Моё прекрасное несчастье

POV Killian.       С самого утра я не находил себе места. Солнце медленно приближалось к зениту, а это означало, что скоро я должен быть в замке. Честно говоря, я был не в восторге от идеи Эммы. Я страстно желал увидеть ее, обнять, ощутить вкус поцелуя, но мне совсем не хотелось предстать перед ее отцом, королем, с которым мы, прямо скажем, не поладили с самого начала «Однако если от этого Эмма станет счастливее, я готов!» - сказал я себе, заставляя ноги двигаться к замку. Я не стал тратить деньги на новый костюм или что-то сверхъестественное, и пошел таким, какой есть. Сказать честно, я волновался. Не хотел снова видеть это отчуждение и недоверие в глазах, по отношению к себе. Однако моя тяга к Эмме была настолько сильна, что все остальное меркло, по сравнению с ней.       Дворцовая стража пропустила меня без проблем. Видимо, они были заранее осведомлены о моём прибытии. Я медленно миновал ворота, оглядываясь по сторонам. При свете дня все выглядело куда масштабнее и богаче, чем ночью. Я прошел через сад по подъездной дорожке, прокручивая в голове возможные варианты диалогов и событий. Задумавшись, я совсем не заметил, как Эмма Свон выбежала откуда-то из-за деревьев, очевидно, она ждала меня и, оказавшись рядом, крепко обняла. -Здравствуй, милая, - поздоровался я, зарываясь в густой шелк ее светлых волос и вдыхая всей грудью лёгкий цветочный запах. -Здравствуй! Наконец-то ты пришел. -Разве я опоздал? – я обнимал ее за талию, и она подняла на меня большие зеленые глаза. -Нет, что ты. Просто, я ужасно соскучилась. На душе сразу стало теплее, когда она сказала, что скучала. В доказательство того же, я поцеловал ее в щеку, в уголок губ, тем самым дразня. -Волнуешься? – спросила она, взяв меня за руку. Наши пальцы тут же переплелись. -Совсем немного. А ты? -Тоже, чуть-чуть. Я вчера говорила с отцом на счет тебя, - Эмма подняла на меня глаза. Мы медленно, рука об руку шли к замку. – Он вроде бы уже не настроен так категорично. Я все объяснила ему, сказала, как много это все значит для меня, и он согласился принять тебя сегодня. -А ты сказала ему,… ну ты понимаешь, - спросил я, намекая на то, как сильно мы близки. -Нет, - категорично заявило она. – Он просто вытянул из меня признание того, что ты мне нравишься и на этом, слава богу, все. Все подробности ему знать не обязательно. -Я тебе нравлюсь? – тут же воспользовался я случаем и спросил. В последние дни я осознал, что не могу жить без этой белокурой вредины. Я всем сердцем полюбил Эмму Свон. Я готов был кричать об этом. Но что чувствовала она? Неужели это была всего лишь влюбленность? Привязанность? Или же что-то большее. Я не хотел торопить события. Мы еще успеем сказать друг другу заветные слова, но чувствовала ли она то же самое? Эмма улыбнулась, кусая губу и опуская взгляд. -А ты разве не видишь? – хитро ответила она вопросом на вопрос и, встав на носочки, поцеловала мою скулу, оставляя на щеке горящий след. Я тоже улыбнулся, чувствуя себя самым счастливым, и сжав покрепче ее ладонь, стал увереннее переставлять ноги. Сегодня она была в платье глубокого синего цвета, которое делало ее глаза еще ярче. Мы вошли во дворец, и он показался мне огромным и неуютным. -Может, просто спрячемся у тебя в комнате? - предложил я. Эмма вздохнула. -Это именно то, чего мне сейчас хочется больше всего, но нам нужно быть на этом идиотском обеде. Они должны узнать тебя, - Эмма ободряюще улыбнулась мне. Мы остановились у больших дубовых дверей, за которыми вероятно ждали нас ее родители. Черт, мне хотелось провалиться сквозь землю! Но я должен был сделать это ради неё. Эмма уверенно сжала мою ладонь и гордо выпрямившись, распахнула дверь.       