На её стороне Луны

      Стайлз гипнотизировала тоскливым взглядом большие круглые часы на стене кабинета.       Казалось, что какая-то сволочь подменила весь аддерол в её пузырьке на плацебо, потому что сидеть на месте и молчать было почти мучительно. Как если бы она пропустила сегодня утром таблетку. Но Стайлз ведь ясно помнила, как закидывалась с утра, так что ж за дерьмо с ней творится?       С тяжким вздохом она перевернула страницу и опять принялась заштриховывать бесконечные треугольники и ромбы в тетрадке для лекций по новейшей истории.       До конца урока оставалось ещё полчаса.       До ближайшего полнолуния — чуть больше суток.       Её суммарный опыт в отношениях всё ещё представлял из себя почти отрицательную величину, однако чисто теоретически она понимала, что обычно люди занимаются регулярным сексом друг с другом в двух основных случаях — когда оба страдают от взаимной горячей любви, и когда у них обоих наблюдается взаимная любовь к горячему сексу.       И Стайлз очень надеялась, что к ним с Дереком относится именно второй случай, потому что никаких романтических чувств к Хейлу она, — хвала всем волчьим богам! — не испытывала. Но совсем не отказалась бы вновь увидеть его беспомощным и распятым в цепях, ловить в поплывшем от возбуждения зеленом взгляде сомнения и страх, слушать ускоряющееся дыхание и дышать одуряюще вкусным запахом горячей кожи.       Стоит ли ей надеяться на повторение? ..       Вопросы гудели в голове тучей назойливых мух.       Во-первых, кто из них теперь должен звонить и предлагать встречу? В прошлый раз он прислал сообщение, может, в этот раз ее очередь? Как это вообще решается?       Во-вторых, завтра полнолуние. Значит ли это, что они увидятся?       Даст ли Дерек вновь себя связать? Вдруг ему не очень-то понравилось… И будет ли он её снова целовать или это был ситуационный порыв, который вряд ли больше повторится? Или в Бикон Хиллс случилось гребаное настоящее чудо, и Стайлз наконец-то умудрилась понравиться хотя бы одному парню?       Ну, и что, что этот парень — технически извращенец.       И вообще не человек.       Мда…       Из всего этого очевидным было только одно: у самого Дерека Стайлз это уточнять не станет. Чёрт, да проще удавиться.       Она шумно выдохнула, потерла лицо ладонями и, качнувшись на стуле в очередной раз, потеряла равновесие и зацепила ногой стул Денни Махилани, сидевшего перед ней.       Тот оглянулся, обжигая её недовольным взглядом добрых, как у телёнка, темных глаз с яркими ресницами, и сразу же отвернулся обратно к своим конспектам.       — Хей, Денни, — шёпотом позвала Стайлз, осторожно тряхнув его за плечо. — Можно задать вопрос?       — Что? — прошипел тот.       — Слушай… а я… ну чисто теоретически, разумеется… Короче, как ты считаешь, я могла бы понравиться парню?       — А ты уверена, что стоит спрашивать у меня? — Денни покосился на нее как на опасную сумасшедшую. — Я-то откуда могу знать, можешь ли ты понравиться? Я не по девчонкам.       Она сделала над собой усилие и улыбнулась. Так, что челюсть свело.       — Вот поэтому я и спрашиваю у тебя. Любой натуральный парень после такого решил бы, что я флиртую или хочу к нему яйца подкатить. А я ведь серьезно, из чисто теоретических соображений интересуюсь.       — Стайлз! — Денни вздохнул.       — Что?       — Ты не можешь говорить про себя «подкатить яйца». Ты девушка.       — Ох, фак, — окончательно смутилась она. — Понятно. Ты мне не поможешь. Ладно, чувак, извини…       Она кивнула ему и притворилась, что продолжает записывать лекцию.       Время всё ещё нарушало законы физики, стрелки часов словно приклеились к месту, а у ручки, которую она грызла, был совершенно отвратительный, жёсткий и невкусный колпачок.       