Без громких труб и шумных барабанов, или Спорщицы

У людей существует много неписаных законов, смысла которых они не понимают, но соблюдают их, не задумываясь. Обычно бессознательным образом поступает коллектив, когда ситуация не предусматривает действий отдельной личности, однако, в случае противостояния, этой личности рекомендуется, при встрече с коллективным сознанием, оказаться не слабее его. Один, могущий выйти против всех, — это частая причина, по какой все могут принять одного за своего. Встречи новичков любым обществом сопровождаются некоторыми, в чем-то ритуальными действиями с обеих сторон, и действия эти не зависят от того, школьный ли класс принимает новенького или рабочий коллектив — свеженького. Люди всегда обсуждают новоприбывшего тем активней, чем меньше они о нем знают, и тем наглее и назойливее себя ведут, чем меньше у пришедшего было возможностей и времени проявить характер или продемонстрировать потенциал. От новичка ждут, что он произведет впечатление, при этом такое — какое устроит коллектив и не порушит имеющиеся в нем установки. Со стороны новичка ему не обязательно впечатление производить, зачастую его можно купить. Хотя в отдельно взятой стране покупка впечатления осуждалась, а законы таких торгов не афишировались, тем не менее, прекрасно было известно, что кому надо сказать, сделать и дать, чтобы все приняли одного. На ход ритуала по вливанию в окружение очень влияют дары, подносимые этому окружению, и, если жертва не принята, новичкам не стоит рассчитывать на расположение сильных коллектива, и, как следствие, коллектива целиком. Отвергнутым остается только вычленять отдельных личностей, сходиться с ними, проникать в группки по интересам, чтобы завести отношения, позволяющие хоть как-то устроиться, но это уже относится к разделу «как выжить в храме, если ты не из пантеона богов». О богах Средиземья, вернее, о воплощенных в нем стихиях, не знает только тот, кто не знает про Средиземье. Лора всех валар знала и уже не раз перебрала в памяти их имена, однако ни на ком не могла остановиться. Она совершенно не представляла — как с ними договариваться и возможно ли это вообще. — Юль, мы тут с тобой религии коснулись, — сказала она после долгого молчания. — Как думаешь, для каких целей и кому мы можем помолиться, если мы все-таки в Средиземье? — Если… Ты имеешь в виду, кто из них за что отвечает? Так это ты и сама лучше меня знаешь. Давай пойдем по списку, благо он не длинный, — Юля спрятала фантик от шоколадки в карман и вытерла пальцы тонким платочком. — Эру оставим напоследок, он самый главный… — А я бы с него начала, потому что он привел в этот мир людей когда-то, а мы тоже вроде как люди, соответственно, он мог привести и нас, а стало быть, смог бы нас и вывести. Если он, конечно, вообще при делах, в курсе или чего-нибудь захочет делать. — Тебе лишь бы к руководству. Обращаться надо не к личности, а в зону ответственности, чтобы нам помогли понятным и точным образом, — вздохнула Юля поучительно. — Если мы воззовем к Манве, к стихии воздуха… — …рискуем быть снесенными торнадо. Следующий. — Если мы обратимся к Ульмо, стихии воды… — … нас смоет цунами. Дальше. Юля терпеливо перечисляла валар, но всех Лора отвергала строго и сурово. — Оромэ? — Рискуем стать добычей охотника. — Намо? — Рискуем просто умереть. — Тебе никто не нравится! — воскликнула Юля. — Дело не в симпатиях. Мы не станем выбирать того, кто может нам помочь, по принципу, импонирует он нам или нет. Нам нужно, как ты говоришь, понятное и точное содействие, а не приятные эмоции. В принципе, Ирмо отвечал за видения и грезы, но мы уже выяснили, что имеем дело не с иллюзией, все вполне себе материально, — Лора потыкала концом металлического посоха в землю, немного разворошила ее, откидывая в стороны травянистые комья. — У нас есть земная твердь и растения. Как считаешь, Ауле с Йаванной, обратись мы к ним, смогли бы заменить одну подвластную им материю на другую? Ответный взгляд голубых глаз содержал всю скорбь и раздражение, с которыми обычно трезвый глядит на откровения пьяного. Юля смотрела долго и внимательно, а потом проговорила: — Лорик, ты, когда бываешь в промежуточных состояниях, такую чепуху несешь. Лора постучала посохом по земле и, наклонившись, наигранно прокричала себе в ноги: — Господин Ауле! Помогите, пожалуйста! Сделайте нам что-нибудь. Мы вас очень просим!.. Хотя, знаю я его деяния, — проворчала