Прогулка в облаках.

Было пять часов утра, и солнце еще не взошло. Бильбо натянул на себя вчерашние джинсы и взятую у кого-то хлопчатобумажную рубашку, рукава которой пришлось закатать выше локтей. Он собрал старую, негодную одежду у двух клейменщиков скота Оукеншилда и Мака и других туристов. Бильбо упаковал вещи для поездки в Старвейшн-Галч. Он чувствовал себя вымотанным и уставшим, да еще пропотевшим насквозь. К тому же, Шелби вытолкала его из палатки, чтобы он принес воды. Шелби не любила начинать день, не умывшись. У нее, видите ли, портилось настроение. Теперь Бильбо таращил глаза на яичницу из двух яиц, которые, он мог поклясться, тоже пялились на него. Обычно Бильбо любил яйца. Но только когда они с любовью прожарены на сковороде с ломтиками хрустящего бекона и натертым сыром сверху. Вряд ли в таких условиях возможно приготовить достойное блюдо. Из него получался прескверный турист. Бильбо поглядел на остальную компанию. Все сидели вокруг походного стола в палатке-столовой, обтянутой москитной сеткой. Привал получился поздно ночью, и распаковали только самые необходимые вещи. На этом месте решено было провести только одну ночь. Бильбо и Шелби сидели по одну сторону стола, туристы Аарон Дисонсон и Тим Румер, два адвоката из Индианы, по другую. Мак сидел, естественно, рядом с Шелби. Справа от него сидел хмурый Торин Оукеншилд. Бильбо подумал, что тот скорее лопнет, чем заставит себя улыбнуться. Сегодня все члены группы вели себя намного сдержаннее, чем накануне за ужином, когда Аарон и Тим неожиданно поссорились. Конечно, тогда у Бильбо не было никакого желания разделить компанию. Он просто извинился и ушел вскоре после ужина. Бильбо мечтал в это утро о хорошем кофе. Хотя завтрак оказался неожиданно вкусным. Перед ним поставили яичницу с кусками бекона и ломтями ветчины с красноватой подливой, а также тосты, намазанные маслом. Поесть Бильбо любил. Шелби даже подшучивала над ним на эту тему, удивляясь, как он все еще не зарос жиром. К счастью, его любовь к вкусной еде пока никак не влияла на объем талии и вес. Так что он с аппетитом проглотил все, что было на тарелке. Единственное, что портило настроение - это бурда, которую здесь называли кофе. – Мистер Бэггинс, вы когда-нибудь слышали об умеренности? – неожиданно услышал он насмешливый голос Оукеншилда, который, оказывается, с интересом наблюдал за ним все это время. Бильбо едва не поперхнулся от неожиданности и растерянно уставился на него. - Что? - Смотрю, аппетит у вас что надо, - протянул Торин небрежно. - А я-то думал, что, упав с лошади, вы будете лежать в палатке и жаловаться на ушибы. Бильбо отложил недоеденный тост. Аппетит внезапно пропал. - А вы, я смотрю, сама галантность, - ответил он с сарказмом. - Все еще насмехаетесь надо мной из-за того падения? Да будет вам известно, я вообще не хотел ехать в горы! - добавил он запальчиво. - Мне не очень-то по душе ходить весь день заляпанным грязью и терпеть таких типов, как вы! Торин прищурил глаза. – Что ж, придется вам немного потерпеть мое присутствие, - бросил он, прихлебывая кофе, как ни в чем не бывало. Бильбо раздражало его самоуверенное поведение. Он отодвинул еду и поднялся, увидев, что взгляд Торина снова остановился на нем и лицо сделалось каменным. Ни