На перекрестке

- А ты не думаешь, что они тоже заминированы? – спрашивает Лафейсон телохранителя, когда мотоцикл притормаживает на перекрестке, за три квартала от горящего здания завода. Бартон отрицательно качает головой: - Лаборатории уже должны были войти в режим карантина. Таковы инструкции. Сейчас туда съедутся Стрелки со всего Лада. Там Вы будете в безопасности. Локи передергивает плечами – что толку от Стрелков, если кто-то решился здесь все взорвать. Впрочем, Лафейсон привык – и эта привычка не раз вытаскивала его из самых затруднительных ситуаций – безоговорочно доверять Клинту. Особенно в вопросах собственной безопасности. Но взрыв! Случай был беспрецедентным. Пускай в последнее десятилетие проблема кислорода в мегаполисах не стояла так остро – все же сжигать под куполом что-либо, продуцируя выброс углекислого газа, категорически воспрещалось. И преследовалось законом. А тут в огне оказалось целое здание. Завод. Его завод, черт возьми! Когда байк тормозит у здания фармакологической лаборатории, навстречу уже торопятся медики в сопровождении пары Стрелков. - Я в порядке, - отмахиваясь, злится на подчиненных Локи. – Лучше посмотрите его. Неужели не видно, что у него вся одежда в крови? - Потом, это может подождать, - не терпящим возражений тоном командует Клинт. – Сейчас нужно позаботиться о безопасности мистера Лафейсона. Локи шагами меряет лабораторное помещение, находящееся глубоко под землей. Сотовый, конечно же, не ловит, и приходится возиться с допотопным стационарным телефоном, путаясь в тянущихся по полу проводах. Неловко придерживая плечом трубку, он то нервно поглядывает, как из Стрелка один за другим извлекают осколки и накладывают повязки, то отворачивается к стене и зло шипит на невидимого собеседника: - Чего вы ждете, я вас спрашиваю? На черта мне сдался отдел пресс-службы, если вы не можете выдать в эфир удобоваримую информацию?!.. А меня не волнует!.. Что? Да. И, так, на заметку: если я не увижу в четырёхчасовых новостях официальное заявление, считайте, что ваша должность объявлена вакантной. Он кладет трубку и отставляет в сторону мешающий аппарат. Косится на возящегося у компьютера сотрудника лаборатории – тот судорожно пытается подключится к сети «Тессеракта», но раз за разом терпит неудачу. - Ты как? – спрашивает у Клинта. Телохранитель, которому как раз закончили дезинфицировать последний порез, вскидывает на обеспокоенного хозяина взгляд и улыбается: - Лучше всех, мистер Лафейсон. Он натягивает новую рубашку и поднимается на ноги. - Ты куда это намылился? – с удивлением смотрит на Хоукая Локи. - Поеду, привезу обратно Вашу игрушку. Сейчас проверим его маячок. - Спорю на что угодно, он ломанулся к дражайшей сестрице, - хмыкает Локи. Бартон оттесняет лаборанта от компьютера, и тот, стушевываясь под взглядом Лафейсона, быстро покидает помещение. А Локи, наконец, задает мучающий его вопрос: - Это было покушение? - Вряд ли. Взрыв – не самый подходящий вариант. Время, место, присутствие репортеров, – все слишком демонстративно. Думаю, это было предупреждение… Тебе угрожают, Локи, - Бартон подключается к сети, выводя на экран список следящих устройств. Отсеивает ненужные. – А вот и Ваш Гладиатор. В доме Джейн. Я съезжу за ним. Локи пропускает его реплику мимо ушей. Спохватывается, только когда Клинт просит дать ему дистанционный пульт от ошейника. Протягивает Стрелку ДУ – и снова погружается в собственные мысли: «Есть только один человек, угрозы которого настолько взрывоопасны… Говард». ________________ Конечно, разум подсказывал этого не делать. Конечно, Тор пытался сохранить остатки благоразумия, уговаривая себя оставаться на месте. Но когда Стрелок бросился прикрывать драгоценную шкурку Денди… А массивное здание завода содрогнулось от взрыва… Конечно, такой неразберихой нельзя было не воспользоваться. Прикрываясь от вездесущих осколков, Тор выскакивает на проезжую часть и, не обращая внимания на визг тормозов и гудки клаксонов, в несколько секунд добирается до противоположной стороны улицы. Сворачивая