она тише. — Натворит, потом занычит. — Ты про гномов? А было бы неплохо, если бы мы оказались… — Юля мечтательно заулыбалась, глаза ее заблестели. — Да еще в нужное время. Мы бы встре-етились… В хорошем составе… Они бы нам точно помогли. Гномы женщинам не откажут, уберегут. — Я не разделяю твоего настроя и оптимизма, но ты права. Уж лучше гномы, чем орки или люди. Постукивая посохом по мягкой земле, Лора обошла уже успевшую надоесть до печенок и почек поляну. Поддавшись нахлынувшему раздражению, она воткнула, немного сильнее, чем в предыдущих шагах, конец металлической палки в траву и мох, росшие напротив ненавистных кустов сныти. — Ну, должен же быть хоть кто-нибудь! Или уже, или для начала. Где эта проклятая Аннушка? Без нее ни одна неприятность не обходится! — воскликнула она и, повернувшись, едва не потеряла равновесие. Напротив нее, в нескольких метрах, между стволами деревьев, стояло живое существо преинтереснейшего вида. Это существо, очевидно, посчитало и Лору не менее занятной, и они оба довольно долго разглядывали друг друга, ничего не предпринимая. На расстоянии определить точный рост существа не представлялось возможным, но он был невелик. Пол вроде не был женским в привычном понимании. Что-то начинало подсказывать Лоре, что расу она тоже сходу и уверенно не назовет. Однако внешний вид существа — гуманоидность, но некоторая диспропорциональность, низкорослость, грубость черт лица, клокастая бородка, недлинная, но явная, и общая схожесть с красочными и проработанными иллюстрациями — нашептывали перепуганному сознанию, что это — гном. Самый обычный гном. Которого никак не могло быть в городском парке. Лора вздохнула, окончательно признавая свое поражение перед снытью, июнем и рыжим гномом, растерянным от встречи не меньше, чем она сама. Рядом, у поваленного дерева, медленно поднималась на ноги Юля: — Ой! Кто это? — А вы… — заговорил рыжий. — А вы..? Из леса донеслись приглушенные крики. Гном обернулся и высоким срывающимся голосом проорал: — Я нашел! Это здесь! И в этот миг словно что-то перещелкнуло. Десяток возможных событий и допустимых действий пролетел в голове, будто бы выплеснули ведро идей и предложений. Лора стремительно шагнула к подруге и зашептала: — Юля, распахни пальто, расстегни верхние пуговицы блузки. Быстро. — Зачем? — Просто делай, как я говорю. И юбку поддерни, — увидев, что гном отошел от поляны на несколько шагов и пытается призвать своих товарищей, а значит, осталось еще одна-две минуты, она пояснила: — Кто бы сейчас не пришел на зов этого рыжего недоразумения, вряд ли они женщины. — С чего ты решила? — Юлины пальцы распутывали широкий пояс пальто, пуговицу у горла она уже расстегнула. — По лесам баб шатается в разы меньше, чем мужиков. Охотников, следопытов и разных путешественников больше, чем травниц, собирательниц хвороста и поэтесс на солнечных полянках. Значит, сейчас тут будет полно тех, кто должен заинтересоваться твоей грудью и коленками больше, чем нашими личностями… Черт, накрасить тебя не успеем… Сейчас бы еще пухлости и блеска. И прошу — молчи, как мертвая рыба. Она резкими движениями откручивала крышку у бутылки, рискуя уронить все из рук. — Зачем ты пьешь? — спросила Юля, чуть растягивая на груди вырез, откуда уже впечатляюще выглядывала ее гордость. — Затем, что мне сейчас с ними разговаривать, а я не знаю, о чем, не готова, — ответила Лора и скривилась, последний глоток обжег ей горло до невольных слез. — Черт… Спасателей-то мы получили, и раз этот маленький «выкает», похоже, еще и вежливых спасателей. А вот что просить конкретно или как объясняться, не подумали. Или считаешь, они поймут нас, если мы скажем: «Отведите нас домой, дом пять, квартира девять»? — У меня шестнадцатая, — бездумно отозвалась Юля, и вдруг на поляне стало тесно от ввалившихся на нее устрашающего вида вооруженных лохматых и бородатых мужчин. Они недоверчиво разглядывали девушек, ощетинившись металлом выставленных вперед клинков и топоров. В голове, наконец-то, зашумело. Опьянение догнало перепуганный разум, что означало только одно — еще несколько минут и страх совсем уйдет. Критическую ситуацию создает не столько внешняя угроза, сколько внутренний ужас. Лора знала, что скоро она перестанет бояться и тогда настанет то, чего Юля так тщательно от нее добивалась — желание действовать. Лора закрутила пробку у бутылки и проворно спрятала ее в рюкзак. Сделав