Пленница

Я стараюсь понять, что принцессе нужно время. Что как бы сильно мне не хотелось целовать, нужно дать Эльмире привыкнуть к новому положению и новой жизни. Осознать, что ей трудно вот так просто отказаться от всего, что было изучено в прошлом и просто отдаться своей любви. Поэтому я на пару дней предоставляю принцессе желанную свободу, оставляю в одиночестве гулять по моему дому, стараюсь не подходить лишний раз. Но время рядом с любимой - драгоценный подарок, который она подарила мне, я стараюсь не использовать без толку. Я невольно вспоминаю прошлое, с улыбкой готовя ужины и завтраки без помощи магии, и создаю уют в доме. Я отдаю принцессе лучшую комнату и каждый день приношу ей цветы. И стараюсь не видеть её потускневших глаз. Но так же я знаю, что должна выполнить своё обещание, свою драгоценную клятву, которая и подарила мне возвращение принцессы. Остановить войну. Быстро и почти бескровно. Ведь именно этого Эльмира и ждёт от меня. Вот только, как это сделать? Я сильна, но не всесильна. Я развивала своё могущество десятилетиями, веками, и на своей территории могу одержать бесспорную победу. Но король не спешит пересекать границ зазеркалья. Он умён и хитёр. Он ловит в свою сети тех, кто сам выходит в мир людей, отчаянно надеясь стать его частью. На своей земле он расставляет кристаллы, он кладёт амулеты так, что даже я, попав в антимагическую ловушку, рискую стать беззащитной, подобно котёнку. И ещё он знает удивительно много о магии, о зазеркалье и о том, что в нём амулеты бессильны. Вот только откуда у него эти знания? Выпытал у пленников? Мне обязательно нужно это выяснить. Но в одном я уверена точно – для того, чтобы выиграть эту неравную битву, мне нужен артефакт, стократно увеличивающий магическую силу. Серебряная тиара. Старая как мир и сильная, как сама жизнь, эта вещица принадлежала одной из самых могущественных, воспетых в легендах колдуний – Огненной Ведьме. Прелестной и загадочной чаровнице, сочетающей внутри себя огромную силу, никогда не применявшей её во зло. Черноокой красавице, стоявшей подле прежнего магического короля, чтобы помогать ему охранять границы колдовских земель. Юной деве, чьё сердце навсегда было отдано людям. Наивной глупышке, погибшей от их безжалостных рук. Но где сейчас находится эта тиара укрыто от умных книг и красивых былин. Существовала ли она на самом деле? Никто не ведает. Было ли правдой то, что Огненную Ведьму убили, когда человеческий любовник снял чудесный оберег с её головы? Никто не знает. Передала ли тиару кому-то сама колдунья, или она потерялась в веках и рассыпалась в пыль после её смерти? Никому не известно. Вот только, слухи говорят ещё многое – у Огненной был ребёнок, тайный и укрытый от жестоких глаз войны, плод пылкой любви её и человеческого мужчины. И что именно своему малышу она и отдала это сокровище для защиты. Вот только я не верю этим слухам, просто не могу поверить, что великая колдунья смогла бы полюбить смертного. Что великая колдунья смогла бы доверить ему своё дитя и отдать свою силу, чтобы самой стать пеплом. А значит, самоё надежное решение, самое верное – тиара хранится в чёрной сокровищнице короля. В той самой, от которой я должна была получить ключ, обменяв его на тело моей прекрасной пленницы. Но сейчас я совсем не намерена её отдавать. *** И поэтому в этот день, в последний день перед моим триумфальным взломом, я впервые иду в покои принцессы. Точнее уже не в покои, а в уютную комнатку в моём доме, коей так хотела порадовать её тоскующее сердце. - Эльмира, я могу войти? – спрашиваю я, постучавшись, боясь бесцеремонно нарушить её блаженный покой. - Да, - голос моей златовласки еле слышен, отчего сердце сжимает холодная рука, но я всё равно переступаю заветный порог. И вижу, что моя бесценная принцесса сидит у окна, а взгляд её устремлён куда-то вдаль, туда, где остались её дом и прошлое. Её жизнь, которую я без жалости разрушила до основания. Её вера, которую я пошатнула одним мановением руки. И я понимаю, что она тоскует без них. - Чего ты хочешь? – Эльмира всё же поворачивает ко мне лицо, и я вновь вижу в голубых глазах печаль. Принцесса знает, зачем я пришла, и поэтому нервно теребит пальчиками подол ситцевого платья. Принцесса помнит, что я делала с её телом и поэтому на нежных щеках вновь расцветает румянец. - Моя Эльмира, - шепчу я, быстро подходя к ней, отчаянно желая заключить в объятия, но вместо этого лишь касаясь горящей щеки. – Ты любишь меня и хочешь быть со мною рядом. Я привела тебя в этот дом и в свою жизнь для того, чтобы окружить любовью и заботой. Ну почему радость в твоих глазах увядает? Я так хочу видеть тебя счастливой. Златовласка откидывает мою руку и низко опускает голову. Она всё ещё разочарована во мне, она мне больше не верит. И очень боится, что я причиню ей новую боль. - Ты силой заставила меня быть с тобой, и я покорилась этой