Мы оказались в просторном и уютном зале с высоким потолком. У дальней стены тлел высокий камин. В середине тянулся большой прямоугольный стол, накрытый к обеду. Две величественные фигуры стояли у камина спиной, и обернулись, как только услышали скрип открывающейся двери. Король и королева придирчиво оглядели нас, но старались быть дружелюбными. Их взгляды особенно зацепились за наши крепко сцепленные руки и то, как близко друг к другу мы стояли. Эмма потянула меня за собой, и мы приблизились к ее родителям. -Мама, папа, вы уже знакомы с Киллианом, поэтому думаю, представлять вас не стоит. Прекрасный кивнул, не выказывая впрочем, презрения ко мне. Белоснежка же выступила вперед и протянула мне руку. Нерешительно взяв ее, я быстро поцеловал королевскую руку и почтительно склонил голову. -Ваше Величество! Для меня честь оказаться здесь сегодня. Благодарю за эту возможность. Король и королева кивнули, Белоснежка улыбнулась мне. Видимо, с ней мы поладим быстрее, чем с отцом Эммы. -Ну что ж, Крюк, добро пожаловать. -Папа! – сурово, но сдержанно воскликнула Эмма, глядя на него и имея в виду его обращение ко мне. Я был не против Крюка, но все же Киллиан было более подходящим вариантом. -Обед давно на столе, - прервала Белоснежка, прекращая спор. – Давайте садиться. Она улыбнулась и указала жестом на стол в центре комнаты. Королева была очень сдержанной и милой. У неё было мало сходств с Эммой, но она была невероятно красива: темные волосы, уложенные в сложную прическу, голубые с зеленоватым оттенком глаза, бледная гладкая кожа. Эмма больше походила на отца, его глаза, светлые волосы, волевой подбородок. Разве что глаза у неё были ярко зелеными, как сочная весенняя трава или изумруды, а не голубыми. Король и королева заняли места напротив нас. Я пододвинул Эмме стул, и сам сел рядом, оказавшись напротив Белоснежки. Мы принялись за еду. В зале почти осязаемо царили молчание и напряжение. Наконец, первой нарушила эту бессловесную муку королева. -Раз уж вы посвятили нас в это, - она по очереди взглянула на нас с Эммой. – Я имею в виду ваше знакомство и… общение, не хотите ли рассказать подробнее? Да уж, молчание, наверно, было лучше. Не сговариваясь, мы с Эммой переглянулись, словно спрашивая друг друга мысленно что говорить, а что нет. Эмма поджала губы и обернулась к матери. -Что именно тебя интересует, мама? Во взгляде Эммы было плохо скрываемое недовольство. Видимо, она опасалась таких разговоров. -Да, все. Например, почему вы подружились? Пальцы Эммы чуть сжали скатерть, но держалась она невозмутимо. По крайне мере внешне. -О том, как мы познакомились, вы уже знаете. Это был весьма странный случай. Мы не придали этому значения, но встретившись во второй раз, решили, что это уже судьба. Эмма заметно расслабилась, стоило только начать говорить, и с улыбкой взглянула на меня. Я ответил ей тем же, стараясь подбодрить. Однако, заметив наши перегляды, король взял слово. -Мы ведь пригласили Киллиана с целью узнать больше о нем, - он многозначительно посмотрел на меня, заставляя внутренне съежится. -Моя история не так интересна, как кажется, - нерешительно ответил я. -Сомневаюсь. Разве быть пиратом так уж скучно? В голосе Прекрасного сквозила усмешка, а в словах так и читался скрытый подтекст. Но я старался показать себя с лучшей стороны, старался быть выше этого всего. -Ваше Величество! Может я и пират в прошлом, но не теперь. Я Киллиан Джонс, - я сделал паузу и с вызовом посмотрел на короля. – После того, как я решил завязать со всем этим, я зарабатывал на жизнь разными способами: чинил корабли и мелкие судна, перевозил товар… -Соблазнял девушек, - добавил Прекрасный, заставив меня тут же смутиться. -Папа! – вскрикнула с упреком Эмма. В тот момент мне казалось, что ее глаза мечут молнии. -Поверьте, все это всего лишь слухи, - спокойно ответил я. – Очевидно, многим девушкам просто