короткий шаг навстречу, она выставила вперед раскрытые руки. — Кого-нибудь из вас зовут Иннокентий? — обратилась она к ряду топорщащихся в их сторону мечей. — А то мы тут без проводника… Вперед, раздвинув широким плечом первый ряд вооруженных гномов, вышел почти квадратный мужчина, показавшийся Лоре смутно знакомым. Вместе с этим занятным ощущением, она точно знала, что видела его впервые. Он напоминал персонажа костюмированного сериала или хорошо проработанной фэнтэзийной игрушки. На ногах его были массивные сапоги с меховой оторочкой. Они выглядели настолько тяжелыми, что обещали в полете убить сенбернара. В длинный кожаный плащ Лора могла бы завернуться сама, причем вместе с любимым креслом. Черным волосам, рассыпавшимся по широкому воротнику, позавидовал бы каждый лидер металл-группы. — Кто вы и что здесь делаете? — бросил гном, словно хотел прострелить вопросом. — Однозначно тут, пожалуй, не скажешь… — проговорила Лора, стремясь выдержать суровый взгляд и потянуть время. — Ответ «никто и ничего» вас устроит? Гном презрительно дернул ртом и оглядел женщин так, словно уже все-все про них понял. — Никто и ничего, — повторил он, усмехнулся и, отвернув голову в сторону, сообщил своим: — Хорошо хоть у некоторых людей хватает честности это признавать. Среди столпившихся послышались короткие смешки. Очевидно, обмен колкостями при приветствии ценился не меньше вежливости. Что-то вроде проверки на прочность, которую сама Лора и устроила, потому что ответа на первый вопрос не дала. Оставаться в долгу было нельзя, и она, повторив его жест, чуть повернулась к Юле, но сказала так, чтобы ее услышали все остальные: — Высокомерие и грубость. Разговор скатывается к банальной ругани. Все понятно — это гномы. Из-за деревьев вышел не то опоздавший, не то наблюдавший издалека старик, с длинной седой бородой, в сером балахоне до земли. При его появлении Лора окончательно поняла — кто, что, где и когда. Она вспомнила даже, какого года по местному летоисчислению этот июнь, и лишь кружащаяся голова и притупленные чувства не позволили ей растеряться. Юля же прижала одну руку ко рту, чтобы сдержать возглас удивления, а вторую, по привычке, — к груди. Некоторые гномы, понявшие, что опасности нет, уже откровенно на нее пялились, особенно на коленки. Гэндальф обменялся красноречивым взглядом с гномом, имя которого Лора уже тоже отгадала. В первую очередь, потому что он вел себя как главный и выглядел таковым, а главных у гномов было не так много, чтобы быстро вспомнив все, что известно о Торине Дубощите, она могла подумать, что перед ней не он. Однако ее разум старательно защищался и разве только досками его имя не заколачивал. В выражении лица и коротком движении головы короля гномов, она прочитала: «Разбирайся с ними сам, коли хочешь». Волшебник молча кивнул, словно бы ответил: «Разберусь, не сомневайся». — Вам не стоит бояться нас, милые барышни, и для начала позвольте представиться, — заговорил он спокойным низким голосом. — Мое имя Гэндальф, так меня называют в этих краях. Могу я спросить ваши имена? Лора стушевалась. Вдруг у ее ноги наклонился и упал плашмя рюкзак, решивший потерять равновесие именно сейчас. Юля, спохватившись, подняла его обратно и похлопала одобрительно по плотно набитому верхнему карману. — Ее зовут Филеас Фогг, — сказала она и улыбнулась своей же шутке. — А ее зовут Фикс и у нее есть план, — без задержки ответила Лора. Она быстро вычислила из группы двух гномов, напоминающих по возрасту и приметам королевских племянников, потом снова посмотрела на Торина и добавила про себя, вспомнив недавний спор: «Даже целых три плана». Гномы переглянулись и заворчали. Что-то их насторожило. Сами имена или то, что женщины представили друг друга, а не каждая себя — непонятно. — Я тебе это припомню, — чуть слышно прошептала Юля, продолжая натянуто улыбаться. Волшебник неторопливым движением старого человека указал на короля гномов — тот стоял вполоборота и не проявлял интереса к разговору, но вряд ли что-то упускал из внимания. — Разрешите представить вам лидера нашего отряда, Торина Дубощита. Гном скрестил руки на груди, неприветливо глянул на Лору и тут же отвернулся, не удостоив даже кивка. Значит, не будет предосудительным и ей не кланяться. К тому же двигать кружившейся головой очень не хотелось. А вот выпить бы еще, да, может, разговорить эту хмурую компанию, да угостить Серого Мага, чтобы