Следующим и последним уроком на сегодня шла экономика Финстока, и её пережить будет хоть немного, но легче. Она сможет отвлечься от рвущей мозги отношенческой херни, перебрасываясь записками со Скоттом. Тем более что сразу после школы они поедут к ней домой: по официальной версии — корпеть над творческим заданием по литературе, ну, а на деле… наверное, смогут наконец провести нормальный, бро-вечер, как в старые добрые времена. Поиграют в приставку, потупят над смешными роликами на ю-тубе… Возможно, Стайлз даже рискнет задать ему тот же вопрос.       Впрочем, едва попытавшись представить себе возможную реакцию Скотта на вопрос, может ли кто-то всерьез захотеть с ней встречаться, она тут же мысленно застрелилась из арджентовского арбалета.       «Но Стайлз… я был уверен, что ты лесбиянка!»       Или «Но Стайлз… ты же с третьего класса сохла по Лидии! Я думал, это означает, что ты лесбиянка».       А, скорее всего: «Но Стайлз, нам ведь так весело было вместе смотреть бейсбол и обсуждать классные сиськи! Ты хорошо подумала? Может, ты всё-таки лесбиянка?»       Нет, лучше сдохнуть, чем спросить.       Стайлз закатила глаза, окончательно расплющивая зубами несчастный колпачок, и вновь бросила взгляд на часы.       До звонка оставалось ещё целых пятнадцать минут.       Вселенная ненавидела её по-прежнему.

***

      Увы, ни на какой бро-вечер они со Скоттом не поехали.       Сразу же после школы до него дозвонился Дерек и потребовал немедленно явиться к нему. За каким-то хером уточнив, чтобы Скотт обязательно пришел пешком, и чтоб ни синий джип Стайлз Стилински, ни она сама в лесу даже не появлялись.       Стайлз подбросила его до отворотки на грунтовую дорогу с шоссе и вот уже сорок минут мужественно торчала в машине в компании собственного любопытства, плеера и неуравновешенного с самого сегодняшнего утра настроения.       Сорок минут — уже само по себе заслуживало медали за выдержку. Специальной, утешительной медали для людей, страдающих от СДВГ, непоняток в личной жизни и приближающегося полнолуния, которое отчего-то нервировало сильнее, чем всё остальное вместе взятое. Хотя она даже не была оборотнем…       «Вот дерьмо! Наверняка же опять что-то случилось!»       На то, чтобы доехать по рыхлой, проминающейся колее от шоссе до дома Хейлов, ушло ещё несколько минут, растянувшихся почти до бесконечности.       И Стайлз совершенно не удивилась, когда, добравшись до места, обнаружила, что все её опасения подтвердились.       Ладно.       Наверняка, ничего страшного со Скоттом не случится. Это же обычные тренировки оборотней, подумаешь. Да и Дерек — адекватный, вменяемый человек - он всего лишь хочет помочь её бестолковому другу.       Она заглушила двигатель и вновь взглянула на веранду. Чувствуя, как сам собой распахивается рот от изумления и шока, и кружится голова от моментально накатившей паники — в ту самую секунду, как Стайлз подняла глаза, Дерек как раз методично вколачивал Скотта виском в дверной косяк.       И даже издалека было видно, как брызжет во все стороны кровь.       Почувствовав её взгляд, Дерек лениво покосился и ногой спихнул с веранды на землю рухнувшее на пол тело.       Трясясь от бешенства, Стайлз выпрыгнула из джипа, даже не потрудившись захлопнуть дверь и отчаянно жалея, что всё-таки не прихватила себе тот электрошокер. Сейчас она была готова отделать этого ублюдка всерьез и по-настоящему.       — Какого черта! Ты совсем охуел?! — заорала она, подлетая к Скотту. Тот был не просто без сознания, вблизи обнаружилось, что из-под его затылка по мерзлой земле расплывается огромная лужа крови. — Каждый раз, когда он приходит к тебе, я потом волоку его домой, избитого и бессознательного, по-твоему, это нормально?!       