один мускул на лице не дрогнул. А синий пристальный взгляд словно гипнотизировал. И весьма нервировал. Бильбо нервно сглотнул, смущенный и сбитый с толку этим взглядом. В этот момент Шелби схватила его повыше локтя в тщетной попытке заставить контролировать себя. - А вы-то сами что едите? - едко спросил Бильбо. - Не опасаетесь за свой холестерин? Кем вы вообще себя возомнили? Может, еще возьметесь указывать мне, что носить и сколько часов спать в сутки? – Мистер Бэггинс, к вашему сведению, в последний раз, когда я проверял холестерин, он был ниже нормы, - усмехнулся Торин. - Вы чересчур близко принимаете к сердцу обычные замечания, не находите? Вместо болтовни вам бы не помешало заняться делом. Мы должны многое сделать за час, прежде чем отправимся. У меня нет времени сидеть здесь и спорить. Торин заметил, как его глаза сузились до крошечных щелочек. Это была злость? Похоже, он задел блондина за живое. Бильбо то сжимал, то разжимал кулаки под столом, чтобы взять себя в руки и успокоиться. Кажется, ему это удалось. – Я бы лучше в компании с диким медведем позавтракал, чем с вами, - проговорил он, не сдержавшись. – В следующий раз могу это устроить, если вам так больше нравится, - последовал насмешливый ответ. Бильбо опустил глаза в тарелку с остатками яичницы. Внезапно еда утратила для него свою прежнюю прелесть. Он покосился на Торина и вздрогнул, вновь наткнувшись на его прищуренный взгляд. - Клянусь, даже ваша подруга подготовлена к этой поездке лучше вас, - процедил Торин, разглядывая его привлекательное лицо, обрамленное волнистыми прядями волос, строго застегнутую рубашку и ухоженные руки с тонкими пальцами. Он отстранился и спокойно сказал Маку через стол: – По-моему, наша экспедиция слишком обременительна для мистера Бэггинса. Я не возражаю, чтобы он уехал. Мак, тебе придется… Все разговоры мгновенно прекратились. – Ну уж нет! Бильбо возмущенно вскочил. Пять пар глаз смотрели на него. Он повернулся к Оукеншилду, придвигаясь ближе. – Я не поеду обратно, и вы не сможете меня заставить, вам ясно? - воскликнул он, готовый на все, чтобы доказать Торину, что он не неженка. - Вы сами сказали, что у вас и так много обязанностей. Вы боитесь, что я не потяну? Торин удивленно выгнул темную бровь: - Мне казалось, вы не горите желанием ехать через горы. - Да, но теперь я передумал. - Если так, то вам придется выполнять часть работы в лагере. - Отлично. Я могу быть кем угодно. - Он очень хорошо готовит, - вставила Шелби. - Вот как? - усмехнулся Торин, снова окинув его непонятным взглядом. - Тогда займете место повара, потому что мне готовить некогда. - Хорошо, - кивнул Бильбо. – Долго вы в походе не продержитесь, – хмыкнул Торин. – Это вам не город со всевозможными удобствами. – И все же я бы хотел попробовать. «Мы еще посмотрим, кто тут не выдержит», – добавил Бильбо мысленно. – Тогда начинайте, – с этими словами Торин повернулся и, жестикулируя, пошел к Маку. – Покажи ему упряжь и научи, как навьючить мула. Если он собирается стать поваром, мог бы научиться, как пользоваться снаряжением. Но что-то я не верю, что мне больше не придется готовить. Бильбо чуть не показал ему в спину язык. Внезапно Торин обернулся: – Все должно быть сделано к шести. Мы должны соблюдать график.