хотелось так думать и они сами породили этот бред. -Считаешь, они хотели стать опороченными? – бровь короля подскочила вверх. В этот момент Эмма сжала мою руку под столом, и я тут же почувствовал прилив спокойствия. -Похоже на то, - сказал я, на что у короля не нашлось колкого ответа. -Киллиан, - заговорила Белоснежка, вновь пытаясь погасить конфликт. – Эмма что-то говорила о море и суднах. У Вас есть собственный корабль? Я облегченно вздохнул и почувствовал то же самое со стороны Эммы. Ее пальцы чуть расслабились, и она с благодарностью взглянула на мать. -О да! – воодушевленно воскликнул я, радуясь смене темы. – Мой корабль – «Веселый Роджер» всегда остается со мной. Я метафорично называю его своим домом, ведь он всегда служил мне пристанищем. Мы с ним очень многое пережили. -У Вас есть семья? Родители? А вот это был неловкий вопрос. До сих пор, никому и никогда, я не рассказывал о своей семье, которая впрочем, у меня когда-то была. -Нет, - серьезно ответил я. – Родители умерли, когда мы с братом были совсем юными. Эмма удивленно взглянула на меня, видимо понимая, как мало она знает обо мне. -Вы сказали с братом? Где же он? -Мой брат – Лиам, погиб. Довольно давно. Но он тоже всегда со мной. Всегда был, есть и будет. -Простите, Киллиан. Я не знала и мне очень жаль. На лице Белоснежки проявились скорбь и сострадание. -Ничего, не извиняйтесь, Ваше Величество. Наступило молчание. Мы молча стучали вилками и ножами. Изредка, я ловил взгляд Эммы и чуть улыбался ей уголком губ. Она нервничала. Ее плечи и спина были сильно напряжены. -Но не будем же о грустном, - сказал король. – Итак, Киллиан! Нравится ли тебе Эмма? Что ты думаешь о ней? Эмма чуть не подавилась, услышав вопрос отца, и сурово посмотрела на него. -Пап, давай не будем говорить так, будто меня здесь нет. И этот вопрос неуместен. -Почему же? Ведь Киллиану нечего скрывать. Так ведь? – он с вызовом посмотрел на меня. Внешне он выглядел невозмутимо, но все время, проведённое здесь, я практически чувствовал его неприязнь ко мне. -Папа, мы же договаривались. Хватит! – Эмма начинала злиться, и это могло обернуться бурей. -Эмма, все хорошо, - я улыбнулся ей и вновь перевел взгляд на Прекрасного. – Мне действительно нечего скрывать. Ваша дочь - удивительная девушка. Думаю, судьба преподнесла мне неоценимый подарок, сведя с ней. К тому же, она невероятно милая, смешная и храбрая. Простите, но мне кажется, Вам нужно больше доверять ей и не так сильно опекать. -На правах отца лишь мне решать, как и сколько ее опекать. -Конечно. Я лишь посоветовал, – пошел я на попятную, возможно выставляя его тираном в глазах дочери. -Должен сразу же отметить, что моя дочь – очень воспитанная и образованная девушка. Надеюсь, она не станет распущеннее от такого общения. Но, думаю, ты и так понимаешь, что она создана для роскоши и красивой жизни. -И, по-вашему, со мной у неё всего этого не будет, - растолковал я его слова. Признаться, я смутно понимал, куда он клонит. Или же просто не хотел понимать. -Неужели ты на что-то рассчитывал? Из года в год лучшие графы и принцы добиваются ее руки, но до сих пор внимания удостоился лишь ты, что очень удивительно. Кто бы знал, как сильно я ненавидел Прекрасного в тот момент. -Вы считаете, что раз я не граф и не принц, я не достоин ее? Почему все всегда ссылается к титулу? – возмутился я. -Моя дочь – будущая королева. Она не создана для пирата. Его слова больно задели меня. Для Эммы же, это стало последней каплей. Вырвав у меня руку, она громко, со стуком, опустила вилку на стол и вскочила. Моргнув, я решил, что мне показалось, будто я видел голубоватые искры, посыпавшиеся из кончиков ее пальцев прямо на платье. -Почему все всегда обязательно нужно испортить? Папа, ты сам себя слышишь? Ты распоряжаешься мной, как собственностью, вещью. Что за бред ты несешь?! С меня хватит! Выкрикнув все в лицо отцу, Эмма развернулась и кинулась к выходу. Я тут же вскочил. -Прошу меня извинить, - учтиво сказал я, преклоняя голову перед королем и королевой, и побежал за Эммой.       