в первую же щель между безликими офисными зданиями. Не то, чтобы он помнил в Ладе каждую подворотню. Но о том, как выскочить на соседний проспект, представление имел. Пойманное на углу такси. Наспех брошенный адрес. Оплатой служат дорогущие часы, которые в комплекте шли к преподнесенному Лафейсоном костюму. Надо добраться до Джейн раньше него. Нужно сказать сестре, что Лафеи все-таки вышли на них. И что сейчас – как раз самое время воплотить в жизнь план Брюса. «Чертов Лафейсон, - как будто мантру, повторяет про себя Тор, оглядываясь в знакомом дворе. – Где-то здесь должны быть его агенты. Но вот где?» Но на размышления времени нет. Одинсон бегом направляется к подъезду, набирает не меняющийся годами шифр – и спешит на нужный этаж. Второй, третий, четвертый – и уже на лестничной площадке его ждет неприятный сюрприз. Недалеко от лифта лежит девушка. Она либо без сознания, либо мертва, но Тора пугает не это: под ее блузкой угадываются очертания пластин – такие же Одинсон часто видел на Бартоне, когда он сменял костюм Стрелка на обычную, цивильную одежду. «Если девушка – Стрелок… О Господи…» - Джейн! Где ты? Распахнутая входная дверь. Никто не отзывается, ни слова – абсолютная тишина. - Джейн?! – Тор влетает в крошечную квартирку, уже понимая, что сестры там нет. Но упрямство толкает его заглянуть на кухню, в ванную, в единственную жилую комнату. Одинсон в прострации смотрит на фотографии племянника и падает на диван. - Где же ты? Нечеловеческий рык рвется из горла, Тор запускает пятерню в растрепанную шевелюру. В мозгу бьется только одна мысль: «Не успел». Когда Стрелок выходит из машины возле подъезда Джейн Беннер, Тор как раз спускается по ступеням вниз. Бартон сразу понимает, что что-то не так: Гладиатор идет, пошатываясь, будто пьяный. И первая мысль Клинта - это, что парню хорошенько досталось от агента Романовой. Но вот Одинсон замечает его – и, рыча, словно раненный зверь, кидается на Хоукая: - Куда вы её дели, сволочи?! Куда?! Бартон уворачивается от ослепленного яростью Тора и нащупывает в кармане пульт, - ехать с этим бешенным Гладиатором в одной машине без порции электричества явно не получится. Разряд скручивает Тора дугой. Ноги подкашиваются, в глазах все плывет от боли. - Где Джейн? – сипит Одинсон, а затем затихает. Пару секунд Бартон смотрит на потерявшего сознание Тора, а затем открывает дверь фургона и затаскивает великана-Гладиатора внутрь. Хлопает дверцей. «И где же Джейн?» - Стрелок вскидывает взгляд на дом и, вынимая из кобуры пистолет, направляется к подъезду. ____________________ - Агент Романова была без сознания, дверь в квартиру открыта, внутри – никакого беспорядка. - Рядовые грабители не прошли бы мимо Стрелка, - Локи поджимает губы и сверлит взглядом телохранителя. Бартон и сам удивлен, что тут говорить. - А не мог Одинсон инсценировать ее побег? Вырубить Романову – и приказать сестре бежать? - Мы узнаем это, когда агент придет в себя. Впрочем, её сын по-прежнему в детском саду. Если Джейн там появится – ее будут ждать, - Локи качает головой. – Но я не думаю, что Беннер сбежала; она – мать и не оставила бы своего ребенка. Одинсон – в соседней комнате, на кушетке, приходит в себя после очередной терапии электричеством. Когда Лафейсон входит к нему, первое, что говорит Тор – это: - Извини. - Что? – непонимающе смотрит на Гладиатора Локи. - Извини, я не должен был сбегать. Не должен был ехать к Джейн. Тор поднимается и идет к Денди. Падает на колени у его ног: - Пожалуйста, только не трогай её. Только не трогай. Локи несколько секунд молча изучает коленопреклоненного Одинсона и, наконец, неловко произносит: - Тор, твоя сестра – не у меня. Гладиатор, который до этого не отрывал взгляда от пола, в упор смотрит на Лафейсона: - Что? Подрывается на ноги. - Что?! Как? - Хватит мять мою рубашку, - сквозь зубы шипит Лафейсон, когда руки Тора привычно сжимаются на белоснежном вороте. – Твою сестру похитили. Увели из-под носа у Стрелка. И это ты, Тор Одинсон, скажи мне – как, зачем и, главное, кто?