он выслушал их проблемы… Рядом учащенно засопела Юля. Она неотрывно смотрела на короля. — Мы увидели над лесом черную ленту дыма. Он привел нас к вам, — продолжал Гэндальф. — Да, это был наш сигнал, — сказала Лора. — Вы кого-то ищете? Заблудились? Нуждаетесь в помощи? — Наши обстоятельства таковы, что мы посчитали бы за лучшее просто заблудиться. Торин развернулся, намереваясь отойти: — Гэндальф, у нас нет времени на бессмысленные разговоры. Выясни, что им надо. Дай им это, если сможешь, а нам самим надо уходить. И так уже задержались. Волшебник прищурился и склонил голову набок: — Так куда вы все-таки идете и нужна ли вам помощь, о которой вы просили своим сигналом? Или это был знак собраться здесь кому-то, кто еще прячется в лесу? Вы ждали, что придет кто-то другой, а не мы? Или вы поджидали именно нас? Очень вовремя Лора вспомнила о подозрительности гномов: кое-кто из них после слов Гэндальфа начали медленно поднимать свое оружие. И о возможностях Серого Мага тоже не забыла. Мысли о засаде допускать было никак нельзя — это ум еще выдал. Разбуженная алкоголем смелая и сообразительная личность рвалась высказаться и проявить себя. Она же овладела горлом, из которого горохом посыпались невольные слова: — Это не знак призыва и ни в коем случае ничто иное, кроме отчаянной просьбы о помощи. У нас нет проводника, и мы заблудились. Наш путь лежит в… э-э… — она замялась, но зацепилась за вытягиваемую букву, — …сгарот, на восток. Сейчас же мы не знаем, где находимся и как нам добраться до населенного места. Мы не ждали никого конкретного, и вы — единственные, кого мы встретили в этом лесу. Простите нас за несдержанность, но мы испугались особенно сильно, когда вы наставили на нас оружие. — Ты говоришь об Озерном Городе, находясь на запад от Мглистых Гор, — заметил Гэндальф, не спуская цепкого взгляда. — Понимаешь ли ты, насколько вы далеко от места, куда идете? Что заставило вас в одиночку отправиться в неблизкое и небезопасное путешествие? — Неужели вы не допускаете, что в людском городе, пусть и далеком, у двух человеческих женщин могут быть дела? — А они есть? И какие же, позволь узнать? — Есть. Наши. Отошедший, но не ушедший Торин по-прежнему слушал их разговор, изредка перекидываясь с остальными гномами короткими глухими репликами. После ее слов, он метнул в сторону Лоры острый взгляд — в нем читалось что-то вроде одобрения. — От Пригорья вы ушли довольно далеко, — сказал Гэндальф, и Лора кивнула, сделав вид, что хорошо понимает, о каком поселении он говорит, и что они якобы там были. — Ближайшее место, где вы сможете переночевать и получить добрый совет — Ривенделл, Последний Домашний Приют. Это не очень далеко и… полагаю, мы могли бы проводить вас туда. Последние слова он произнес громче и явно обращал их не только к стоящей перед ним Лоре. — Это не очень далеко, — отозвался Торин. — В проводах нет необходимости. Как и в остальной суете, поскольку ничего не случилось. Он качнул головой, гномы убрали оружие, дружно развернулись, стремясь исполнить молчаливый приказ, и быстро затерялись, приземистые и неброско одетые, среди темных деревьев. Последним задержался лысый, устрашающего вида гном. Он, как и прочие, не представился — в этом нужды не было, — но он, как и прочие, не знал, что его имя уже не секрет. Он внимательно смотрел на Юлю, и, судя по его поблескивающим глазкам, высокая фигуристая блондинка в полурасстегнутой блузке его впечатлила. Думать о том, что он прицеливается, чтобы метнуть в нее один из своих топоров, не хотелось. Торин жестом поторопил и его, потом сказал, не оборачиваясь: — Гэндальф, покажи им дорогу и не задерживайся сам. — Вы странно одеты, — нахмурился волшебник, когда они остались на поляне одни. — На людях я не видел таких коротких платьев. Он бросил неодобрительный взгляд на Юлины голые коленки. — Вы правы, мистер Гэндальф, — поспешно согласилась Лора. — Мы очень надеемся, что в названном вами Ривенделле мы сможем решить еще и проблему одежды. Наша оказалась не очень удобной для похода. — Откуда вы идете? — Простите, господин волшебник, — она смиренно наклонила голову и глянула снизу вверх на морщинистое настороженное лицо, — но само по себе название нашего городка вам ничего о нас не скажет, меж тем ваши друзья ждут вас. Объясните нам, пожалуйста, как попасть в Последний Домашний Приют, и возможно, если мы там с вами встретимся еще раз, то побеседуем