Я нашел ее в коридоре. Она стояла, прижавшись спиной к колонне и закрыв глаза. Я подошел к ней и провел рукой по лбу, призывая открыть глаза. -Киллиан, я не могу смотреть тебе в глаза, - сказала она, опуская голову. – Мне так стыдно, что я готова провалиться сквозь землю! Умоляю, прости. Я совсем не думала, что все так выйдет. В ее голосе было столько отчаяния. -Эмма, посмотри на меня, - твердо сказал я. Она наконец-то подняла на меня глаза. – Все нормально. Тебе не за что извиняться и стыдиться. Я привык к отрицательным мнениям о себе. Эмма прикусила губу и кивнула. Одна прядь из ее прически выбилась и упала на лицо. Погладив ее по щеке, я улыбнулся. -Пойдем, - сказала она и взяла меня за руку. – Посидим в саду.       Июльский день был в самом разгаре. На улице было очень жарко, и мы поспешили укрыться среди раскидистых деревьев и аллей. Какое то время мы просто молча гуляли, держась за руки, и наслаждаясь присутствием друг друга. Эмма все еще была расстроена из-за того что все так сложилось за обедом, но спустя немного времени, мне удалось развеселить ее. Когда мы оказались под огромным тенистым дубом, который своими длинными ветвями создавал маленький, уютный и закрытый от других глаз мирок, Эмма остановилась и осмотрелась по сторонам. -Кого ты высматриваешь? – спросил я. -Наоборот, смотрю, чтобы вокруг не было ни души. -С чего вдруг такая скрытность? – удивился я. Эмма обернулась ко мне. В ее ярких глазах загорелся дьявольский огонек. -С того что меня уже тошнит от официальности и если сейчас же ты меня нормально не поцелуешь, я сойду с ума. Я улыбнулся, понимая, насколько схожи наши желания. -Правда? – тихо спросил я, подходя к ней вплотную и обхватывая за талию. -Ага. Правдивее некуда, - Эмма вскинула голову для поцелуя, но я решил немного подразнить ее, опуская голову к ее плечу и едва касаясь его губами. Проложив дорожку из поцелуев от ее ключицы к щеке, я почувствовал, как она дрожит, еле ощутимо. -Джонс, ты издеваешься?! – прохрипела Эмма, чуть краснея. -Ага, - бросил я, снова приникая к ее шее. -Когда-нибудь, я убью тебя, - проворчала она, хватая мое лицо в ладони и притягивая к себе. Я больше не мог сопротивляться и поддался на поцелуй. Она была намного смелее, чем раньше, целовала меня с такой страстью, что в легких едва хватало воздуха. -Я быстрее умру от твоих поцелуев, чем ты убьешь меня, - сказал я, когда она отстранилась. -Ну, так, - Эмма подмигнула мне. – Учусь у великого учителя. -Да уж, вся в меня, моя разбойница. Эмма улыбнулась той самой загадочной, лукавой и одновременно милой улыбкой, в которую я влюбился в ту первую ночь в башне.       Мы побрели дальше, только теперь она взяла меня под руку. Среди розовых кустов различных оттенков и цветущих кустарников, на ветке могучего дерева висели простые веревочные качели. В этом уголке сада было особенно уютно и красиво. -Именно здесь я люблю проводить огромное количество свободного времени, - объяснила Эмма, замечая мой зачарованный взгляд. -Красиво… Она улыбнулась и села на качели, расправив ультрамариновые юбки платья. Было жарко, и Эмма приспустила рукава платья, оголив плечи, насколько можно было. Очарованный ее удивительной красотой, я будто во сне легко раскачивал ее на качели. -Почему ты не рассказывал мне о своем прошлом? О семье, - Эмма посмотрела вверх, заглядывая мне в глаза. -Это не так интересно. Да и я не особо люблю говорить об этом, - тихо ответил я. -Потому что тебе больно вспоминать? -Да. Да, наверное, это одна из причин. Эмма погрустнела, видя боль в