Дерек не спеша спустился с крыльца.       — Да, нормально, — пожал он плечами, подходя к ней. — Твоему другу не стоило зарываться. И, кстати, он мне тоже навалял, — он натянул двумя руками край своей футболки, демонстрируя измазанные кровью прорехи от когтей. — Скотт быстро учится, раньше вообще не мог меня достать. И не волнуйся, с ним все будет отлично. Пятнадцать минут максимум — и он очухается.       — Что значит зарываться? То есть это была не тренировка? — похолодела Стайлз.       — Нельзя оспаривать решения альфы, — неохотно, сквозь зубы пояснил Дерек. — МакКол хоть и временно, но занимает позицию старшей беты, и своим наглым поведением подает плохой пример Айзеку. Я обязан был это пресечь.       — Какому еще, в жопу, Айзеку?       — Это я…       Стайлз резко обернулась и оторопела.       Оказывается, пока она ругалась на Дерека, в дверях развалин Хейлов нарисовался высокий кудрявый парень.       Смутно ей знакомый, между прочим. Да, она опредёленно видела его в школе. Вроде бы, он даже учился вместе с ней и Скоттом, а значит, был примерно одного с ними возраста.       Вот только какого хера этот левый чувак тут забыл?       И то, с каким благоговением и ужасом он таращился сейчас на Хейла, выглядело просто капец как подозрительно…       — Айзек, иди домой. Я буду ждать тебя завтра утром, — то ли посоветовал, то ли приказал Дерек.       И это окончательно убедило Стайлз в том, что если даже Дерек и не успел обратить его до сих пор, то по-любому сделает это в ближайшее время.       — Привет, — нерешительно поздоровался с ней потенциальный новый оборотень. — Вообще-то я в твоем классе по экономике. Ты меня не помнишь? .       «Точно, — запоздало сообразила Стайлз. — Его же сегодня как раз не было на занятиях. Стол стоял пустой, а Финсток в своей обычной надрывно-саркастической манере интересовался, какого дьявола Лейхи опять прогуливает». Надо же, она и не знала, что этого тихушника зовут Айзеком.       — Привет, — выдавила она, чувствуя себя крайне неуютно под прицелом этого робкого, но в то же время жутковатого взгляда.       И не зря.       Спустившись с крыльца, кудрявый уже направился было в сторону дороги, как ему и велел Дерек, однако, проходя рядом со Стайлз, вдруг совершенно не по-доброму оскалился. Ей даже показалось, что она видела в розовогубом рту клыки. Чувак определенно был мохнатиком. Теперь в этом не могло быть никаких сомнений.       Она машинально дернулась, отскакивая в сторону.       Дерек отреагировал сразу. Шагнув вперёд, он так страшно зарычал, сверкая красными глазами, что Айзек фактически отлетел на землю, сжимаясь в комок и прикрывая руками голову.       — Иди домой. Я буду ждать тебя утром, — мягко повторил Дерек, демонстрируя клыки.       На что новоиспеченный волчонок с видимым облегчением закивал и, неловко поднявшись на ноги, развернулся и побрел прочь. Двигался он, по мнению Стайлз, немного странно. Вроде бы высокий и широкоплечий, он каким-то образом ухитрялся казаться маленьким и неуверенным. Казалось, что он в любой момент готов втянуть голову в плечи и пригнуться, как будто бы ему регулярно что-то сыпалось на макушку.       Стайлз проводила взглядом согнутую спину и сердито повернулась к Дереку:       — Вот теперь всё ясно, — констатировала она. — Ты притащил этого блаженного в кудряшках, даже не предупредив Скотта. А ведь он, наивный, честно ломал комедию и надеялся, что это удержит тебя от желания увеличить стаю.       — Эм… — по непонятной причине Дерек выглядел смутившимся. — Вообще-то я давно сказал Скотту, что всё равно буду обращать новеньких, а он никогда официально не войдет в стаю. И мы друг друга отлично поняли. Я пока буду помогать ему с тренировками и прикрою спину, если он влипнет в неприятности, но потом Скотту, в любом случае, придется отвечать за себя самому. И он знает об этом.       Стайлз растерянно замолчала.       Забота и спокойная уверенность в голосе Дерека, — «прикрою спину…» — совершенно не вязались с тем, как он обращался со Скоттом. Особенно с унизительным пинком в грязь под верандой. Это было так не похоже на Дерека… Что за нахрен вообще происходит?       — Я оказываю твоему приятелю услугу, — продолжил Хейл. — Тренировки обращённых оборотней не просто так включают в себя травмы. Переломы заставляют тело перестраиваться, приучают регенерацию срабатывать быстрее и эффективнее. Смотри, — он кивнул, указывая на еле-еле поднимающуюся грудную клетку Скотта. — Он давно должен был очухаться и встать, но старые человеческие рефлексы ему мешают. И он будет валяться тут до тех пор, пока его тело не вспомнит, наконец, что оно теперь гораздо сильнее. И что не обязательно умирать от простого перелома черепа.       — С ним точно всё будет нормально?       — Абсолютно.       — Ладно… — Стайлз недоверчиво хмыкнула и шагнула назад. — Что вы не поделили, ты мне, конечно, не сообщишь.       Но Дерек неожиданно охотно ответил:       — Сообщу. Вообще-то, тебя это тоже касается. Я решил сказать МакКолу, что сплю с тобой, а он с какого-то черта вдруг вызверился. Ты уверена, что у него к тебе ничего не было? Потому что…       Последнюю фразу Стайлз даже не дослушала.       — Нет, — простонала она, хватаясь за голову. – Нет, ты издеваешься, волчара…       — Мне в любом случае пришлось бы ему сказать, — Дерек смотрел так, словно и правда не понимал, из-за чего тут психовать. — Как ты представляешь себе тайну личной жизни в стае оборотней? Я, как альфа, поставил его в известность, а его ценное мнение меня не интересовало. И он в любом случае не имел права спорить, понимаешь?       Стайлз бессильно помотала головой.       Нет, она не понимала.       Она на полном серьезе рассчитывала, что если они с Дереком и продолжат заниматься… вот этим самым, как бы оно ни называлось, то её лучший друг узнает об этом приблизительно никогда. А так Скотт вообще может решить, что они с Хейлом вместе. Как какая-то ванильная парочка! Как… как сам Скотт со своей Эллисон!       Ну, пиздец теперь.       — Подожди, — скривилась Стайлз. — Что ещё за тайна личной жизни?       — Не надо было кусать меня. Ты сама виновата, — огрызнулся Дерек.       — Все ещё не понятно, чувак…       — Да что тут может быть не понятно? - повысил голос Дерек, раздражаясь. - То, что завтра полнолуние, и я не собираюсь разрываться между стаей и тобой? Или что Скотт все равно бы почувствовал на мне твой запах? Ты в курсе, что с шеи он как минимум месяц не сотрётся?       — Вот только не надо валить всё на меня! — от таких откровений Стайлз окончательно распсиховалась. — Я была на эмоциях, и вообще, тебе следовало нормально объяснить, почему нельзя кусать, а не устраняться от ответственности. Я же не читала волчью инструкцию по эксплуатации! С моим отцом случайно не додумался поделиться новостями?       Дерек осклабился:       — Нет, знаешь, не горю желанием получить год условно. Хотя с учетом предыдущей судимости, это будет скорее полноценный год тюрьмы. Мне ведь не стоит напоминать, благодаря кому я обзавелся судимостью, правда?       Она беспомощно уставилась на него и облизнулась. Вот же злопамятный говнюк.       — Эм… а почему ты говоришь, что должен разрываться между мной и стаей?       — В общем, учитывая все это… — Дерек закатил глаза и на какое-то мгновение сам показался ничуть не менее запутавшимся и растерянным. – Ну, всё, что происходит… Короче, мне придется за тобой поухаживать. Понимаю, что это идиотизм, но...       