю Вас за все,- проговорил наследник престола, кивнув королю Осберту. - Ты вернешься?- спросил грустно Гетинн на руках у папы. - Боюсь, что нет,- ответил Эрнальд, пожимая маленькую ладошку.- Теперь я стану королем, как твой отец. - Отец… Правда? - Да. Будь хорошим принцем и королем, Гетинн, хорошо?- спросил старший альфа, подходя к подготовленной карете, у которой его ожидал Кай. Он поклонился принцу, помогая забраться внутрь, а после легко поднялся по ступени сам.- Может, тебе не стоило бы ехать со мной? - О чем Вы говорите?!- оскорбленно просил слуга.- Конечно, я поеду с Вами! Я не могу отпустить Вас в столь опасное путешествие одного! Карета тронулась, начиная медленно двигаться в сторону ворот, и молодой человек улыбнулся. Все же это его Кай. Он бы никогда не бросил своего господина, как бы сильно не был зол на него. - Путь неблизкий. - Я не боюсь дороги,- отмахнулся омега.- К тому же, на Вас снова могут напасть. Что Вы намереваетесь тогда предпринять? Эрнальд не нашелся, что ответить, ведь в их сопровождении было двое стражников, которые готовы были в любой момент защитить наследника престола и которых придется отправить домой после того, как они отдохнут и подготовятся к дороге. Но кто сможет защитить его лучше Кая? Его дорогого милого Кая. Сейчас, глядя на оскорбленного слугу, который поджал губы и смотрел в окно, будто находил там что-то интересное, Эрнальд ощущал почти болезненный трепет. Длинная белая коса, которую принц запрещал остригать, теперь ниспадала на плечо и касалась сидения, зеленые глаза теперь были невероятно глубокими и, казалось, в них танцевали магические огни, а хрупкое тело прикрывал длинный походный плащ. Едва альфа коснулся другого омеги, едва коснулся других губ, он сразу понял, что никто иной не будет вызывать в нем подобных чувств. И мечтал он лишь об этих прекрасных белых волосах, о нежной улыбке, которую он всегда видел, стоило ему вынырнуть из ужаса горячего сна, о тихом голосе, говорящим что-то. Неважно что, лишь бы говорил или читал. Читал то, что ему по душе, с таким трепетом и проникновенностью. Эрнальду казалось, что он готов вечно слышать, как прислужник читает книги. - Полагаю, отговаривать тебя бесполезно. - Разве Вы не хозяин своего слова? Несколько лет назад некто обещал взять меня с собой в другое королевство. - И этот некто держит слово,- ответил с улыбкой принц, поворачивая голову к окну. В первой же деревне, в которой было решено остановиться, они наткнулись на настоящую ярмарку. Те, кто решил отдохнуть ночью, уже собирали свои палатки, а те, кто только решил открыться, выставляли товары и носили по городской площади свои товары. В первую очередь принца привлекли прекрасные подвески, которые носили купцы, украшенные разноцветными самоцветами и драгоценными камнями. Артисты и глотатели огня и шпаг в свете уличных фонарей уже начинали свое представление, так что никто и не собирался отправляться спать. Городская площадь оживала в свете ярких огней, огненные вспышки появлялись и исчезали в разных углах, поражая обычных селян и приезжих. Дети взволновано наблюдали за этим действом, требовали сладости и игрушки, преследовали артистов и принимали участие в разных розыгрышах. - Ох и странное место,- проговорил Эрнальд, вопреки всем ярким краскам облаченный в черный длинный плащ, и натянул капюшон пониже, дабы скрыть лицо. - Будьте осторожны,- ответил Кай, осторожно касаясь чужой руки. Большая толпа – самое страшное, когда удар может прийти от кого угодно и откуда угодно. Его Высочество и так еще полностью не оправился от той раны. - Я не маленький,- проговорил принц, прикрывая лицо и покорно следуя за слугой. После богато убранных залов это место казалось отхожим, грязным, полным черни, от которой хотелось убежать, но наследник упрямо гнал от себя подобные мысли. Он должен видеть прежде всего людей во всех, кто его окружает. - Вон там гостиница. Там можно поесть и отдохнуть. Завтра нам вновь предстоит долгий путь. В таверне, на втором этаже которой располагались комнаты, сдающиеся на время, было очень громко и отвратительно воняло пивом, медовухой и грязным телом. - Бог мой, ну и смрад,- прошептал принц в ладонь, прикрывая рот. Постояльцы прервали разговоры и уставились на пришедших, из-за чего Эрнальд напрягся, осторожно ступая вперед и закрывая Кая от чужих глаз. Тот не прятал лица, так что привлекал много внимания. Особенно со стороны альф. - Какая красота нас посетила!