моих глазах. Я, на самом деле, никогда и ни с кем не говорил о своей семье. И вспоминать о своем прошлом тоже не любил. Не хотел бередить старые раны, которые затягивались так долго и мучительно. Но Эмма другая. И я знал, что могу открыться ей. -Как я уже сказал, родители умерли, когда я был совсем маленьким. Тогда были сложные времена. Болезни и голод унесли множество жизней. Мы с братом остались одни. Он был старше и заботился обо мне. Хотя позже мы всегда были наравне. Он стал капитаном, а я – лейтенантом. Любовь к морю у нас, можно сказать семейная. Мы с Лиамом избороздили все мыслимые моря и океаны, побывали в сотне стран и жили по-настоящему счастливо. Мы были молоды, свободны… -Но все хорошее когда-нибудь заканчивается… - грустно дополнила Эмма. -Да. Однажды мы отправились в плаванье по поручению короля. Он велел нам добыть растение, которое по слухам способно было избавить человека от любого недуга. Тогда, в королевстве наступила бы новая эра, счастливая, без болезней и горестей. Мы согласились послужить народу и его будущему. Лишь оказавшись на острове, мы с братом узнали, что король обманул нас. Растение было, но свойство его было совсем иным. Оно несло смерть. Одна капля его яда была способна сразить целое войско. Король стремился начать войну. Я сделал паузу, подходя к самой горькой части. Воспоминания водоворотом закружились вокруг меня, и я уже не видел ни сада, ни Эммы. Я снова был там, на проклятом острове, моля о чуде и взывая брата к жизни. -Я уговаривал брата уплыть, зажить в новом королевстве не доставив ничего королю. Но брат не поверил ужасным слухам о нашем правителе. Он был слишком доверчив к людям, и подумать не мог, что король замыслил нечто ужасное. Чтобы доказать мне невиновность короля, он срезал ветку растения и оцарапал им руку. Ничего не происходило, и я искренне радовался, что мои опасения ложны. Но уже через минуту брат упал как подкошенный. Его рука посинела и онемела, а за ней и все тело. Я звал на помощь, пытался дотащить его до корабля, сделать хоть что-нибудь! Лиам умер спустя четверть часа. Я долго не мог смириться с этим, винил себя. Потеряв самого близкого и родного человека, я потерял и самого себя. Обозлившись на то, что допустил его смерть, я стал пиратом и моим пристанищем стал «Веселый Роджер». В тот день я потерял всё: семью, поддержку, дом и самого себя. Я находил утешение в море, грабя чужие судна, забываясь в алкоголе…       Я вернулся к реальности, только лишь почувствовав, как маленькая ладонь Эммы сжимает мою. Я сфокусировал взгляд на ее лице. В ее глазах стояли слезы сочувствия, и я пожалел что нажаловался. Я не любил, когда меня жалели. Эмма поднялась на ноги и крепко обняла меня за шею, приподнимаясь на носочки. -Но ведь теперь ты обрел себя снова? -Не знаю. Возможно, тот Киллиан утерян навсегда. А может, и нет, - я опустил ладонь на ее затылок. – Ты возвращаешь меня к жизни. С тобой я больше похож на себя настоящего. Не знаю, что бы со мной было, не встреть я тебя. -Теперь я твоё утешение, - Эмма поцеловала мой еле заметный шрам на скуле. – И не вини себя. Мы все совершаем ошибки или думаем, что совершили. Главное осознать, что ты сделал не так, встать на путь искупления. -Спасибо, - просто ответил я, пряча лицо в ее волосах. Рядом с ней боль от воспоминаний прошла намного быстрее. Рядом с ней я был другим, я был настоящим. Какое-то время мы просто стояли, обнявшись, и иногда легко целовали друг друга. -Родители не хватятся тебя? – тихо спросил я, гладя ее по плечу. -Плевать! Не хочу отпускать тебя. -И все же, нам, наверное, пора возвращаться. Эмма тяжело вздохнула, отстраняясь. -Пойдем. Нам еще предстоит инквизиторский допрос, - она театрально приложила руку к лицу. Не размыкая рук, мы не спеша пробирались обратно к замку.       