спокойней и обстоятельней. — Раз вам не нужно ничего, кроме направления и пожелания удачи — эту помощь я окажу с удовольствием. Мы с вами совсем недалеко от края леса. Если вы пойдете во-он в ту сторону, то меньше чем через милю выйдете на вересковую пустошь, миновав которую… По словам старого волшебника, все было просто до элементарности, но нетрезвому весь мир перестает казаться сложным, а сам себе нетрезвый начинает казаться сильным и умным. Лора кивала, не переспрашивала. Запоминать все с первого раза она умела в любом состоянии. На прощание Гэндальф пожелал им спокойной дороги, напомнил об осторожности, посоветовал больше без надобности в этих местах не привлекать к себе внимания. Они обменялись светскими прощальными любезностями, которые, судя по мягкой улыбке, оказались приятными старику. Он, не оглядываясь, удалился за отрядом гномов. Лора смотрела, как его серая шляпа движется среди зеленых кустов. Несколько раз пришлось сильно и медленно моргнуть, чтобы привести в порядок зрение. — И что это было? — спросила Юля, до этого почти честно не влезавшая в разговор. — Я имею в виду твой рассказ про наше якобы путешествие. — Собрание неправды, том четвертый. Раздел «Как избежать мгновенной смерти при встрече с вооруженным отрядом». — Почему мы идем в Эсгарот? — Не знаю. — Зачем нам сейчас Ривенделл? — Не знаю. — Почему ты не захотела идти вместе с гномами? И не смей мне говорить, что не знаешь! — Я без понятия, — ответила Лора и глубоко вздохнула, стремясь говорить четче. — Сама же видела, они на знакомых нам гномов не сильно-то похожи, только какими-то деталями. К тому же я подумала — чем они нам могут помочь, когда им самим в этом походе постоянно нужна помощь? А то, что они в походе на Эребор, тебе, надеюсь, объяснять не надо. Да и каким образом ты представляешь это твое «вместе с гномами»? Скорее дикий мустанг гламурной москвичке подчинится через пять минут, чем ты навяжешь свое присутствие подозрительным упрямцам, у которых их дела с твоими не пересекаются. Юля вздохнула. — Хорошо, оставим это пока. И бутылку оставь! Хватит тебе на сегодня. Заговариваешься уже… Мустанги, москвички… — она посмотрела в лес, потом улыбнулась месту на поляне с основательно вытоптанной травой. — Какие гномы интересные. Невысокие, а внушительные. Сердитые такие. — Это вам, дылдам, все невысокие. А по мне, гномы, как гномы. Нормального роста. — А как тебе Торин? — Что-то я не прониклась его величественностью, — сказала Лора, оторвавшись от зеленого горлышка и облизываясь. — Чего не хватает? — Не знаю. Наверное, попкорна. — Почему? — Проникаться величественностью персонажа вернее всего под попкорн и кока-колу. Если чего-то недостает, значит, чего-то недостает, и скорее всего — всего. — Ох уж мне эти твои ляпо-лисы! — Лапалиссиады, — привычно поправила Лора. — Твои как раз — ляпо-лисы. Хотя бы что-нибудь умное придумала. — Я еще трезвая. — Да ты уже стоишь-то криво! Дай сюда! — Ну-ка не тронь! Не твоего горла напиток! Краем глаза Лора заметила большое темное пятно, возникшее рядом, у деревьев, и повернулась, чтобы узнать, не гномы ли это опять. Но это были не гномы. Совсем. Огромный зверь, отдаленно похожий на волка, с массивной головой и оскаленной пастью, замер перед прыжком. — Да отдашь ты, наконец? — воскликнула Юля, рванув на себя бутылку. Лора разжала руки, не только отпуская, но и отталкиваясь сама. Девушки повалились на землю. В одну сторону Юля с не нужным ей трофеем, в другую — Лора. Сама не понимая, что делает, она протянула руку к поясу. Одновременно с этим тварь прыгнула. Черное чудовище, пролетев между ними, остановилось совсем рядом, его лапы тяжело бухнули о землю. Резко развернувшись, варг приготовился к новому нападению и угрожающе распахнул пасть, полную кривых острых зубов. Он задержался всего на миг, чтобы выбрать — на какую жертву вкуснее будет напасть. Страх сковал руки, приказал закрыть глаза. Но одному пальцу хватило смелости, и Лора нажала на спусковой крючок. Ударило в руку, вспыхнуло, грохнуло. Ага, надо крепче держать. Облако дыма повисло перед Лорой. А через секунду животное заревело. Варг катался по земле, взрыхляя ее клыками и носом. Он мотал головой в попытках избавиться от набросившейся на него слепоты. Бился мощным лбом в деревья, рискуя повалить их. И выл, себя не слыша. Лора первая вскочила на ноги. Она схватила Юлю за руку и, дернув, подтолкнула вперед. Та ошалело