Пленница

Очередная душная ночь. Жаркая вязкая темнота кругом, и желанная златовласка в моих объятиях. Сейчас, лёжа на подушках с полуприкрытыми глазами, она кажется какой-то томной и почти совсем расслабленной, но я точно знаю, что ошибаюсь, так как алые губки слегка приоткрыты, словно приглашают прикоснуться к ним. Что я и делаю в следующую минуту, нависая нам моей маленькой пленницей, и сама попадаю в плен чарующего поцелуя, наслаждаясь громким дыханием в унисон и мыслями о том, что больше меж нами нет запретов. Тем, что между нами нет больше тайн, и поэтому мои губы продолжают скользить всё ниже, лаская нежную кожу на шейке, срывая с уст чувственные вздохи, что заставляют так же сильно трепетать изнутри меня саму. Это очередная игра, когда она притворяется спящей, когда я вновь становлюсь её искусительницей. И поэтому я не останавливаюсь ни на минуту, подавляя всё возрастающее желание ласкать себя, чтобы казаться такой же сосредоточенной, когда горячий, немного длиннее человеческого язык, медленно чертит алеющий ореол соска. Для того, чтобы с истинным наслаждением смотреть, как принцесса, впервые за эту душную ночь, закусывает нижнюю губку, отчаянно стараясь оставаться спокойной, намереваясь выиграть свой ценный приз. Но и на этот раз, как и в сотне ночей до этого, она не может оставаться отстранённой, когда мои губы плавно скользят по плоскому животику, изводя кожу лёгкими поцелуями, а пальчики ласкают юные груди, осторожно сжимая напряжённые соски. Я знаю, что это нравится ей, знаю, что она не сможет оставаться спокойной долго, в то время как для меня всё сливается в один безумный комок из мокрых от пота и желания тел. Вот только мои изводящие ласки совсем не стоят на месте, и, когда я развожу стройные ножки в стороны, открывая прекрасный обзор на самое тайное место на теле моей златовласки, принцесса срывается. Не желая больше ждать, она протяжно стонет и подаётся вниз, прижимаясь ко мне всем телом, снова соединяя наши губы в уже далеко не робком, влажном и полном неистовой страсти поцелуе. И я исполняю её немое желание слиться воедино, принимая любовницу к себе ещё ближе одной рукой и чувствуя ножки, обхватывающие мою талию. Последний штрих и протяжный стон, когда я снова веду свободной ладонью по её груди вниз, чтобы едва коснувшись живота, создать меж нами необходимое расстояние и ввести пальцы в её разгоряченное лоно. Чтобы наблюдать, как моя Эльмира отклоняется назад, захваченная силой собственной страсти, когда я ласкаю её одновременно внутри и снаружи. Когда в её полуприкрытых глазах снова отражаются язычки пламени, возвещающие о бушующей внутри магии. И как в моих объятиях златовласка забывает о предстоящей войне, брошенном отце и своих страхах. Вот только отведённое время подходит к концу, а собственное тело продолжает требовать уплаты долга, когда я вновь опускаю влажную от пота принцессу на подушки и вынимаю из неё пальчики, подарив уйму наслаждения и так и не дав самого главного. Моя малышка уже знает, чего хочу я, поэтому издаёт лишь один обиженный стон и смешно морщит нос, но всё же берёт в рот мои пальцы, ещё блестящие от собственных соков. А в следующую минуту уж кладёт меня на лопатки, оказываясь вверху и седлая бёдра. Моя принцесса, сейчас в её блестящих глазах отражается глубокая ночь, когда она опускается ниже, начиная ласкать моё тело. Давая мне полностью задохнуться от нахлынувшего счастья взаимности. *** - Лиэль, так ты расскажешь мне о матери? – тихо шепчет Эльмира, доверительно утыкаясь носом мне в плечо после полученного удовольствия, и снова вспоминая о своих печалях. – Ты ведь знаешь об Огненной Ведьме, правда? В её голосе слышится такая надежда, что я, не слышавшая о таинственной хранительнице тиары ничего, кроме красивых легенд, всё же начинаю говорить: - Никто не знает об Огненной Ведьме точно, ни где родилась, ни откуда она пришла, - а перед глазами уже встаёт моя родная деревня, и я вижу себя маленькой девочкой, сидящей на корточках у потрескивающего костра мудрой рассказчицы. – Но однажды она появилась на пороге дворца Колдовского Короля, возникнув, точно из неоткуда. Её стройные ноги были босы и изранены камнями от долгих странствий, а одежды давно уже превратились в лохмотья, но девушка с огненно-рыжими волосами держалась очень уверенно, требуя аудиенции самого правителя. Разумеется, поначалу её не пустили, сочтя простой сумасшедшей, но она упорно приходила снова и снова, утверждая, что она – могущественная колдунья и готова стоять подле трона самого короля… - Как же давно это было? – перебивает принцесса, поднимая на меня полные интереса голубые глаза. - Давно, моя милая, - эхом отвечаю я, гладя её по волосам и снова прижимая к себе. – Пожалуй, я сама ещё не родилась, когда возникла эта легенда. Говорили, что Огненная Ведьма бессмертна, до того случая, пока. Но всё по порядку, так что слушай не перебивая, моя Эльмира… После чего я закрываю глаза, воссоздавая перед внутренним взором величественный белокаменный замок и хрупкую рыжеволосую деву, твердящую, что в веках она станет великой волшебницей.