силе, - шепчет она, не поднимая глаз. – Так что не говори, что я должна быть счастлива. И сердце вновь пропускает удар. Потому что я так сильно хотела, чтобы она осталась со мной, что решила украсть и скрыть её ото всех. Потому что я так сильно хотела её целовать, что сделала это почти насильно, чем пошатнула любовь в её сердце. И теперь принцесса совсем, совершенно не желает быть со мной. Она отвечала на мои поцелуи лишь из страха и тупого покорства, продиктованного моей властью. На самом деле мечтая лишь о том, чтобы я отпустила её на волю. - Принцесса, - вновь повторяю я ставшее ненавистным для неё имя, чувствуя мокрую пелену перед глазами, ощущая, как сердце сжимается внутри, желая распасться на тысячу осколков. – Я так люблю тебя, пожалуйста, умоляю, не отдаляйся от меня. Не уходи. И вновь вопреки всему беру её лицо в ладони и целую в губы, немного дрожа и отчаянно боясь, что она больше не ответит мне. Но Эльмира чувствует мою дрожь, она дрожит сама в моих объятиях, она трепещет и всё же отвечает на поцелуй. Робко, несмело она раскрывает губы навстречу моим, даря мне надежду. Давая понять, что моя страсть не так безнадёжна, как мне казалось минуту назад. Давая мне ещё один шанс завоевать её любовь. И поэтому я продолжаю целовать её, наслаждаясь нашим общим дыханием и её близостью. Глажу её хрупкий стан и толкаю на постель. Но, оказавшись на простынях, принцесса вновь теряется, вздрагивает всем телом и пытается вырваться. И я только сейчас понимаю, что в этих ласках она боится не только меня. Эльмира боится и себя самой, боится своих первых чувств и сладострастных желаний. Она ещё страшится совершить смертный грех, опозорив тем самым отца и оставленную страну. - Эльмира, не бойся, - шепчу я, продолжая целовать её, стараясь губами передать хоть часть тех чувств, что она подарила мне. – Твои желания, твои чувства совершенно нормальны. Желать целовать любимого человека, желать слиться с ним воедино – это и есть самый главный закон вселенной. И принцесса вновь прислушивается к моим словам, кивая, пытаясь расслабиться в моих руках и позволяя снять с себя тонкое платье. Позволяя моим рукам бесстыже ласкать своё тело, уже не повинуясь дурману, но прислушиваясь к своим настоящим чувствам, повинуясь своим естественным желаниям. И в какой-то момент она перестаёт бояться, она тянется ко мне сама и несмело касается губ. Она сама помогает мне снять одежду, желая насладиться и моим телом. Принцесса ещё так молода, и ей всё интересно, ей нравится чувствовать мягкость моей кожи под своими пальцами. Ей нравится касаться моей груди, вырывая с губ чувственные вздохи и нравится самой покрывать моё тело поцелуями. И это безумство тянется бесконечно в мире, где я сгораю от страсти и нежности, желая научить свою маленькую воспитанницу всему, что знаю сама. Где я показываю ей места, прикосновения к которым отдаются дрожью желания в теле. Где я учу её, как получать наслаждение самой и доставлять его другому. Где она раскрывается полностью, отдавая мне всю себя и давая понять, что она уже стала моей. Но моя златовласка всё равно смущается и закрывает лицо руками, когда я опускаюсь вниз, раздвигая её стройные ножки, чтобы коснуться пылающего лона. И сейчас ей снова немного страшно и очень любопытно, сумеет ли она почувствовать вязкое удовольствие без магического напитка. Но ей так же хорошо, как и тогда. Я вижу это, я чувствую это своими губами, я слышу это в её стонах. И сейчас, мне бы очень хотелось остаться с моей малышкой, сжимая её липкое от пота первого сознательного наслаждения тело и зарываясь носом в пушистые волосы. Мне бы очень хотелось провести с ней ночь, лёжа рядом в одной постели. Вот только поставленная миссия не терпит отлагательств, и я поднимаюсь с простыней, чтобы одеться. - Куда ты? – лицо моей златовласки немного обиженно и встревоженно, когда она видит, что я начинаю натягивать походное платье. - Не волнуйся, Эльмира, - нежно улыбаюсь я, радуясь тому, что она тоже хотела остаться со мной. – Я вернусь к утру. - Останься, - принцесса неожиданно вскакивает на ноги, крепко прижимаясь ко мне. И мне до боли хочется последовать её мольбе, плюнуть на все мирские проблемы и увести мою маленькую воспитанницу далеко-далеко, туда, где латы войны никогда не смогут добраться до неё. Вот только я понимаю, что принцесса слишком ответственна, что она будет переживать из-за чужих смертей и никогда не простит мне очередной лжи. Поэтому, во что бы мне это ни стало, выполню данное обещание. - Мне нужно достать одну вещь, Эльмира, - шепчу я, вновь касаясь сладких губ. – С помощью которой я смогу остановить твоего отца. И девушка встряхивает волосами, соглашаясь, а после отстраняется, понимая всю важность ситуации. А я опускаюсь на корточки, чертя прямо на полу магическую пентаграмму для перемещения. И, уже исчезая в магическом свете, слышу тихие слова: - Возвращайся.