***

Торин снова поймал себя на мысли, что поглядывает на Бильбо. Пожалуй, самым подходящим именем для этого дерзкого городского неженки было Заноза. И вероятно, не только в одном прозаическом смысле. Торин уже не раз ловил себя на мыслях о нем. Он заметил, что тот очень старался не показывать своей слабости. Что ж, это ему почти удавалось. Однако от внимательных глаз Торина не скрылись ни внезапная краска на его щеках, ни нервное подергивание нижней губы, когда тот волновался. Похоже, он имел дело со своенравным типом, который привык поступать по-своему. Тот, несомненно, не нуждался в деньгах. Респектабельный, с ухоженными руками и хорошей одеждой. Торину, конечно, не было дела до этих штучек, но становилось понятно, из какой он среды. Бэггинсу, конечно, здорово достанется – это не пикник на свежем воздухе. Такому, как он, нечего делать в экспедиции. Торин не мог носиться с ним, потому что у него не было опыта. Они все оказались в одинаковых условиях. Шелби, по крайней мере, знала, как обходиться с лошадью. Ладно, он будет надеяться, что и на этот раз обойдется без происшествий. В конце концов, он, Торин, несет ответственность за всех, и у него нет возможности создавать этому блондину особые условия. Даже если бы он очень этого захотел. Бильбо неизбежно выпадет его доля тяжести, каким бы привлекательным он ни был. Его пушистые ресницы и красивые глаза тут не помогут. Мак, казалось, думал по-другому. Торин, понаблюдав, решил, что Мак, вероятно, взялся опекать Шелби и заодно Бильбо. Ну, ясно. Мак привык флиртовать с девушками и помогать всем нуждающимся, что сильно раздражало Торина. Он считал, что в горном походе это не самое полезное занятие. Особенно первое. Понятное дело, Мак был только по девушкам и не мог заинтересоваться симпатичным спутником Шелби. Но тем не менее. Если бы Торин позволял женщинам заигрывать с ним или он сам позволил бы себе что-нибудь, некому было бы заботиться о поставках мяса для экспедиций. Другое дело Мак. Ему-то приходилось терять голову. Взять хоть последний случай. Когда они расстались, Мак говорил, что его сердце разбито. Спустя год она появилась снова с ребенком Мака, которого сама воспитывать не собиралась. Сына стал воспитывать Мак. Торин решил: все же стоит напомнить Маку, что есть прямой смысл не нарушать их мужской договор держаться подальше от женщин-туристок. Как и мужчин-туристов. Но это, скорее, относилось уже к Торину. Шелби проявляла интерес к Маку, но пока он ничего не замечал. Он и сам должен будет вести себя хорошо. На самом деле нет ничего удивительного в том, что ему понравился этот привлекательный русоволосый учитель. Несмотря ни на что, тот действительно… заноза. Но почему он должен придавать этому значение? Он не позволит себе нарушить кодекс чести и приставать к нему. Бизнес – на первом месте. К тому же, тот наверняка натурал. Любовные приключения не входили в планы Торина. В других обстоятельствах он, конечно, с удовольствием узнал бы этого симпатичного учителя получше. Повернувшись, он закончил подтягивать подпругу, ласково похлопал мерина по крупу, проверяя седельные сумки с необходимыми продуктами. Потом медленно пошел к Маку. Тот уже расстелил два парусиновых чехла на земле и показывал Бильбо, как укладывать коробки с продуктами в нужные места, чтобы сбалансировать груз: пакеты, походный ящик с кухонной утварью, крем от солнечных ожогов, плащи. Когда Торин подошел к ряду мулов, уже навьюченных и готовых к движению, он проверил груз каждого, чтобы убедиться, что все в порядке; при этом он невольно поглядывал на Бильбо из-под шляпы с опущенными полями. Тот низко нагнулся, помогая Маку найти место для коробки с мясом. На Бильбо была старая рубашка, оставленная кем-то несколько лет назад. Рубашка была несколько широковата, так как Бильбо был не очень большим по комплекции. Он не заправил рубашку в джинсы, и она просто свободно болталась. Эта одежда очень хорошо сидела на его фигуре. Бильбо неторопливо поднимал и упаковывал каждый предмет. Джинсы плотно обтягивали его нижнюю часть тела каждый раз, когда он нагибался. Внезапно Торин ощутил, как тепло разливается внизу живота, тепло желания, узнаваемое, но несвоевременное. Он быстро повернулся назад к мулу, несшему их личное снаряжение. Торин нахмурил брови, снова проверил подпругу съемного верха, усилием воли избавляясь от приятного тепла, которое нахлынуло на него. Ну уж нет. Он не мальчик, чтобы потакать своим слабостям.