- выкрикнул один из мужланов в грязной тунике с завязками и высоких сапогах, покрытых пылью и чем-то еще. Он хищно смотрел на омегу, а после облизал губы. - Уйми свой пыл,- ответил принц. - Ой ли, дорогой гость! Красоту такую присвоил и хвастает!- ответил мужчина, падая на лавку и поднимая кружку, видавшую виды. - Не нужно, мой принц,- прошептал прислужник, касаясь чужого локтя. Юный альфа сильно сжал бледные пальцы, и не думая отпускать его, после чего повернул голову в сторону длинной барной стойки, за которой стоял хозяин этого безобразия. Он равнодушно наблюдал за происходящим, наполняя кружку за кружкой теплым темным пивом. - Хозяин, нам нужны комнаты! - Ох ты!- вновь подали голос пьяницы.- Уж не богат ли наш господин? - А тебе денег не хватает?- парировал принц, оборачиваясь. - Ай, господин! Грубость – плохое качество. Можно и нарваться на ответ,- проговорил мужчина со светлыми волосами до плеч и бородой, походящей до ключиц. - А я ответа вашего не боюсь. - Мой принц…- проговорил тихо Кай. Он уже готов был схватиться за меч, как внезапно хозяин поставил на стол кружку, из которой на стол стекала желтая пена. - Низко судить о человеке лишь по кошельку,- обронил он.- Угостите гостя брагой да помиритесь. - Они оскорбили моего омегу. И я требую немедля перед ним извиниться,- ответил Эрнальд, сбрасывая с головы капюшон. Пьяницы переглянулись, после чего один из них, самый зачинщик, заметив страх и удивление в глазах предмета их спора, рассмеялся, едва не похрюкивая от радости. - А ты остр на язык, господин!- проговорил он.- Уж не побрезгуй нашей брагой, да прими извинения, авось и друзьями станем. - Я пришел не дружбу водить. Нам нужна комната на одну ночь. И извинитесь перед омегой. - Ты уж не серчай, красота!- обратился мужчина к Каю.- Мы народ простой, как видим красоту такую, так мимо и не проходим. Сядь с нами да выпей! - Полно тебе, Берд!- окликнул невысокий омега в теле, розовощекий и полный сил. Он разносил кружки в длинном фартуке, надетом поверх простой рубашки и толстых брюк.- Пиво в голову ударило? Али прогневать господина хочешь?! - Помилуй, Торн!- ответил мужчина. - Идем, Кай,- велел принц, хватая омегу за руку и волоча в сторону деревянной лестницы. Один из стражников шел следом.- Хозяин, моим лошадям нужен отдых и хорошая еда, уж в долгу я не останусь. - Ай да господин!- всплеснул руками тот, кого назвали Бердом. - Не слушай их, Кай,- велел принц, сбрасывая плащ в одной из комнат на втором этаже и падая на узкую одинокую кровать. Та жалобно заскрипела.- Боги, что за место? - Вам следует быть осторожней, мой принц,- проговорил слуга.- Кто бы ни желал Вашей смерти, он может располагать шпионами повсюду. Не будьте беспечным. - Я не беспечен. Они оскорбили тебя, так что должны были принести извинения. То, что они пьяны, не умоляет их вины. - Мой принц, именно оттого, что они пьяны, они могут совершить что угодно. А если драка? А если бы они набросились на Вас? - Я бы справился с ними. Да что толку говорить о том, ведь завтра мы уедем отсюда и дело с концом. - У Вас просто талант наживать себе врагов. Неудивительно, что Ваша жизнь постоянно под угрозой. - Кай,- окликнул альфа, тоном веля прекратить.- Я уже осознал свою вину, так что довольно говорить об этом. - Ведите себя скромнее,- попросил прислужник. - Ты слишком много себе позволяешь. Все, довольно. Я не желаю говорить об этом. Будем спать в этой комнате, так что запри двери. - Да, мой принц,- кивнул слуга. - Но не сейчас. Оставайся здесь, а у меня есть дела. - Дела?- осведомился северянин.- Какие могут быть дела в этой деревне, куда мы попали первый раз? - Это лишь моя забота. Ты не имеешь к этому касания. - Что?- неуверенно спросил тот, отказываясь понимать.- Что Вы такое говорите? - Я говорю, что пойду один. - Нет!- выкрикнул слуга.- Даже не помышляйте о том! - Я возьму с собой стража. Хорошо?- устало и хмуро спросил принц.- Я все решил, так что жди меня. И дверь запри, чтобы пьяницы не вошли. - Ваше Высочество!!!- не выдержал Кай.- Что Вы задумали?! Совсем ополоумели? Неужели Вы не понимаете, что… - Я собираюсь стать королем. И не собираюсь прятаться и дрожать как заяц. - Есть большая разница меж храбростью и безрассудством,- ответил северянин.- Одумайтесь! - Я скоро вернусь,- бросил Эрнальд, покидая комнату. В таверне все еще пили люди, переговариваясь о чем-то, и тот самый мужчина заметил спустившегося в сопровождении охраны принца. - О, господин! Не спиться Вам? - Уснешь здесь, когда вас даже под землей слышно. - А господин за словом в карман не лезет!