Стоило нам приблизиться главному входу, как Эмма тут же напряглась и сильнее прижалась ко мне. Проследив за ее взглядом, я и сам напрягся. К нам приближался король. Эмма выпрямилась, молниеносно поправив рукава платья, и с вызовом смотрела на приближающегося отца. -Эмма, Киллиан. Хорошо, что вы здесь, - в голосе короля больше не было насмешки или гнева. Он выглядел очень дружелюбно и безмятежно, что настораживало меня. -В чем дело? – спросила Эмма. -Я бы хотел поговорить с Киллианом, если он сам не против. Мы с Эммой быстро переглянулись. Она покачала головой из стороны в сторону, поджав губы, но я не собирался прятаться за ее спиной. -Конечно, нет, я не против, - я чуть склонил голову перед Прекрасным. -Тогда может, отойдем, на пару слов? Эмма, будь добра, подожди здесь. Свон ничего не возразила, но сурово и с предостережением взглянула на отца. Он улыбнулся ей и кивнул, давая понять, видимо, что все хорошо. Мы отошли в сторону, за противоположную стену замка. Признаться, я нервничал. «Что если он прикажет мне никогда не возвращаться?» - думал я. Это конечно бы не остановило меня. И все же, мне было не по себе. -Киллиан Джонс, - начал Прекрасный. – Я хочу принести свои искренние извинения за все, сказанное мной за обедом. Я был не совсем прав на счет тебя. Я был крайне удивлен его словами, ведь я ожидал чего угодно, но не извинений. Я ограничился кивком. -Киллиан, ты просто должен знать. Эмма – все, что у меня есть. Я безумно люблю ее и забочусь. Я хочу как лучше для неё самой. Меня пугали слухи и твоя дурная слава. Но понаблюдав за вами, я сомневаюсь, что был прав. И еще Белоснежка. Она убедила меня извиниться, и… - он сделал паузу. – В общем, дать тебе шанс. Вот это да! Мало того что король принёс мне свои извинения, он одобрил наше общение с его дочерью. Уж не уловка ли это? -Вы серьёзно, Ваше Величество? Король засмеялся, ложа руку мне на плечо. -Да, я серьёзно. Просто я вижу, как она смотрит на тебя. Признаться, и по тебе видно, как сильно она тебе нравится. Однако должен предупредить, - его голос стал жестким, в нем проступил металл. – Моя дочь никогда не должна познать боль разбитого сердца или разочарования. Никогда не должна плакать или страдать. Прими к сведению, если хочешь жить. Он снова улыбнулся. Его резкие смены настроения настораживали меня. Но я понимал. Он всем сердцем любил дочь и был готов уничтожить любого, кто навредит ей. -Я понимаю, Ваше Величество. И я клянусь, пока я рядом с ней, она не узнает, что такое боль. Я никогда ее не брошу, какие бы силы не пытались разлучить нас. Даю слово. Король кивнул, довольный моими словами. -Ну что ж, не буду больше задерживать тебя. Я снова кивнул, собираясь откланяться, но король приостановил меня. -Ах да, и еще одно, - он снова был суров. – Не смей распускать руки. Я с трудом сдерживал себя, чтобы сохранять серьёзность. Знал бы он обо всем, что уже произошло между нами, о той ночи в ее спальне. Да, он бы точно убил меня тогда. -В моём случае, это не так уж и возможно, - улыбнулся я, помахивая крюком. Усмехнувшись, мы синхронно кивнули, и я поспешил назад, где должна была ждать Эмма.       Она стояла спиной ко мне, прижав руки к груди. Мне показалось, что она очень скованна и тревожна. Я мягко положил руку ей на плечо, от чего она вздрогнула и обернулась. Теперь, беспокойство настигло меня. Лицо Эммы было бледным и перекошенным от страха и тревоги. -Эй, все хорошо. Не стоило так волноваться, милая, - начал я успокаивать ее, но она прервала меня, выставив вперед руку. -Все плохо. Она пугала меня. Что могло произойти за те десять минут, что я разговаривал с королем? Я молча ждал объяснений, сердце участило ритм. -Джонатан, - произнесла Эмма бледными губами. Ее руки дрожали, в глазах плескались тревога и отчаяние. – Он знает.