Стайлз, сама того не замечая, отступила ещё на шаг и скрестила руки на груди, начиная раскачиваться на пятках. И ничего не могла поделать с тем, что стремительно заливалась краской. Если бы Дерек сейчас попросил засунуть ему в задницу шокер и включить разряд тока, она бы и то не чувствовала себя так неудобно и муторно.       — Ты ведь не имел сейчас в виду свидание, хмуроволк?       «И что значит, придется? ..»       — Не совсем, — ухмыльнулся Дерек. — По нашим обычаям мне следует просто подраться за тебя со всеми мужчинами твоей семьи. От тебя не потребуется ничего, кроме как чисто номинально посидеть в собственной комнате и ни не выходить из дома.       Стайлз моментально представила себе картину, как её папа разряжает в грудь этого придурка свое охотничье ружье, а потом вышвыривает его в окно, и нервно поёжилась. Душераздирающее зрелище.       — Дерек, ты ебанулся? — осторожно поинтересовалась она.       — По правилам у нас, понятное дело, не получится, — как ни в чем не бывало, продолжал тот. — У тебя нет ни братьев, ни дядек, да и твой отец не оборотень… так что, я решил, что роль твоих братьев будут исполнять Скотт с Айзеком.       Стайлз не удержалась от нервного смешка:       — С этим шуганным ангелочком? Да он обоссытся, едва ты выпустишь клыки, — фыркнула она. - Нет, ты точно не в себе. Все альфы едут крышей, похоже, это грёбаная закономерность…       — Айзек хороший человек, — возразил Дерек. — И из него выйдет хороший, сильный и верный оборотень. К тому же нападать они будут вместе, заодно отработают несколько полезных связок. Завтра полнолуние, им всё равно надо будет размяться. Я не собираюсь приковывать Айзека в его первое полнолуние и бросать в одиночестве.       — Так ты все-таки альфа-воспитатель? Кто бы мог подумать.       — Ну, так что? — переспросил Дерек, нетерпеливо вздернув подбородок. — Как тебе идея? По-моему, забавная.       — А, по-моему, полный пиздец, — огрызнулась Стайлз.       Самое ужасное в этой ситуации, что с того самого момента, как было озвучено словосочетание «наши обычаи», какая-то часть её заранее одобряла эту идею. Какой бы странной по меркам нормальных людей она не выглядела.       — Что это? — прищурился Дерек. — Что я слышу? Да ведь это же ложь!       Она отвела взгляд, от злости сжимая зубы.       Вот же чёрт. Волчий детектор лжи должен быть запрещён законодательно, как нарушающий личное пространство! Ну, да, возможно, она самую малость в восторге от разных вервульфьих штучек, но швырять ей это в лицо — это уже слишком.       Увы, как бы Стайлз ни психовала на него сейчас, как бы ни обзывала про себя мудаком и наглой волчьей задницей, все равно такой вот улыбающийся и язвящий Дерек её устраивал больше, чем хмуромордый отшельник, в чьих тоскливых глазах перманентно читалось «я заслужил всё то дерьмо, что со мной приключается».       — А это точно настоящий обычай или ты меня разводишь сейчас?       Дерек кивнул.       — Настоящий. Знаешь, моя семья была очень большой и дружной, а в больших стаях обожают шумные традиционные развлечения. Правда я никогда ни в чем не участвовал, считал ерундой и глупыми пережитками…       — Только не говори, что мне самой придется уговаривать Скотта участвовать в этом балагане, — сломалась Стайлз.       Да, в душе она была грёбаным Бэтменом.       Дерек покосился на МакКола, продолжавшего бессознательно валяться на холодной земле, и пожал плечами:       — Он согласится.       — О, мой бог, какой идиотизм, — вздохнула Стайлз и обреченно махнула рукой. — Ладно. Я с ним договорюсь. Помоги, кстати, дотащить его до машины?