- весело отозвался тот.- Уж не оскорбите нас честью и выпейте с нами, господин. - Нет времени у меня пить. - Какой занятой господин!- вновь отозвался мужчина под дикий гогот остальных пьяниц.- А где же красота Ваша? - О чем ты говоришь, селянин? - Мое имя Берд, господин. Меня здесь все знают! - Уж не своим талантом пить ты славен?- спросил наследник престола. - А вот уж нет! Не люблю хвастать, но я сильнее многих! - Скромность – не твоя добродетель, Берд,- проговорил принц.- Но я тоже не слаб. - Силой помериться хочет господин?- спросил крестьянин, и его глаза загорелись.- Отчего ж не уважить такого гостя, да?- ответом ему стали громкие возгласы постояльцев. - Полно, Берд!- пытался вразумить его омега в фартуке. Но его уже никто не слушал. Мужчины освободили один стол, за которым уселся Берд, и посмотрел на своего будущего противника. - Постараюсь не обидеть господина, а то еще оскорбится,- с улыбкой проговорил он, когда юный альфа сел напротив него и протянул ему руку. Доводы стражника он не слышал, однако даже со всей своей силой он смог лишь продержаться некоторое время, после чего его рука была уложена на стол.- Ай да господин! Заставил меня попотеть! Хозяин, налей господину, я угощаю! Эрнальд быстро забыл о своем поражении, слушая возгласы окружающих селян и поднимая с ними кружку, полную пива. Этот напиток он не любил, лишь слегка пригубил, но мужчинам это не было важно. Они похлопывали принца по плечам, из-за чего тот морщился и дергал плечами, подбадривали его, особенно этот Берд, но пришлось покинуть таверну и выйти на холодный ночной воздух. Артисты все еще развлекали публику, торговцы все еще расхаживали меж людей, и именно они нужны были альфе. Кай сидел в комнате, глядя на свое отражение в старое зеркало, рассеченное вертикальной трещиной. Раздвоенное отражение выглядело жалким и маленьким. Омега вздохнул и коснулся своих волос. И что с ним не так? Устал после долгой дороги? Озадачен путешествием? Тоскует о покинутых друзьях? Он понять не мог. Так он и сидел, силясь понять, отчего принц пренебрег им, его защитой. Тогда в таверне он потребовал извиниться за оскорбление Кая, и это было так похоже на кого-нибудь благородного рыцаря или влюбленного жениха или мужа. Интересно, как они выглядели со стороны? Внезапно дверь распахнулась, и Его Высочество быстро оказался рядом со слугой, заставляя его повернуться к зеркалу снова. Омега дернулся, чувствуя холодное прикосновение металла к коже, после чего посмотрел на свою шею. На ней висел небольшой кулон с зеленым камнем, сверкающим в свете свечи. - Ваше…- начал было прислужник, но его прервали. - Конечно, он не настоящий. Обычное цветное стекло, но… Когда мы окажемся во дворце, я подарю тебе настоящие изумруды. - Зачем?- спросил испуганно слуга. - Что зачем? Ты так много раз спасал меня, и я хотел отблагодарить тебя. Ты ничего не просил… - Мне ничего не нужно,- ответил быстро омега, снимая с шеи кулон.- Прошу Вас, примите его обратно. - Ты хочешь оскорбить меня?- спросил Эрнальд, сверкая грозным взглядом.- Это моя благодарность тебе. Так что прими его в знак того, как я признателен. - Но я… Я и не думал… - Я знаю. Я сам принял это решение. И прошу тебя принять его. - Вы ведь понимаете, что это неправильно. - Я сам решаю, что правильно, а что нет,- ответил уверенно альфа.- Ты примешь его? - Я… не могу… - Можешь. - Но я… - Ты мой слуга. И мой… друг. Конечно, я желаю, чтобы тебя окружали прекрасные вещи. И хочу… подарить тебе радость. - Радость…- повторил растерянно омега.- Хорошо, я приму его. Благодарю Вас,- он улыбнулся, так что у принца на несколько мгновений сердце перестало биться, настолько прекрасен и нежен он сейчас был. ‘’Когда ты увидишь нечто, заставляющее твое сердце останавливаться, когда ты не сможешь отвести от этого глаз, когда пожелаешь оберегать это, когда перестанешь видеть в этом изъяны – тогда ты поймешь, что такое красота.’’ И Эрнальд теперь понял, что значили эти слова, которые папа написал ему незадолго до смерти. Принц до сей поры хранил это письмо и никому не позволял его касаться. Теперь он понял, что Кай – это и есть красота. Само воплощение красоты. Прав был тот селянин. Он хотел, покупая цепочку, чтобы Кай улыбнулся, ведь с самого начала пути он был так печален, и ничего не могло взвеселить его. Теперь же он повеселел, хоть и ненадолго. Как показать свое расположение к омеге он не знал, лишь одаривая его драгоценностями и шелками, но Каю оказалось этого не нужно.