крутила головой. Ее тоже изрядно оглушило. — А? Что? — Ничего! Надо уходить! Живо. Рюкзак тяжело болтался на плече, его приходилось придерживать. От бега сердце забилось часто-часто, кровь будто закипела. Хотелось бежать и стрелять, а не тащить и подгонять. Когда они вылетели на поляну у склона холма и столкнулись с отрядом гномов, Лора увидела двух мертвых варгов и на миг пожалела, что ее не было еще и на этой поляне. Тут бы всех — Эх! Взвизгнула Юля. Она испуганно прижимала к груди металлический посох и зеленую бутылку. Рядом с чужим испугом, собственный совсем исчез, в голове зашумело сильнее. У нормальных и у трезвых бывает наоборот. — Целы? — крикнул кто-то из гномов. Лора кивнула и указала себе за спину. — Там тоже такие же. — Это разведчики. Мы окружены! — взревел лысый гном. Захотелось бодрой музыки, захотелось стремительных событий. Захотелось всего того, что городской обыватель может себе позволить, лишь несясь по автостраде на большой скорости под ревущую из магнитолы поп-музыку. Кивать головой в такт ударным, задающим ритм. Поддаться драйву. Дернувшимися поводьями остановила короткая мысль — Юлька, рюкзак, все вещи. Юлька, сберечь. Значит, держаться подальше. Снова схватив подругу за локоть, Лора поволокла ее через лес к вересковой пустоши, в сторону, куда им указывал Гэндальф. Через минуту за спиной послышался вой, звон оружия и крики. Гномы столкнулись с очередными варгами. Но это все позади. Рюкзак бил по спине. Бег по лесу без тропинок утомлял. Не асфальт, на мягкой земле ногам напряженно, трудно. Сапоги цеплялись за корни, увязали носами во мху. Юля все время пыталась с бега сползти на шаг. Лора торопилась, но руки подруги не выпускала. Они, не останавливаясь, бежали вперед и вперед, к просвету между темными стволами. Граница леса наступила резко, и, когда они вылетели на открытую залитую солнцем равнину, Юля зажмурилась и закрыла глаза рукой. — Куда… мы…? — попыталась спросить она и потянула назад. — Прочь от гномов. Сейчас вокруг них орки и… эти. Пошевеливайся! Или ты хочешь подраться со всеми орками наравне со всеми гномами? — Не хочу. Я ничего не хочу. Орки с варгами. Гномы с топорами. Ты с пистолетом. Бежим куда-то. Почему нельзя просто спрятаться? Переждать? — Негде и незачем, — выдохнула Лора, окинув взглядом серо-желтую пустошь с редкими сосенками и обломками скал. — Бежим. Гэндальф говорил — дорога к мосту вон там. Километра полтора—два. Держа направление, указанное волшебником, они перебегали от одного камня к другому. Прижимались к каждому холмику у каждого деревца, и, казалось, удача и безопасность на их стороне. Ни одного орка или варга видно не было. Ветер доносил до ушей обрывистые острые звуки, крики. Или мерещилось. «…пустошь, миновав которую…» Взгляд поплыл, мазнул по морю вереска, но Лора проморгалась и заставила его сосредоточиться на огромных серых камнях. За одним, потом за тем, оттуда — туда… — Вперед. Не тормози. Некогда рассиживаться. — Может, здесь переждем? Нет ведь никого. — А через минуту может появиться. Быстрей. Юля вдруг упала на колени и одной рукой, продолжая сжимать бутылку, уцепилась за ветку невысокой елочки: — Они там посражаются и перестанут, а я никуда не побегу! Невдалеке пронесся перепуганный пони, на седле болтались тюки. За ним огромными прыжками гнался варг. Увлеченный одной добычей, он не заметил у елочки другую. В последнем длинном прыжке он завалил пони на землю. Раздался рев, соединенный с коротким жалобным ржанием. Юля зажмурилась, пискнула и бросилась с низкого старта к ближайшему валуну. Из доверенных вещей ни бутылки, ни посоха она не выронила. Лора догнала ее уже за укрытием. Побледневшая, Юля прижалась затылком к покрытому трещинами камню. — Если я прямо сейчас выпью, то перестану бояться тоже сразу? — прошептала она. — Не знаю, — хмыкнула Лора. — Мне не страшно, наоборот. И сейчас, если бы не ты… я бы высказалась, — она крепче сжала теплую рукоятку пистолета. — Агрессор. — Да какое, шум один… Резкий толчок в спину, и Лора чуть не повалилась на подругу. Знакомый голос сверху-сзади: — И вы тут? Лора подняла взгляд на Гэндальфа. За его спиной к длинному высокому камню плотной кучей прижимались гномы, весь отряд. Наполовину скрытый серым балахоном, под локтем волшебника маячил хоббит. Его не удалось увидеть при первой встрече, не получалось рассмотреть при второй. Но угадывался он точно. Маленький рост, босые ноги. Осторожно и медленно Двалин обошел волшебника и женщин и выглянул с другой стороны валуна. — Четверо, — прошептал он, дергаясь назад. — Один идет сюда. Его варг нас учуял. Притеснив Лору плечом, Торин движением головы приказал молодому гному с луком в руках покончить с орочьим всадником. Кили медленно поднял правую руку к колчану за спиной — и еще медленней, почти обреченно, опустил ее. Пустую. Стрелы у него кончились. Израсходовал в лесу, это понятно. Запас мог остаться у седла, но пони разбежались и заодно рассредоточили орков по пустоши. Кто где неясно. Но не все чудовища отвлеклись от погони за гномами. Здесь, рядом, четверо. Один приближается, ищет. Есть еще. Может призвать. Это тоже понятно. Но почему нет Радагаста? Почему некому отвлекать, уводить, отманивать?.. Это была последняя точная мысль, а дальше словно полыхнуло. Рассудок выключился, уступив давно наседающему желанию пощекотать нервы и потормошить нетрезвое сознание чувством опасности и могущества. Азарт сам принял решение, забушевал в крови, заставил Лору подтянуться и напрячься. Она скользнула долгим взглядом по королю гномов. Потом оглядела подругу, сидящую на земле у самых ног Двалина. Замерли все, а должна быть движуха. — Так, ладно, — сказала Лора тихим шепотом. — Рюкзак береги. За куртку, — она сбросила верхнюю одежду с плеч, — головой отвечаешь… Помолилась бы, да не выбрали — кому. Серая линия тени перед ними в самом центре изогнулась, добавился небольшой полукруг. Все застыли, боясь даже дышать. Как только тень варга с седоком выросла и удлинилась, как только стало слышно, что неподалеку сопит и принюхивается большой зверь, Лора вдохнула — и рванула в сторону. Раздался рев, воодушевленный вопль — «Ха-а!». Животное прыгнуло за беглянкой, оставив позади остальную добычу. Видеть это было необязательно. О немедленной погоне сообщали крики и хрипы позади. Лора бежала со скоростью, на какую только была способна. Ее ноги, казалось, не дотрагиваются до земли. Под подошвами проскальзывала сухая земля, значит, развернуться будет несложно. Чутьем и ничем иным, она выбрала миг, остановилась резко, припав на колено, — и пальнула в сторону преследователей. Пистолет сильно ударил по руке. Крепче надо держать. Крепче. Полыхнуло. Ударило по ушам. Зверь всхлипнул, заорал жалобней замученной собаки, ослепленный, оглушенный, и сбросил с себя седока. Лора кувыркнулась направо, стремясь убраться от падающего орка. Всадник еще не успел подняться сам и занести над головой кривой клинок, не видя, куда им бить, но добыча уже ускользнула. Теперь дальше. Быстрее. И еще дальше. Тело вспомнило все, что умело. Ноги несли сами. В ушах шумел ветер, зрение ловило темные точки по бокам. Кровь восторженно стучала в голове. Дыхание начинало подводить, но Лора знала — в запасе есть несколько минут, прежде чем она устанет. Заметив неподалеку еще одного всадника, она рванула к одному из камней слева. Взобралась на него, помогая себе руками, обернулась. Орк заметил ее, скривив и без того обезображенное лицо, и теперь его варг подступал к ней неспешно. Они словно бы знали, что она никуда не денется. Кажется, орк грозил ей, ругаясь на своем языке. Лора заколебалась, не сводя с них пистолета. Что здесь и сейчас свет и хлопок, пусть даже яркий и громкий, если не знаешь, куда и когда надо стрелять? Далеко — бесполезно. Близко — если варг прыгнет и орк замахнется, что их остановит? Рядом, совсем рядом — это слишком? Сейчас бы нормальное оружие. Из пулемета всех. Добить ракетами. Потом бежать еще быстрее. От… этих. До которых четыре метра. Прицел метался между двумя головами — орочьей и варжей. В кого вернее? Три метра. Палец подрагивал. Передняя лапа черного зверя ступила на край обломка скалы. Два метра. Что-то железным кольцом схватило Лору за щиколотку и с силой дернуло вниз. Она рухнула на валун, больно проехалась по нему животом. Рукоятка пистолета чиркнула по камню. Лора свалилась вниз, и тут же ее сжали со всех сторон — дернуться нельзя, пискнуть тоже. Мелькнула знакомая светлая голова. С камня вперед длинно спрыгнул варг, но не успел он повернуться, как притаившиеся за большим валуном гномы, бросились на противника с секирами и топорами, не встретив ни звука, ни сопротивления. И уже через миг два уродливых тела лежали неподвижно. Всезнающий Гэндальф быстро высматривал новое направление. — Ух ты! Это не хуже пейнтбола! — выдохнула Лора восторженно. — Я так не гоняла уже лет… не помню. Когда мы там были с твоей фирмой? Она глянула на Юльку — та выглядела безучастной и почти обморочной. Двалин крепко держал ее за плечо. — Ты чего творишь? — бросил Торин. — Путаю и отвлекаю… Все в порядке, — сказала Лора, чувствуя, как шальная улыбка растягивает рот. — Я пробегаю стометровку за шестнадцать секунд. У вас есть реальный шанс избежать окружения. — А у тебя? — Такой же. Волшебник махнул рукой: — Все туда. Поторопитесь. Это здорово, это весело. Бегать и стрелять. Как играть, только не перед монитором и сама. Еще немного, еще чуть-чуть. Еще пять минуточек. Лора сжала пистолет. Проследив за отрядом, она дернулась назад, за валун, и тут же столкнулась нос к носу с варгом без седока. Выстрел — и зверь скулит и мотает головой, ослепший. Несется, не видя цели, заплетается в лапах. Она не успела увернуться, как он резко прыгнул и попал носом ей в бок, опрокинув на землю. Жуткие зубы клацнули близко, очень близко. Страх заставил Лору подобраться и отпрыгнуть прочь от разъяренного варга, катающегося по земле, и от его когтей, режущих воздух вокруг. Бок заныл от удара, и это изрядно отрезвило. Рановато расслабляться. Из-за невысоких елочек выскочили два всадника. Замерев, уставились на первое, что увидели: женщину и воющего варга. С криками и неразборчивыми рычаниями, они бросились к ней, успели прыгнуть два раза. Сердце Лоры ударило один раз. Чистый звук охотничьего рога разнесся над пустошью. Орочий рев скрылся за топотом копыт, свист прорезал воздух. Стрелы сшибли седоков с варгов, следующие — повалили черных зверей. Вокруг Лоры, как из-под земли, возник целый отряд всадников на тонконогих конях. Часть отряда окружила ее, некоторые — не успеешь сосчитать — яркой волной ринулись вперед и прочь. За корпусами лошадей не увидеть — куда. Но она уже понимала, кто за кем сейчас гоняется. Полдесятка натянутых луков уставились на нее с не меньшей настороженностью, чем десяток глаз, скрытых высокими шлемами — чтобы все это разглядеть, пришлось задрать голову вверх. Лора выдохнула, расслабила поджатые плечи и подняла руки, желая показать собственную неопасность. Потом плавно развела их в стороны. Пистолета не убирала, но он и не должен был походить на оружие в глазах тех, кто держал луки. Сбоку завывал варг. Он не видел, куда можно бежать, но понимал, что окружен. Теперь метался, шарахаясь из стороны в сторону. Приближающийся всадник на скаку всадил зверю копье в бок. Варг прохрипел что-то последнее и затих. Лошадь замедлила шаг, окровавленное копье выскочило наружу и тут же острие его повисло у Лоры перед носом. От мерзкого запаха, капающей темной крови и обрывка кожи с клоком шерсти, веселое опьянение совсем улетучилось, будто бы его и не было. Похолодели руки. Желудок скрутило. — Уберите, пожалуйста, — промямлила Лора, удерживая в горле комок. — Меня тошнит. — Ты его ослепила? — непривычного тона голосом спросил всадник. Лора подняла взгляд поверх испачканного копья к блестящему шлему. Он казался золотым, как и доспехи под бордовым плащом. — Я. — Каким образом? — Это похоже на фейерверки Гэндальфа. Всадник склонил голову набок и отвел копье: — Ты знаешь Серого Мага? — Встречались. Нам нужна была помощь и приют. Он показал нам дорогу в Ривенделл. — Сколько вас? — Двое. Вторая сейчас как раз с… Митрандиром, а я… решила, что, если повезет, то смогу немного отвлечь… этих, — сказала Лора, сухо сглотнула и показала на труп варга. Всадник молчал и рассматривал ее. Она пыталась отдышаться и понять в ответ — кто перед ней. Вполне очевидно, эльф, слишком звенящим, до хрустальности, был его голос. По всей вероятности, командир, раз сам позволял себе почти что посередине боя, с пятеркой лучников, побеседовать с подозрительной особой. Возможно, не увидел в ней неприятеля или же вообще стремился избегать случайных жертв сгоряча. Много времени не прошло, а над вереском повисла привычная для пустоши тишина. Ни рева, ни криков, ни топота. Всех пытавшихся скрыться от метких стрел, уже догнали. Эльфийские всадники группками неторопливо передвигались между валунами и елочками. — В Имладрисе не отказывают в помощи тем, кто в ней нуждается, и не прогоняют тех, кого ведет добрый совет, — проговорил эльф, оглядев пустошь. — Особенно тех, для кого враги эльфов — тоже враги. Он не шевельнулся и звука иного не издал, но все луки, устремленные на Лору, опустились, как по команде.